Красная нить

Умудрённый прожитыми годами старец, задумчиво оглаживая аккуратную бородку, скользил кончиками пальцев по забитым свитками пыльным полкам. На первый взгляд, всё было в порядке, но предчувствие опытного шиноби говорило, что незваные гости побывали в его вотчине. И искали нечто крайне целенаправленно, к тому он отметил крайне любопытную схему изысканий недавнего посетителя. Очень немногие Узумаки были столь тщательно осведомлены о его привычках в ведении дел. И крайне малая доля из них обладала достаточными навыками, чтобы так ювелирно пройти сквозь переплетения фуин, не затронув и символа. — Что скажешь, Хитоши? — уже немолодой мужчина с тугой косой за спиной с любопытством истинного исследователя осматривал место событий. Через его руки прошло много молодых Мастеров, и уличить почерк ученика для Учителя не составило бы труда. — Не уверен, что такой умелец числится в рядах моих учеников, — чуть отрешённо ответил Узумаки, почтительно склоняя голову перед Старейшиной, чьё имя потерялось в веках. Ныне живущее поколение относилось к Хранителю библиотеки с должным его возрасту почтением и неизменно несло бремя караула, дабы даже крупицы этих знаний не попали в чужие руки. На охрану источника знаний готовили по особой программе особых представителей клана, и Хитоши прекрасно знал, что могло произойти с искусившимся на «запретный плод» шиноби. Всё-таки в своё время он был удостоен чести охранять покой обители Старейшины. Сейчас же беспрецедентная наглость и вседозволенность вторженца могла с лёгкостью ввести в ступор любого уполномоченного Карателя, коих тут табун побывал, до того момента, как Старейшина вызвал его. Расследование происшествия однозначно зашло в тупик, раз привлекли Хитоши, к тому же, мужчина был уверен, что подозрения остальных Старейшин, так или иначе, легли на его учеников. А это было уже опасно, разумеется, как любой учитель он сразу же распознал изящный почерк одного из своих бывших подопечных. Именно этот в своё время отличался таким деликатным подходом к взломам чужого фуин. Хитоши крайне гордился воспитанным им молодым Мастером, даже если сейчас внук старого друга находился вне закона. С достопочтенным, оставившим свой пост Оружейником Кадо они были тесно знакомы ещё с поры ученичества. Старый товарищ часто наведывался к нему в гости выпить по чарочке. Но сейчас, помимо присущего Такео, явно ощущалось чужое влияние, и Хитоши чуть погодя узнал знакомый ему суматошный след одного из своих учеников. Эта парочка всегда крайне эффективно работала в связке. Аккуратный педант Такео прекрасно дополнял экспериментаторшу Исами, идеи Химе порой выходили за грани разумного восприятия, но, вопреки привычной для него логике, практически безотказно срабатывали. Младшая из отпрысков Главы обладала гибким разумом, что он сразу отметил в ней, несмотря на некую скованность действий. Буйный темперамент так присущий Мито, казалось, дремал в Исами, изредка пробуждаясь в моменты эмоциональных потрясений. Она была одной из самых молодых Судей, пробудивших цепи в столь нежном возрасте. Обычно отпрыски Главной семьи куда позднее входили в силу. Не будь она третьим ребёнком, из неё вышел бы прекрасный Глава, хотя женщины крайне редко принимали на себя такое бремя в их клане. Слишком уж велика ответственность, не каждый сможет выдержать. Юйчи тогда лично привёл свою младшую сестру на его полигон. Хитоши не часто мог видеть младшую Химе до того дня, но глубина детских глаз поразила опытного Мастера фуин. Такой взгляд он видел у бывалых шиноби, прошедших войну, но никак не у маленьких девочек, которые только вышли из поры игр в куклы. Тем более в клане бытовало мнение, что младшая Химе крайне болезненный и слабый ребёнок. Как-то же сплетники должны были объяснить ярую опеку будущего Главы над своей сестрой? «Тепличный цветочек». Характеристика крепко приелась, но Хитоши прекрасно видел, что Юйчи был доволен сложившейся ситуацией. На фоне успехов девочки в фуин её репутация уничтожала любые намёки на использование бесполезной, слабой Химе в политических играх «ветвей клана». Откровенно не верили. А Главная семья этим пользовалась, к слову, весьма успешно. Юйчи как обычно проворачивал свои делишки, а его сестра тем временем всесторонне развивалась. Хитоши часто отмечал в руках Исами свитки с разными разработками её брата, да и чуть позже матери. Девочка крайне неохотно шла на контакт со своими сверстниками, подпуская к себе только Такео. Тихий, домашний ребёнок… Буквально через год после начала обучения младшая Химе окончательно разбудила свою кровь, покорив цепи, комбинируя фуин с другими техниками. Её коньком был контактный бой. Хитоши заслуженно гордился своей ученицей, которая значительно продвинулась, взяв за основу его собственный стиль. Он и не предполагал, что девочка так внимательно следила за его тренировками со старшими учениками. Но у Мастера создавалось впечатление, что что-то гнало её, как подстёгивает лошадь всадник, вынуждая рвать жилы, а в голубых глазах поселилось странное упрямство, приправленное тоскливым смирением. Будто бы она враждовала сама с собой, переступала через «не могу», которое мужчина ожидал увидеть первоначально у изнеженной девицы. Тихая гавань со знакомыми демонами заставляла Учителя только довольно хмыкать. Он воспитал достойную смену. Через пару лет Хитоши собирался поднять вопрос о признании Исами Мастером, но очередная настойчивая делегация от клана Сенджу вылилась в ответный шаг, который они больше не могли оттягивать. Младшая Химе неожиданно оказалась «в свите» Мито, как и Такео. На все вопросы и возмущения Юйчи отмалчивался, тяжёлым взглядом сверля претендентов «на руку и сердце» свободной от обязательств сестры. Новый Глава подолгу стоял у круглого окна, устремляя свой взор на юг, куда отправились аловолосые девушки, но каких-либо шагов не предпринимал. — Одна из твоих учеников частенько развлекала старика игрой в го, — Хитоши подавил желание немедленно выпустить для защиты цепи, настолько взгляд блеклых глаз был пронизывающим. — Мы сыграли с ней довольно много игр, но ни в одной из них с её стороны не была использована «жертва», — Старейшина обвёл взглядом сферическое помещение Хранилища. — Младшая Химе росла любопытным ребёнком. — Причины её любопытства явно были скрыты от Учителя, — насмешливо искривив исчерченные морщинами складки губ, старик тяжело опёрся на потёртый посох, который использовал в качестве трости. Запретный фуин быстро покрывал пол. Мастер даже не успел вовремя отреагировать, оказавшись в клетке из печатей. — Зачем вы?.. Ещё никогда на него не смотрели с таким сомнением. — Слишком много любопытных ушей развелось, не находишь, Хитоши? Я живу слишком долго на этом свете и могу распознать куда больше, нежели ты, мой наивный друг. Мы оба прекрасно знаем Юйчи, который в своём «юном» возрасте мыслит куда глобальнее некоторых старых маразматиков. Для него такая страховка очень кстати, с учётом гуляющих настроений, — старик моложаво встряхнулся после того, как фуин, мерно пульсируя, растворился в дощатом полу. — Я не понимаю о чём вы, Старейшина. — В какой же кокон ты себя заточил, раз не ощутил жара крови, что заставил всколыхнуться стариков? Или тут дело в другом? — старик больно резво для своего возраста подскочил к не ожидающему такого манёвра мужчине. Тонкое лезвие едва ли блеснуло в воздухе. — Кому же принадлежит твоя верность? — сейчас Старейшина уже не выглядел безобидным «одуванчиком», к своей досаде Хитоши попался, как мальчишка, в сети скрывающегося в тени паука. Как оголодавший зверь он буквально прошёлся по каждой линии «кровной» печати, нашедшей отражение на грудной клетке мужчины. — Этой печати больше двадцати лет, а значит, ты уже успел слить достаточно много информации, — чужая чакра раскалённым железом обожгла его лёгкие, проникая в каждый уголок, захваченного в плен тела. — Тем хуже для тебя. Мы, конечно, не Учиха, но добывать информацию умеем, — Хитоши в ужасе дёрнулся. Немощный старик стремительно менял свой облик, будто перетекая из одной формы в другую. Яростные янтарные глаза с мрачным предвкушением сощурились. Хранителю не потребовалось даже касаться его, чтобы запретный фуин, расплавляя кожу предателя, растёкся по его телу. Неистовый вопль боли заставил своды пещеры содрогнуться.

***

— А вы не переборщили, Старейшина? — гладко выбритая голова маняще блестела в свете факелов. Крепкий мужчина в чёрных доспехах нервно накручивал на указательный палец длинные усы. Дерево окрасилось в алый цвет, застывшие сгустки крови хаотично покрыли ближайшие полки, замарав свитки. — Пф, крыса долго провоцировала кота, — пробурчал старик, недовольно оглядывая фронт работ по восстановлению повреждённых рукописей. — А любому терпению рано или поздно приходит конец. — Но как вы поняли, что именно Хитоши контактировал с оппозицией, более того - пошёл на предательство? — Полагаю, наш юный Глава не допустил фатальной утечки информации, кому, как не мне, знать, насколько он продвинулся в обманчиво лёгкой науке контролирующих печатей, — с лёгким пренебрежением и долей насмешки проговорил старик, одним движением заключая остатки тела в неприметный свиток. — Хотя Юйчи предпочитает сёги, в отличие от своей младшей сестры. — Игра генералов, да? Наш Глава всегда читал людей, как открытую книгу, вероятно, сын унаследовал эти способности, но почему го? — Сначала я увлёк Исами лёгкими правилами этой игры, это позволило моделировать ситуации, основываясь на реальных событиях прошлого. Сёги же, в свою очередь, подчинены строгому регламенту, который координирует действия в интервале, заданном изначально схемой стратегии. «Генерал» зачастую опирается на характеристики фигур для победы. В го нет таких ограничений. Дряхлый старик в изношенной хламиде тяжело опустился на каменный выступ, служивший ему софой. Его блеклые глаза внимательно следили за реакцией собеседника, впрочем, в его лояльности он был уверен, ещё дед нынешнего Главы привязал его клятвой к охране одной из жемчужин Узумаки. Время ужесточило его черты, сделав лик подобием каменной гротескной статуи. Помнится, именно отпрыск его ветви был тем самым «оружием», которое старые маразматики планировали использовать в критический момент для устранения угрозы. Угроз у них было много, но конкретно этого Карателя натаскивали на разного рода грязные делишки, а там и убрать ставшую опасной Химе - как раз плюнуть. Какая жалость, что их ослепило собственное тщеславие. Юйчи следовало бы использовать эту возможность для выжигания гнилой крови. Безграничная власть Главной семьи подвергалась сомнениям на его долгом веку уже несколько раз. И каждый путь был обагрён клановой кровью, конфликты не всегда было возможно решить мирными переговорами и правом Судьи. Некоторые Главы были вынуждены принимать тяжёлые решения. Он воспитывал Исами для роли советника, но не все планы исполнялись, как хотелось бы. Юйчи крайне жёстко относился к любым контактам с младшей Химе. Удивительным явлением была её дружба с этим молодым Мастером. Странно, что её вообще позволили, но рациональное зерно в этом, несомненно, присутствовало: Такео привязался к девочке и куда инициативнее исполнял свои обязанности. Мальчишка подстёгивал её развитие. Перед отъездом Мито в его воспитаннице что-то неуловимо изменилось. Он прекрасно видел, что никакие приказы больше не удержат её на территории клана. Видел это и её старший брат. Хранитель не знал, чего планировал добиться этим решением Юйчи, но когда кровь всколыхнулась спустя несколько месяцев после отбытия Химе, опаляя вены жаром, то многим стало откровенно не до шуток. Ещё бы, такое самоуправство строго каралось, однако, он недооценил Юйчи, тот продемонстрировал на срочном собрании какой-то заплесневевший закон, позволяющий Главе назначать своего приемника до появления официального наследника. Итог не порадовал многих, но что они могли, чуть погодя пришли безрадостные известия из страны Молний. Альянс, формирование которого так настораживало Узумаки, неожиданно застопорился из-за странных событий, происходящих на территории одной из сторон. Весть о приемнике уже не имела столько внимания, сколь ранее, только вот замужество одной из Химе Глава уже не смог скрыть. И кто? Первое время многие из них наивно полагали, что законным, с точки зрения Узумаки, браком сочеталась Мито, поэтому вызванный ступор был вполне обоснован. Исами — «тепличный цветочек» под эгидой контроля старшей Химе смогла заключить брак. И это тогда, когда сама Мито состояла в унизительной связи с Сэнджу. Старейшины до конца верили, что избранником младшей Химе стал брат Хаширамы. Когда Юйчи огласил имя, в тот момент Хранитель понял, что Исами явно что-то задумала. Слишком неожиданный союз вызвал справедливые гневные вопли. Да и кто в здравом уме свяжет себя с проклятым кланом? Голубоглазая малышка связала. И в виду своего долгого пути он здраво полагал, что Учиха не выпустит наивную пташку из лап. Только вот возникали сомнения в его оценке намерений младшей Химе. Ещё играя с ней в го, он понял, что этот ребёнок никогда не делает что-то просто так. А расчёт? Нет, Исами была слишком… слишком прямолинейной по отношению к людям, как бы абсурдно это ни звучало, вероятно, там что-то другое. — А ведь вы неспроста обучили её именно этой игре, — неожиданно выдал собеседник, о ком почтенный старец уже благополучно позабыл, предавшись думам. — И она не просто так была отдана на обучение к Хитоши. Несмотря на своё… поведение, он был одним из сильнейших Мастеров. Кого вы планировали вырастить с такими-то навыками? — Полагаю, что мою смену, — глубокий голос заставил их нервно дёрнуться. — Глава, — воин спешно преклонил колено. — Давненько ты не навещал старика, Юйчи-сама. — Вижу, вы уже убрали мою марионетку, — аловолосый мужчина недовольно скривился, — жаль, он быль весьма полезен в рядах оппозиции. Сила хлынула подобно морской волне. Хранитель сдавленно охнул. Одним только своим присутствием этот мальчишка подавлял его. Власть Главы над остальными Узумаки действительно не имела границ, несмотря на свой темперамент, присущий клану, чакра Юйчи была холодной, словно его скинули в ледяной источник, продирающая до костей стужа буквально заморозила кровь в венах. — Глава, разве Хитоши не нёс угрозу? — Он говорил лишь то, что было выгодно мне, признаться, своими действиями вы изрядно подпортили мне планы. Сначала Сузу, теперь и сенсей, — мужчина пренебрежительно смахнул загустевшую кровь с какого-то талмуда. — К вашему счастью, Хранитель, Исами слишком не любит грязь политики, хотя, стоит признать, под вашим руководством она стала ценной фигурой. Только моя сестра не подчинена моей воле, — Юйчи фривольно усмехнулся. Игры всех этих интриганов за своей спиной он научился пресекать давным-давно. Какой же бред! Слов не хватило бы, чтобы выразить всю глубину его негодования, видимо, зря он в своё время не пресёк на корню слабые ростки недовольства среди старших Мастеров. Впрочем, теперь он мог не волноваться за одну из своих маленьких сестричек. Клан Учиха охранял своих женщин настолько яро, что становилось прямо-таки завидно, а скользкий советничек красноглазых мог урвать выгоду в любой ситуации. Юйчи после короткого разговора и пары соглашений не отпускало ощущение, что его обвели вокруг пальца. Поддержка Учиха, пусть и такая скрытая, появилась для его клана очень вовремя. Он прекрасно помнил, как его приняли. [Визит в клан Учиха, некоторое время назад] Когда его цепи столь интересным способом остановили, Юйчи с толикой любопытства рассматривал стоящего рядом с сестрой мужчину. Как и отец, он не мог просто так отдать родную кровь в чужой клан, но эта реакция многое ему сказала. Он не удивился, увидев парочку «отступников», несущих охрану своей теперь уже Госпожи, хотя решение Сузу его удивило, а ведь он сделал сильную привязку, удивительно, что Каратель смогла воспротивиться печати. Вторым моментом были дети. В клане аловолосых демонов дети были чем-то сродни сокровищам. Клан Учиха был близок к ним в этом, хотя система обучения несколько отличалась: сказывалось постоянное военное положение. Однако щуплые темноволосые фигурки грамотно несли охрану взятого на контроль объекта. Исами не могла не заметить этого, что во многом объясняло её действия. Юйчи до этого не приходилось иметь такого тесного знакомства с представителями проклятого клана, как за глаза величали Учиха большинство шиноби, но, пожалуй, он был впечатлён. Учиха были устойчивы к его знаменитым способностям, хотя он допускал, что на тех, в ком нет крови Узумаки, это могло действовать слабее. Здесь же ни малейшего отклика, мастера гендзюцу получили свой титул не за красивые глаза. Было в них что-то такое… похожее на терпкий туман, клубящийся вокруг каждого представителя клана. Точнее его способности сенсора не могли сказать, только вот, этот «туман» набросился на него, как стая оголодавших собак. Чакра клана Учиха потрясала своей непокорной, враждебной природой. Как Иса смогла выжить здесь? Взгляд Юйчи помимо воли метнулся к взволнованной Исами. Мужчина заставил себя выдохнуть, это влияние чужой силы ни в коей мере не вредило его сестре, вероятно, Учиха умели ограничивать последствия. Только вот, это не объясняло причин, по которым проклятый клан имел привычку отсылать женщин в положении в таинственное место, о котором много судачили шпионы, но так и не смогли обнаружить. Крайне полезно знать слабости возможного противника, впрочем, Узумаки не имели претензий к клану Учиха. Этот прецедент был первым, когда они вообще так тесно контактировали. До этого лишь пара контрактов через поставных лиц. Их клану было не с руки светиться ещё больше. Осчастливив сестру её новым положением, Юйчи решил обсудить насущные дела с её супругом, раз уж выдалась такая возможность. От него не укрылось, что те самые дети на начальном уровне владели фуин. Кабинет главы клана выглядел куда более обжито, нежели та комната, где он был до этого. Заметив знакомые ему отчёты с бесконечными таблицами, Юйчи с куда большим уважением посмотрел на мужчину, чьи густые волосы вызывали в нём машинальный рефлекс привести этот лохматый кошмар в порядок. Сказывалось то, что Исами по большей части воспитывал он. Отцу было тогда не до того — взыграла гордость у оппозиции, а мать была слишком обеспокоена её рассказами, даже сейчас она не оставила попыток обнаружить что-нибудь в старых хрониках. В его арсенале и фуин имелся как раз по случаю, но что-то подсказывало, что Учиха не проникнется его тягой к прекрасному. Надо бы Исами намекнуть, что ли… Юйчи с трудом подавил смешок, представив на секунду результат изысканий сестры, а у неё всегда была непредсказуемая реакция. Заприметив пару знакомых связок в небрежно оставленных свитках, Юйчи слегка улыбнулся: похоже, этот мужчина считал нужным заранее быть в курсе экстравагантных идей его сестры - очень предусмотрительный шаг. А ведь он собирался строить из себя сурового Главу и ревнивого брата, правда, сейчас он не уверен, что это целесообразно, учитывая отсутствие между этими двумя подобной связи. — Какие планы вы имеете на Исами? — прямой вопрос в лоб, как способ оценить реакцию оппонента. Учиха, демон его задери, не повёлся на провокацию, разве что чуть приподнял бровь в недоумении. — Мы заключили соглашение, — Юйчи устало выдохнул, а он-то надеялся… Но иного не ожидал. — Я могу взглянуть? — К сожалению, вы не сможете его прочесть, — а вот это прогнозируемо, но как-то странно для обычного соглашения. — И, предупреждая ваш вопрос, меня не интересует усиление клана с помощью вашей сестры. — О, вам известен этот миф, — маска прилипла к лицу так плотно, как никогда раньше. Он мог задурить мозги Сэнджу, но Учиха… здесь другое. — Многие мифы основаны на правде, вопрос лишь в цене, — аловолосый мужчина заметно напрягся. Этот Учиха был чересчур догадлив и, скорее всего, уже сопоставил факты, имея под носом одну из Узумаки в положении. Ясно, почему Иса не смогла избежать этого брака… или не захотела? О, женщины, пути вашей логики неисповедимы! Юйчи мысленно погрозил Исами, сейчас он уже не имел над ней власти, но эмоциональный посыл сестра вполне могла уловить. Его собеседник иронично сощурился, словно знал, о чём думал Узумаки. Он явно симпатичнее обезьяны, что удачно вписывалось в восприятие мужчин его матушкой, да и харизма в нём есть. Слабым, опять же, тоже не назовёшь. «До чего ты дожил, Юйчи, сидишь тут и оцениваешь презентабельность практически незнакомого мужика. На что только не толкает братская любовь». Учиха был в целом признан годным к употреблению, когда его мрачные раздумья нарушил чуть насмешливый голос. — Теперь я вижу у вас много общего с моей супругой, — не будь Юйчи уверен в незыблемости своего ментального блока и каменной физиономии отточенной годами практики, то подумал бы, что Мадара прекрасно осведомлён о его мыслях. — Ясуши, хватит топтаться на пороге, полагаю, нам есть, что обсудить. В комнату проскользнул ещё один темноволосый мужчина. Выразительный контраст между этими двумя представителями одного клана резко бросался в глаза, вошедший чем-то незримо отличался. Юйчи присмотрелся внимательнее, кажется, теперь многое начинает проясняться. Всё же удивительно, что при такой схожести их кланы никогда раньше не имели тесных союзов. Пусть немного не так, но Учиха опирались на силу своего Главы, наверное, даже более искреннее. — Исами-сан в учебной комнате, — на это Глава Учиха только кивнул. — Ну что же, обсудим торговые соглашения? За те неполные сорок минут Юйчи проникся деловой хваткой этого обманчиво невыразительного Советника. Никаких тебе голословных увещаний и пустых обещаний, голые факты и цифры. С таким подходом всегда приятно иметь дело. Вот бы завербовать его, но сестричка точно не простит ему такую выходку. Юйчи болезненно поморщился: прошлый подарочек одной мелкой занозы всё ещё ощущался. — Обязательства вынуждают меня покинуть ваш гостеприимный дом, — Юйчи запечатал документы в одну из меток на ладони под чуть искрящимися любопытством взглядами своих недавних собеседников. — Мы будем ждать вашего вестника, — прощальная речь Советника оборвалась на высокой ноте. Он патетически закатил глаза, когда совсем рядом раздался взрыв. Запах гари мгновенно просочился в комнату. — Очень надеюсь, что это не оружейный склад, — Юйчи понимающе хмыкнул на отстранённую реплику Учиха.