Замуж за женатого

В допросной девушка оказалась впервые, несмотря на то, что работала в КТЦ не первый день. Просто до этого как-то не приходилось сюда заглядывать, в сферу ее обязанностей ведь входило немного другое. Брюнетка неуверенно оглянулась по сторонам, при этом задержав взгляд на зеркальной стене. Кто именно, а главное, зачем сейчас за ней оттуда наблюдал, Наташа не знала. Ей было не то, чтобы не по себе, ей было чертовски страшно. Неизвестность пугала, да еще подливал масла в огонь тот факт, что в комнате она пока была одна, никто к ней не спешил. Каждые минуты две своего ожидания девушка вспоминала о том, что нужно казаться как можно более расслабленной, правда, хватало ее ненадолго. Нервозность брала свое. Неизвестно сколько еще она бы выдержала, если бы не отворилась дверь, и на пороге не возникла Багира в сопровождении контр-адмирала Булатова. Эмоции все же взяли верх, и Наташа подскочила со своего места. – Маргарита Степановна, что это значит? Почему я здесь? Кошкина прищурилась, и брюнетка тут же сжалась. Отношения с Багирой у нее как-то сразу не сложились. Нет, кап-три не притесняла молодую коллегу, не придиралась к ней, но было в ее взгляде что-то такое, от чего Наташа каждый раз непроизвольно ежилась и с трудом подавляла желание спрятаться куда-нибудь под стол. А с недавних пор взгляды стали еще холоднее, и девушка, кажется, даже догадывалась почему. К своим ребятам Рита, однозначно, относилась иначе. С материнской заботой и любовью. – Да поговорить захотелось, – ответил вместо женщины Батя и, указав брюнетке на стул, предложил, – присаживайтесь. Спорить Наташа не стала, хотя в любой другой ситуации уже бы требовала объяснений. – О чем? Взгляд метался с одного лица на другое, словно девушка пыталась просканировать мысли начальства. Вот только выходило это пока не очень. – Ну, хотя бы о том, что вчера вечером капитан-лейтенант Ионов попал в автомобильную аварию, – сообщила Багира. – Вася? – голубые глазки расширились от ужаса, и девушка весьма натурально изобразила испуг. – Что с ним? Отвечать Багира не стала, вместо этого продолжила свое повествование: – Прежде чем списывать аварию на нелепую случайность, мы решили во всем разобраться. И знаешь, что мы обнаружили? Девушка отрицательно замотала головой, чем вызвала у Маргариты снисходительную улыбку. Наташа паниковала, и это не могло не радовать. Значит, они не ошиблись. – Во-первых, это неполадки с машиной, – продолжил за Риту Батя, – кто-то ослабил болты на колесе, вот оно и отвалилось. И как выяснилось, ни в этот день, ни за день до этого, в сервис Кот не ездил. Оставалась только одна версия – кто-то сделал это на парковке КТЦ. – Угу, – подтвердила Багира, – вот только там камеры, и сделать подобное невозможно за исключением разве что одного-единственного случая. Если у вас имеется мантия-невидимка. Сидящая напротив девушка побледнела еще больше. Ее пока еще ни в чем не обвиняли, да и вряд ли обвинят, но было как-то очень не по себе от этих проницательных глаз. Она не знала, как вести себя так, чтобы это выглядело непринужденно. – Я пока ничего не понимаю. – Ты права, – улыбнулась Рита. Улыбка вышла недоброй и явно не сулила ничего хорошего. – Сейчас все объясню. Если пропустить лирическую часть, то остается только один факт. Кто-то отключил камеры. Всего на несколько минут. Не знаешь, кто бы это мог быть? С ее губ сорвался еле уловимый вздох облегчения. Напуганный мозг тут же разложил все по полочкам. Оказывается, ее ни в чем не подозревают, просто пытаются найти того, кто во всем виноват. Почему обратились именно к ней? Да потому, что она как раз и отвечает за технику и все с ней связанное. Наташа покачала головой: – Нет, не знаю. Но можно выяснить, с какого компьютера была отдана команда… – С моего, – перебила девушку Рита, – вот только меня в тот день за ним не было. Повисла пауза. Брюнетка хмурилась, словно пытаясь вспомнить что-то очень важное. Наконец, это что-то важное все же пришло в хорошенькую головку, вот только ввело девушку в такой ступор, что заговорила она уже только шепотом. – Но за Вашим компьютером, Маргарита Степановна, вчера сидел Петров, получается, что это он… - договорить она не смогла. Прикрыла рот ладошкой и захлопала длинными ресничками. – Получилось бы, – поспешил заверить ее Батя, – если бы не одно но. – Какое? – На хорошего хакера всегда найдется хакер получше. – И мы его нашли, – добавила Рита. – И как ты думаешь, чего интересного он нам нарыл? Отпираться дальше было бессмысленно, но и сдаваться просто так Наташа не собиралась. Не первый год работала в таких учреждениях и с такими людьми, и прекрасно знала, как они умеют блефовать. Открыть рот и произнести хоть слово сейчас означало проиграть. А потом и вовсе могло оказаться, что ни Булатов, ни Кошкина ничего толком не знали про эти камеры слежения. Поэтому-то она и пожала плечиками, но на этот раз Багиру ее игра уже разозлила. – У меня нет времени и желания торчать тут с тобой до вечера, моя хорошая! – она отложила папку в сторону и расслабленно откинулась на спинку стула. – Понятно, что сама отвинтить колесо ты не могла, силенок не хватило бы,– женщина презрительно окинула взглядом миниатюрную девушку. – Значит, у тебя есть сообщник в центре, и нам это очень не нравится. – Не понимаю о чем Вы, – заикаясь пролепетала брюнетка. – Хватит! – уже жестче повторила кап-три. – У нас имеются доказательства, которых достаточно для того, чтобы завести на тебя сначала дело, а потом, когда найдутся свидетели, и вовсе отдать под трибунал. За шпионаж, например. – Я все равно не совсем понимаю, что Вы имеете в виду, – попытки оправдаться были тщетны, но красавица их почему-то не оставляла. Видимо, говорило природное упорство, а может, и страх перед своей дальнейшей судьбой. С губ Багиры сорвался печальный вздох, как же она не любила таких упрямых. Им хоть покажи видео, где они убивают человека, так они будут доказывать, что это он сам умер. Неужели и с этой девицей предстоит долгий договор? – Ладно, у меня еще полно дел, – Батя встал со своего места и ненавязчиво коснулся плеча Кошкиной, намекая на то, что ей неплохо было бы последовать за ним. Рита пока ничего не понимала, но спорить с командиром не стала. Уж он-то точно знает, что делает. И оказалась права, потому как стоило им только дойти до двери, как Наташа встрепенулась: – А я? – А что ты? – Булатов кинул на нее мимолетный взгляд через плечо, – а тебя отправят куда надо. Только перед этим мы известим сотрудников центра, что поймали «крота», и он, т.е., в данном случае она, дает показания. Как тебе такая перспектива? Девушка приоткрыла рот, но так и не произнесла ни слова. В голубых глазах метались испуганные огоньки, а на лице царило смятение. Офицеры выжидающе поглядывали на нее, но торопить не собирались. В таком напряжении прошло еще около полуминуты. Наконец, командир не выдержал и взялся за дверную ручку с твердым намерением покинуть допросную, и как раз в этот момент Наташа подскочила со своего места. Сделала она это неуклюже, отчего стул с грохотом отлетел, а не ожидавшая ничего подобного Багира даже вздрогнула. – Подождите! Я все скажу. – Ну, что, Бать, – Рита вопросительно изогнула бровь, – послушаем, что нам расскажут? Командир задумчиво почесал лоб, словно раздумывая, стоит ли ему тратить свое драгоценное время на беседу, а потом коротко кивнул. – Мы тебя внимательно слушаем, – женщина заняла свое место и жестом указала Наташе на ее стул. Девушка нервно сглотнула, но стул все же подняла и после коротких раздумий все же уселась. – В твоих интересах ничего не забыть, – напомнила ей кап-три. Стараясь не трястись как осиновый лист на ветру, брюнетка понимающе кивнула. Уверенность, которую она излучала все эти месяцы ее пребывания в КТЦ, исчезла без следа, и теперь перед офицерами сидела обычная напуганная до смерти девчонка, которая сама того не желая натворила дел. На какое-то мгновение Бате даже стало ее жаль, но хватило и одного взгляда на Багиру, чтобы мысли в голове уселись по полочкам. – Кто твой сообщник в центре? – Власов, – она старалась не смотреть на сидящих перед ней людей. – Он уже давно работает на генерала Ершова из ФСБ. Это именно он и приказал Власову собрать информацию по поводу предстоящей операции, но… – Но у него ничего не получилось, – закончил за нее Батя, – потому как операция засекречена, и о ней не знают даже «смерчи». Наташа закивала еще активнее, отчего стала похожа на китайского болванчика. – И тогда к нам направили тебя, – добавила Рита. – Да, правильно. Я должна была работать непосредственно в ИКЦ, а значит, могла что-то узнать. Я перерыла все файлы, но ничего так и не нашла. – Это потому, что вся информация хранится только вот здесь, – командир коснулся своей головы, – так намного надежнее. – Я это поняла, – говорить Наташе стало легче. То ли отпустил страх, то ли пришло понимание того, что назад пути уже все равно нет. Да и если честно, то «смерчей» она боялась куда меньше, чем своего непосредственного начальника. Ей уже несколько раз приходила в голову страшная мысль о том, что по завершению операции от нее могли избавиться, как от ненужного свидетеля. – Тогда план изменился, мне было приказано выведать все детали непосредственно у участников этой операции. – Наташа глубоко вдохнула, набирая в легкие как можно больше воздуха, а потом затараторила, – Уманова сразу отпадала, т.к. подобраться к ней не получилось бы при всем желании. Оставалось только двое: Вы, товарищ контр-адмирал, и Вася. – И ты выбрала Ионова. – Да. Мы с ним когда-то давно учились вместе. Думала, что будет легко, но не тут-то было. Она печально вздохнула, а затем сокрушенно покачала головой. Узнав, что участие в операции примет ее давний знакомый, девушка ведь сразу обрадовалась – значит, все пройдет без сучка и задоринки. Тем более, в свое время у них с Ионовым было что-то типа романа. Но на деле все оказалось намного сложнее. На ее кокетство внимания он не обращал, как впрочем, не обратил внимания и на хлопающие реснички, и длинные ножки, которые удалось продемонстрировать, пока он вез ее домой. И тогда в голову пришла гениальная идея… – Вы бы провалили операцию и даже не догадались бы об этом, если бы не ваша Мура. Если бы она не застала нас с Васей в тот вечер здесь, все прошло бы тихо. Если честно, то Багира вообще перестала что-либо понимать. Пока вместо того, чтобы рассказывать, что именно генералу ФСБ нужно было от некого устройства, Наташа вела разговоры исключительно о Коте. Ходила вокруг да около. И причем тут Мура? Видимо, все сомнения отразились на ее лице, потому что брюнетка робко улыбнулась и поспешила продолжить: – Мне нужно было только время. Проснувшись утром, Вася бы ничего уже не вспомнил. – Какой-то препарат? – перебил ее Булатов. – Афродизиак. Мощный. Сносит голову за несколько секунд. А дальше дело техники. Багира поморщилась. Девочка оказалась не такой уж и испуганной. Она определенно знала, что делала и на что шла. Одним словом – ушлая. – Ну а после того, как мы с ним бы…, - тут она замялась, подбирая правильное слово, но не придумав ничего умного, решила просто пропустить эту часть фразу. Тем более, все и так уже все поняли. – Тогда бы я подсыпала бы ему препарат в воду. – Сыворотку правды, что ли? – Нет. Новую разработку наших американских коллег. Что-то типа синтетического наркотика. Человек словно в гипнозе будет отвечать на любой вопрос, выполнять любое действие, а через несколько часов и вовсе не вспомнит. Дальше все стало более или менее понятно. Мура не совсем вовремя появилась в центре, Кот для Наташи был потерян навсегда, но отступать девушка не привыкла, поэтому и решила действовать по-другому. Довести начатое до конца, морально опустошив кап-лея. На этот раз, сама того не подозревая, помешала Багира, со своим предложением пораньше отправится в незапланированную командировку. Именно тогда от генерала пришел приказ об изменении плана. Теперь им была нужна не информация, а место в группе Булатова, а для этого было нужно всего-навсего на время устранить кого-нибудь из основных участников. Но только на время, убивать «смерчей» никто не собирался. Тогда-то, случайно столкнувшись с кап-три Кошкиной у кофейного аппарата, Наташа незаметно кинула маааленькую таблеточку в ее стаканчик с кофе. Но тут уважаемого генерала ждал неприятный сюрприз – оказалось, что Кошкина была кем-то вроде запасного игрока, и ее устранение не дало ровным толком ничего, кроме переполоха в центре. Без Булатова операции могло и вовсе не быть, следовательно, под удар попадал Кот. – Ты хоть понимаешь, что он мог погибнуть?! – терпению Багиры пришел конец, и даже Батя, слегка сжавший ее руку, не смог усадить женщину обратно на место. – Я…я ничего не делала. Мне было приказано только на время отключить камеры на парковке. – С ним в машине была его дочь! Маленькая девочка! Ты хоть понима… – Рита. – Что, Рита? – Кошкина обернулась на командира, – Батя, а если бы он вылетел на встречку? А если бы летел на полной скорости? Девушка за тем концом стола на всякий случай сжалась, стараясь казаться как можно менее заметной. О таких поворотах она даже не догадывалась. Она молча наблюдала за тем, как мягко, но, тем не менее, настойчиво, контр-адмирал усадил сослуживицу обратно, предварительно прошептав ей что-то на ухо. – Ладно, а теперь о планах Ершова. Зачем ему свой человек в моем отряде? – Точно не знаю, мне всего не говорили, но как я поняла, единственное, что известно Ершову, – это только то, что именно вы будете перевозить. А откуда, когда, куда – этого он не знает. А ему очень нужна эта установка. Булатов нахмурился. Ершов был из ФСБ. А это хоть и не совсем дружественная структура, но уж точно не враги, мешать бы они не стали. Тут дело не в конкуренции, а это могло означать только одно – у Ершова какие-то дела с иностранной разведкой, и установка тоже предназначалась не ему, а кому-то из соседей. – И как интересно он планировал ее забрать? Под подозрение ведь попал бы его человек. – Нет. – Наташа отрицательно покачала головой. – Под подозрение попали бы Вы, товарищ контр-адмирал, потому как человек Ершова подменил бы установку в дороге, и Вы привезли бы в конечный пункт уже муляж. Батя восхищенно цокнул языком, стоит признать, план был хорош, и продуман был до мелочей. Потом было бы не прикопаться и своей правоты тоже не доказать. – Вот только навряд ли человек Ершова отправился бы со мной. – Отправился бы, Иван Михайлович, – девушка рискнула улыбнуться, – у вас ведь изначально была договоренность с ФСБ. Только они не знали, по какой причине на этом так настаивает их генерал. – Нет, не отправился бы, – продолжал стоять на своем контр-адмирал. – А знаешь почему? – Наташа отрицательно качнула головой. – Потому что операцию должны были проводить всего лишь двое, а третий был запасным игроком, на случай чего. – Ну, правильно, – она принялась загибать пальцы, – Маргарита Степановна не в состоянии, Вася тем более. Остаетесь только Вы. Батя широко улыбнулся. Примерно на это он и рассчитывал, когда уговаривал Пригова отправить их троих в липовую командировку. Обманка. Рита по-прежнему не имела никакого отношения к перевозу установки, чего не скажешь об… – Уманова, – догадалась брюнетка. – Браво, товарищ контр-адмирал. А я ведь предупреждала, что Вы всех обыграете. В соседней комнате по ту сторону стекла все это время царила тишина. Наблюдающие за допросом ребята, молчали, боясь нарушить то призрачное спокойствие, что царило здесь. Они лишь изредка переглядывались и бросали беспокойные взгляды на Женьку, которая буквально впечаталась в зеркальную стену. На ее лице не дрогнул ни один мускул, и только по тому, как сжались кулаки, и на шее запульсировала венка, Физик понял, что сейчас разразится буря. И, как оказалось, не ошибся. Стоило только Наташе заговорить об аварии, как у девушки «сорвало крышу». – Мой ребенок! – она бросилась к двери, намереваясь сейчас же разобраться с этой крашеной девкой. – Там был мой ребенок! Моя дочь! Стоящий ближе всех к выходу Бизон первым успел перехватить вконец озверевшую Муру. – Угомонись! Не сейчас. Она смотрела на него безумными глазами, явно не понимая, как он может быть настолько спокойным после того, что они уже услышали. Тарасов обреченно закатил глаза, как были юннатами, у которых гормоны до сих пор бушуют, так ими и остались. – Не сейчас, когда там включены камеры, и идет запись допроса, – пояснил он Женьке. – Вот получим от нее всю информацию, а потом…, – он задумался, – а потом, уверен, Багира составит тебе компанию, и тогда, ой не завидую я этой мадам. Злость и ярость не прошли, это было видно по глазам, но Мура чуть ли не впервые в жизни уступила без боя. Ребята удивились, а Леся даже незаметно вновь протиснулась к двери, чтобы в случае чего перехватить девушку, но Женя о мести уже не думала. Пока не думала. До нее вдруг дошел смысл других слов. Она медленно подняла голову и, встретившись взглядом с друзьями, еле слышно прошептала: – Кот… Вася… он ведь не предавал меня… – Аллилуйя! – в полнейшей тишине голос Умы прозвучал подобно раскату грома. – Дошло, наконец! Ну что, иди извиняйся. – Прямо сейчас? – А почему бы и нет? – Уманова лукаво улыбнулась и отошла от двери, тем самым давая понять, что больше Муру здесь никто удерживать не собирается. – К тому же пока начальство очень занято, а значит, у вас впереди, как минимум, полчаса увлекательнейшего времяпрепровождения в медблоке. Да, кстати, супругу привет.