Дорога к мечте

Ней открыл глаза и ничего не увидел. Кромешная тьма царила вокруг. Он не видел даже собственных рук, ни то, что стен вокруг расположенных. Кроме полнейшей темноты властвовала ещё и давящая тишина. Поначалу, спросонья, он подумал о том, что ослеп, но нет, едва-едва можно рассмотреть очертания предметов. Эти два первых чувства отодвинули на второй план собственные ощущения и переживания: живы ли все, не случилось ли что? Вайет сел на своей кровати. Шелестели листы бумаги, разбросанные на ней и вокруг. Первую мысль – включить инфракрасное зрение, он почему-то отбросил. И тут он обратил внимание на то, что головная боль прошла. Прав был Циклоп, да и собственные чувства, кричащие о том, что просто так такие способности не даются. За всё в этой жизни нужно платить. И чем мощнее дар, тем больше плата. Ничто не даётся даром, а если даётся, то скорее всего это ловушка. В одном мы выигрываем, в другом – проигрываем, законы сохранения любой энергии никто не отменял. Учёный ни с чем не мог сравнить те ощущения, которые завладели им тогда. Мозг работал как лихорадочная бешеная машина, способная решать совершенно любые задачи, видеть самые разные, даже едва заметные связи. Все остальное казалось совершенно неважным и малозначимым, лишь поиск истины стоял на главном месте в сознании. Но мозг с непривычки от такой мощной стимуляции уставал неимоверно, отчего после работы очень хотелось спать. По всей видимости, этот артефакт неким непостижимым пока образом включал, заставлял работать те части мозга, которые обычно бездействовали, но как он смог усилить работу мозга искусственного, оставалось загадкой. Теперь становилось ясно, что представители цивилизации Кем’этер являлись телепатами, обладали некими экстрасенсорными способностями, возможно, могли практиковать магию. Собственно этот факт пояснил бы некоторые моменты, но это пока было лишь гипотезой. Ней слышал о том, что встречались даже вайеты-маги, способные пользоваться Силой, правда не своей (ибо как ни крути, вайеты создания не биологические), а той, что витает во Вселенной. Но Ней не был уверен в том, что они все это могли. Тянуло рассказать о своих новых открытиях, однако в один момент улыбка исчезла с его лица. Он осознал, что никому не может об этом сказать. По большому счёту всем на его переживания и мысли было плевать. Каждый стремился к своим целям, переживал о своём, и при этом имел возможность побеседовать с другом. Ней друзей на корабле так и не завёл. Все своё время он тратил на достижение своей высокой цели, своей мечты. И эта мечта могла стать самым значимым открытием в истории за последние несколько веков. И опять же, значимым для мирового сообщества, безликой массы. Никто не порадуется за него по-дружески, братски, просто любя. У него не было семьи, друзей, любимой. Только мечта. Наконец, он осознал это. И возможно уже поздно что-либо изменить. Волна одиночества нахлынула холодной волной, заставляя сердце сначала застыть, а затем биться быстрыми короткими толчками, душу рвало на части. Чувства требовали выхода наружу, но вырваться было некуда. Человек бы на его месте зарыдал, но у Нейа слёз не было, так же как и сердца. Зато была рвущая на части душу боль, которая ощущалась почти физически. Каждому из нас необходимо быть нужным кому-то, чтобы хотя бы один человек сказал от души и без всяких формальностей: «молодец, ты у меня самый лучший,… и я в тебя верю». Хочется поделиться своими событиями в жизни, и не для того, чтобы выговорится, а чтобы поняли и приняли. От нахлынувших чувств и переживаний Ней отправился бродить по пустынным тёмным коридорам корабля. Гулким эхом отдавались в тишине его шаги и удары трости по полу. Сам не зная почему, он вышел на капитанский мостик. Возможно потому, что автоматически знал дорогу только сюда. Здесь находилась только пара скучающих гвардейцев и один техник. Гвардейцы сидели на полу, облокотившись на возвышение, где стояло кресло капитана. Техник повернул кресло от экрана в сторону большого иллюминатора. А в воздухе вилась нежная тихая грустная мелодия скрипки, переливаясь нотами тоски, одиночества, неразделённой любви и печали. Казалось, что мелодия в чём-то повторяла чувства учёного. Но в этой нескончаемой мелодии читалась тонкая, едва приметная надежда на счастье, вера в лучшее. Ней ещё никогда не слышал вот так близко скрипичную музыку, не в записи, а в исполнении человека, вживую. В полном мраке помещения лился и очень странный свет из иллюминатора. Космос вокруг переливался синими, зелёными, розовыми цветами. Такое происходило из-за гигантской скорости, которую развивал корабль в гиперпространстве. Зрелище этой цветомузыки, вкупе с мелодией скрипки давали просто умопомрачительное влияние на сознание. Принося мир и покой в мечущиеся души. Ней отдал бы всё на свете, даже свою Мечту, чтобы это ощущение никогда не кончалось. Но скрипка, сыграв ещё один перелив, вдруг вскричала ещё раз, и умолкла, погрузив зал в тишину. При этом создавалось впечатление, что мелодия не закончена и последует продолжение, но…его не последовало. Каждый думал о чем-то своём. Так продолжалось довольно долго. Пока неожиданно корабль не вышел из гиперпространства. По всей вероятности Ней застал этот красивый момент случайно: иллюминатор пилота открывался первым, за несколько минут до выхода из скоростного режима. Везде включился неяркий свет, в коридорах заиграла оркестровая запись некоего весёлого позитивного, пробуждающего произведения. Скереон любил просыпаться под классическую музыку. С помоста капитана спрыгнула Айла, неся с собой скрипку. Выглядела она как-то необычно. Никаких украшений на пальцах, даже свой любимый кулон она не надела, на ремне не было волшебной палочки. Комбинезон застёгнут до самого стоячего воротничка, как будто девушка замёрзла. Привычных наплечников и плаща учёный тоже не заметил. - Доброе утро, мозг, - улыбнулась ему волшебница, потрепав по голове, и ушла. Нейю на одно мгновение показалось, что на её лице блестели слёзы. Живая классическая музыка всегда передаёт душевное состояние музыканта, хочет он того или нет… **** Неизвестная планета, отмеченная на карте, скопированной в пирамиде, как планета Цак-тор, цвела всеми возможными мыслимыми и немыслимыми формами жизни и была просто огромна. Большую часть поверхности занимали непроходимые влажные джунгли. Ближе к полюсам джунгли переходили в бескрайние равнины, местами поросшие лесом, а на полюсах громоздились снеговые шапки и прилегающие к ним тундры. Океаны присутствовали и являлись весьма объёмистыми по размерам и глубинам, но суши больше, что заметно даже невооружённым взглядом. Один такой океан, однако, вместил бы всю воду, имеющуюся на планете Земля. Такое разнообразие растительной и животной пищи давали: местная звезда, щедро дарующая своё тепло, и удачно расположенные несколько спутников, распределяющих свет и тепло на поверхности. В районе экватора, в глуши джунглей ни о какой цивилизации не могло быть и речи. Слишком влажно, слишком жарко, слишком много растительности. Зато в равнинной части расположился огромный город, вокруг которого чернели возделываемые поля и тонкие нити дорог. Рядом с городом расположилось гигантское поле космопорта. Не маленький космодром, как на Мёртвой планете, а воистину грандиозное титаническое сооружение, главным украшением которой служила высоченная пирамида, выполняющая по всей вероятности те же функции, что и уже встреченная ими ранее. И всё это не было в руинах и заброшено, что радовало сердце и душу. Вокруг планеты сканеры засекли несколько летающих спутников. А на дальней орбите неподвижно в немой величественности и помпезности висел огромный жёлто-чёрный, похожий на некоего жука неизвестный корабль. Его крылья - солнечные батареи оказались наполовину выдвинуты (или так они выдвигались вообще), однако он не подавал совершенно никаких признаков жизни. Даже света в иллюминаторе не имелось. Немного вдалеке от этого висел ещё один, как две капли воды похожий на этот. И тоже безжизненный. - Не нравится мне это, - пробормотал Циклоп, потирая подбородок. Он сидел в своём кресле капитана и рассматривал данные с планеты и со сканеров. Все офицеры стояли рядом, с благоговением всматриваясь во всю эту красоту. Никто ему не ответил. Хотя у каждого в голове маячил тот же вопрос. - На запрос о разрешении войти в космическое пространство, ответа нет, - доложил один из техников, отвечающий за связь. – Корабли также не отвечают. - Просканируйте поверхность, - приказал капитан. – Беспилотники сбросить. Пусть проверят. - Уже сделали, - отозвался кто-то из техников. – Атмосфера пригодна для дыхания, давление в рамках практически идеального, влажность зашкаливает лишь в тропиках, пресной воды огромные запасы. Это идеальный курорт, капитан! - Население? - Города заброшены лишь частично. Электричество отсутствует… - Хотя нет, - возразил кто-то другой. – Вижу электромагнитный всплеск. Они используют радары. Заметили наши самолёты. - А почему они до этого они им не пользовались? – спросил Рэд с усмешкой. Он стоял рядом с Геллой, полуобнимая её. Девушка, казалось, была не против, но почему-то грустила. - Это тоже один из вопросов, - задумчиво произнёс Циклоп. Повисло молчание. Красотой планеты уже не восторгались. Все сознание занимали мысли о новых загадках. В воздухе повисло чувство некоего страха. Не животного страха и паники, а осторожности и готовности ко всему. - Что будем делать, капитан? – хрипло спросил Петрович, он курил свою трубку, отчего от него многие отошли в сторону. - Для каждого дело найду, - ухмыльнулся Циклоп, обернувшись к старпому. – Тебе как раз самое сложное. Бери спецназ и обыщи корабли. Лер’Тон, ты с техниками пойдёшь туда вслед за Петровичем. Посмотри, можно ли эти посудины привести в рабочее состояние. И чем они живут. Оба офицера поклонились и ушли выполнять приказ капитана. Петрович что-то ворчал по поводу: «Появись самое сложное, сразу Петрович…». Вслед за ними увязался, было, по привычке и Топтыгин, но его остановил возглас Циклопа. - Ну а голодному оборотню будет своё поручение, - улыбаясь, говорил Скереон. – Возьми своих людей и отправляйся на планету. Добудь еды пригодной для питания. Мясо, фрукты, овощи. Возьми с собой вон ботаника. Если её конечно эльф, наконец, отпустит от себя. Топтыгин прорычал что-то довольное и отправился собирать отряд. Девушка-ангел ушла следом. - Ники, возглавь пилотов, обследуйте спутники и другие планеты системы. В случае чего на рожон не соваться, обо всём докладывать! - Обижаете капитан, - почти промурлыкала ферми и грациозной походкой удалилась. - Ну а у остальных будет особое поручение, - хитро произнёс капитан напоследок. **** - Очень непривычно вести эту посудину, - честно признался Рэд, сев за штурвал трофейного маленького «жука». Вместе с ним в этот корабль поместился Ней, Альбер и три клона в полной боевой броне и вооружении. Их целью являлся космопорт. Циклопу очень не нравилось то, что происходило на планете. Вернее некое чувство предупреждало его, точно предугадать, что именно их ожидало, было совершенно невозможно. - Ты думаешь, она справится? – спросил Ней. - Ну, так, а то, - хмыкнул разведчик. – Ты не знаешь, в каких переделках она бывала! Они приближались к огромному бетонному гладкому полю. Здания, прилегающие к космопорту, казались в полном порядке, однако все они выглядели пустующими и заброшенными. На площадке стояло несколько подобных кораблей, но все они оказались совершенно непригодны к полётам: некоторые лежали брюхом на бетоне, некоторые раскурочены внутренними взрывами. Создавалось впечатление, что их уничтожили специально, чтобы те больше не могли починить. Рэд специально сделал небольшой круг над всем полем, чтобы лучше рассмотреть некоторые детали. На некоторых зданиях позади, имелись серьёзные разрушения и подпалины, как будто стреляли из серьёзного оружия. - Кто-то восстанавливал эти здания, - отметил Ней. – Но порядком давно. Эльф посадил корабль недалеко от основного здания, где имелись ворота, выводящие в город, к которому примыкал космодром. Как только они приземлились, из главного здания выдвинулась помпезная процессия. - Говорить буду я, - сразу серьёзно отрезал шпион. – Ты слишком наивен, переводи всё, что я скажу, и ради бога не спорь со мной в их присутствии. Ней ничего не ответил. Они спустились по трапу и остановились около входа. Делегация шла медленно и потому находилась ещё далеко. - Двое останутся здесь, - продолжал приказывать Рэд, на этот раз клонам. – Стрелять на поражение, если кто-либо кроме нас рискнёт приблизиться к трапу хотя бы на пять шагов. - Да, господин, - ответили клоны. В этот момент к ним подошла довольно неожиданная делегация. Процессию возглавлял высокий гуманоид, очень сильно похожий на того, что они вскрывали совсем недавно. Только черты лица немного другие. Украшений на нём оказалось, чуть ли не в два раза больше, чем на том. Он восседал на кресле, расположенном в паланкине, закрытом полупрозрачной тканью. Паланкин этот несли очень странные существа, внешне очень сильно напоминающие пауков. Ростом они превышали человека, мощное членистоногое тело, по шесть ног, но торс и одна пара рук выглядели совсем как человеческие. Вытянутая, похожая на яйцо голова, имела по четыре больших глаза, два с одной части лица и два с другой. Небольшой рот тоже походил на человеческий, но оставались отростки жвал, которые, по всей вероятности, ещё генетически и эволюционно не ушли в прошлое. Растительности на лице не имелось, так же как и на всём теле, лишь тонкие, едва заметные, маленькие волоски, как и у всех пауков. Кожа имела черновато-коричневую окраску, на брюшках некоторых красовались рисунки. А на шеях надеты железные ошейники. По обеим сторонам шествовали высокие мускулистые гуманоиды, со смуглой кожей. На каждом надета бело-золотая броня, лица скрывали шлемы в виде голов разных животных. В руках – короткие посохи, напоминающие трости, но довольно странного вида. Несли они их, возложив не плечо, чётко отчеканивая шаг, как на параде. А впереди паланкина шествовал ещё более странный тип: маленького роста, стройный, подтянутый, с длинными вытянутыми ушами и тонким аристократическим лицом. Он очень сильно напоминал маленького эльфа. На нём красовалась туника из белой ткани, подпоясанная ремешком, сделанном в виде золотой цепи. Коротышка тащил большой золотой полукруг, на длинном шесте, с выгравированной на нём какой-то надписью. Около трапа они остановились. И коротышка заговорил. - Можешь перевести? - Постараюсь, - ответил Ней. Он предусмотрительно перед отлётом надел головное украшение, стимулирующее мозг и взял с собой свои записи. Однако, записи не потребовались. Все известные ему слова так и горели в сознании, а о неизвестных он сам мог с лёгкостью догадываться по аналогии и по настоящей ситуации. - Падите ниц пред великим лучезарным эором-влыдыкой планеты, несущим свет и мудрость сал’эора, да живёт его имя вечно, и да будет благословен его род, любимым самим тиаш-магом, владетелем гробницы Урван’Карн-ари, - перевёл его речь Ней. - Так я и упал на колени не понятно перед кем, - фыркнул Альбер. - Клоны, на одно колено становись! – сквозь зубы приказал шпион. Те подчинились. Ней и Рэд лишь поклонились, сразу дав понять встречающим, что они на равных. – Переведи ему, что просьба о помощи, посланная его любимым салеором достигла нашей галактики, и мы пришли помочь, спроси, что у них такого случилось, чем мы можем им помочь. Ней послушно начал переводить фразу шпиона. Сам же эльф внимательно следил за реакцией главного. После того, как Ней закончил, тот что-то резко сказал, рабы (судя по ошейникам и потупленным взорам, это и были рабы) поставили паланкин на землю, и он спустился на землю. Вживую он выглядел весьма величественно и даже помпезно. - Обрати внимание, на нём нет головного украшения, - шепнул Рэд Нейю – И колечка, которое наш капитан до сих пор не снимает. То, что надписью про чистоту крови. - Я рад видеть вас, представители иной культуры. Я сегодня же извещу о вашем прибытии самого сал’эора и его десницу. Но откуда у вас наши артефакты? – перевёл Ней хрипловатую речь кем’этерца. Вообще голос в целом звучал более хрипло, чем тот, который они слышали тогда на записи. Живот этого представителя был почему-то сравнительно большим, хотя полным бы его назвать не получилось. - Наверное, эти товарищи не любят физкультуру и тоже встречаются толстяки, - шёпотом усмехнулся Альбер, заметив этот факт. Вообще живот не сильно бросался в глаза. Сам бы Ней ни за что не обратил бы на него внимания. - Скажи ему, что с нами поделился тот, что сидел в той пирамиде на мёртвой планете, - попросил Крыса. – Да, и передай ему, что наш жмурик шлёт ему привет. Ну, или как-то так. Ней удивлённо на него посмотрел, но всё же перевёл все дословно, конечно же, вставив титулы и имена. Шпион же внимательно следил за мимикой собеседника. Тот, услышав конец фразы, радостно заулыбался и не произвольно начал потирать ладони. - Приятно слышать, что мой друг жив и здоров. От него к нам прибыло несколько враждебно настроенных ген-реко, которые и устроили этот погром в космопорту. И я начал было беспокоиться, не случилось ли что с ним. Из-за этого инцидента мы не можем попасть на корабли, что ждут на орбите. Приглашаю вас посетить мой дворец, о гости. - С превеликим удовольствием, - неприветливо ответил Рэд. - Прошу следовать за мной. После этих слов кем’этерец взгромоздился на своё кресло, все развернулись и двинулись к главному зданию космопорта. Один из рабов еле слышно успел прошептать Нейю одну фразу. Охрана лучезарного эора-властителя планеты тот час грубо погнала его к носилкам. - Что он сказал? – спросил Рэд. - Если дословно: «Спасите нас!». Что-то я ничего не понял. Я, конечно, понимаю, что рабам живётся несладко, но как мы можем помочь им? Устроить бунт? Это будет крайне не дружелюбно. - Он имеет в виду нечто иное, - грустно отметил шпион. – Иное. И я, кажется, уже догадался что именно. Нам нужно подкрепление. И как можно скорее. - Но на «Синей звезде» нет солдат, чтобы хоть как-то нас поддержать, случись чего, - тихо ответил Ней. - Альбер, отошли корабль вместе с одним клоном обратно, - приказал эльф. – Я не хочу оставлять его здесь. Альбер кивнул и остался с двумя клонами у корабля. По всей видимости, передавать информацию Циклопу. Однако потом он их догнал. Их шаттл поднялся в воздух практически сразу. Около главного здания их ожидал ещё один паланкин с рабами, но пустой. Он предназначался для главы их делегации. Поэтому ехидный Рэд забрался на мягкое кресло, развалился в нём и изо всех сил пытался изображать из себя персидского шаха. При этом, не забывая смотреть по сторонам и всё примечать. Клоны расположились по бокам паланкина, на манер впереди идущего. Ней шёл впереди. Они покинули космопорт через огромные ворота, стены вокруг оказались расписаны иероглифами и картинами быта цивилизации кем’этер. Краска давно начала облупляться и выцветать. Странно, что за фресками никто не следил. Колонны входа начали осыпаться. А ворота вообще отсутствовали. На входе расположился небольшой блокпост из ген-реко. Несколько каменных плит скрывали часть небольшого танка, напоминающего большого и пузатого крокодила. Зеленоватая краска обшивки тоже уже облупилась. Но мысли об отсутствии элементарного порядка тут же улетучились у него из головы при виде архитектуры неизведанной цивилизации. Кем’этер вышел в космос, став мощной индустриально и научно развитой космической цивилизацией, но упрощения в культуре за этим не последовало. Жители продолжали жить богатой духовно жизнью. Массовая одинаковость не стала властителем их сознания, как это зачастую бывает с развитыми мирами. Мода, традиции, взгляды на мир, искусство – все стандартизируется и приводится к общему знаменателю массовой культурой. Именно она порабощает сознание, упрощает его, заменяя духовные ценности и интересы общими стандартами потребления и унифицированными догматами во всем: телевидении, литературе, музыке. Сейчас, шагая по главной улице города, Ней не видел ни одной рекламы любого типа, коими изобиловали все планеты их цивилизации, даже планета учёных. На стенах домов не виднелись странные рисунки и граффити. Ну а дома…Это не были дома, это по сути дворцы! К небесам возносились строения совершенно разного стиля, ни в чем, не повторяя друг друга. Но при этом имея некие общие элементы: колонны, купола, шпили. Многие здания вообще оказались многоуровневыми. Особенно увлекло Нейа одно из них: первый этаж выстроен в форме добротного фундамента, в котором располагалось что-то вроде магазина. На крыше этого строения зеленел сад из кустарников, небольших деревьев в каменных бочках. Журчал сложный фонтан с каменными лотками под воду, которая поливала растения. От этого яруса поднимался ввысь второй, на массивных колоннах, напоминающих древесные стволы. Причём камень, из которого они высечены был коричневатого цвета, отчего казалось, что это действительно цельные стволы деревьев. И чем выше ярусы, тем тоньше и изящнее выглядели колонны. И везде цвела зелень, открытые площадки, огороженные, по всей видимости, стеклом. И венчал его великолепнейший купол. И каждое здание было столь же оригинально прекрасно. Колонны напоминали стволы деревьев, лозы, в некоторых случаях каких-то животных. И все создано с величайшей точностью и искусством. Улицы освещены фонарями, висевшими на тонких чеканных ножках и напоминавшими сказочные экзотические цветы. По ходу движения громоздились на постаментах каменные фигуры различных животных. Судя по всему, они населяли разные планеты и выполнены с умопомрачительной точностью и скрупулезностью. Все здания каменные, редко где применялся кирпич или бетонные блоки. Дорога также мощена камнем. Но Ней не видел того, что видел Рэд. Учёный восхищался архитектурой и величием погибшей цивилизации. Шпион же видел кругом лишь осколки величия и падальщиков на ней. Он замечал, что вокруг нет иных представителей кем’этера, в домах жили местные жители-рабы. Некоторые здания обвалились, на некоторых висела странного вида паутина. Свет в светильниках мигал и временами затухал. На них глядели с опаской и надеждой сотни и сотни глаз местных жителей. Стояла тягостная давящая тишина. Слишком все странно. В конце длинной улицы расположилась огромная прямоугольная площадь с большим фонтаном в центре. Справа и слева стояли ровные ряды ген-реко в своей блестящей броне и с нечто походим на большие болтеры в руках. И их было очень много. Все отряды различались по головам животных, в чьём виде украшены их шлема. Сопровождавшие их ведомого солдаты начали подходить к своим отрядам, становясь перед ними. По всей видимости, это были их командиры. Солдаты кричали некое приветствие. Сам дворец ничем особенным не отличался. Состоял из нескольких уровней. Покрытые золотом три огромных купола являлись, наверняка, ещё и солнечными батареями. Перед ним красовался прекрасный парк с множеством фонтанов и статуй, изображающих как животных, так и людей. Вернее кем’этериан. Около главного входа их встретили ещё около десятка представителей принимающей цивилизации. Они поприветствовали гостей и предложили завтра утром начать переговоры. Допускать их к салеору без проверки они не собирались. Проверить они обещались все. Вплоть до медицинского осмотра. А на данный момент они предложили им быть их гостями. Друзей проводили в небольшой зал, богато оставленный шикарной мебелью. На изящном трёхногом золотом столе стояло несколько подносов с фруктами и ещё горячим мясом. Высокий тонкий кувшин оказался выполнен совершенно непостижимым образом из гранита! Ней взял в руку золотой столовый прибор, напоминающий двузубую вилку, и потыкал мясо. - Я бы не стал этого делать, - отметил эльф, многозначительно кивнув на руки учёного. – Ничего не есть и не пить. На кроватях не спать! Выставить караул. Будем ждать. - Чего ждать? - Айла должна подать сигнал… *** Абордажный кубообразный аппарат медленно приближался к стоящим на орбите кораблям. Вообще такой шаттл мог лететь с огромной скоростью, был очень маневренным, что спасало ему жизнь во время десантирования на поверхность планет, или на чужие корабли. Что казалось довольно необычным, ибо выглядел он очень массивно и имел порядочное бронирование. Однако сейчас скорость не имела значения, важна осторожность. Петрович взял лучших пилотов и спецназ. Лер’Тон, нехотя, но согласился лететь сразу, так же как и ещё несколько учёных. Вблизи эти странные корабли ещё больше напоминали огромных пузатых майских жуков с полураскрытыми крыльями, которые, как и правильно предположил Скереон, выполняли функцию солнечных батарей. Тэн мог поклясться чем угодно, что они могли раскрываться полностью, но сейчас в силу неких неизвестных причин не перешли в такое положение. В космическом пространстве материалы не разрушаются от агрессивной среды, поэтому они сохранились практически в первозданном состоянии. Все имеющиеся люки задраены, хотя и различимы в обшивке. В непосредственной близости они рассмотрели ещё и несколько десятков башенных орудий. Дула этих пушек выглядели весьма странно. - Что будем делать, товарищ старпом? – спросил первый пилот, после того, как они облетели вокруг одного из кораблей. Петрович стоял рядом с креслами пилотов и всматривался в лобовое стекло, облокотившись на них. Лер’Тон, выгнув свою большую гибкую шею, расположился позади него, так как иных иллюминаторов в десантном шаттле не предусмотрено техникой безопасности. - А что нам остаётся, - проворчал старпом. – Значится, придётся по старинке, как на абордаж, давайте, ребятки. Вон в тот ангар ломиться будем. Да, мать вашу, давайте без самодеятельности у меня в этот раз! – В ответ пилоты многозначительно переглянулись и ухмыльнулись. Они помнили тот раз. После чего он вернулся в куб, где сидели бойцы и учёные, пристёгнутые к креслам. - Так, сынки, - рявкнул он. – Мы не знаем что там, так что действуем сообразно инструкции, но думаем своими мозгами. Вы – спецназ, так что надеюсь, они у вас есть! - Так точно! – отозвался хор голосов. В спецназ входили как люди, так и эльфы с гномами. Немного в стороне насупились четверо орков. Они вообще слыли нелюдимыми и себе на уме, но их уважали и боялись, а главное, в их верности Циклоп ни секунды не сомневался. Отдельной группой сидели боевые дроиды, самые сообразительные из всех. Их никогда не выключали, а объём программ включал даже наличие эмоций и чувств, однако до Нейя им, конечно, ещё эволюционировать и эволюционировать. - Бамбур, - окликнул Петрович одного гнома. – Ты и твои парни отвечают за учёных. Гномы ничего не ответили, но, судя по их ворчанию, рады они точно не были. Почувствовался толчок, скрежет и шипение. Щёлкнули магниты. Через несколько минут послышался голос пилота: - Вход проложен, герметизация проведена. Данных по составу воздуха нет. Давление в норме. Рекомендуется шлемы не снимать. Да, электричества там тоже не имеется. - Плана корабля у нас нет, так что путь запоминаем! Оставаться на связи. С лёгким шипением открылась задняя дверь и все шагнули во тьму. Как и предполагал Петрович, это место оказалось ангаром. Пока они шли по довольно большому залу лучи фонарей на шлемах и оружии выхватывали из тьмы огромное помещение, заставленное какими-то большими железными ящиками. Стояли и спусковые корабли, напоминающие больших и жирных зелёно-жёлтых стрекоз, чем-то схожих с земными вертолётами без лопастей пропеллеров. Люки в них оказались открыты. И рядом с ними, прислонившись к ящикам, или просто так на полу лежали скелеты, одетые в комбинезоны и боевую броню. По внешнему виду они подходили больше к гуманоидам, нежели к тем созданиям, что видели раньше. Однако тяжёлого оружия с ними не оказалось. У большинства в черепах зияли отверстия, что очень сильно походило на самоубийство. Массовое самоубийство. Часть ящиков вскрыта, их содержимое превратилось в мусор или исчезло. Понять причины этого повального суицида первоначально не получилось, что вызывало страх неизвестности. Но всё встало на свои места после того, как они добрались до выхода из ангара в остальную часть корабля. Замурован намертво и заварен. Рядом с ним тоже лежали скелеты, но причиной их смерти стали две автоматические турели, управляемые, по всей вероятности, компьютером. Сейчас они висели неподвижно, однако пулемётные ленты, уходившие в стены, заставляли действовать осторожно. Иного выхода в остальную часть корабля здесь не имелось, как выяснилось после обследования всего помещения. Лифты находились здесь же. Несмотря на всё это Лер’Тон взялся за перепрограммирование команды на закрытие входа. Возился он долго, но в итоге смог заставить двери одного из лифтов раскрыться. Открыть саму дверь не представлялось возможным. Само собой разумеется, лифты давным-давно не работали, так что пришлось подниматься по шахте на тросах. На их счастье кабина застыла, не доезжая до выходного створа, и они смогли пробраться через него в тёмный коридор. В коридоре дверей оказалось всего две. Около одной из них с потолка свешивались пулемётные турели. Один из стратегически важных пунктов. Пока часть солдат обследовала второе помещение, дверь в которое сама легко открылась при приближении людей, Лер’Тон возился с замком двери той. Петрович и спецназовцы обомлели от увиденного. Зал представлял собой нечто подобное комнаты отдыха на «Синей звезде»: мягкие кресла, небольшая площадка для танцев, небольшое возвышение для обеденных столов, экран для показа кинолент. Все вещи покрыты толстым слоем пыли и наледи. За столами, на креслах, на полу лежало несколько десятков трупов. Гуманоиды в военной форме, частично в броне. Однако, в отличие от тех, что они встретили внизу, эти умерли собственной смертью. Тела мумифицировались, так что возможно удастся даже узнать от чего. Сохранилось множество бытовых вещей, которые спецназовцы с интересом разглядывали, пока обходили помещение. Большинство из этих вещей можно с гордостью выставлять в музее: от ложек до столов, стульев и экрана. Всех выдернул из мечтательных изучений и осторожного осмотра голос тэна: - Это невероятно, - выдохнул он. – Мой друг, вы должны на это взглянуть! Петрович поспешил к учёному. Тот сумел приоткрыть дверь при помощи какого-то механизма, выглядевший как распорка. По всей вероятности он так и не сумел взломать защиту двери. Странно, что компьютер защиты всё ещё работал. Это помещение нисколько не уступало в размерах залу отдыха, а может ещё и превосходило его. Перед исследователями ровными рядами стояли несколько десятков криогенных капсул. Они очень сильно походили на Земные аналоги, но выглядели чудно и вычурно. Земляне, после изобретения технологии гиперпространственного прыжка, такими уже не пользовались, или пользовались крайне редко. Прыжок в гиперпространстве позволял прибыть на место в очень короткие сроки, где бы это место ни находилось, однако требовал большого запаса топлива. Чем больше корабль – тем дальше он прыгнет. На стандартных звездолётах их устанавливали в штучном количестве, за отсутствием практической надобности. На «Синей звезде» имелось всего три криокапсулы, да и то в медицинском отсеке, так как их теперь использовали чисто в лечебных целях. - Какая же это древняя технология, - тихо произнёс тэн. – У нас этим уже больше чем полтысячелетия никто не пользуется. - Зато сохраняет хорошо, - хмыкнул один из гномов. – У нас как-то один такой агрегат как морозилку для хранения пива использовали. Несколько гномов рассмеялись, орки хмыкнули, остальные не отреагировали совсем. Практически все капсулы оказались пустыми и даже не работающими. Несколько активно работали. В них лежали представители цивилизации кем’этера, но все они оказались мертвы, судя по ссохшимся и обмёрзлым телам. Причём умерли они, похоже, уже в криосне. - Товарищ учёный, а вот этот какой-то странный, - позвал Лер’Тона один из гвардейцев. – Он не такой как остальные, смотрите! Через несколько секунд учёный уже всматривался в небольшое окошко, расположенное в капсуле. Криокапсула работала исправно, судя по тускло горящим внутри неё огонькам. Перед ним лежал гуманоид, очень сильно похожий на того, что они вскрывали недавно, однако этот выглядел ещё более изящно и женственно, черты лица очаровательно прекрасны, огромные глаза с густыми ресницами закрыты, время от времени подёргивались так, как будто снился некий неприятный сон, из которого никуда не уйти, не проснуться. Полные губы большого рта приоткрыты, обнажая ровные красивые белые зубы. Грудная клетка размеренно вздымалась, девушка дышала. Какого цвета её кожа в реальности, Лер’Тон не мог сказать из-за голубоватого света капсулы. Но его дыхание в мгновение ока перехватило: они нашли живого представителя неизвестной Цивилизации! - Срочно доложите капитану! – приказал учёный. – И надо в ближайшие часы решать, что делать с ней. Выводить её из криосна надо как можно быстрее, иначе она может и не проснуться. Да и нет у меня уверенности в местной электронике. - Сначала надо добраться до капитанского мостика и посмотреть на местную систему, - отозвался Петрович, после того, как доложил о находке на «Синюю звезду» по особой линии связи. – Переносить её отсюда опасно. Отключать местную капсулу и переносить её в нашу? Не убьёт ли её этот перенос? Нужен совет экспертов медиков. А сейчас пойдёмте дальше. - Да-да, - как бы в забывчивости ответил тэн, всматриваясь, как заворожённый в черты лица найденной кем’этерианки. Его чуть ли не силой пришлось оттаскивать от капсулы. - А ты представь, как наш Чудик этой находке обрадуется, - хохотнул старпом, уводя учёного в коридор, положив руку на плечо. – Он будет требовать, чтобы вы разбудили её! Путь до капитанского мостика оказался достаточно долог. Лифты не работали, приходилось плутать по лестницам. По ходу движения они нашли несколько пустых помещений с неработающей аппаратурой, несколько пустых же кают. Кое-где на стенах, особенно в каютах, имелись рисунки изумительной красоты. В нескольких местах красовались надписи какими-то иероглифами, однако их форму они встречали и ранее. Все надеялись, что Ней переведёт написанное. Должен перевести. Вот, наконец, и мостик, располагавшийся прямо в голове «жука». Зал управления кораблём выглядел совершенно иначе, нежели капитанский мостик «Синей звезды». Первое, что бросалось в глаза: отсутствие возвышения для капитана. Зато прямо в центре большого зала громоздился большой круглый механизм, похожий на стол. Его бы земляне и назвали голографическим столом, ибо такие использовались в Земной империи сплошь и рядом. В основном как средство голографической связи, либо как средство наглядности, такой же имелся и на фрегате Циклопа. Этот же имел только лишь более громоздкие размеры. Около входа с потолка опускались уже привычные турели, однако двери оказались открыты, возиться не пришлось. Вокруг полукруглого лобового иллюминатора расположились кресла для обслуживающего персонала. Все пустовали. Что бросилось в глаза, не имелось как-то выделенного особого кресла для пилота. Не могли же все управлять кораблём одновременно? Это стало второй загадкой корабля. Из всех приборов работал, казалось, лишь центральный «стол», это поняли по нескольким моргающим лампочкам. - Нам нужно найти место, где можно выдвинуть солнечные батареи, - произнёс Лер’Тон. - На твоём месте я бы ничего не трогал, - криво ухмыляясь, отозвался Петрович. – Нажмёшь чего-нито не то, и бух, нету нас. Вместе с драгоценным корабликом. - Но ведь электричество нужно для криогенного отсека, - жизнерадостно ответил учёный, изучая мигающие кнопки, начал стирать многовековую пыль и наледь с них. – Что может случиться на корабле, полном мертвецов? Вы по дороге видели хоть что-то опасное? - Вон те штуки на потолке считаются? – съязвил один из эльфов-спецназовцев. - Так, судя по тем переводам, что нам делал вайет, это должно быть где-то здесь, - бормотал себе под нос тэн, изучая кнопки и иероглифы около них. Петрович и солдаты озирались по сторонам, кто-то смотрел на «Синюю звезду», видимую в иллюминатор. - Во! Нашёл! – провозгласил учёный и нажал на кнопку. Послышался внешний лязг, что-то загудело, набирая обороты. Вокруг начали включаться приборы, моргая, включился свет. Однако победная радостная улыбка сползла с лица Лер’Тона, когда на голографическом столе возникла призрачная фигура кем’этерианина. Она что-то произнесла металлическим голосом и на них развернулись дула крупнокалиберных турелей, висевших в зале и выехавших с потолка дополнительно. - Упс, - только и смог произнести учёный, поднимая руки вверх. *** - Опять терзаешь старую рану? – её голос прозвучал совершенно неожиданно, Скереон даже не заметил, как она вошла. Капитан опустил руку, в которой держал фотографию. - Я продолжаю верить, - отозвался он с некой печалью в голосе. Айла подошла и непринуждённо села на стол прямо рядом с ним. Как всегда восхитительно очаровательно прекрасна и притягательна. Все эльфийки прекрасны, это Циклоп знал и в этом убеждался многократно, но в волшебнице сияла не только внешняя красота. Харизма и обаяние вместе с внешней красотой создавали чудовищно притягательную силу. Но Айла была недоступна. Никому. Она играла с многими, но сама не любила. Вернее любила. Одного. - Ты любишь образ, не её, - продолжила Айла, усевшись нога на ногу и мило ему улыбнувшись, однако тон её серьёзен как никогда. - Ошибаешься. Образ способен искажать реальность, но содержит в себе то, что является сущностью человека. Её и любят, боготворят, превозносят, уважают. - Все образы не реальны, - парировала девушка. – Их нет. А, узнав Душу ближе, поняв, что образ ей не соответствует, мы разочаровываемся. И остаёмся одни, искать идеал до скончания веков. Вся твоя любовь лишь дымка, туман. Одно дуновение ветра и она растает. - И что ты предлагаешь? - Быть более прагматичным, - ответила она не раздумывая. – Хотя, кому я это говорю? Уж кто-кто из всех людей расчётливее всех и прагматичнее, чем капитан «Синей звезды»? Знаешь, после встречи с ней ты изменился. - Любовь меняет людей. - Это не любовь, ещё раз тебе это говорю. Ты же властелин тысяч людей, опытный капитан, психолог своего рода, поразмысли сам. Повисло тягостное молчание. Волшебница взяла фотографию девушки из его рук, и изучающе её разглядывала, хотя ранее она с ней встречалась лично. И не единожды. - Её отец отказал тебе. Да, Дом Скорпиона враг нам, потому вы и никогда не будете вместе. Это политически невозможно. - Плевать я хотел на политику. - А она, по всей вероятности, нет. Но, ты с ней после того раза хоть поговорил ещё? Послал сообщение? Получил ответ? - Нет, - капитан был грустен. Волшебница в ответ лишь хмыкнула. - Вы с Нейем в чём-то похожи, - продолжила она. – Только он слепо и без оглядки на происходящее бежит к мечте, а ты от неё убегаешь. - Да, я не могу её отпустить, - признался Скереон. – Слишком сильна привязанность. - Тогда либо завоюй свою мечту, либо… - Либо? - Забудь и отпусти. Есть те, кто гораздо ближе, и уж точно наверняка тебя любят. При этом эльфийка улыбнулась так тепло и нежно, что у Скереона не осталось никаких сомнений. Не то, что б для него это стало сюрпризом, всё к этому шло, но капитан никак не мог понять, за что она его любит? Чисто внешне он красавцем не являлся, это все видели, а духовно…он порой вынужден был отдавать такие приказы, при этом делая вид, что ему все безразлично, что большинство населения Земной Империи считали, что Души-то у него и нет. При этом, что он чувствует на самом деле знал только он сам, да его сестрёнка. И это при том, что Циклоп все всегда держал в себе. Алиса слишком хорошо его знала. - Кстати, ты слишком много проводишь времени с Нейем, - перевёл разговор капитан. Долгое молчание после практически признания стёрло улыбку с лица волшебницы, и она стала необычно серьёзной. Вообще такие разговоры случались уже не в первый раз, и никогда Скереон не говорил того, что сам думает по этому поводу, как относится к ней. Сама Айла симпатию чувствовала, а вот не ответный порыв его ещё ни разу вызвать не могла. Так и оставалась эта патовая ситуация. При упоминании вайета девушка немного смутилась. - Ему нужна поддержка, никто на корабле ему её не даёт, - ответила волшебница с тёплой улыбкой. - А сам он не воспринимает ничего, и ни к чему, кроме своей мечты не стремится. - В этом его проблема, нельзя отрекаться от Мира полностью, даже во имя Мечты. Иначе в момент достижения цели не останется ничего. И до новой мечты можно попросту не дожить, - ответил Скереон задумчиво. – Нужно жить вместе с миром, а не в своём собственном, каким бы он богатым не являлся. Капитан забрал фотографию со стола и убрал её в один из многочисленных потайных карманов комбинезона, после чего встал, взял с полки шкафа графин сока, налил себе бокал, подошёл к иллюминатору и добавил: - Похоже, что он любит тебя. - Робот способен на любовь? – хмыкнула волшебница. - Он не робот, Ней – вайет, - поправил её Циклоп. – О том, как устроено их сознание мало кто имеет представление. Но то, что он имеет привязанность, ярость и чувство долга мы уже убедились. Я полагал, что тебе это известно как никому другому. И играть с его чувствами лучше не надо. - А я и не играю, - обиделась девушка. - А как иначе назвать твои действия по отношению к нему? – улыбнулся капитан, попивая сок, судя по насыщенному жёлтому цвету - апельсиновый. – На дружеское проявление чувств не похоже. Слишком много внимания и заботы. - Ты ревнуешь? – разулыбалась Айла. Циклоп пропустил это заявление мимо ушей, хотя на мгновение усмехнулся. – Кстати, а попробуй мне доказать, что он не обычный эволюционировавший робот, а творческая личность. - Ты общаешься с ним больше других, и ещё не заметила? – серьёзно спросил Скереон, доливая себе ещё сока. – Петрович, Лер’Тон, Тэриан, ты, вы мыслите чрезмерно прямо и враждебно, считаете его не таким как все изначально, хотя сами принадлежите к разным расам. Особенно меня поражает наш тэн, казалось бы, учёные должны общаться как можно больше, а они даже не разговаривают. Вы не хотите принять, что кто-то выделяющийся из толпы может быть таким же, как вы, а по некоторым параметрам даже превосходить… Неожиданно дверь распахнулась, и вбежал запыхавшийся техник с мостика. Странно, что он не воспользовался внутренней связью. - Капитан, сообщение от старшего помощника с корабля на орбите! Они запустили солнечные батареи. Но там очень нужно ваше присутствие. - Хорошо, - вздохнул капитан. – Иду. Около входа он развернулся и добавил: - Он пишет, Айли, а не печатает. Логичнее печатать и фотографировать, а не чертить и писать от руки на бумаге. Сейчас так даже мы не делаем, не то, что бездушные роботы. Так что кто из нас теперь творческая личность? – Скереон похлопал по висящему на поясе блокноту в виде электронной книги, где он вёл судовой журнал, делал расчёты и иную важную документацию. – Да, и будь осторожна сегодня. Будем ждать твоего сигнала. Удачи! И капитан вышел вслед за техником. Случилось, по всей видимости, что-то важное, иначе бы не стали гонять человека, а позвонили по интеркому. Значит, бояться паники. - Хорошо, - задумчиво ответила Айла, достав свою книгу заклинаний, написанную от руки. – Постараюсь. И, прочитав несколько заклинаний, убрала книгу в футляр, висевший на поясе. Её ждало поручение капитана. Циклопа она подвести не могла. В такой же задумчивости она вышла в коридор и отправилась к спусковым шаттлам. Она не обратила внимания, что за ней неотступно следовала некая тень. Волшебницу сейчас занимали совсем другие мысли. Она забралась в аварийную капсулу и нажала на рычаг сброса. Никто из местных не должен был знать об её миссии. Пользоваться иным видом транспортировки на планету слишком заметно. Все это продумал Рэд, а разведчик всегда знал, что советовал. **** Спусковая аварийная капсула с лёгким шипением и жужжанием рухнула в мягкий грунт и вошла в него почти на половину. Пришлось люк выбивать силой. Волшебница, правда, потом по этому поводу пожалела: пришлось долго отряхиваться от ботвы и какой-то мякоти и сока. Она приземлилась почти в центре некоего поля. Вокруг росли огромные, размером почти с человека, овощи. В обхват они достигали почти шести-семи шагов. Почва была мягкой и жирной. «Рай для садоводов, а не туристов», - ворчала про себя девушка, отряхиваясь от ботвы. На шум сбежалось несколько странных паукообразных существ в ошейниках и пара гуманоидных солдат в странной броне, которые сразу начали в неё палить из своих автоматов, разнеся при этом несколько огромных розовых овощей и убив одного паукообразного гуманоида, вертевшегося рядом. Айла не стала убеждать, что пришла к ним с миром, просто выхватила палочку и несколькими заклятиями уничтожила нападавших. Причём в заклинаниях она не церемонилась, поэтому от них остались только лужи крови, да куски костей и плоти вокруг. Гуманоиды в ошейниках молча на всё это смотрели, ничего не предпринимая. Как догадалась девушка, контакт как-то сразу не заладился. - Чёрт, сюда бы нашего чудика. Кто ж переводить-то будет? Думай, Айла, думай! Местные чесали свои лысые затылки и чего-то обсуждали, тыкая в сторону волшебницы пальцами. Ответ пришёл совершенно неожиданно. - Эврика! – восторженно крикнула девушка, кинула в воздух одно из своих колец и произнесла заклинание. Колечко распалось в воздухе, а вот драгоценный камень с неимоверной болью вошёл в череп. Зато временная способность к телекинезу и телепатии была обеспечена. Потом от этого, однако, будет сильно болеть во лбу и останется сильный ожог, но дело того требовало. Придётся немного походить некрасивой, но что поделать. Приказ Циклопа надо было выполнять. Она долго возмущалась, как она без переводчика будет, на что Скереон лишь рассмеявшись, сказал, что она с Нейем общалась больше всех, должна бы и научиться уже чему-то. «Придумаешь чего-нибудь, ты же умничка» - сказал он. - Ну вот, чем я хуже нашего гения!? – довольно подумала девушка, положив руки на пояс и довольно улыбаясь. - Смотрите, пришелец заговорил! – воскликнул один из паукообразных. - Я думаю, болваны, - усмехнулась волшебница. – Мои слова у вас в головах! Ну да не будем вдаваться в подробности, а то вы зависните надолго. - Ты откуда? - Взгляни на небо, - сказала она, указав в конкретную точку. Даже на вечереющем небе красовались огни иллюминаторов и общие очертания «Синей звезды». – Мы получили сообщение, посланное правителями кем’этера о помощи. - Услышали боги наши молитвы! – чуть ли не хором воскликнули все собравшиеся. – Пойдём к старейшинам, нам многое надо тебе поведать, Спасительница! - Только давайте скорее, мои друзья в городе. И я не знаю, чего там происходит. Айла взгромоздилась на спину к одному из этих созданий, и они поехали в сторону города. Вообще она не могла им доверять в полной мере, но иного выбора у неё не имелось. Просто доверились интуиции, что перед ней друзья. К тому же ничего враждебного от этих существ не исходило. Да и их мысли она читала с лёгкостью. Они очень долго шли по полям, не пользуясь дорогами, которые девушка видела сверху. Пока, наконец, не очутились на самых окраинах города. Здесь от самих строений ничего не осталось, кроме беспорядочных руин. Никакой величественности, красоты и помпезности. Мёртвые безжизненные каменные плиты. В одном из развалившихся зданий оказался полу заваленный вход. Проходи она мимо без них, ни за что бы не додумалась, что тут что-то есть. Да и вообще, лесть в эти руины без специальных средств она бы ни за что не стала и обошла их стороной. Большой зал подвала занимала целая колония таких вот людей-пауков. В разные стороны уходили переходы и коридоры. «Их тут сотни и тысячи», - подумала девушка. - Десятки тысяч по всей планете, - ответил ей голос одного из сопровождавших её. Везде царила грязь, антисанитария и разруха. Несколько детей дрались из-за куска розового овоща. - А разве нельзя принести с полей? - Это карается смертью через тек’хану, - ответил ей кто-то. Волшебница тут же вспомнила то, что рассказывал ей Ней. Смертью через червя! Обычные жители становились носителями личинок, что на первых порах для них самих являлось крайне мучительным делом, когда личинка росла в теле. А после смерти они продолжали жить. Но в виде живых трупов. В небольшом ответвлении коридора оказался небольшой зал, где сидели несколько очень старых на вид местных жителя. Некоторые из них надели на себя золотые украшения, добытые, по всей видимости, в местных руинах. - Это Спасительница! Их корабли прилетели спасти нас от тек’хану! – доложил один из пришедших с ней. Девушка не стала разубеждать их и убивать надежду, что возможно они ничего и не смогут сделать в итоге. Слишком мало сил оставалось у Циклопа в наличии. Штурмовать планету десантом из двадцати человек было просто чистым самоубийством. - Я хочу говорить с вашим руководителем, - ответил один из старейшин, по всей видимости, главный. - Он не сможет понять вас, - произнесла Айла. – Но если вы говорите на наречии кем’этер наш переводчик поймёт ваш рассказ. Я запишу его и передам на корабль. Нам важно знать, что случилось. - Хорошо. Я расскажу. Пока Айла ставила чудом захваченную с собой камеру, старейшина собирался с мыслями. Наконец всё было готово. - Начинайте. Они пришли неожиданно . Совсем непонятно откуда. Как гласят старинные легенды, планета Цак-тор являлась одной из основных колоний цивилизации Кем’этер. К мтх’авар они относились всегда хорошо. Не называли их рабами и с уважением относились к чужой культуре. Даже стремились что-то почерпнуть из неё для себя. Мы работали для себя самих и отдавали им еду и ресурсы в обмен на качественные товары ремесла. Иногда, по собственной воле нас забирали работать на другие звёзды, но практически все всегда возвращались назад. Но однажды прилетел корабль с кем’этерианами, которых потом прозвали «нечистыми». Паразит развивается долго, поэтому не сразу заметили их заражённость. И в том есть правда, их душа нечиста, не стремится познать этот Мир и не несёт в себе знания и «свет звезды». Они оказались заражены тек’хану и распространили свою заразу через насилие и развратные действия, ибо совсем не знали чести и благородства. Кем’этериане вступают в связь лишь после брака, и это очень красивый ритуал, почти искусство. Эти же уже не были ими. Зараза распространялась не так быстро, чтобы быть заметной, но когда правительство поняло, что что-то не так, оказалось уже поздно. Многие из заражённых являлись знатными людьми и обладали собственными ген-реко. Начались городские бои, превратившие большую часть города в развалины. Правитель просил помощи, но везде творилось то же самое, и каждый предстал пред своей бедой один. Неожиданно пришла помощь из окраинного мира, давнего друга местного правителя. Чистые ген-реко, увидевшие происходящие уничтожили все корабли в космопорте, чтобы никто не смог улететь к звёздам. И погибли там же, защищая оставшееся мирное население, часть из которого сумели поднять наверх. Но их корабли так и остались на небе. Почему, мы не знаем. После поражения Чистых настала и наша очередь. Многие пали, оставшихся усмирили. Случилось это многие тысячелетия назад. Зараза тек’хану в нас не приживалась, не делала покорными, но и нам нашли применение. Они держат в наших телах своё потомство, надеясь, что ещё однажды кто-то прилетит, они занесут свою заразу в него и смогут вырваться с этой земли к звёздам. Наш народ, антарры, много раз поднимал восстание, но всякий раз терпел поражение. Но есть пророчество, по которому придут люди с небес и помогут нам вновь стать свободными, скинуть путы рабства. И мы заживём счастливо. Так говорил последний Чистый перед смертью. - Нашему чудику этот рассказ должен понравиться, многое пояснить, - в конце повествования сказала Айла. – Я уверена, что он свяжет все воедино. Но где они держат все своё потомство, как вы говорите? - Мы знаем где, но попасть туда невозможно. Там живут «живые мёртвые» и охраняют нечистые ген-реко, - ответил старейшина. - А и не нужно, - ответила девушка. – Покажите здание. Один выстрел с корабля и не будет целого квартала. Есть карта? - Что такое карта? - Мда, всё будет сложнее, чем я думала - выругалась волшебница. – А сможете туда провести? - Да, конечно, - ответил один из её провожатых. - Тогда времени терять нельзя, - произнесла девушка. – Мои друзья долго в городе не протянут, судя по вашему рассказу. Айла вышла на поверхность и связалась с Циклопом. - Надеюсь, звонок важный, - послышался голос Циклопа у неё в ухе. – У нас тут крайне серьёзные проблемы на орбите. - Очень, - ответила эльфийка. – Есть возможность уничтожить все их потомство в одном месте и сразу. Местный червь держит своих сынишек и дочурок в телах местных, как это было на мёртвой планете. Как рассказывал Чудик, они не могут прижиться в телах не развитых рас и потому убивают их, чтобы стать носителями. - Ну, я тебя понял, - голос капитана стал ещё более серьёзным. – Ты говорила с местными? - Да, они готовы помочь нам захватить планету. Антарры хотят свободы, рабство им опостылело. У меня есть мысль: я доберусь до их мест обитания и оставлю там маяк. По моему сигналу выстрелом с корабля сравняйте с землёй этот квартал! - Хорошо. Корабль будет выведен на выстрел через пару минут. Только сама успей уйти. - Я похожа на дуру, которая пойдёт на самопожертвование? – хихикнула она. - Дашь сигнал Алисе, она выстрелит по координатам. Через несколько минут Айла уже сидела на спине одного их антарров и они мчались к одной из окраин города. Она договорилась со старейшинами, что как только здание вместе с «живыми мёртвыми» будет уничтожено, они поднимут мятеж и при поддержке десанта с «Синей звезды» свергнут ненавистных червей. Уже наступили сумерки, руины отбрасывали длинные тяжёлые мрачные тени. Чистое небо начали заволакивать тучи, скрывая появляющиеся льдистые точечки звёзд. Пришлось успокоить местных, что это никак не помешает Большому брату со звёзд ударить кулаком в нужное место. А вот, наконец, и здание. Оно не выглядело красивым или изящным, скорее наоборот наводило страх и некое подобие ужаса и выглядело крайне уродливо, напоминая большой кирпичный куб. Оно крайне не вписывалось в местный архитектурный ансамбль, так что скорее всего его построили гораздо позднее. Наверняка специально, под контролем тек’хану и из камня от развалившихся соседних зданий. Айла соскочила на землю, когда до цели оставалось совсем недалеко. И, ни от кого не скрываясь, пошагала прямо к цели. Из-за камней послышались выстрелы, которые девушка отбила волшебной палочкой, как будто отогнала мух. Несколько слов и защитники рухнули на землю, с проломленными черепами и сдавленными как консервные банки шлемами. Лицо юной эльфийки в этот момент не отображало презрения, как обычно бывало, не чувствовалось и веселья и задора, так присущие ей всегда. Крайне собранно, целеустремлённо и с некой долей ненависти подходила она к зданию. - Мы ожидали ничто подобного от наших гостей, - послышался голос откуда-то сверху. Это стоял один из кем’этериан, она его узнала, так как видела вскрытие его собрата. Хотя нет, это не представитель Кем’этера, это паразит! Во всех смыслах этого слова. Живущий не только за счёт чужого тела, но и за счёт других живых существ, рабов. - Уничтожить её! Превратите эту нежную плоть в пристанище нашего брата, который… Договорить он не успел. Огненный шар поразил его тело, вызвав возгорание и адские крики. Существо умирало долго и мучительно. Послышался лязг железных ворот и топот тысяч ног. Вообще правящие паразиты по всей вероятности временами выпускали отдельные партии этих тварей «погулять», однако в целом держали ситуацию под контролем. Цак-тор оставалась планетой живых, а не мёртвых. Хоть в этом надо отдать им должное. - Бегите отсюда! – крикнула девушка своим провожатым, с улыбкой. – Сейчас здесь будет очень жарко! Те не стали задавать других вопросов и понеслись прочь во всю силу своих нескольких ног. Девушка осторожно подошла к зданию. И тут на неё нахлынула волна полуразложившихся тел антарров. Омерзительно пахнуло полуразложившейся плотью, навозом и ещё какой-то неимоверной гадостью. Она, едва удерживаясь на ногах, взмахнула волшебной палочкой. Девушка всё ещё могла читать мысли, даже не живых созданий. Хотя, может быть, это были уже не их мысли. - Ну, вы и пошляки, - рассмеялась она и крутанула палочкой над головой. – Зажжём не по-детски, ребята! Повинуясь Айле, вокруг неё появился волшебный огненный смерч, сметающий на своём пути всё живое, превращая его в пепел. Волны противника не ослабевали. Девушка знала, что им от неё нужно, но всё равно вошла внутрь здания. Огненный вихрь защищал её от них. Нужно обладать огромной скоростью, чтобы проникнуть к ней, за круг. Единственное неудобство, которое она испытывала в этот момент, это необходимость постоянно вертеть кистью руки и чувство холода от ощущения того, как Сила покидает её тело. Девушка кинула в темноту мощный маяк, светившийся в нужном диапазоне так, что никакие стены: ни кирпичные, ни каменные не являлись большой помехой. Волшебница улыбнулась, послала воздушный поцелуй своим противникам в темноту и отправилась к выходу. - Алиса, всё готово, - произнесла она по связи, уже выходя из здания. - Привет от Львов, - только и успели девушки услышать в ответ по интеркомам, после чего правую руку волшебницы пронзила жуткая сильная боль. Разбитая волшебная палочка выпала из окровавленной руки и огненный вихрь исчез. В этот момент она кляла себя, на чём свет стоит, что принципиально не носила магнитный пояс. Перед глазами стоял образ клона, который ожидал её около входа в это мрачное здание, сняв шлем и зло и презрительно ухмыляясь. Мгновение, и, на неё налетела волна. Послышался треск раздираемой одежды, хруст сломанных костей и к небу вознёсся полный боли, отчаяния и горечи вопль: - Огоооооооооонь! Откуда-то с облаков появился синеватый огонёк плазмы, последний раз отразившись в тёмно-изумрудных озёрах, и послышался чудовищный взрыв… *** Шаттл Циклопа проник на корабль кем’этера, висевший на орбите, как то и положено: через один из входов в ангар. Везде уже горел яркий свет, освещая ту картину, которую видели Петрович и Лер’Тон несколькими часами ранее. Как и договаривались, капитан прибыл один, лично пилотируя корабль. Он посадил свой аппарат на одном из свободных мест, раздавив однако несколько ящиков и трупов. Автоматические турели провожали его дулами, пока он проходил по коридорам. Даже в лифте он чувствовал, что за ним наблюдают, однако он видел кругом лишь запустение и хаос. Поверх комбинезона он надел браслет подчинения и золотое украшение, напоминавшее всем латный ворот, с отчеканенными иероглифами и растительными орнаментами. Магическую силу, исходящую от браслета он всегда ощущал. Но не всегда мог использовать её так, как нужно. К тому же он знал о плате, что приходилось вносить за использование этих артефактов. Хотя, быть может это не плата, а то, что их биологический вид ещё не готов к их применению. Лифт доставил его практически к нужному месту, так что он не видел основной находки исследователей. Их последнее сообщение оказалось крайне путанным и вселяло тревогу. Скереон в очередной раз пожалел, что с ним нет Нейя, который мог бы помочь с переводом. Но учёный историк у них пока что один, и на все дела ему не разорваться. Так что пускай выполняет свою основную работу, а он должен решить свою. На капитанском мостике он обнаружил голограмму кем’этерианина средних лет (если конечно можно как-то по морщинам выделить их возраст) и его людей, сидящих на креслах. Их оружие лежало на полу рядом с громоздким проекционным столом. Тэн изучающее смотрел во все стороны, и пытался как-то разговорить голограмму, мирным тоном задавая вопросы. Тот молчал. И, по всей видимости давно. Петрович что-то бурчал себе под нос. Гвардейцы молча изучали дула турелей, уставившихся на них. - А вот и капитан, - приветствовал его учёный, но обращаясь к голограмме. Кем’этерианин повернулся к Циклопу и внимательно его изучил взглядом. - Мы пришли с миром, - произнёс Скереон, подняв правую руку в воздух, демонстрируя браслет и кольцо, и не особо надеясь, чего его сейчас поймут. – Ваша цивилизация просила помощи, и мы пришли. Но, по всей вероятности поздно. - Капитан, это не вероятно! Перед нами голограмма центрального компьютера! Именно он управляет кораблём и всеми системами, - зашептал Лер’Тон. – Они пошли по пути развития самого корабля, а не двигателей, как мы. - Да, я центральный компьютер, - отозвалась голограмма. - Вы можете говорить на нашем языке? – удивился Петрович и выругался. - Я могу обрабатывать огромное количество информации мгновенно, знаю множество языков и диалектов, я вполне способен из вашего разговора кое-чему научиться, - отозвалась металлический голом голограмма. – Я должен был убедиться лично, что вы не несёте в себе нечистого, мать его (по всей вероятности компьютер уловил несколько матерных выражений Петровича и смысовые места в предложении, куда они вставлялись). - Что произошло на корабле? – спросил Петрович. - Когда мы прибыли с окраин Мира, то обнаружили, что на планете Цак-тор практически победили тек’хан. Дочь наместника Кхор’Тоон-ари приказала нашим ген-реко помочь местным жителям, однако имеющихся сил не хватило. Я её предупреждал, безуспешно. Таари слишком добра. Мы эвакуировали часть людей и сумели вывести из строя корабли на планете, чтобы мерзкие тек’хану не смогли выйти в космос. После эвакуации случились беспорядки. Часть населения оказались уже заражены. Я вынужден был изолировать нижние отсеки. - Так вот причина массового самоубийства, - выдохнул Лер’Тон. – Отчаяние… - Я не мог поступить иначе, нужно сохранить Чистых, - продолжал компьютер. – Спасаться нам оказалось негде, поэтому мы зависли на орбите и начали ждать помощи. Еды и воды хватило почти на год. Я вынужден был спасти моего капитана и оставшихся в живых светлейших эоров в криокапсулах. Остальные погибли. Чистые ген-реко не стали устраивать бунт и умерли с честью. В этот момент Циклопу доложилась о своих событиях Айла. - Мы поможем очистить планету, - обратился к компьютеру Скереон. – И я был бы очень признателен, если ты поможешь разобраться со всем нашим учёным. - Я не историк, я управляю кораблями, во мне практически нет иной информации, - ответил металлический голос. – Но, ради всех ваших богов, спасите Таари! Она спит слишком долго! - Это и в наших интересах тоже, - произнёс Циклоп. Компьютер говорил ломанными фразами, его предложения порой было очень сложно понять. Над некоторыми из них и Скереону и остальным приходилось думать по несколько минут, но в целом переговоры удались. О таком подарке судьбы, как работающий компьютер они и не смели мечтать ранее. С «Синей звезды» произвели выстрел. Сигнал. Надо приступать к действиям. **** Во дворце мощнейший взрыв и последующую за ним ударную волну не видели, но на себе заметили её появление. Здание как будто тряхнуло землетрясением. Посуда упала на пол, люди рухнули там же. А с небес шёл огненный дождь. Началась высадка. Ней и Рэд знали, что ничем серьёзным «Синяя звезда» помочь не в силах. В распоряжении капитана имелись только дроиды и спецназ. - А я думал, что сигнал будет выглядеть как-то иначе, - произнёс шпион, поднимаясь на ноги и держась руками за голову. – Так же можно и нас прибить под развалинами. - Осторожно! – крикнул Ней, выхватывая плазменный пистолет. Он увидел, как один из сопровождающих их клонов, резко поднял своё оружие и направил его на эльфа. Учёный выстрелил первым. Второй клон успел пальнуть в Альбера, но ответным выстрелом оказался убит. Миротворец лежал на полу, истекая кровью из пробитого насквозь плеча. Левая рука болталась безжизненно. Рэд бросился оказывать ему первую помощь, благо у одного из убитых «защитников» оказалась аптечка. В парке слышалась стрельба и крики. И судя по шагам в коридоре, за ними уже шли. Ней успел схватить лежащий на полу бластер и занял оборону в дверях. Началась перестрелка. Учёный не был отличным снайпером, но стрелять, ещё не разучился. Стена через несколько минут напоминала решето. Камень не спасал от пуль и бластерных зарядов. - К нам ещё не скоро прибудут на помощь, - высказал мысль шпион. – Захват планеты – длительный процесс. Да ещё с нашими силами. Но он ошибался. После часа ожесточённой перестрелки, когда уже заканчивались боеприпасы к ним пробились местные жители. Они пояснили, что они на их стороне и предложили помощь… Не смотря на предположение эльфа захват планеты не занял много времени. За ночь город был освобождён. Все ген-реко уничтожены, так же как и тек’хану, хотя последних планировалось захватить в плен. Большую их часть убили местные жители, охваченные какой-то животной яростью. А главарь убил себя сам, не желая сдаваться. Уже утром улицы и площади города оказались заполнены ликующими местными жителями. Их счастью не было предела. Антарры на руках носили помогавших им гномов, эльфов, орков, людей, даже дроидов. Довольные гвардейцы отвечали той же радостью. Конечно, несколько дней продолжались поиски и проверка всех выживших ген-реко и червей, но никого не нашли. Некоторые трупы отправили на «Синюю звезду» для исследования, но большей частью сожгли. Местные жители практически в тот же день начали восстанавливать свой город. А вот Циклопу и его офицерам было не до ликования и праздника. Мятеж клонов чуть не стоил жизни многим членам экипажа, кого-то спасти не удалось. Они составляли примерно одну треть всех вооружённых сил корабля, поэтому их неожиданное восстание стало, чуть ли не катастрофой. Оставалось только гадать, отчего всё это произошло. Пленные рассказывали под пытками Рэду, что весь этот план был задуман Джеймсом Тартингтоном ещё на Когте. Клоны лишь исполняли приказ: втереться в доверие, и ударить, как только станет возможно. Корабль действительно оказался уязвим: спецназ осматривал корабли кем’этера, отряд Топтыгина добывал еду. Большинство офицеров выполняли задание на планете или на исследовании кораблей. Как только началась высадка, они атаковали капитанский мостик, каюту капитана, лаборатории, казармы и склады с оружием и боеприпасами. В ходе боёв многие гвардейцы получили серьёзные ранения, многие убиты не месте. Из самых страшных и невосполнимых потерь стала гибель Айлы. Многие офицеры оказались ранены, убито несколько видных учёных. После этого инцидента всех клонов расстреляли за предательство. Все офицеры собрались на очередной совет в каюте капитана. По крайней мере, те, кто смог на него прийти. За столом казалось слишком свободно, после последнего заседания. Как всегда на пару сидели Петрович и Топтыгин. Оборотень бездумно двигал лапой туда-сюда закрытую банку сгущёнки. Старпом глушил водку рюмку за рюмкой. И судя по внешнему виду уже не первый день. Тэн сидел с унылым видом, не смотря на все чудесные открытия, им сделанные. Альбер находился в медотсеке, вместе со своей девушкой и Геллой, следившей за их состоянием. Тэриан резал трупы у себя в лабораториях. Циклоп устало сидел в кресле, бесцельно вертя в руках диск с какой-то записью. На столе возлежал обугленный и помятый шлем клона. Такую картину застали Рэд и Ней, заходя в каюту. Они только что прибыли с планеты, охваченной всеобщим ликованием. - А чего все такие угрюмые? – весело спросил эльф. Не говоря ни слова, Петрович включил запись. На небольшом экране показалась картинка плохого качества, заснятая, по всей видимости, шлемом, лежащим на столе. Показывался последний день из жизни бойца. Начало его дня, когда он, нарушив все приказы, отправился на спусковой капсуле, вслед за Айлой. Он следил за девушкой на протяжении всего её задания, оставаясь незамеченным каким-то чудом. Потом выяснилось, что он в отряде являлся снайпером. И, как это ни печально, заснял в том числе последние секунды жизни девушки. После жуткого крика и чудовищной вспышки запись прервалась. Ней, взявшись за голову медленно покинул каюту. А Рэд медленно осел на кресло. - Как ни печально, мы должны решить некоторые насущные вопросы, - тихо сказал Скереон, положив диск с записью на стол. Разведчики донесли весьма любопытные данные о планетах в этой системе. Одна из них также оказалась обитаема, но совершенно непригодна для проживания, зато крайне полезна для них. На ней расположилось самое невероятное число заводов, фабрик и предприятий, какое вообще можно себе представить. На них производилось всё, начиная с одежды и столовых приборов, заканчивая составными частями для космических кораблей и всяческим сложным оборудованием. Часть планеты представляла собой огромный склад с безграничным количеством самых разных вещей. Вся система выстроена таким образом, что вся работа возлагалась на роботов. Живые существа лишь руководили сборкой и общим процессом. Само собой, предприятия стояли уже много столетий, но и много веков они впустую изготавливали товары, которые попросту оказались никому не нужны. Склады ломились от самых разных вещей. Да и сам вид убитой промышленностью под самый корень планеты поражал воображение. Ники прислала снимки. Лес труб и царство бетонных коробок цехов, каменные шоссе между ними для перевозки изготовленного. И над всем этим висел едкий смог, которым совершенно невозможно дышать, хотя атмосфера изначально выглядела идеально. На этой же планете обнаружились очень богатые залежи полезных ископаемых. Их уже порядком опустошили, но ими всё ещё можно было пользоваться. Первоначально предприятия убивало планету, а как только перешли на экологичный вид энергии и на безотходное производство, оказалось слишком поздно. На орбите висела небольшая станция, но на ней живых организмов не обнаружили. Только трупы. Причём эти бедняги умерли прямо в космосе, не имея возможности куда-либо уйти. И, скорее всего от старости, так как остатков пищи пилоты Ники нашли порядочно. Эта станция управляла всеми заводами дистанционно, а также раскрывала солнечные батареи, установленные на солнечной стороне спутника. Техникам цивилизации было известно, каким образом доставлять энергию беспроводным способом. Предприятия перестали работать именно из-за того, что перестала поступать энергия. Предстояло организовать туда поездку техников и Лер’Тона для изучения всего этого хлама: что можно использовать, а что уже не потребуется никогда. Вторая находка оказалась для Циклопа более интересной. Около ещё одной планеты системы пилоты обнаружили целый флот кораблей, которые по своему внешнему виду очень сильно отличались от привычных уже «жуков». Тонкие, быстрые с виду, построенные в виде хищных птиц, с опущенными вниз крыльями, как будто в полёте. И вооружённые. Военный флот. И это капитана тревожило больше всего. Корабли пока что висели неподвижно и явно никуда не собирались, но если вдруг с их командованием стало то же самое, что и в Колонии, то добра ждать явно не приходилось. По его приказу сектор постоянно патрулировали, и он надеялся, что в случае чего конфликта удастся избежать. Ну, или, по крайней мере, удастся подготовиться к отражению агрессии и погибнуть с честью. С местным населением попытались наладить контакт сразу, как только Ней хоть как-то пришёл в себя. Вайет ещё больше замкнулся в себе, стал крайне нелюдим, что капитана беспокоило всё больше и больше. Ней организовал курсы для будущего нового наместника этой планеты – Альбера. Циклоп стал властелином новой планеты, под радостные крики местных жителей. Они поначалу испугались его необычного внешнего вида и сурового выражения лица, но через несколько бесед они его просто обожали. И было за что. На самое планете началось просто неудержимое строительство и развитие. Техники с «Синей звезды» приводили в порядок космодром, который через некоторое время станет очень нужен планете. Так же как и пилоты, которых совершенно не понятно пока откуда брать. И языка никто не знал, так что приходилось учиться. Главным учителем выступал на данный момент Ней, который читал лекции по языку будущим колонистам. Однако учёный большую часть времени тратил на изучение местных памятников. Он постоянно лазил с измерительными приборами, что-то рисовал, заносил в таблицы и схемы. После чего на досуге переводил данную Циклопом запись. Но после того, как нашёл некую книгу в полуразрушенном дворце, как сошёл с ума. Он от неё не отходил днями и ночами. На все вопросы отвечал уклончиво, мол, про культуру. Останков Айлы не нашли совсем. Да вообще это и не мудрено: от здания осталась одна большая воронка. Плазма не щадит ничего и никого. Местные называли её Спасительницей и собирались воздвигнуть памятник. Топтыгин предался охоте в джунглях и постоянно присылал из этих диких лесов мясо того или иного животного на пробу, но вылезать оттуда совершенно не желал. Он звал с собой Петровича, но тот предпочитал пить водку и орать на рабочих, чтобы те делали своё дело быстрее и качественнее. Так проходил день за днём. Каждый убивал своё горе как мог. Но работа не могла ждать. А Ней всё чаще и чаще оставался на планете, совершенно не бывая на корабле. Он жил в этих руинах. Когда к нему приходил кто-либо, он рычал на них, отвечал крайне зло и отталкивающе. Когда требовалось общение с людьми хоть какое-то, он выходил читать лекции по языку. Однако такое случалось последнее время довольно редко. А каждое утро он просыпался перед восходом звезды, забирался на самую удобную точку и встречал рассвет. И в душе его играла та самая мелодия скрипки. Учёный жалел о многом. Особенно о том, что так и не познакомился с волшебницей достаточно хорошо. Это был единственный член офицерского корпуса, который проявлял к нему интерес хоть какой-то. Не как к занудному ботанику-учёному, а как к личности. Он тогда был слишком занят для того, чтобы заметить это внимание. Все мы слишком заняты теми вещами, которые нам кажутся слишком значимыми, и не видим того, которого реально требует наша душа. А потом становится слишком поздно. В такие моменты Ней держал в руках маленькую, немного помятую фотографию Айлы и всматривался в её счастливую лукавую улыбку. Она была с ним, так же как и та мелодия. Но только внутри, в душе, недосягаемо близко. Это и вызывало неимоверную душевную боль, пересиливающую даже боль физическую. *** С момента победы на планете Цак-тор прошло около месяца, если не больше. Большую часть времени все занимались обследованием системы и воссозданием жизни на планете. Циклоп мечтал продолжить дальнейшие поиски, но людей для этого крайне не хватало. Бои на планете, бунт клонов и недавнее космическое сражение выбили из строя почти две трети экипажа, способного сражаться. Многие до сих пор находились в медицинском отсеке. А теперь ещё чувствовалась и крайняя нехватка учёных. Слишком много приходилось изучать. И всё это, по сути, являлось необходимым, новым и крайне важным. Но ещё больше капитана «Синей звезды» беспокоил флот неизвестной цивилизации совсем рядом с ними. В нескольких часах полёта. Дозорные несли вахту постоянно, но пока что ничего угрожающего со стороны флота не последовало. Скереона сильно напрягало и отсутствие мага на корабле. Узнав о смерти Айлы, он был так взбешён, что собирался атаковать планету Джеймса Тартингтона самолично. Но здравый смысл возобладал. Однако, Циклоп затаил злобу. Смерть друзей он не прощал. За её жизнь Львы заплатят дорого, но не сейчас. Сейчас перед ним стояли иные цели и задачи. Он уже давно являлся капитаном и к тому же считал себя неплохим психологом, поэтому прекрасно понимал, что некоторых его людей нужно вытаскивать из депрессии как можно быстрее, а то он и их потеряет. И желательно с пользой. Ему иногда приходилось действовать холодно, расчётливо и жёстко, отчего казалось, что у капитана нет души, или она настолько холодна, что её невозможно растопить чьим-либо горем или любовью. Отчасти это являлось истиной. Но Скереон и бездушной тварью тоже не был. Никто не знал, что он чувствовал на самом деле, ибо его половина лица не выражала иных эмоций, кроме усмешки, серьёзности и усталости. Никто, кроме сестрёнки. Петрович постепенно спивался. С волшебницей он служил больше всех, и считал её чуть ли не своей дочкой, поэтому переживал крайне сильно. По мере того, как запасы хорошего спиртного на корабле уменьшались, космпорт на планете восстанавливался всё быстрее, ибо пьяный старпом напрочь забывал о жалости и снисходительности и так орал, что даже антарры, не зная языка, работали без отдыха, не покладая рук, и при этом понимая его приказы. В конце каждого дня все чуть ли не на месте падали от усталости, не способные дойти до кроватей. Но зато здания космопорта отстроили, оборудование запустили, взлётную площадку очистили и привели в порядок. Начинали отстраивать прилегающий к нему город. Предназначался он для местных жителей и, отчасти для людей, но те старались сохранить старый колорит, оставшийся от кем’этера. А у этой цивилизации вкус на архитектуру был. Циклоп решил проблему кардинально, объявив своему старпому, что запасы алкоголя подходят к концу, остался только резервный запас. Тот долго матерился, но вроде смирился с этой потерей. Похмельный Петрович орал не меньше, чем пьяный, поэтому дело двигалось с той же скоростью. Правда, алкоголь он заменил едой. Да так, что капитану иногда казалось, что он лопнет. Всё больше и больше он начинал превращаться в шарик. Однако, работать меньше он не стал. Топтыгина в джунглях пришлось искать целый день, он явно вошёл в азарт, чтобы отвлечься. От него постоянно приходило мясо, но в каком конкретно месте он выложит очередную партию, отслеживали только по маяку. Лаборатория Лер’Тона зашивалась в пробах на ядовитость и пригодность к еде. Кого тут только не было: начиная с напоминающих динозавров огромных туш, заканчивая странного вида и цвета субстанциями, про которые вполне можно спросить: а оно вообще двигалось? Некоторые вообще похожи на гигантских слизней. Многие туши пришлось сжечь, но остальные вполне годились в пищу, а иные просто неимоверно вкусны и мгновенно стали деликатесами в корабельных ресторанах и кафе. За месяц холодильники от такого количества мяса просто ломились. Так что теперь некоторые туши отправляли местным в качестве гуманитарной помощи. Всё это, в принципе, было очень здорово и нужно. Но Циклоп знал, что такая жизнь делает из Топтыгина дикаря. Причём с каждым днём он дичал всё сильнее и сильнее. Капитан его увидел в очень колоритном виде: в боевой космоброне, измызганной запёкшейся кровью самых разных оттенков, кое-где разъеденной кислотой, в земле и соке растений, без шлема оборотень выглядел крайне сурово и очень злобно. В некоторых местах имелись серьёзные и не очень раны. Некоторые уже затянулись, некоторые до сих пор кровоточили и воспалились. Но Топтыгин этого не замечал. Наступал вечер, и оборотень сидел около костра, вместе со своим отрядом, жаря одну из пойманных ими сегодня местных тварей. Отряд изрядно поредел из-за отравлений, стычек с местными опасными хищниками, либо от болезней. Самого Топтыгина болезни и отравления казалось, не трогали. Совсем неожиданно над ними завис один из кораблей «Синей Звезды». - Вроде рановато для передачи груза, - глухо проворчал глава абордажной команды. - Ты нужен мне, - ответил непонятно откуда взявшийся Циклоп, пробираясь сквозь кусты и лианы. С ним были четверо высоких гвардейцев. Судя по внешнему виду – эльфы. Топтыгин научился различать расы даже по глухим шлемам и толстым броневым костюмам. Все при оружии. Его же отряд состоял в основном из гномов и орков. Они всегда смотрели на эльфов с подозрением и некоторым презрением. - С чего это? Я остаюсь здесь, - прорычал оборотень, дожёвывая с палочки кусок шашлыка из какого-то странного ярко-красного мяса. - Я, как капитан приказываю тебе вернуться на корабль и приступить к новому заданию, как только ты немного подлечишь свои раны. - А если я откажусь? – ухмыльнулся оборотень злой улыбкой. - Тогда ты арестован за не подчинение приказу и отправляешься под трибунал, - ответил с безразличной холодной улыбкой капитан, вытаскивая из ножен саблю. – И те, кто окажет сопротивление, отправится вместе с ним. Гномы ухмыльнулись. Вообще холодное оружие продолжало оставаться довольно грозным. Правильно изготовленное и наточенное, оно могло разрубить броню при определённом усилии. Поэтому каждый солдат имел при себе определённое подобное оружие: меч, саблю, глефу, копьё и пр. Гвардецы капитана вскинули «папаши», передёрнув затворы. Гномы и орки поднялись, но оружие так и не подняли. Они любили своего командира, но чувствовали, что капитан прав, да и к тому же авторитет Циклопа на корабле оставался непререкаем. Топтыгин ухмыльнулся, сложил лапы за спиной и последовал за ними на корабль. В медицинском отсеке Гелла довольно быстро поставила его на ноги. Её знания в области психологии позволили вернуть цивилизованное в сознании оборотня. И тот через некоторое время он уже просил прощения у капитана за свой небольшой бунт. Проблемнее всего, оказалось, привести в чувство Нейа. Он стал совершенно нелюдим. Ни с кем не хотел общаться, всё время сидел в руинах и разгадывал свои загадки. Особенно в последние недели, когда нашли ту странную книгу. Учёный наотрез отказывался слетать на корабль и обследоваться, отказался даже побеседовать с сохранившимся компьютером кем’этера. Хоть он и вернул Скереону артефакт, стимулирующий мозг, работать хуже и медленнее он не стал. Циклоп всё ждал, когда же тот выпустит монографию в нескольких томах, ибо он уже давно не делал конференций, даже отчёты не сдавал капитану. Да что там отчёты, еду, доставляемую ему, забирать временами забывал. Тут явно что-то было нехорошо. В конце концов, Циклоп решил, что необходимо лично побеседовать с вайетом по душам и отправился искать его в развалинах города погибшей цивилизации.