Harry James Potter: Who I am (раб.)

Любой неосведомленный о страшной тайне Азкабана волшебник никогда не прошел бы мимо двери, за которой слышалось мелодичное пение. Но для министерских работников и дементоров, которые слонялись около целого этажа, который был выделен для Лестрейнджей, утренние концерты особенно опасной заключенной стали рутиной. Уже на протяжении почти полутора лет Беллатрикс пела сыну о гордости, чистоте крови и древнейшем роде Блэк. Рудольфус смирился со странным увлечением жены. По правде сказать, мужчина и сам начинал верить, что этот ребенок - их с Беллой сын. Даже всматриваясь в зеленые глаза, что поменяли цвет через несколько дней после появления в Азкабане, Лестрейндж отказывался верить, что этот ребенок всего лишь подкидыш. Мальчик был на удивление жизнерадостным, а рядом с ним расцветала и Беллатриса. С каждым днем ее вера в чудесное спасение из тюрьмы становилась все крепче потому что вокруг малыша ощущалась дивная магическая аура. Да и сама пожирательница изменилась с того самого дня. И Рудольфус имел удовольствие наблюдать за тем как заметно помолодела внешне леди Лестрейндж: кожа приобрела более живой оттенок, щеки стали полнее. Белла начала заботиться о своей внешности как никогда раньше. Непослушные волосы женщина попыталась уложить в замысловатую прическу, но, благодаря стараниям Мракса от нее осталась только растрепанная коса. - Чистота превыше всего, - закончила свою песню Беллатриса одновременно с завершением причесывания волос сына. Мальчуган хохотнул и снова взлохматил свою прическу. Пожирательница только вздохнула, с улыбкой наблюдая за ребенком. С появлением сына в ее жизни многое изменилось. Существование обрело смысл. Жажда мести никуда не исчезла, но отошла на второй план. Ведь Темный Лорд вернется. А она представит ему сына, который будет готов служить великой миссии. Пожирательница отряхнула выцветшее зеленое платье, которое некогда принадлежало ее покойной бабушке, и бросила пугливый взгляд в сторону запертой двери. Она чувствовала, что за ними наблюдают. Знала. Но теперь уж она своего первенца не отдаст. Будет биться, кусаться и защищать его до последнего вздоха. У Мракса не было игрушек, но он был счастливым настолько насколько позволяли условия. Он был еще слишком мал, чтобы задавать вопросы, а Белла слишком воодушевлена своим внезапным материнством. Один только Рудольфус не спал по ночам и все думал о происходящем. Что это за план? Как им быть дальше? Только вот ответов все не было. Поэтому пожиратель с замиранием сердца проживал еще один день, пытаясь не предугадывать будущее. Но хрупкое счастье Беллатрисы слишком быстро рухнуло. В тот день, когда Мракс впервые смог поднять в воздух деревянную палочку с помощью одного лишь взгляда, он пришел. Когда Альбус Дамблдор ступил на порог и улыбнулся Мраксу, чету Лестрейндж настигло ужасное осознание - он хочет уничтожить малыша.

***

Директор Хогвартса очень долго планировал визит в Азкабан. Нельзя было наведываться туда слишком часто, это могло бы вызвать подозрения. Но ребенок должен быть постоянно под наблюдением. Волшебнику сообщили, что его глаза изменили цвет, но разве это признак его чистоты? Нет, Альбус был уверен в том, что это всего лишь уловка. Поттерам устроили великолепные похороны, достойные их геройской отваги. Дамблдор сам пустил слезу по время своей речи, но осуждающий взгляд министра магии заставил его замолчать слишком быстро. Старик напомнил ей: - Ради всеобщего блага. Эту фразу он мысленно повторял, шагая по коридору тюрьмы для волшебников. Когда дверь открылась, Альбус ощутил заметное напряжение, что повисло в воздухе. Он не ошибся, Беллатрикс приняла ребенка за своего. А сам маленький Гарри резко прекратил смеяться, когда их взгляды пересеклись. Взор мальчика метнулся к пожирательнице, а потом опять к незнакомцу, который нарушил их покой. Воспитанник Лестрейнджей быстро побежал к женщине и спрятался за ее спиной. Сама Белла взволнованно наблюдала за каждым движением великого волшебника. Альбус не сдвинулся с места. Он был слегка удивлен, но не сбит с толку. Поэтому он четко произнес: - Я здесь, чтобы осмотреть дитя. Поэтому будьте благоразумны. - Ни за что! - резко мотнула головой леди Лестрейндж, - ты и пальцем не коснешься моего ребенка, гнусный старик! - В таком случае я очень сожалею, - вздохнул Дамблдор, входя внутрь. В его руке появилась волшебная палочка со светящимся кончиком. Рудольфус сделал шаг вперед, закрывая собой побледневшую Беллатрикс и Мракса. Дамблдор усмехнулся и поднял волшебную палочку выше, но неожиданно она выскользнула и полетела в сторону двери. Лестрейнджи непонимающе переглянулись и не успели среагировать, когда Мракс выбежал вперед. Малыш бросил на незнакомого старика разъяренный взгляд, от которого у Альбуса побежали мурашки по коже. Глаза мальчика были красными. Такими же, как в тот роковой день, когда Дамлбдору пришлось оставить его здесь. - Уходи, - вполне вразумительно пролепетал воспитанник Лестрейнджей, не отрывая взор от изумленного лица директора Хогвартса. Дамблдор неосознанно сделал шаг назад, и его тут порывом магии вынесло за дверь. Ребенок Поттеров дрожал от злости (а, может, и от страха?), но держался на ногах. Кто этот нахальный человек, что ворвался в их дом и напугал мамочку и папу? Как он посмел? Дитя еще не осознавало всего происходящего, но одно ему было понятно - чужому человеку не место здесь. Альбус был слишком ошарашен чтобы насильно осматривать малыша, поэтому он сразу же трансгрессировал. Мальчик-который-выжил дождался пока дверь привычно закроется и обессиленно свалился на пол. Беллатрикс тут же бросилась к сыну, испугавшись за его состояние. - У него появился магический потенциал, - задумчиво промолвил Рудольфус, прикрывая глаза ладонью. Он не хотел выдать свой триумф. Их сын наделен магией, хвала Мерлину! - Боюсь, что Дамлбдор это тоже заметил, - сухо ответила ему жена, прижимая к себе истощенного ребенка. Мракс вцепился пальчиками в густые волосы матери и закрыл глаза. Внезапно ему очень захотелось спать. Словно он бегал и играл весь день, а ведь он проснулся совсем недавно. - И он несомненно еще вернется. Мы не можем так рисковать. - Сбежать отсюда мы тоже не можем, Белла, - фыркнул Лестрейндж, схватившись рукой за решетку на окне. - Мы должны разрешить ему осмотреть ребенка. В конце концов, они принесли его сюда полтора года назад, не станут же они его теперь убивать. - Замолчи! - озверела пожирательница смерти, услышав слова мужа. - Закрой свой грязный рот и никогда не смей больше говорить о том, что моего сына кто-то тронет! Я сожгу тела их детей если хоть волосок с головы Мракса упадет! Рудольфус благоразумно проигнорировал выпад в очередной раз обезумевшей Беллы. Он надеялся, что с появлением ребенка она придет в себя, но теперь ее паранойя только усилилась. В заточении подобное состояние было равносильно добровольному самоубийству. А Мальчик-который-выжил сладко спал на коленях ведьмы, даже не представляя, что ожидает его в будущем.