Я так любила сны...

– Серёж! Сергей Викторович Глухарёв! Вставай! – не оставляла попыток разбудить любимого Анна. – Анют, ну ещё чуть–чуть, а? У меня может акклиматизация идёт... – пробурчал он, ещё больше закутываясь в одеяло и накрываясь сверху подушкой. – Какая акклиматизация? Мы уже две недели как приехали из Питера, – смеётся, – Даже Серёжка уже не ворчит. Анна пробралась к Сергею под одеяло и защекотала его. После нескольких минут этой перепалки, к бушующим «родителям» присоединился Серёжа и вся дружная семья перебралась сначала в ванную комнату, а потом на кухню. С момента последнего пребывания Глухарёва в Москве прошло почти три года. Сергей женился на Анне, усыновил её сына. Спасённому бывшим майором мальчику было уже девять лет. Он учился в школе и заканчивал второй класс. Сергей не остался работать в «Пятницком», а уехал вместе с семьёй в Питер. Там бывший начальник СО устроился работать в процветающую фирму, которая несколько недель назад открыла новый филиал в столице, и Сергей был приглашён его возглавить. С того самого дня, как Глухарёв вернулся в родной город, он ни разу не мог нормально заснуть: ночи напролёт вспоминал свою старую работу, до сих пор оставшийся передовым в округе, отдел, друзей, коллег и, конечно же, любимую начальницу. Именно она в основном и была причиной его бессонницы. Несколько дней назад Сергей встречался с Антошиным. Денис рассказал ему о палачах, о псевдо–убийстве Зиминой... POV – Глухарёв. Ей, наверное, было тяжело, а я в это время был в Питере. Ей, наверное, было страшно, а я гулял по паркам, ресторанам с Аней и даже не думал о ней. Теперь погоны моей рыжули украшают целых три золотистых звёздочки. Говорят, она стала более жёсткой, более грубой и, конечно же, более хитрой. Да, Ириша, изменилась ты, слов нет. В очередной раз сознание помутняет желание вновь прикоснуться к нежной коже, вдохнуть аромат светлых локонов. Тогда я так и не смог заглянуть ей в глаза. Запомнил такой, какой была всегда. Она подписала рапорт о моём увольнении, кажется, даже не изменившись в лице. Именно в этот момент я впервые действительно усомнился: а любила ли она меня? Наверное, поэтому не остался. Ушёл. Забыл. Вроде. – Серёж, – чувствую, что кто–то легонько трясёт меня за плечо, – Серёж, телефон. Как во сне прикладываю к уху аппарат, притянутый Аней. – Сергей, здравствуй, – послышался в динамике голос начальника конторы, в которой я работал последние несколько лет. – Здравствуйте, Алексей Николаевич, – ну, блин, только не это...в законный выходной, – Что–то случилось? – Сделку перенесли. Только что звонили поставщики. Наши уже выезжают из банка с деньгами. Ты сейчас дома? Да уж, со времён мной работы в полиции ничего не изменилось: звонит начальство, хоть с утра по раньше, хоть посреди ночи – собирайся на работу без разговоров. Но раньше на работу бежать было гораздо приятнее. Чаще всего по общей тревоге поднимали весь отдел и товарища, тогда ещё подполковника, в том числе. Так что неожиданный вызов казался не таким уж и скучным. И вот теперь, как и много лет назад одеваюсь за считанные минуты: натягиваю тщательно выглаженные Анной брюки и рубашку, на ходу накидываю пиджак, целую мою помощницу, обнимаю Серёжку, хватаю дипломат, и вылетаю на улицу. У подъезда уже стоит машина, на заднем сиденье, которой сидит мой шеф и крепко сжимает в руках металлический кейс. Оперативненько, нечего сказать. – Алексей Николаевич, поедим как обычно? В объезд? – подал голос водитель, как только у поворота зажегся красный свет. – Да, Андрей. Как всегда, – спокойно ответил начальник, а потом повернулся ко мне, – Сергей, документы у тебя? Я лишь слабо кивнул в ответ и вновь вернулся к рассматриванию пейзажа за окном. Медленно закрываю глаза и откидываюсь на сиденье. Ехать ещё полчаса, если не час. Вдруг визг тормозов и остановка. Дорогу нам преграждает серая иномарка, из которой выскакивают трое каких–то отморозков в чёрных масках. Сзади примерно такая же картина. Сидевшие на переднем сиденье Андрей и охранник Михаил выбегают из машины первыми, и только сейчас я замечаю, что двое из стоящих напротив упырей не спеша достают стволы. Да уж, знаю я таких клиентов... А если их ещё и так много, значит дело у нашей конторы совсем плохо. Приказываю начальству вызвать полицию и на всякий случай скорую, сам тянусь к бардачку за пистолетом. Пока я работал в органах, мне всего пару раз приходилось участвовать в подобных захватах, а если и приходилось, то только под надзирательством его святейшества Карпова. Отлично. Стараюсь вспомнить каждое действие бывшего начальника СКМ и его подопечных. Я никогда как Стас не любил оружие и все эти перестрелки, убийства, но сейчас тот самый момент, когда об этом стоит забыть. Дотрагиваюсь до холодного металла и ощущаю какое–то подобие спокойствия. Моментально снимаю с предохранителя и приоткрываю дверь. Лёгкая отдача во всём теле и один из преступников больше никогда не причинит никому вреда. Вторым выстрелом – промах. Резко оборачиваюсь назад. Где Алексей Николаевич? На асфальте растекается бурое пятно. Чёрт. Возвращаюсь в прежнее положение и цепляюсь одной рукой за ручку кейса. Вдруг чувствую сильный удар по затылку и резкую, пронзающую боль в груди, а потом и во всём теле. Аккуратно дотрагиваюсь до раны, и пальцы моментально покрываются чем–то липким и тёплым. Кровь. Всё вокруг становится каким–то мутным, а потом вообще исчезает...