Красная нить

Факелы чуть слышно потрескивали, отбрасывая загадочные тени. Мрачные своды пещеры извилистыми тенями уходили вглубь под землю. Глубокие трещины, словно зияющие раны, рваными краями ранили взгляд. Место, которое он считал домом, умирало. Тлетворный запах разложения пропитал дальний зал, где они обычно проводили тренировки. Сейчас это стало слишком большой роскошью. Всё менялось, как бы сильно они ни сопротивлялись этому. Даже он сам. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь он… станет таким, связанным крепкими узами. Чёртова кровь каждую минуту, каждую секунду неистово кипела в венах, разрывая вдребезги. Сладкий вишнёвый запах. Табак, который предпочитал Старик, всегда был приторно сладким до тошноты. До горечи, снедающей его сейчас. - Отец, - одно слово, что прорвало давящую тишину и напряжение, царившее в этом месте после ухода матери. - Не думал, что сам придёшь ко мне, - изысканная насмешка. Старый Лис знал его слишком хорошо, чтобы недооценивать упрямство, унаследованное от той, что дала ему жизнь. Шорох старого кимоно с яркими, безжизненными маками. Длинные волосы, рассыпанные по плечам. Тлеющее пламя. И взгляд, как обычно, пронизывающий до костей. - Зачем? – этот вопрос терзал его слишком долго, чтобы молчать сейчас, когда их счёт пошёл на минуты. Время, которое они могут быть здесь, заканчивалось. - Ты сам отдал мне тот меч, - проникновенный полушёпот, способный проникать под кожу, въедаясь в кости, подобно яду, дарующий сладкое обещание. Сколько же наивных девиц велись на это? Какая жалость. На нём этот трюк не работал уже довольно давно. - Отдал, - к чему отрицать очевидное, - но и предположить не мог, что ты просто выкинешь его, - возмущение, едва слышное, но его выдают собственные эмоции, кипящие в душе. Отец слишком хорошо мог их чувствовать, чтобы его можно было обмануть чем-то подобным. - Я лишь вверил его в хорошие руки. И если бы они не подошли, то ты бы точно не пришёл ко мне. Скажи-ка мне, сынок, как давно ты стал видеть сны? Сны? Громко сказано. Им не снится ничего, кроме огня, мягко баюкающего души. Но с недавних пор он действительно стал видеть кое-что любопытное. Волосы цвета крови и их обладателя, сокрытого в тени. Но если бы только это! Проклятый зов не давал покоя ни днём, ни ночью. Он чувствовал себя послушной псиной с крепким поводком на шее, затянувшем горло так, что становилось невозможно дышать. Если бы он мог не видеть…если бы ему хватило смелости выколоть себе глаза, если бы он не знал, что, сделай это, его всё равно будет тянуть, словно огромный магнит, а он всего лишь кусок стали. Болезненно. Его сердце истекает кровью всякий раз, как он чувствует чужую боль, как свою, зная, что сейчас не может вмешаться. Он готов убить каждого, готов уничтожить всё, но подобные действия ничего не смогут изменить. Совсем ничего. Он не мог вмешиваться, но и бездействовать больше не имело смысла. Слишком хорошо он помнил шёлк волос, бархат кожи, запах крови… И взгляд угольных глаз, случайно пойманный им. Тот мужчина не смотрел собственнически, но эти глаза были настолько бездонны, что едва ли удавалось рассмотреть что-то помимо флегматичного безразличия. Только вот, присмотревшись, он осознал, насколько ярко тлеют угли. Их пламя скоро разгорится, и тогда ничто не сможет его погасить. Тот, в ком он чувствовал кровь Тэнгу, вряд ли отличается от своих родственничков. Эти крылатые пташки никогда не отпускают от себя «своё». К тому же… Сладкий запах смерти слишком явным стал. Шинигами практически ступил в тень. Такой ход событий неминуемо лишит его «сути». - Достаточно давно, чтобы убедиться, что не все легенды были выдумкой. - О как, - Старик выдохнул тонкую струйку дыма и лениво потянулся. - А всё оказалось куда серьезнее, чем я полагал. Что ж, пожалуй, время пришло. Я расскажу тебе, что именно происходит.

***

Когда-то давно один из богов пожелал дать людям силу. Ради этого было выращено божественное древо. Тот, кто рискнул бы съесть плод, стал бы посланником их воли на земле. Проводником их силы и носителем голоса. Только вот ничто не может оставаться вечно светлым, ибо тень всегда будет, пока малейшая искра солнца горит в этом мире. Они подумали над последствиями, даже если человек изменит своим принципам. Однако изначально в каждом из людей была искра, схожая с тем, что носили в себе божественные сущности, ведь большинство из них родилось из желаний людей, часть слилась с энергией природы, породив тех, кого зовут Стражами. Эпохи сменяли друг друга и, наконец, дева вкусила плод. Её сердце было подобно горному хрусталю, а воля не сгибалась под натиском ветра. Она должна была привести в этот мир дитя. Новое поколение, которое бы уравновесило всё. Однако на свет появилось два мальчика, и баланс снова покачнулся, когда один из них нашёл способ заковать Стражей в облик зверей. Наивный глупец, который считал, что на самом деле разделил воплощение «древа», лишь нацепил цепи на его хранителей. Семя цветка было утеряно. Он дал миру двоих сыновей. И, казалось бы, что всё могло бы измениться, но люди слишком слабы в своей природе. Старший был посрамлен и ограждён от права, данного ему по рождению. Он сам заковал себя вечными узами, даря шанс своим потомкам. Мизерную возможность сохранить честь и выжить. Индра родился с «лицом» бога войны. Это отразилось на всех, в ком текла его кровь. Они слишком бережно хранили традиции, что стало первым шагом к ослаблению. - Но тогда… - Их ведь не просто так прозвали демонами. Аловолосая девочка, когда-то давно умирая от голода, съела крошечное семя, что нашла в мёрзлой земле. Оно растворилось в её крови, став с ней одним целым. Я слышал, что последний из нас, кто сумел убежать от заточения в телесной форме, позже добровольно стал её Стражем. Он до сих пор охраняет то место и её потомков. - Хочешь сказать, что древо проросло в этом клане? - Оно устало, как и все мы. Это его способ жить. Пусть и в такой форме. Клан Узумаки получил свою силу, так же, как и кланы, что пошли от Мудреца. Аловолосые, словно цветки ликориса, проросли на кладбище войны. Впитав в себя семя, для других они стали подобны демонам, что крадут чужую силу, правда, в этот раз им отдали её добровольно. - Но это не объясняет того, что происходит со мной. - Ты потомок Стража, разве не понятно, что толкает тебя? - Курама с интересом следил за реакцией своего вечно спокойного дитятки. Эмоций в нём сейчас, что называется, через край. - В последнее время пташки Тэнгу зашевелились. Могу предположить, что Красноглазый уже сводил её к Основателю. - Тц, век бы его не видеть, - сердито проворчал отпрыск, неосознанно потирая левое плечо. Лис заинтересованно прищурился, значит, они уже встретились и, что удивительно, без жертв. Интересненько. В своё время он видел Индру лишь мельком, но впечатлений хватило. Назвать темноволосого мальчишку обычным язык не поворачивался. Он много нервов потрепал пташкам Тэнгу. Прямо-таки и сердце радуется, хотя в самом действе ему участия принять как-то не удалось, но подробности он узнал, что называется, из первых рук. Если теперешний Глава Учиха хотя бы каплю способностей «дедули» унаследовал, то не удивительно, что Исами стала его женой. Там даже с изворотливостью змеи не удалось бы отвертеться от договора. В бумажках Учиха могли юлить, как им только вздумается. Он бы хотел посмотреть на это своими глазами. Возможно, у него ещё будет шанс.

***

Звон металла. Исами со скучающим видом наблюдала за двумя тенями, кружившими по полянке. Их тренировка с Учиха накрылась в тот самый момент, когда об этом услышал Ясуши-сан. Недалеко, в тенёчке позвякивая в нетерпении арсеналом, находились остальные, желающие скрестить клинки с Главой. - Доброе утро, Исами-сан, - рядом появился Иори. Порой она удивлялась этой его способности возникать, словно из воздуха. - Утречка, Исами-сан, - Сецуна с сонным Кагами на спине. - Хотите? Данго с утра - не самая лучшая идея, но раз больше ничего интересного не предвидится, то… Постепенно вокруг неё образовалась группа детей. Вроде бы они просто разговаривали, но Исами отметила то, как они расположились, словно защищали?.. Это вызвало мимолётную улыбку.

***

Юйчи наблюдал. То, как младшие Учиха полностью закрыли слабые места его младшей сестры, позабавило. Правда, на данный момент всё его внимание было приковано к Учиха. Черноволосый мужчина словно сошёл со старых страниц хроник. Он дышал битвой, жил сражением, воплощал в себе само понятие войны. Узумаки с интересом впитывал его движения. Хотелось бы ему скрестить с таким противником клинки. Пожалуй, сегодня это будет весьма интересно. Взгляд зацепился за два застывших в листве силуэта. Внимательные больно. Земля мягко спружинила под ногами. - Давно не виделись, Исами. Алые пряди волос взметнулись, когда сестра обернулась. Голубые глаза с застывшими в них смешинками. Что-то новенькое. Чужая иллюзия была слишком сильной для ребёнка. Он встретился взглядом с ребёнком, который сидел рядом с сестрой. Мальчишка Учиха со скорбно опущенными уголками глаз. Опасен. Двое других отреагировали куда менее бурно, но достаточно быстро, чтобы ему пришлось уклоняться от сюрикенов, один из которых оцарапал ему щёку. Неплохо, детишки. Его цепи схлестнулись с цепями сестры. - Здравствуй, брат. После её слов Учиха отошли в тыл, но оружие не убрали. Исами же не торопилась добавить что-то к тому холодному приветствию, что прозвучало ранее. Она была насторожена? Что ж, неудивительно, учитывая его появление. Он уже довольно давно не сражался с ней. Наверное, не стоит расстраивать сестрёнку своим отказом от тестирования её роста. Эта маленькая потасовка не осталась незамеченной.

***

Брат стал куда быстрее с их последней встречи. Если дальше так продолжится, он с лёгкостью поймает её. Зачем вообще он здесь? Цепи послушно выскользнули из тела. Следующая атака будет не для того, чтобы убрать Учиха с границы поражения. Она была готова принять удар, только вот… - Отражение Учиха, - цепи Юйчи так и не достигли цели. Даже сквозь ткань она чувствовала жар руки, что опустилась на её плечо. Учиха не стал заслонять её, это было бы слишком (особенно для нежной психики Ясуши-сана). Он просто в своей манере бесцеремонно вмешался, используя гунбай. - Опа, - Юйчи задумчиво рассматривал результат. Его цепи с такой лёгкостью отразили. Брат не выглядел удивлённым, скорее, заинтересованным. - Об этом я как-то не подумал. Интересно, - аловолосый мужчина безмятежно улыбнулся. Это могло бы обмануть кого угодно, но Учиха привыкли ко всем относиться настороженно. Подобное проявление дружелюбия не могло застать их врасплох. - Могу я одолжить вашу супругу ненадолго? Мне нужно серьёзно поговорить с Исами о её беспечном отношении к собственной жизни. Младшая Узумаки судорожно сглотнула. После такой добренькой улыбочки обычно следовала нешуточная экзекуция. Не мог же он узнать так быстро? - Почему бы и нет, - Учиха флегматично пожал плечами. - В моём присутствии, разумеется. Судя по оскалу брата, нашла коса на камень. Эти двое…        [Десять минут спустя. Главный дом клана Учиха.] Сидя в позе сейдза перед братом, она чувствовала себя провинившимся ребёнком. Юйчи сменил маску, став серьёзным, как только все посторонние покинули комнату. Одновременно с этим прозрачный барьер вписался в стены, лишая любопытных дозы информации. - Я мог бы сказать, что ты поступила безрассудно. Собственно, твои выходки никогда не были лёгкой прогулкой в чужую страну, - на это скептично хмыкнул Учиха, что заставило брата нахмуриться. - Переполох в стране Молний тоже твоих рук дело? - Не полностью, - она всего лишь слегка прощупала почву, а там сразу паника, враги, диверсия. Нервные шиноби живут в стране Молний. - Ками-сама, - Юйчи звучно хлопнул себя по лбу, - когда ты, наконец, начнёшь думать о последствиях, Исами? Зачем ты потревожила... - Юйчи осёкся на мгновение, слишком уж пристально на них смотрел Учиха. - Ты знаешь, о чём я. - Место было достаточно подходящим, - брат поймёт, а разъяснять что-то сейчас она не хотела. Её супруг и без того видел кое-что, а давать ему больше информации она не собиралась. Не сейчас. - Отец не слишком доволен твоим решением, - с этого стоило начинать. Брат никогда бы не пришёл просто так, но что-то ей подсказывало, что дело не только в недовольстве отца. Он проверял её. - К тому же Совет имел другие планы. - Собирались использовать меня как разменную монету? Они совсем не меняются, - давление силы брата практически не ощущалось, поэтому она позволила себе перетечь в более удобную позу. Это не укрылось от внимания Юйчи. - Они ещё не знают, что после меня ты - вторая, - брат усмехнулся, его глаза задорно блестели. Тёмно-красные волосы послушной волной спускались до лопаток. - Ты издеваешься? – голос подвёл её, из горла вырвалось сиплое хрипение. - Мито не может претендовать, а мой сын появится ещё не скоро. Понимаешь теперь, во что вляпалась, Иса? О да, она понимала. Ещё как. Пальцы судорожно сжали ткань так сильно, что костяшки побелели. Собственный просчёт отдавался болезненной горечью. Если с братом что-то случится, бремя клана ляжет на её плечи до тех пор, пока его наследник не сможет освободить её от этого. Глубоко вдохнув, девушка взяла эмоции под контроль. - Брат, ты же не думаешь, что я допущу такой исход? - Это решать не мне, Исами, - Юйчи после того, как она пробудила цепи, никогда не показывал ей свои настоящие эмоции. Он отдалился от неё. А она не могла списывать это на простую занятость. Может, повзрослела? – Сегодня я пришёл лишь посмотреть на твоего супруга. То, что я видел, вполне удовлетворило меня. В конце концов, её жизнь никогда не принадлежала ей одной. Юйчи знал, всегда знал, что изменить будущее она не в силах. Он просто смирился с этим. Им всем пришлось смириться. Только это так больно. - Что ж, Учиха-сан, не составите мне компанию? Они оставили её, удалившись в кабинет её супруга. Исами всё ещё не могла шелохнуться. Последний взгляд, брошенный на неё братом. Он прощался. Горечь клокотала, разъедая её изнутри. Когда-нибудь она потеряет их всех. Когда-нибудь её семья будет разодрана войной. Когда-нибудь она останется совсем одна.

***

Ясуши замер на пороге, не в силах преступить через себя. Он впервые видел такое всепоглощающее отчаяние. Беззвучный крик, от которого лопаются сосуды, и сухие глаза, устремлённые к небу, молитвенно сложенные ладони, сжимающие пальцы до хруста в костях. Если бы он верил в богов, то, несомненно, пожелал бы, чтобы они пришли. Эта женщина…так хрупка. Но в то же время подобна стали. Попробуй только коснуться – отсечёт руку. Она многогранна, как блики, что придают лезвию глубину. Узумаки могла быть весёлой, скрывая себя за маской, но… Её глаза были полны боли и ожидания смерти. Не своей. Чужой. Словно она знает. Он постучал, выждав время, приоткрыл сёдзи. - Ой, Ясуши-сан, - какой беспечный вид, словно ничего не было, словно ему показалось, - что-то случилось? - Ничего, Исами. Не хочешь чаю? – сохранять маску он научился слишком давно. Эта Узумаки завораживала. Так ли ты проста? О чём ты думаешь? Что ты знаешь? У него скопилось так много вопросов, ответы на которые он вряд ли получит. Не от неё. Я хочу разгадать тебя, Узумаки. Он испугался собственных мыслей. Споткнувшись, едва смог сохранить равновесие. - Ясуши-сан, вы в порядке? – обеспокоенный голос Исами, нет, супруги Главы вывел его из раздумий. Он не должен забывать о том, кому принадлежит эта аловолосая. Мадара не потерпит никаких посягательств на неё. Возможно, он сам ещё не осознал этого. Глава может говорить, что угодно, ссылаясь на их договор. Но сегодня его реакция была красноречивее всех слов. Он не прервал бы бой с Тсуки-сама ради женщины, которая ему безразлична. Более того, Ясуши ясно видел отблеск Сусаноо. Всего на мгновение, но и этого хватило, чтобы понять, пусть непроизвольно, но Глава защищал её куда серьёзнее, чем хотел показать. Вот же. Радоваться ему или готовиться к худшему. Ясуши не знал. Но скучно им точно не будет.