Божественное шоу "Один в один"

      Вот пришла очередь Перси пародировать богов. Но перед этим ему надо зайти в гримерную. Там на удивление было убрано и все разложено по своим местам (видимо он в почете у гримеров и уборщиц), так что найти нужную одежду и грим было не сложно. Греческая тога, сандалии до колен (почему он выбрал именно их?), два браслета и кулон в виде совы, а также парик. Потом он кое-как надел это.       Теперь настала очередь «макияжа». Помадой красить губы он не стал, только слегка покрыл щеки румянцем и серыми тенями глаза, ну и тушью немного. И знаете, вышла неплохая девушка (наверное Перси до этого практиковался, ну там, крал одежду и косметику у мамы). — Сейчас должен выйти Перси Джексон (не уж то мистер Д. выучил его имя?) в образе Афины!       И тут из-за кулис вышел сын Посейдона. Было видно что он волнуется и всякое такое, но это не помешало ему собраться и выступить. Если честно, он хотел показать как Афина соревновалась с Посейдоном за право покровительства Аттики. Эту историю ему рассказывала Аннабет. — Эммм, для номера мне нужны лошадки. Пап, сможешь устроить? —, но Посейдон его не слышал. Он любовался Афиной, между тем, как та разглядывала его подарок — жемчужное ожерелье. Так что на Перси им было до лампочки. — Ладно. Будем без лошадей, — и тут он задумался. А что если высмеять Афину? Конечно это равносильно самоубийству, но ведь сейчас она не обращает на него ни малейшего внимания, да и отомстить ей ему давненько хотелось. — Итак, я Афина. Я знаю очень много и типа мудрая, но на самом деле даже не умею мудро принимать решения. Например, я часто сорюсь с Перси Джексоном, а он ведь такой славный мальчик, а моя дочь Аннабет. Пожалуй за её страдания я должна подарить ей какую-нибудь крутую машину. И кстати, мало кто знает, что я просто обожаю вечеринки.       И тут Перси снял парик и начал крутить его над головой, а потом бросил. И как оказалось, парик попал в Зевса. Загремел гром и тот, не обращая внимания на других начал приближаться к сыну бога морей. Это заметил и Посейдон (как оказалось, любовная наркота не притупила отцовских чувств). — Зевс, да брось ты. Это же игра. — Но вообще-то я не люблю вечеринки, — сказала Афина (в тему, да?). — Т-то есть вы на меня не злитесь за такую пародию? — Нет. Заклятие немного притупляет мою к тебе ненависть. Я вроде бы осознаю, что тебя надо уничтожить, да не хочу. Но не беспокойся, через неделю тебе не жить, — все таким же спокойным голосом сказала Афина. И похоже Зевс забыл про то, что хотел убить Джексона. — А можно мне тогда закончить номер? Я имею в виду, больше его не продолжать (ну конечно, а какой дурак захочет вляпываться в неприятности, когда он уже и так в них по пояс). — Конечно нельзя, это же шоу. А оно как известно, должно продолжаться! — Я знал, что вы меня любите мистер Д. — И кстати, за такую бездарную игру и этот сарказм при общении с богом, ты должен будешь неделю вычищать конюшню. — Ладно, ладно. Я продолжаю.       И он продолжил. Правда уже не с таким весельем, но тоже неплохо. Но и этому «веселью» пришел конец. Так что через пять минут Перси стоял среди других полукровок (уже без макияжа и тех тряпок, которые он на себя нацепил). — Ох и попадет тебе от мамы. — Не сомневаюсь. Думаю она уже сейчас придумывает мне казнь. Но есть и хорошая новость, эта казнь меня не настигнет ещё неделю… — Которую ты будешь убирать конюшню. — Умеешь подбадрить. — Стараюсь, Рыбьи мозги.       Тем временем пришла очередь Гефеста вытягивать имя. — Ну и кто же тебе выпал? — Лео.