Переписать окончание сказки

Когда Самсон поделился подробностями своего разговора с Олом, тот выглядел ужасно растерянным и расстроенным. Он пытался изобразить радость, но теперь, когда он знал, что можно зарабатывать деньги и просто руками, сверкать своими прелестями перед публикой, которая постоянно визжала и свистела, казалось не такой уж и хорошей идеей. Самсон же думал почти так же. Но он в какой-то степени верил Касиму. Хотя бы потому, что тот пока не нарушал свое слово. Он не предлагал защиту, а взамен тащил в постель. Он не говорил, что не будет трогать, а в следующее же мгновение уже заламывал руки, чтобы набросится. И поэтому брюнет верил ему, хоть и относился с опаской. И если уж мужчина говорил, что работать на сцене выгодно и безопасно, стоит ему разок поверить. - Но я… Нет, я так не хочу. Я уж лучше и дальше официантом буду… - Твое право,- пожал плечами метис. Он не нанимался быть нянькой для этого рыжего чуда, так что мог бы оставить его на произвол судьбы еще по прибытию сюда. Хватит с него того, что он забрал его от тех уродов, которые заставляли его продавать свое тело. Но он не мог так поступить. Хотя бы потому, что чувствовал себя ответственным за него. Сколько они еще смогут быть вместе? И многие посетители на него заглядываются. Он похож на девушку, только более широк в плечах, но в целом заставлял своим видом и поведением заботиться о них. Бармен, а Самсон узнал таки его имя – Богдан, тоже чувствовал это. Это можно понять хотя бы по тому, как на Давида смотрит этот мужчина. От этих взглядов Самсона постоянно бросало в дрожь, но он знал, что бармен не будет ничего предпринимать, чтобы совратить Ола или заставить его делать то, чего он не хочет. Да и Богдан постоянно говорил, что не водится с мужским полом, а то, что он работает в таком клубе – ничего не говорит. - Ты уверен, что хочешь так?- спросил наконец рыжий парень.- Ведь ты же не любишь, когда… - Я знаю. Но если я хочу поскорее накопить нужную сумму, то должен много работать. - Это твое решение,- теперь уже черед Давида был пожимать плечами. После этого разговора они разошлись по комнатам, ведь завтра им предстоял еще один трудный день. Максим даже радовался возможности посверкать на сцене, чтобы на него все смотрели и восхищались. На следующее утро они встретились возле сцены, проходя, как положено, со служебного хода, и встретились с двумя танцорами. Оба они были улыбчивыми и приветливыми, а вот третий, не отрывающийся от шеста и почти не обращающий на них внимания, казался разгневанным. - Привет!- проговорил один из них. Симпатичный, загорелый, с блестящими темными волосами, прикрывающими уши и шею. Он улыбнулся, сверкая белозубой улыбкой, после чего, поежившись, протянул им руку.- Я Никита. А вы, значит, новенькие? - Да, я Максим!- ответил стоящий рядом с Самсоном парень.- Очень приятно. - Знаю, что вы думаете,- отмахнулся Никита.- Что мы какие-то проститутки. Но это не так. К счастью, вы даже избавлены от возможности приватного танца. Конечно, таким не похвастаешь, но все же лучше, чем на улице.- Да, Стас? - Конечно,- кивнул стоящий рядом мужчина с короткими светлыми волосами. Его кожа была бледной, как у всех представителей русской национальности.- Я не знаю, почему Касим держит так мало танцоров. Вроде бы и стрип-клуб, и в то же время как обычный клуб. - Может, поэтому он так популярен?- спросил Самсон. И лишь тогда третий, которого метис узнал, когда тот повернулся, обратил на них внимание. Именно он был тогда в кожаных штанах и фуражке. Теперь же он был в обычной одежде, никакой мишуры, лишь обычный человек с молочной кожей, голубыми глазами и черными волнистыми волосами. Они прилипли ко лбу и вискам, и теперь уже этот человек не казался таким красивым. Он окинул парней взглядом, снова останавливаясь на Самсоне, после чего отвернулся. - Не обращайте на него внимания. - А что с ним? - В чем твоя проблема?- спросил внезапно стриптизер, поворачиваясь к Самсону.- Думаешь, это легко? Задницей покрутил и все?! - Ну вот, он опять завелся,- выдохнул Никита.- Глеб, успокойся. Они еще ничего не видели. - Я смотрел по телевизору,- ответил Максим.- Но танцевать не умею. - Что и требовалось доказать. - Считаешь нас отбросами?- спросил тот, кого назвали Глебом.- Думаешь, ты лучше? - Ну если уж я тоже оказался здесь, то не лучше. - Все, я пошел на улицу,- предупредил Стас, направляясь к выходу. В кармане у него была припасена пачка сигарет и зажигалка, так что он мог спокойно выйти и успокоить нервы. Самсон ничего не сказал. Просто последовал за ним, считая, что ему тоже нужно бы проветриться. - Ты в норме?- спросил Стас, затягиваясь. - Да, бывало и хуже,- ответил Самсон, принимая предложенную сигарету. Он первый раз пробовал курить, но затяжка вызвала в нем странное чувство радости. Чем-то ему этот процесс даже понравился. - Ты уж не злись. Глеб постоянно с семьей ссорился из-за этого. Поэтому он не любит, когда его… В общем, его легко вывести из себя. - Это я понял. Но похоже, у него проблемы именно со мной. - Никому не скажешь?- спросил внезапно мужчина, поворачивая голову.- Когда появился Никита, он его едва со сцены не столкнул. Так завидовал его смуглой коже. Но тот признался, что это крем и солярий. А ты? - Я метис. Наполовину русский. - Вот как? Это опасно. Ты намного симпатичней Глеба. - Ты мне льстишь,- ответил мальчик, кашляя едва ли не до слез. Все же последняя затяжка была горькой и очень сильной. - Осторожней с этим, мальчик. - И давно ты… танцуешь? - Нет,- ответил тот.- Просто мне это нравится. Почему бы и не воспользоваться своими… достоинствами? - Как может нравиться?.. - А мне нравится. Это не так уж и плохо. Между прочим, намного лучше, чем разносить пойло среди этих мужиков,- после этого тонкие губы изогнулись в улыбке.- Кстати, видел вчера твое выступление. Такой фурор. Я прямо тебе похлопал. - Неужели все видели? - О, еще бы! Не каждый день официанты посылают своих клиентов, да еще и бьют их. Впервые такое вижу. - Что за Содом?!- выкрикнул Самсон.- Если не нравится, зачем терпеть? - А тебе не нравится? - Ненавижу мужиков. В этот момент послышался тихий хлопок. - И оказался здесь? - Никто больше не прикоснется ко мне против моей воли. Особенно эти бородатые уроды. - И идешь танцевать? - Это так странно? Удивление в голубых глазах сменилось насмешкой. Едва заметной, но все же насмешкой. - Если ты работаешь на Касима, то ничего странного. Он у нас любит манипулировать людьми. Ты занимал у него денег? - Нет. Но должен ему некую сумму,- ответил парень, снова затягиваясь. А сигареты не так уж и плохи. - Никогда не занимай у него деньги. Поверь, это ни к нему не приведет. Я занял, вот, отрабатываю. - И много занял? На что? - Немного. Теперь уже мне кажется, что немного. А тогда была непосильная сумма. Там была своя ситуация. Но теперь все разрулилось. Я тогда пытался танцевать, хоть где-нибудь, и эти знания мне пригодились сейчас. - Касим заставил тебя? - Нет. Я сам выбрал это. Ты мне напомнил меня. Я тоже первый раз едва не разбил нос одному из посетителей. Тогда я решил, что буду держаться от них подальше… А тем, кто поднимается на второй этаж, не позавидуешь. Стас погасил окурок сигареты и, выбросив его в первый попавшийся мусорник, направился внутрь. Пальцы дрожали от холода, а ногти приобрели ужасный синевато-фиолетовый оттенок. Он подул на них, чтобы согреть, и направился за кулисы. Первое знакомство с танцорами прошло ужасно, единственное, что радовало парней, это то, что они оказались такими же людьми со своими проблемами и совершенными ошибками. Кроме одного. Однако именно понимание, что они здесь тоже не по своей воле, роднило их с Самсоном. Он не интересовался и не знал, нужно ли спрашивать подобное, однако и без этого общение стало теплым. Богдан тоже поддерживал их, угощая горячим кофе с молоком, и лишь Ол был недоволен. Он устал от постоянных хождений, устал от странных взглядов и протянутых к нему рук. А вот Максим изменился. Он странно поглядывал на Самсона, словно тот может прямо сейчас подойти к нему и ударить его за что-то. Такого отношения и взглядов метис не понимал, поэтому хотел поговорить с Максимом об этом. Тот избегал его, постоянно ссылаясь на занятость. Остальные стриптизеры тоже молчали, да и сами не знали, что произошло. Самсон как раз в этот момент готовился ко сну, когда в его дверь кто-то робко постучал. Это немного удивило парня, ведь Ол только что покинул его комнату, а если бы и хотел поспать рядом с ним на кровати, чего, естественно, никогда не было, ведь брюнет не выносил такого. Но иногда Давид давил на жалость, рассказывая о холоде в помещениях. - В комнате тепло,- проговорил метис, подходя к двери. Однако за ней стоял растерянный и испуганный Максим. Он мялся, пряча глаза и устремляя взгляд в пол, а потом, понимая, что ему открыли, поднял голову. - Привет. - Привет. Что-то случилось? - Нет… Да… Не знаю,- ответил тот.- Можно? - Проходи,- растеряно ответил Самсон. Максим в его комнате был таким же частым гостем, как Касим Львович, который, справедливости ради стоит заметить, теперь ходил с другим светловолосым мальчиком, которого так же все называли Мусиком! Словно никто не заметил подмены! - Спасибо,- он вошел, оглядываясь. Интерьер его расстроил, ведь кроме кровати, шкафа и стола больше в комнате ничего не было.- Вижу, ты не торопишься обживаться. - Ты пришел за чем-то? Или просто так? - Я… В общем, извини меня. - За что это? - Я постоянно думал, что ты выскочка, но… я даже не думал, что ты… - Что ты узнал?- внутри Самсон похолодел от осознания того, что кто-то узнал о его настоящей истории. Даже Давид не знал ее полностью! - Все… Но я никому не скажу, честно! Я понимаю… У всех есть истории, которые они не хотят рассказывать. Меня отец тоже бил. Пока я из дома не сбежал. Тогда-то и начал воровать, однажды даже чуть не попал в милицию и… Метис подскочил к нему и сильно сжал ворот, едва не поднимая над полом. - Не смей никому говорить. Если кто-то узнает, я убью тебя. - Извини! Я могила! - Ты понял меня? Ты понял?! - Понял! Понял я! Я говорю, что мы с тобой в чем-то похожи. Ты не виноват в том, что случилось! - Уж от тебя я этого слышать не хочу. - Ты не виноват ни в чем. Я понимаю, каково это. - Нет, не понимаешь,- воспоминания давно минувших дней, гонимые столько дней, внезапно ожили, снова утаскивая в пучину отчаянья, и казалось, что сейчас отец снова зайдет в комнату и предложит поехать в лес… Пять лет. Пять чертовых лет прошло с этого душераздирающего первого раза! И он считает, что понимает?! Он думает, что он понимает?! - Извини. Но если ты хочешь… - Мне ничего от тебя не нужно. Убирайся. - Я не хотел. - Просто уходи. Если Давид узнает…- но Максим лишь покачал головой.