М.

М. ассоциирует вечер с осенью, потому что пушкинская пора - это закат жизни, как и сумерки, что неутомимо приближают нас к шестичасовой спячке. надевая дырявый свитер, он растекается в дедовском кресле-качалке. зажигается камин, постепенно растапливая скопившийся в гостинной холод и иней, и М., кутаясь, медленно приходит в чувство: мертвецкая бледность спадает с кожи, как и мерзлота - с дров. единичный фактор портит красоту зимы: она неосознанно хочет тебя убить, когда ты находишься в ее снежной власти. затыкая холодными ветрами рот и перекрывая на секунды воздух для дыхания - с ледяным временем года очень сложно поговорить. ввечеру М. молчит, позволяя мыслям свободно перетекать по складкам памяти, и просто отдыхает, закрывая глаза, разморившись теплом огня. он путешествует внутри собственного "я", заглядывая в тоннели дум и беспорядочно трогая что попало, цепляясь за стенки коридоров. в его душе с раннего детства остался бардак, и ему ничего не остается, кроме как до смерти разгребать хлам, отделяя сокровища от мусора. когда в сущем кавардаке обнаруживается ценность с незапамятных времен, М. очень долго не может расстаться с этой маленькой жизнью. но, не спрашивая разрешения М., его выдергивает из воспоминаний, когда он засиживается, ибо прошлое - губит, если погрязнуть в нем без остатка, отбирает способность к жизни. звук тихого скрежета будит М., и его голова поворачивается к источнику шума. сонно, но соорудив что-то наподобие улыбки, он плетется, чтобы отодвинуть засов. скрип старой деревянной двери, и на пороге вновь огромные бурые скалы, всем видом источающие скорбь. зима началась слишком рано, и требующим сочувствие медведям по этому поводу нужно было высказаться. М. только вздохнул, направившись в теплый сарай за главой лесного семейства по имени Ар. незатейливое имя подходило суровому вожаку. когда собрание возмущенной фауны подходило к концу, а М., как смотритель леса, раздал советы и инструкции в ЧС всем негодующим, он уже планировал вернуться в приятную атмосферу родного очага, как почувствовал, что за ним пристально наблюдают из темноты углов сарая. развернувшись к предполагаемому шпиону всем корпусом, М. стал ждать. тьма зашевелилась, неловко и громоподобно чихнула от царившей там многовековой пыли и со свистом вылетела к ногам скептически смотрящего М. наблюдателем оказался медвежонок черного окраса, в паутине и ветках, примерно годового возраста. навскидку килограмм двадцать, не более, и сразу видно - неместный. присев на корточки перед несуразным созданием, отряхивающим свою шерсть, М. поинтересовался, откуда он. но малец отказывался что-либо рассказывать до того, как его покормят, умоют и отогреют. М. вмиг представил ситуацию с бабой ягой и красными молодцами. решив, что в случае неудовлетворенности все-таки последует примеру женщины в доме на курьих ножках, то бишь зажарит жертву, он любезно проводил зверя до своего дома. единственное, что сказал голодающий, это имя - "Ни". когда все запросы были исполнены, малый медведь поведал свою историю, что была, к сожалению, довольно типична: его семейство убили ради сохранения установленной популяции, а медведи, спасая своих родных, приняли первый удар, давая некоторым медвежатам и их матерям возможность убежать. предполагая, М. заключил, что убой происходит примерно в пяти километрах на восток - в соседнем лесе, так как недавно оттуда слышались выстрелы, что так же до одури напугало его звериный народ. охнув, Ни сознался, что теперь совершенно один, и, кстати, совсем не против поселиться, например, с М. в этом "лежбище, что наполнено всеми благами для настоящего хищника!" на его предложение хозяин "медвежьего лежбища" только хмыкнул, косо глядя на поедавшего клюкву "хищника", что уже зевал, закрывая карие глаза, но усиленно продолжая атаковать сонливость, так как хотел впихнуть в свое пузо побольше ягод. предупредив гостя, что завтра проведет инструктаж по поведению, М. предложил идти почивать. согревающая мысль, что он будет лишен хоть на какое-то время извечного одиночества, уже эйфорией накрыла соображение, но М. сохранял строгость. ягодоед бросился обниматься, царапая плечи "сокамерника" и рыча от счастья, и М. не смог сдержать смеха. однако тушка в двадцать килограмм быстро вырубилась прямо на груди М., и тому, надрываясь, пришлось тащить спящего на диван. тем временем ночь разогнала туман, очерчивая резкие границы темноты. сигаретой выжгла дыру-луну и выцарапала звезды, слагая каждую группу из двадцати пяти светил, в созвездие Малой Медведицы.