"Я - кто?! Сенсей?": Изменяющий судьбы (Книга 2)

Тут я ненадолго задумался: — Не могу знать наверняка, но предполагаю, что: сделать меня крайним, выгодно показать Хатаке-сана на контрасте и привязать Узумаки Наруто к новому человеку, отстранив меня. Цунаде покрутила кистью, лениво поглядывая в панорамное окно. Намек, что тему надо раскрыть подробнее? Или чтобы я не тянул резину, потому что вечереет? Или все разом? — На фоне потерявшего память чуунина-сенсея из Академии кто угодно будет выглядеть… — я задумался, выбирая подходящее слово, — смотреться выигрышно. Дело в том, что педагогический опыт не берется из ниоткуда, а Хатаке-сан, в плане обучения других, совсем не гений. Он не умеет учить и не понимает, как это делать. Потому, растоптав меня и мой авторитет, он бы заработал уважение генинов, и Наруто в частности. В Академии я был к Узумаки несправедлив, — решил пояснить, чтоб потом к этому не возвращаться, — возможно, хотели сыграть на этом. Меня бы объявили виноватым в плохой начальной подготовке первой команды Хатаке-сана, а он стал бы непререкаемым авторитетом для Узумаки. Куратором джинчурики. Шизуне охнула дуэтом с поросенком, обдав удушливой волной отвращения. Сенсорику пришлось приглушить. Цунаде недовольно поджала губы: — Говоришь так, будто готовился. Покачал головой, слегка покривившись: — Много думал, пытаясь достроить картину мира вокруг себя, хотя бы логически. Считал, что так помогу памяти быстрее восстановиться. — Памяти? Ах, да-да-да, — слегка разгладилось лицо Пятой, — что-то такое слышала… Амнезия, да?.. Помогло? — нечаянно поймал взгляд хокаге в отражении на стекле. В ответ я молча пожал плечами, как бы говоря «да сам не пойму помогло ли». Цунаде задумчиво потарабанила пальцами по столу. — А что Хатаке? — повернулась, но все еще изображая ленивое любопытство. — Как он общается с генинами? Заметив, что Цунаде назвала Какаши без намека на суффикс, расслабился и даже, воодушевившись, стал говорить чуть быстрее и более длинными фразами. — Хатаке старательно держит дистанцию, показательно безучастен, но если кто-то подошел слишком близко, раздражается и отходит. На любые вопросы отвечает всегда крайне неохотно, пояснений не дает, сам что-то рассказывает еще реже. Никогда не советуется с генинами, выбирая миссии, обменивается ими точно так же, без учета мнения команды. В простеньких заказах участия не принимает, предпочитая сидеть с книжкой Джирайи неподалеку. Так как постоянно опаздывает, задания берет из оставшихся и не глядя, а это приводит к тому, что нам попадаются миссии не по профилю. Так, например, мы несколько раз попадали на сбор лекарственных трав, который больше подходит для команд, выбравших для себя роль поддержки. Без учета меня, седьмые это ярко выраженная команда атакующего типа. Обе женщины нахмурились, а я продолжил выкладывать факты: — Обучать чему-то свою команду Хатаке начал только после пинка. До этого он объяснял свое пренебрежение обязанностями тем, что седьмым не хватает сплоченности и «командной работы», — последнее словосочетание я почти выплюнул, настолько оно мне опротивело за этот год. — При этом он никак не пытался помочь седьмым сблизиться и найти общие интересы. Напротив, культивировал неприязнь Саске и Наруто, попеременно нахваливая одного перед другим, чтобы вызвать обиду и зависть, которая в будущем может трансформироваться в неподдельную ненависть. Так же мешал воспитывать Харуно Сакуру, потакая ее лени и хамскому поведению, таким образом, лучшая ученица выпуска оказалась балластом несмотря на усидчивость, высокий контроль и отличную память. Уже сейчас я могу уверенно говорить о том, что Хатаке испортил потенциально лучшую и сильнейшую команду выпуска. — Чуунин побил джонина? — ехидно переспросила Цу, словно пытаясь подловить меня или найти что-то забавное в этой отвратительной ситуации. Я смутился, сбившись с мысли: — Эм?.. Вряд ли Хатаке на это пожаловался, так что и мне лучше умолчать про тот инцидент в Стране Волн.  — Нет, — после краткой паузы, добавил — конечно, нет! Фигурально выражаясь «дал пинка»! Убедил Хатаке, что если на всю команду будет только одна атакующая техника, то нам конец. После боя он упал в обморок от истощения и не мог уже отмазываться тем, что всех защитит, — проговорил я ожидая очередного внезапного вопроса. Шизуне нервно хихикнула в кулак, заработав недовольный быстрый взгляд от Цунаде. Но его не последовало и я продолжил: — Тут нужно уточнить, что в тот момент с моими навыками ситуация была, — нехотя, — мягко сказать отвратительная. Так что исключая Какаши и меня на команду приходилось ровно две техники сверх программы Академии: одна боевая, одна условно боевая: Огненный шар и теневые клоны. Цветы феникса и теневые сюрикены генины получили только после того, как Хатаке слег от истощения и простуды после боя с Момочи Забузой, — повторился, чтобы вернуться к рассказу с того же места. — И только после моих настоятельных просьб и обрисованных «радужных» перспектив о том, как и чем будут защищаться генины от Забузы. На тот момент ни о каком договоре речи и не шло… — И каким же образом вы добились доверия нукенина Тумана? — улыбалась Цу, сложив руки под объемной грудью, перебив ровно в тот момент, когда я набирал воздуха. — Рассказал Забузе о планах Гато. Хитрый карлик решил, что кто бы не вышел победителем, выгоднее его добить, а с псевдо нукенинами расплатиться головами. В том числе головами наших генинов и подопечного Забузы. — И это сработало? — Цунаде слегка приподняла брови. — Ну да, — тоном «а почему не должно?» — Момочи, как я заметил, трепетно относится к жизням детей, не зависимо от их принадлежности. Да и на свою ему не наплевать. Так, к примеру, он предлагал во время боя, нашим генинам уйти, бросив заказчика. Тратил чакру на Ки, чтобы они испугались и убежали, во время сражения с Хатаке. Во многом из-за этих маневров он пропустил пару ощутимых ударов и потасовка закончилась ничьей. А в конце боя, Забуза отругал Юки Хаку, за вмешательство, так как тот мог пострадать. Такого не было, но надо же показать Виктора приличным человеком, с которым не стыдно вести общие дела. Вполне возможно, в будущем это мне еще пригодится. — Напомнив об ответственности за младших и простых людей Страны Волн, я вынудил обоих заключить временный союз. — Я правильно понимаю, что пока Хатаке-сан был недееспособен, вы, Умино Ирука, оставили команду и пошли шпионить за заказчиком Забузы? — с усмешкой. Очевидный намек «ты сделал то же самое, за что осуждаешь Какаши». — Да. Я посчитал, что с теми ранами Момочи либо умрет к вечеру этого дня, либо вернется закончить миссию не раньше чем через пару недель. Тяжелое ранение и сырость Страны Волн… — Медицинские подробности меня сейчас не интересуют. — остановила меня Пятая. — Дальше. Я рассказал про Охотников, личину Иго-нукенина, о связи Гато с властями, подозрения в причастности кого-то из Конохи. Только в моем пересказе идея отправиться шпионить принадлежала не Виктору, а мне. Да и псевдо нукенины в рассказе появились не после лжи о Сакуре из клана Курама, а как бы сами собой. — После того, как пришла команда Охотников и мои слова полностью подтвердились, проблема была только в Какаши. В его нежелании идти на союз, но и его удалось уговорить. Хотя, полагаю, Забуза все равно бы согласился, иначе бы у него не получилось прибрать к рукам часть богатств Гато. К тому же уничтожение компании было не в интересах Страны Воды и Теруми Мей… — Поняв, что малость увлекся, закончил фразой. — Как-то так. — А кто вылечил Забузу? — внезапно спросила Цу. И во время моей заминки, она задумчиво протянула: — Хорошо, я поняла. Это, — потыкав пальцем в доноску и ответ на нее, — я оставлю у себя. С завтрашнего дня вы, Умино-сан, — шлепнула печать и протянула плотный, чуть желтоватый лист, — сенсей команды номер семь. Взяв его обеими руками, я на автомате поблагодарил Цунаде скучной канцелярщиной о проявленном доверии, моей благодарности, судорожно ища, где прокололся с рассказом о Викторе, но это ушло на второй план, когда до меня дошли сказанные Пятой слова, и я вчитался в кажущуюся нереальной бумажку. «Указ о назначении токубецу-джонина Умино Ируки сенсеем команды N 7…», смысл остальных слов от меня ускользал, я думал лишь о том, что поломал канон сильнее обычного. Да биджу их дери! Я так и знал, что ранг прошлого «Я» однажды выйдет мне боком. Просто одно дело — чуни* с зеленью*. А другое — специальный джонин с командой опытных генинов, почти чуунинов. В этом варианте нас можно в такие глубокие задницы посылать, что даже думать об этом больно! Как вернулся домой — не помню. Очухался только исписав стопку бумаги схемами, именами, различными интересными фактами, выложив из этого пазла что-то отдаленно напоминающее прямую. О последовательности событий я мог только догадываться по косвенным приметам вроде состава команд. Из-за того, что ближе к концу мангу я смотрел не подряд, а как попало и по востребованности для работы соавтором-бетой, то события между снятием Какаши, передачей команды под руководство Тензо и заменой Саске на Сая с ходу не смог припомнить. Почему-то привиделось, что времени совсем не осталось и это выбило меня из колеи. К счастью, Наруто и Анко вернулись уже после того, как я поборол приступ паники и убрался, впереди снова забрезжил свет четкого плана. В нем было полно дыр, какие-то бесполезные филлеры из неслучившегося прошлого и прочая шляпа, но это все равно лучше, чем неизвестность! — Черт бы побрал мою мнительность и лень! — с силой потер себе макушку, будто мог через скальп размять мозги. И тут взгляд упал на выпавшую бумажку с надписью на русском «Дерево и Маляр». — Ты что-то сказал, Ирука? — выключила громоздкий фен Анко. — Я сказал, что ты испортишь свои чудесные волосы, если будешь их сушить этой… — будто бы забыл слово, — штукой. Отвлекая ее таким не хитрым способом, незаметно убрал бумажку в прикроватную тумбочку. — Ох, — зарделась, — ладно. И «эта штука» называется фен, Ирука. — Угу, просто запамятовал. Первый день в качестве командира ничем особенным не выделился, разве что для Сакуры он стал черным днем календаря и личной трагедией. Саске принял изменения без особых эмоций, а Наруто просто улыбался, он уже успел вместе с Анко порадоваться за меня. Теперь, когда никто не стоял над душой, я не кинулся гонять команду аки Майто Гай, но с первого дня назначил тренировку каждый день после заданий. Миссиями назвать эту мелочевку — было бы слишком громко. Да и миссии я брал так, что вечер оставался свободен. Тренировки важнее, чем недополученное вознаграждение за одну D-эшку. Сакуру отвел в Госпиталь и проследил, чтоб она записалась на курсы ирьенинов. Там, кстати в самом начале списка мелькали знакомые имена, а возглавляла его Хината. Это пока лишь кандидаты, но я порадовался, что подружка Наруто в первых рядах. Чтоб поддать пинка мотивации Сакуры, будто бы случайно проговорил: — Из нее получится превосходный ирьенин. — улыбаясь, коснулся строчки с именем Хинаты. — Как и ожидалось от лучшей. Сакуру страшно перекосило, она сломала карандаш, раздавив его в руке. «Я лучшая! Я! Я, а не какая-то там Хината!» — прозвучало в голове так, словно Харуно проорала это мне в ухо. Задания были — одно другого скучней, но доверить их не шиноби было нельзя и скинуть на кого-то другого — тоже. Сейчас D ранг — это не повинность — а обязанность и особого выбора нам не давали. Мы помогали разбирать книги и документы в хранилище, убирать грязь там, куда не шиноби только со стремянкой доберется, помогали обслуживать продовольственные склады… — Надоело! Почему этим не может заняться кто-нибудь другой? — возмутилась Харуно, пнув ящик. — Это может сделать даже обычный человек! — Потому что эти продукты потом едим мы. Чистка колодцев и акведука — это тоже задания, которые работают на нашу с вами безопасность и качество жизни. Если еду или воду нам приправят ядом, то мы дружненько подохнем, как протравленные крысы. А еще потому, что благодаря правильной организации работы, теневым клонам Наруто и моим, мы сделаем эту работу в три-четыре раза быстрее, чем любая другая команда. Не то чтобы местные генины и их наставники были дебилами и не могли если надо организовать работу, совсем нет. Просто они предпочитали этим не запариваться. Они же не грузчики, не садовники, не няньки, на кой черт им ломать голову и думать над тем, как сделать эту работу быстрее и лучше? Смысл ведь в том, чтобы сделать и понять, как себя вести если придется прикидываться обычным человеком. Но у нас сейчас ситуация немного другая — мы конкретно встряли с D-эшками и я обязан объяснить своей команде, как их лучше делать. — Экономика должна быть экономной. Тебе ли этого не знать, Сакура-чан! Харуно насупилась, рот открыла, для гневной отповеди, но опомнившись, вежливо кивнула, пробормотав что-то нелицеприятное. И не придерешься, она ведь бурчала безадресно, а домыслы на доказательства не потянут. С другой стороны, ее можно понять. Я, хоть и не преднамеренно, задел Харуно, напомнив о ее происхождении. Харуно потомственные купцы, а не шиноби, и напоминание об этом ее раздражало. Ну да ничего, пусть привыкает к реалиям взрослой жизни. Сейчас пока поучать не буду, подожду, пусть осознает. Не оставлю выбора, будет покладистей. Сейчас она уверена, что назначение меня капитаном команды — это временное решение и она всегда может нажаловаться на меня Какаши. Скинув балласт в виде Собакина, я занялся осторожным рационализаторством и, как мне кажется, преуспел.