Comatose

Всю боль себе возьми...в реальности моей ты мне нужен был(с)

Я стёр капли пота со лба, и только после этого стал более детально осматривать дом. Крышу стоило починить немедля, потому как в горах погода весьма непредсказуема. Я пошарился в округе совсем не долго, памятуя про то, что в доме лежит раненный криомант. И хотя температура его тела не очень зависит от наличия тепла, но всё же, надо поторопиться. Пока он без сознания он обыкновенный человек. При помощи куная я смог отделить от деревьев неплохой участок коры, раздобыл ветошь и лапник, прошёлся вдоль узкой полоски горного хребта и валунов, что вероятно когда-то принес с собой ледник, и отыскал там несколько весьма ладных камней. Из этого получится отличный очаг, хотя и топить его придется «по-черному». Вернувшись, я снова дал криоманту воды, на этот раз просто из ладони. Он едва пошевелился, и неосознанно уткнулся лбом мне в бедро. Я стиснул зубы и, слегка по-отечески погладил его по волосам. Это было очень приятно. Волосы Саб-Зиро были мягкими и слегка пушились, он облегченно выдохнул, когда моя рука сделала несколько плавных заходов по его голове. Я невольно улыбнулся, представив на минуту, что этот доверительный жест показанный мне сейчас может никогда и не повториться. Воин холода словно брошенный котенок бессознательно тянулся ко мне. Памятуя о том, что я в первый раз не очень тщательно осмотрел криоманта на наличие других повреждения, я осторожно принялся разглядывать дорожки и сеточки из шрамов на его теле. Ещё несколько таких я обнаружил на шее юноши – видимо его наказывали и удушением, а может быть, он за свою короткую жизнь в Лин Куэй уже успел нажить себе врагов. Вздохнув, и посетовав на слишком быстрое наступление темноты, я мигом полез латать дыру в крыше, нехотя прощаясь с теплым комочком забравшимся головой мне на колени. Через час было уже совсем темно, и я мог только надеяться на то, что моя работа сделана на совесть и выдержит хотя бы несколько бурь ночью. Завтра я намеревался как следует завершить этот вопрос. В заботах об очаге я провел весь свой день, совсем позабыв про голод. Что ж, видимо мне не удастся поесть ещё какое-то время – придется терпеть. Выложив из камня очаг посреди дома совсем так, как это делали в Японии, я задумался над тем, как же мне добыть огонь. Раньше это не составляло труда, а теперь, когда я лишился не только своего бессмертия, но и отчасти силы своего демона, то можно было рассчитывать только на сумку, которую я заблаговременно снял с пояса Саб-Зиро, обнаружив там кое-какие медикаменты и, кажется, огниво. И почему нельзя было взять нечто более рациональное, чем огниво? Почертыхавшись, и снова гневно выразив своё негодование в сторону всего проклятого Лин Куэй, я всё же добыл огонь. Дров я успел натаскать заранее, да и хворосту для растопки, как ни странно, было в достатке. После чего я провёл расследование на тему обнаружения всяческих целебных порошков и мелких колб в запоясной сумке криоманта. Что в них было – одному богу известно, так что я не решился использовать незнакомые мне препараты, понадеявшись на крепкий юный организм. Ледяной воин внезапно застонал и медленно открыл глаза. В них было столько боли и тоски, что я невольно сглотнул острый комок в горле. - Как…холодно, брат. Я изумился. Юноша не видел ни меня, ни обстановки в которой находился – взгляд его был бессмысленно пуст, словно Саб-Зиро вот-вот готовился отдать душу Богам. Казалось, он бредил. Я осторожно приблизился к нему, заглянул в бледное и уставшее лицо, пытаясь прочитать на нём хоть какие-то признаки волевого усилия или желания остаться в живых. - Потерпи. Сейчас будет теплее, - подбадривающе шепнул я. Мне пришлось подкинуть дров в огонь, вернувшись, я ощупал тело своего врага – он зяб. Криомант, которому холодно! Нонсенс! Ничего не поделать. Я осторожно заполз к нему под шкуры, прижал к себе, отдавая тепло своего тела. Мне было очень странно, непонятно и стыдно. Обнимая своего врага я уже не чувствовал к нему той ненависти, которая пожирала меня пламенем Ада, я ведь знал, что этот юнец ни в чем не виноват. Сделав пару глубоких вдохов, я замер, а он, ощутив рядом живое существо, прильнул к моей груди и, как ребенок, ткнулся носом в яремную впадину, ища защиты и тепла. Так делают все живые существа, и не стоит обвинять этого смелого паренька в таком моменте непозволительной слабости. В конце концов, мы все когда-то были детьми и все в бреду болезненного состояния так же беззащитны как дети. Я медленно сглотнул. Взрослый мужчина, враг и убийца Саб-Зиро-младший, ластился ко мне как котенок, которого лихо помотало по жизни. Это сравнение пришло ко мне уже второй раз за день, что было для меня не очень хорошим знаком – я, кажется, стал проявлять к нему симпатию. С другой стороны, тот, кто нагло выставил требования Шао Кану, не мог не вызывать симпатию. Быть настолько наивным и несведущим, но уверенным в силе своего гнева и жажды мести… - Хан…Хан… Спаси его. Они ведь его убьют… Кто кого убьёт я так и не понял. Но юноша стиснул кулаки и снова болезненно застонал. Видимо эти глупые роботы напичкали тело несчастного не только молниями, но ещё и какой-то дрянью. Осмелев и пошарив подушечками пальцев по телу врага, я обнаружил несколько странных наощупь стальных скоб, глубоко впившихся в кожу. Так оно и есть! Дротики... Хорошо засели. Так вот как они удерживали сопротивление его демонической силы. Они попротыкали все точки соединения энергии «чи», чтобы заблокировать его демонические способности и не дать создать вокруг себя ледяной щит. - Э, нет, братец! Тебя ещё врачевать и врачевать. Потерпи… Я не знаю, для чего говорил это и кому, но мне показалось, что лучше уж как-то отвлечься от того что мне предстояло сделать. Я навис над юношей, медленно раздевая его и осматривая тело более детально, чем первый раз. Так оно и было! Я заметил перелом ребра, а вот тонкие стальные шляпки дротиков не увидел! Немного поколебавшись, я забрался ногтями под шляпку первого дротика и резко рванул на себя. Саб-Зиро выгнулся дугой от боли и его глаза широко распахнулись, в немом крике он схватился за бок, из которого тонкой струйкой потекла липкая алая жидкость. Я зажал ранку его же пальцами, а потом посмотрел на длину вынутого дротика. Неслабые восемь сантиметров. Разорвав рукава легкой униформы криоманта, я сделал из них повязку, использовав пояс как каркас. Ещё несколько дротиков торчали почти что у самых суставов бедра. Вот тут я уже не знал, как мне поступить. Саб-Зиро почти пришёл в себя и смотрел на меня с недоумением, так как я уже начинал стягивать с него штаны. Боль вернула ему осмысленное выражение лица, и он уже пытался как-то помешать мне, путаясь неверными пальцами у меня под рукой. - Что…кто ты? - Хасаши. Не дёргайся. Их тут полно. - Почему… Я увидел столько боли и отчаяния в его глазах, что мне снова захотелось выбежать прочь из хижины. Он не понимал, кто я, и почему я одет в форму его ненавистного врага Скорпиона. - Успокойся, он мёртв. Ты ранен. Я помогу. Терпи. Я говорил на китайском очень слабо, да и диалект японца меня выдавал с головой. Разглядев форму Ширай-рю, глаза криоманта наполнились ненавистью. Он гневно попытался подскочить на своей лежанке из шкур. - Т-ты…один из них! Прозвучало с уверенным обличением, злобой, почти из последних сил. - Да. Но я помогаю. Терпи. Он не смог бы сопротивляться в таком состоянии, даже если бы хотел. Я выдернул ещё пять дротиков, и он, понимая и чётко осознавая, кто его лечил, не проронил ни звука. Будто показывал мне: «Перед тобой я даже не пикну!». Упрямство и гордость жили в этом юном лесном демоне в одной плоскости, мне было сложно признать, что это и восхищало и пугало одновременно. Плевать. Я делал своё дело, пока Саб-Зиро младший не мог сопротивляться мне. Он смотрел на меня волком, готовым в самый последний момент вцепиться мне в глотку, но я меланхолично и безучастно выдергивал дротики из его тела и слышал как он с шипением и болезненным видом прикрывал глаза. Показав ему его поясную сумку, я пальцем указал на рану от дротика, а потом на колбу с какой-то смесью. Он нахмурился и несмело отрицательно покачал головой. Я показал на другую, и он утвердительно кивнул, всё ещё не веря в моё желание вылечить его. В колбе плескался какой-то хвоево-спиртовой раствор с легким маслянистым налетом. Я осторожно капнул его на подушечки своих пальцев, медленно втирая его вокруг раны. Саб-Зиро судорожно дернулся в первый раз – видимо состав был жгучим антисептиком, а раны всё же успели немного загноиться. Он мужественно вытерпел всю экзекуцию по протиранию раствором, а потом как-то очень смущенно уставился на меня, когда я стал стягивать с него штаны. Он резко перехватил мою ладонь и гневно зыркнул на меня. - Нет! Я увидел на его щеках зардевшийся румянец и постарался скрыть улыбку. Несчастный криомант не знал, как ему ещё поступить, так как последние два дротика оставались с внутренней части бедер почти у самого паха. Саб-Зиро младший моментально пояснил. - Я сам. - Хорошо, - мягко ответил я, отворачиваясь в сторону очага. Моё чуткое ухо услышало копошение и раздраженное китайское бормотание, потом легкий стон и бессильное сопение. Криомант повозился ещё несколько минут, видимо, безрезультатно. Я подкинул дров в огонь и ждал, когда он окликнет меня, но я зря недооценил упрямство юнца. Я попытался обернуться. - Не смотри! – гневно прокричал он, отворачиваясь. Я едва подавил улыбку, а потом решил, что не стоит позволять ему столько вольностей. В конце-концов, я вполне могу считать себя полноправным хозяином этой хижины и поступать так, как мне было нужно. Проигнорировав злобные восклицания в свою сторону, я силой уложил Саб-Зиро на шкуры и легким движением достал один дротик. Юнец громко охнул, и отвернулся, понимая, что сам он не смог бы оказать себе помощь. А я в это время старался не пялиться на его прелести, хотя мельком я отметил, что этому неблагодарному смутьяну с природой просто несказанно повезло. Стараясь не думать об этом более, я сконцентрировался на последнем дротике. После того как я его достал, мне пришлось обработать ранки, что ввергло моего врага в ещё большее смущение. Но он облегченно выдохнул, когда я закончил с врачеванием и как-то совсем глухо выдавил из себя. - Спасибо…