Мертвый эфир

      Полли с повисшей на кончике красного опухшего носа слезой сидела на ящиках в позе эмбриона и укачивала пострадавшую руку. За неимением аптечки кисть пока перемотали более-менее чистой тряпкой, однако та уже полностью утратила свой изначальный цвет, пропитавшись кровью. Индикатор физического состояния на позвоночнике девушки тускло светился желтым цветом; увы, ее душевного состояния он отразить не мог, а оно было куда хуже: до раненой достаточно быстро дошло, в каком положении она теперь оказалась. Будучи инженером весьма посредственным, Полли получала на корабле едва ли не самую низкую зарплату, которой с трудом хватало на жизнь. Потеря же работоспособности наверняка обернется для нее вылетом с работы, а отсутствие денег — невозможностью восстановить утраченные пальцы.       Полли снова тихонько заскулила, ощущая накатывающую волну отчаяния и безысходности. — Прекрати уже! Сколько можно, — рыкнула на беднягу из другого конца помещения инженер Роу. Она вместе с беспокойно поглядывающим в сторону Брилецки парнем с палубы отгрузки искала среди множества с виду одинаковых жестяных коробок подходящий для «Аттики-3010» генератор цепи. Лента протяжки и еще несколько необходимых запчастей валялись тут же неподалеку. — Надо было не стоять в дверях и мечтать, а быстрее работать, — продолжала ворчать себе под нос Кэтрин. — «Ах, как тут тяжело находиться, какая гнетущая атмосфера…» Тяжело теперь будет мне, восстанавливать поршень в одиночку! Кэт, как ни странно, острее всех ощущала, что с «Тохинакой» что-то не так, стремилась покинуть ее как можно скорее и без выяснения мрачных тайн корабля. Во многом это происходило потому, что женщина чувствовала: еще немного, и она взорвется, с ней случится что-то непоправимое и страшное. Зависть к молоденькой капитану, разочарование в бестолковой помощнице, просто обычная для Роу раздражительность и резкость перерастали здесь во что-то гораздо более сильное и злобное, пугающее даже ее саму. Кэтрин не хотелось вспоминать о том, что первым ее желанием при виде ревущей дурехи Полли, оставшейся без двух пальцев, было засунуть в хлопающую створку еще и ее голову…       Аппарат на запястье старшего инженера засветился, привлекая к себе внимание — поступило голосовое сообщение от капитана. — Кэтрин, где вы находитесь? — женщина неосознанно поморщилась при звуке нелюбимого голоса. — Инженерная палуба, западное крыло. Идите на звук, не ошибетесь. Громыхание неисправной железной двери, сорвавшейся со статического магнита, разносилось по всему отсеку. — Принято. Еще такой вопрос: парень-техник, Маркус, он случайно не с вами? — в голосе Марико слышалось некоторое смущение и неуверенность, что не осталось незамеченным Кэтрин. Вдумавшись же в сам вопрос, она изумилась: — С чего бы ему быть здесь? Вы… вы что, его потеряли? — Выходит, что так, — в разговор вклинился сухой мужской голос, — мы уже на инженерной палубе. Скоро будем. Аппарат пискнул и потух, а Кэтрин вдруг внезапно разобрал тихий истерический смех. Идиоты… какие же они идиоты! Эта смазливенькая девчонка, строящая из себя серьезного капитана, но не сумевшая уследить даже за двумя людьми у себя под носом, этот подкаблучник-пилот, могущий только лишь выгораживать узкоглазую недотрогу, которая ему не дает, хотя сама наверняка спала с половиной космического колледжа… Она не знала, как они умудрились потерять на огромном многопалубном корабле человека, не знала, зачем и куда он пошел, но абсолютно точно была уверена, что бесполезного техника, который оказался настолько туп, что умудрился отделиться от своей группы, «не бросят» и отправятся искать. И это тогда, когда она чувствует, что с каждой секундой, каждым мгновением понемногу теряет себя…       Кэтрин давилась своим лающим смехом до тех пор, пока в комнату не вбежали взволнованные Марико и Самсон. — Сюда, — парень, теперь сидевший на корточках рядом с пострадавшей и пытавшийся ее если не утешить, то хотя бы отвлечь от боли, выпрямился и махнул рукой новоприбывшим. Капитан, на ходу снимая с пояса одну из аптечек и вынимая из узкой зеленоватой тубы медицинский гель и успокоительное, подбежала к Полли. В оголенное предплечье — девушка едва успела сообразить, что ей сделали укол — была быстро поставлена инъекция, после чего Марико принялась за обработку непосредственно травмы.       Младшему инженеру Брилецки с ней чертовски не повезло: помимо отсутствия двух пальцев, массивного ушиба кисти и отека, из плоти повсюду торчали раздробленные кусочки кости, извлечь которые можно было бы только в клинике. Не решившись тревожить конечность, Миллер в соответствии с тем, чему ее учили на курсах оказания первой помощи, просто залила рану застывающим медицинским гелем и обернула чистой повязкой. Гель продержится в таком состоянии до двадцати часов… За это время они уже точно уберутся с проклятого корабля и успеют доставить девушку в больницу. — Все будет в порядке, дорогая. Все будет хорошо, — Марико ласково погладила немного успокоившуюся Полли по плечу, и заплаканная девушка, подняв на капитана взгляд, даже выдавила из себя кривую улыбку. Внезапный грохот, перекрывший даже лязганье неисправной двери, оттяпавшей младшему инженеру пальцы, а также громкая ругань, заставили всех буквально подпрыгнуть на своих местах. — Твою мать! Вы там и дальше будете миловаться, или поможете мне погрузить этот металлолом в вагонетку и мы все-таки свалим отсюда?! — несложно было догадаться, что это была Роу, как на мгновение показалось Марико, специально не удержавшая кинезисом тяжелый генератор. Первой подскочила со своего места бледная Полли, для которой, казалось, гнев старшего инженера был страшнее, чем боль, травма и кровопотеря; взявшись здоровой рукой за ленту протяжки, она принялась быстро сматывать ее для транспортировки. Парень с палубы отгрузки решил помочь Кэтрин с генератором цепи, тогда как несколько ошарашенные капитан и пилот молча взялись за все прочие инструменты.       Что-то непередаваемо злобное, опасное кружилось в атмосфере этой комнаты, за обрызганными кровью дверями которой лежали два отрубленных пальца; проходя мимо громыхающей створки, Марико зачем-то задержала взгляд на то появляющемся, то исчезающем пространстве. На мгновение ей показалось, что она видит на той стороне кого-то… человека, ей знакомого и, казалось бы, давно забытого… Маленькую девочку лет семи с черными косичками, большими раскосыми карими глазами и бледными щеками, худую, почти прозрачную… «Марико…» — прозвучало тихое в голове девушки. Нет, этого не может быть! Нани! Ведь ты же… — Марико! Что ты делаешь? — взволнованный голос пилота вырвал капитана из странного видения. С удивлением, а чуть погодя — с ужасом она поймала себя на том, что стоит напротив жутко лязгающей двери и уже тянет к ней собственную руку. Самсон подошел ближе, глянул в то появляющуюся, то исчезающую щель, и его передернуло. — Не думаю, что стоит проверять, каким образом Брилецки лишилась пальцев. Пойдемте, капитан, у нас еще много дел.