Хозяин заколдованного леса.

С момента, когда мальчика выгнали из собственной деревни, прошло четыре года. И все это время Сиэль рос подле любимого, ставшего родным, волка. Даже несмотря на то, что процесс воспитания был крайне трудным, учитывая потерю возможности хоть что-то сказать, это было не так страшно. За эти года малыш научился разговаривать со зверем языком тела и все прекрасно понимал.Чтобы не потерять навык чтения, зверь таинственным образом доставал ребёнку книги и по вечерам, устроившись возле камина взглядом просил мальчика читать вслух. С каждым новым годом он привязывался к волку все сильнее и к своим четырнадцати годам уже просто не мог прожить и дня без любимого тепла, когда Черныш, как ласково назвал его ребенок, сворачивался вокруг него и они засыпали рядом. А с наступлением зимы это желание было просто ярым. И холод был мальчику ни по чем. Как и сейчас, в сильный мороз, когда хижину занесло сугробами, а ветер продолжал свистеть, Сиэль нежился в объятьях зверя и не знал никакого холода. Открыв глаза после долгого сна, волк широко зевнул, потягиваясь. Он лизнул мальчика в лицо, пытаясь разбудить. — М-м… ещё чуть-чуть, — сонно пробурчал ребенок, уткнувшись щекой в его влажный нос. Фыркнув, зверь прикусил ухо Сиэля, начиная несильно царапать его живот. Прыснув от щекотки, мальчик сжался сильнее и этим сильно прижал голову зверя. — Уже встаю, — более отчетливо пробормотал он, ослабляя хватку и позволяя зверю выбраться из постели. Волк тут же соскочил на пол, потягиваясь и начиная копаться в ящиках. Уже полностью прогнав остатки сна, мальчик приподнялся на локтях с интересом наблюдая за зверем. Раньше он всегда был ранней пташкой, но с момента начала жизни в лесу, рядом с любимым существом, он стал больше спать и порой мог проваляться в кровати до полудня. — Чего так рано подниматься? Зверь снова фыркнул, доставая с полки теплые вещи, отдавая их мальчику. — Гулять? — мальчик посмотрел на него с нескрываемым интересом, забирая вещи. Глаза зверя тут же загорелись, выдавая желание поиграть в снегу, да и просто погулять с Сиэлем. Больше не тратя время на пустую болтовню, мальчик выбрался из теплой постели. Зябко поежившись Сиэль умылся, переоделся в теплую одежду, не забыв свой драгоценный шарф, что с возрастом стал ему более коротким, но все также согревал в холодные зимы. — Я готов, — Сиэль обернулся, когда его уже нетерпеливо ждали у двери. Зверь тут же рванул на улицу, ныряя в первый же сугроб и полностью в нем скрываясь. Сиэль вышел следом, тихо смеясь игрой зверя. — Черныш, — Сиэль упал в тот же сугроб, где зарылся волк и откуда торчали только черные ушки с носом, — ты стал Снежком. Красные глаза только весело блеснули и в следующее мгновение на парня уже сыпался целый снегопад от лап разыгравшегося зверя. Закрывая лицо от летящего потока, Сиэль поднялся на ноги и с разбегу, что позволял летящий ураган снега, запрыгнул на зверя, повалив вместе с собой на снег, не прекращая звонко смеяться. — Больше не побрыкаешься, — довольно отозвался мальчик, блокируя все способы любимцу подняться, но явно не учел, что зверь сильнее его во много раз и если захочет — поднимется так, что мальчишка подлетит. Волк фыркнул, в секунду переворачиваясь и прижимая Сиэля к снегу, величественно над ним возвышаясь, как бы говоря о своей победе. Сиэль обвил зверя руками и ногами. Признавать поражение совсем не хотелось. — Не поднимешься, — улыбался мальчик, почти соприкасаясь своим носом о нос Черныша. Зверь не растерялся, лизнув Сиэля в нос, после и вовсе на него укладываясь. — Убьёшь… раздавишь меня… — брыкался мальчик, создавая руками и ногами под собой образ бабочки. О борьбе и речи быть не могло, когда буквально задыхаешься в этой теплой тушке, что на тебя нагло улеглась. Зверь еще с минуту наслаждался триумфом, но затем медленно поднялся с бедного мальчика, начиная его закапывать. — Садист, — отряхиваясь и отплевываясь от снега, мальчик все больше превращался в снежную бабу и когда это начало поднадоедать, переполз на корточках в бок и заготовив два снежка кинул прямо в своего «обидчика». Один снаряд попал по ляжке, а второй, уже более точно, в морду. Стряхнув снег, зверь с хитрым прищуром глянул на Сиэля, начиная медленно наступать. Мальчик понимал, что это плавное приближение выйдет ему боком и поэтому стал отодвигаться назад. — Ты первый начал, — оправдывался Сиэль, нервно улыбаясь. Зверь склонил голову в бок, продолжая загонять мальчика в тупик. Когда спина наткнулась на стену хижины, Сиэль стал медленно двигаться в бок, но уже тогда зверь нагнал и отрезал путь к отступлению. Его величественный вид, когда горящие глаза смотрят на «жертву» сверху вниз, пробуждал в ребёнке двоякое чувство между восхищением и легкой паникой. Еще пару минут зверь прожигал и буквально приковывал мальчика взглядом, затем резко прильнул мокрым носом к оголившейся шее парня, не удержавшись, провел по ней языком. Сиэль приготовился к худшему, зажмурив глаза, но горячий язык, скользнувший по холодной коже отрезвил. Приятные мурашки прошлось по телу. Мальчик отвернулся, поправляя сползший шарф. Волк отстранился, напоследок уткнувшись носом в лоб Сиэля и отряхнувшись прошел в дом. Мальчик ещё какое-то время просидевший в снегу, поднялся следом и зашел в теплый дом. Стоило с порога скинуть с себя мокрую одежду, как Сиэль забрал словно специально для него приготовленную теплую шаль с кресло-качалки и устроился около камина, протягивая руки, дабы согреть ледяные пальчики. Волк уже занял свое место у окна, смотря вдаль. Что-то в приближающейся свинцово-синей туче ему не нравилось. За несколько лет, проведенных вместе, мальчик не находил ничего странного в привычке зверя смотреть вдаль, что в больших случаях не приносило ничего хорошего. И сейчас Сиэль, согревшись и закутавшись в шаль, подошел к Чернышу, мягко коснувшись его косматой головы. Зверь повернулся в сторону парня, пригнув уши. Грядет метель. — Все хорошо? — Сиэль пригладил волка, проведя пальчиками за ушком. Он любил слушать тихое приятное поскуливание. Зверь уткнулся носом в ладошку мальчика, тихо заскулив. После он отстранился, подходя к одной из полок, вставая на задние лапы, и доставая очередной небольшой сверток с едой. Сиэль уже знал куда полез волк, выучил его действия за четыре года совместного проживания, но все же не мог разгадать тайну появления в доме еды, тепла и мелочей по хозяйству. Словно здесь все действовало по закону волшебства. Тем не менее спросить об этом не предоставлялось возможности и мальчик просто жил со своими догадками. Он сел за стол, дожидаясь еды. Передав сверток Сиэлю, зверь посмотрел на затухающий в камине огонь. А ведь скоро быть метели. С радостью поглощая вкусности, в меню которых сегодня оказалось мясо все с теми же овощами, Сиэль облизывал пальцы, не в силах оторваться. За жизнью рядом с Чернышом он позабыл о понятии «голод» и был за это очень благодарен. — Спасибо, было вкусно, — с пальцем во рту пробормотал Сиэль. Издав звук, похожий на смешок, зверь подошел ближе, слизав с щеки мальчика несколько хлебных крошек. Но начинающий завывать за окном ветер заставил его отстраниться и снова пригнуть уши. Сиэль насторожился резкой сменой настроения, да и ветер отвлек, заставляя волноваться. Кажется он догадывался о причине сегодняшних раздумий зверя — грядет сильная метель. — Черныш… Это было словно последним толчком и волк тут же сорвался с места, потянув мальчика за кофту, заставляя подняться следом. Нужно было взять больше дров. — Я понял, понял, — мягко отстранив от зубов свою одежду, Сиэль пошел следом. Дрова уже были приготовлены недалеко от дома еще с лета, нужно было просто взять несколько. Мальчик даже не накинул на себя верхнюю одежду, и уже набирая поленья, очень сильно об этом пожалел. Стоило дольше обычного пробыть на улице и Сиэль продрог до костей, вываливая возле порога забранные дрова. — Холодно… — он прижался спиной к закрытой двери, обхватывая себя за плечи и заметив укоризненный взгляд красных глаз, фыркнул, — даже не начинай… Волк только закатил глаза, снова подходя к окну. Все ещё стуча зубами, Сиэль подобрал дрова и переложил их ближе к камину. Подкинув одно полено, мальчик услышал приятный треск. Он прикрыл глаза, наслаждаясь теплотой. Зверь подошел к ребенку, устраиваясь рядом на полу у самого камина, греясь и успокаиваясь. — Наконец-то, — Сиэль слишком резко обнял зверя, зарываясь в его шерсть, — Я уж думал, не придешь. Фыркнув, волк привычно обернулся вокруг мальчика, положив голову ему на колени. — Сегодня будет тяжелая ночь, да? — вопрос риторический и мальчик стал размышлять вслух, перебирая шерстку, — лишь бы нас не занесло снегом, иначе не видать вылазки до начала весны. Выдохнув, зверь чуть приподнялся, снова смотря в окно, за которым начался настоящий снежный ад. Волка передернуло и он поспешил снова опустить голову на колени мальчика. — Давно у нас не было такой яростной зимы, — Сиэль задумчиво перевел взгляд на начавшуюся за окном метель, — интересно, как там… — мальчик вдруг запнулся на полуслове. Он и не понял зачем, спустя столько лет, вспомнил о своей деревне. Воспоминания были самыми ужасными и теперь Сиэль задумывался как вообще мог проживать… нет, даже не так, существовать рядом с этими людьми. Они убили его мать, вышвырнули его умирать в лесу. Несмотря на всю их жестокость, Сиэль все равно думал о том, как они переносят эту зиму. Зачем?.. Почувствовав смену настроения мальчика, зверь поднялся садясь перед ним. Он неотрывно смотрел в синие глаза, призывая не думать о тех, кто послал на смерть. Затем он медленно приблизился, положив одну лапу на плечо Сиэлю, и уткнулся носом в его шею, замерев. — Я знаю, Черныш, — мальчик обнял его, за этими объятьями прогоняя плохие воспоминания, — ты единственный, кому я был и буду бесконечно благодарен. Ты стал для меня самым дорогим в этой жизни… Зверь вздрогнул, не смея шевелиться. Он чувствовал сильные объятия и тихий дрожащий голос. Сами слова заставили сердце огромного волка биться с неистовой силой. — Если бы я только мог узнать, кто ты… — Сиэль прикрыл глаза, делая объятья чуть сильнее. Несмотря на проведенное время вместе, мальчик все ещё не знал одного — кто это таинственное существо, что вытащило его из лап смерти четыре года назад, и почему оно стало о нем так сильно заботиться, как не заботилась родная мать? Зверь прикрыл глаза, понимая, что еще совсем не время. Он коротко лизнул Сиэля в шею, как делал это часто, но… Сейчас его сердце не спешило успокаиваться. Сиэль неопределенно хмыкнул на действие волка, мягко отстраняясь. Его глаза стали ярче и взгляд более… человечным. Мальчик не мог не обратить на это внимание и собственное сердце пропустило удар. — Что будем делать? Зверь повел головой, как бы говоря, что не знает. Он прикрыл глаза, снова укладываясь парню на колени и вслушиваясь в завывание ветра. — Ещё даже не день, а мы заперты в четырех стенах, — вздохнув, Сиэль отполз немного назад, укладываясь на зверя сверху, — можно я так полежу? — тихо буркнул мальчик, а его рука прошлась от ушек до передней правой лапы. Волк фыркнул, устраиваясь удобнее и замирая. Рука продолжила свой путь, пальчиками зарываясь как можно глубже в шерстку и возвращаясь к загривку. В ту же точку Сиэль уткнулся носом, вдыхая приятный, немного морозный запах. Зверь резко перевернулся на спину, и неожиданно лизнул мальчика в нос. — Ты чего? — тихо засмеялся Сиэль, с улыбкой глядя на зверя. В последняя время его ласки становилось все больше и мальчика это немного смущало. Волк чуть пригнул уши и приподнял лапы к морде, широко раскрывая глаза. Он явно очень умело напрашивался на ответные действия. — Хм, — Сиэль сел верхом на звере, с довольной улыбкой, — тебе все мало, да? — пальчики ловко пробежали по мягкому пушистому животу, поднимаясь к грудке и переходя на морду. «Если бы он не был так разумен, то мог бы походить на домашнее животное» Глаза зверя мгновенно расширились, а большие лапы уперлись в хрупкие плечи. Было глупо позволить мальчику на него сесть… — Что с тобой? Ты словно впервые меня видишь, — мальчик прекратил ласку. Зверь осторожно выполз из-под Сиэля, встряхнув головой. Будь он человеком, то давно бы уже покраснел. Он мягко коснулся щеки парня кончиком языка, выходя на улицу. — Подо… — Сиэль поднялся на коленях, когда волк стал уходить в такую то метель, но не успел договорить — дверь словно сама по себе сильно хлопнула, отрезая его от холода и порывов снега. Черныш всегда делал обход, но в такую погоду Сиэль не думал, что он решится. И видимо ошибся. — Возвращайся скорее, — в пустоту проговорил мальчик. Проходя по краю поляны, зверь внимательно вглядывался в тени между деревьев. С каждым разом он все ярче чувствовал, как приходящих к его дому незваных гостей становится все больше. Вдруг в лесу что-то громко хрустнуло, привлекая внимание волка. Стоило ему повернуть голову в сторону звука, как он внезапно наткнулся на множество горящих алым глаз хищников. Зверь тут же ощетинился, вся шерсть встала дыбом. Оскалив острые словно бритва клыки, волк оглушительно зарычал, защищая свою территорию. Он словно вырос в несколько раз, а глаза загорелись ярко красным пламенем, заставляя стаю отступить. Когда посторонний запах пропал, зверь громко завыл, возвращаясь в дом. На сей раз обход затянулся. Сиэль примерно подсчитал время. За ожиданием он не находил себе места, заметно нервничая. Метель лишь усиливалась, скрывая видимость, а за окном все громче свистел ветер. Но вдруг к нему неожиданно присоединился жуткий вой. Сиэль напрягся, холод пробежал по телу. Он ненавидел этот звук. Даже когда выл Черныш. Было не по себе. Зверь медленно прошел в хижину, без сил падая на пол, все еще пытаясь закрыть за собой дверь. Ветер невероятно усилился, а снег застилал глаза. Волк полностью продрог. — Черныш, — Сиэль в считанные секунды оказался рядом, закрыл плотно дверь и присел возле волка, — Боже, какой ты холодный, — мальчик обнял зверя, но сам покрылся мурашками. Волк тут же отстранился, совершенно не желая, чтобы ребенок заболел. Он подошел к камину обессиленно ложась на пол, чуть подрагивая. — Ну же… — Сиэль помрачнел, тихонечко следуя за зверем и присаживаясь рядом, — не отталкивай меня… — он коснулся головы Черныша, мягко поглаживая. Зверь выдохнул, обеспокоенно смотря на огонь. Сегодняшний набег его сильно насторожил. — Они приближаются, да?.. Зверь прикрыл глаза, подтверждая слова мальчика. Ему вовсе не хотелось его пугать. — Почему они не желают отступать? Сиэль не ждал ответа, да и в принципе не услышит его. Но вопрос мучил, не давал покоя. Прошло столько лет… неужели нельзя оставить их в покое?.. Или такова жизнь самого волка?.. Сиэль не стал накручивать себя на ещё более мрачные мысли, он просто прижался к Чернышу, закрывая глаза. Оставшиеся часы до вечера были проведены в молчании возле камина и тихую идиллию нарушил только протестующий желудок, довольно громко заурчав. Фыркнув, зверь насмешливо перевел взгляд на ребенка, вставая и подходя к полкам. — Тебе скоро не хватит на меня запасов, — Сиэль перебрался за стол. Волк снисходительно посмотрел на мальчика, как бы усмехаясь. Он передал ему еду, привычно устроившись у окна. С ужином Сиэль справился довольно быстро и уже после завершения приема пищи его начало клонить в сон. На этом сказывался и ранний подъем. Сиэль на ходу стал стягивать с себя одежду и оставшись в одной свободной рубахе, залез к Чернышу, что уже лежал на кровати, ожидая его. — Споешь мне? — в шутку ляпнул мальчик, лениво улыбаясь. Волк фыркнул, поджимая задние лапы, и по привычке перекидывая переднюю через Сиэля. Просьба может звучала и глупо, но зверь начал тихо поскуливать, создавая мелодию. Немного грустную, раскрывающую его собственную душу. Мальчик не ожидал, что его просьбу выполнят. И уж тем более, что он станет с таким интересом ловить этот тихий напев. Что-то в нем было знакомое…, но что именно, Сиэль не мог понять. Он просто слушал дальше, наслаждаясь этим созданным покоем и закрывая глаза. Зверь продолжал тихо «напевать», пока не услышал тихое размеренное сопение. Он крепче прижал мальчика к себе, согревая густой шерстью. Влажный язык скользнул по открытой шее к чуть приоткрытым губам. Глаза тут же сверкнули красным, и волк, вздохнув, отстранился, уткнувшись носом в висок ребенка. «Спокойной ночи, малыш»