Начало

Мир остановился. Вместо мыслей в голову словно свинца налили. В панике я кинулась из комнаты; глаза застилали слёзы. Как же так? С каждым шагом боль в груди усиливалась, смысл слов Микаэлы только сейчас доходил до меня: Рэтчет не знает, сможет ли он выкарабкаться…. Он не знает, будет ли жить Оптимус. Одна мысль о том, что автобот умрет, ужасала меня. Для меня все автоботы непобедимы! Ничто не сможет умертвить их! Но когда я ворвалась в мед отсек во второй раз за день, моё сердце едва не остановилось, на самом деле едва не остановилось, когда я увидела Оптимуса. Он лежал без движения, его всегда яркая голубая оптика сейчас чуть отсвечивала бледно-серым, руки аккуратно сложены по бокам. Он выглядел, выглядел как мертвый. Мои глаза округлились в ужасе, я оглядела всех присутствующих: Сэм, Айронхайд, Джаз, близнецы, Би и Рэтчет. И тут я заметила ещё кое-кого. Серебристый робот стоял в стороне от всех. Новенький. В данный момент мне было всё равно на него. Я подбежала к Оптимусу и замерла. Я боялась дотронуться до него, мне казалось, что от любого моего неосторожного движения ему станет хуже. Я взглянула на Рэтчета, вопросы вихрем крутились в моей голове, но я не знала, с чего начать, что говорить. — Рэтчет…. — На нас напали четыре десептикона, когда мы направлялись за Сайдсвайпом. Так вот как его имя. — Оптимус взял на себя всех четверых, приказав нам отправляться дальше. — И вы взяли и просто оставили его одного? — я не поверила своим ушам. Рэтчет рыкнул на меня: — Он наш командир! Мы должны подчиняться его приказам! К тому же, мы вернулись за ним. Он проигрывал битву, так что мы и Сайдсвайп поспешили ему на помощь. Но одному из этих уродов удалось нанести Оптимусу мощный удар в место находящееся рядом с искрой. Он вошел в стазис и находится в таком состоянии до сих пор. Я не знаю, почему это случилось. Обычно такое нечасто встречается, практически никогда. Он в порядке ведь, ничего не повреждено, так, мелкие царапины и вмятины. Нам остается только сидеть и ждать, пока он снова придет в онлайн. — И что, совсем ничего нельзя сделать?! Наверняка есть какой-нибудь метод?! — не унималась я. У Рэтчета был вид, словно он сам был не прочь уйти в стазис. — А ты не думаешь, что если бы был способ вывести его из этого состояния, я бы уже давно попробовал это сделать? — спросил он у меня. Я кивнула, ощущая стыд за то, что усомнилась в нем. Мои глаза снова нашли Оптимуса. Сердце разрывалось на части, когда я смотрела на него. Я ничего не могла поделать с чувством вины заполнявшим меня. Если бы я не была так упряма и выслушала его, может быть, это как-то смогло бы изменить ход событий. Ты действительно думаешь, что задела его настолько сильно, что это даже отвлекло его во время битвы? Моё второе я вступило со мной в мысленный диалог. Это тут ни при чем. Я отогнала плохие мысли и придвинула стул к платформе, где лежал Оптимус. Уложив свою голову параллельно его, я тихонько заговорила: — Ты должен проснуться, мне нужно извиниться перед тобой.

***

Так я провела рядом с ним почти неделю; я никуда не отходила. Сэм приносил мне еду, и они с Микаэлой ели вместе со мной. Иногда Би или Джаз составляли нам компанию. В конце концов, Сэм принес мне подушку и одеяло, когда понял, что я и сплю там. Рэтчет пытался уговорить меня перестать мучить себя, но вскоре понял, что это бессмысленно. Каждый день я говорила с Оптимусом, говорила о том, как мне жаль, как мне больно видеть его в таком виде, как мне тяжело от невозможности поговорить с ним. В первые дни я рыдала над ним, а затем слёзы словно закончились. Я только лишь смотрела на его неподвижный корпус, принимая и осмысливая каждую его царапину, отметину, каждую пластину его брони. Я хотела, чтобы всё это отпечаталось в моей памяти. Более того, я хотела, чтобы с ним всё было хорошо. Я хотела, чтобы он встал, взял меня на руку, усадил на плечо и рассказал о своих приключениях, о своей жизни. Я хотела, чтобы мой друг вернулся. Однажды Сэм ворвался в мед отсек, схватил меня за руку и заставил посмотреть ему в глаза. — Проклятье! Ты не можешь продолжать жить так! Ты должна жить дальше! Должна двигаться дальше! — вскричал он. — Все переживают за тебя, даже Рэтчет спрашивал у меня всё ли с тобой в порядке! Знаешь, что ему ответил?! Я не знаю! Я не знаю, потому что она больше не рассказывает мне ничего! Да ты вообще ни с кем не говоришь в последние дни! Нужно заканчивать с этим! Я люблю тебя и не собираюсь смотреть, как ты замыкаешься в себе из-за того, что Оптимус в коме. Заканчивай это! — он начал меня трясти. Я взглянула на него: — Сэм, как ты можешь ожидать, что я просто возьму и забью на это? Это так же само, если я потеряю тебя! Это ужасно и я…я… — я расплакалась и обняла себя за плечи пытаясь хоть как-то сдержать дрожь. — Я не могу потерять его. Он — мой друг. Я так переживаю за него, Сэм. Последние слова я прошептала так тихо, что мне показалось, словно я вообще ничего не сказала, а лишь подумала. Сэм обнял меня, а слезы с моих глаз всё лились и лились. Оптимус нужен был мне живой. И я не могу с точностью сказать, почему именно. Прошло ещё несколько дней, Сэм всячески пытался вселить в меня жизнь, но я упрямилась. Он постоянно был со мной, часами болтал. Микаэла приходила, когда могла, ведь нужно было кому-то выполнять работу по базе. Поначалу Сэм немножко рассказывал мне о своем дне, вскоре я уже дополняла его рассказ комментариями. Теперь я вела с ним беседы, как и раньше. Должна признаться, я скучала по своему старому другу, я уже и забыла, как мы нуждаемся друг в друге. Сэм поддерживал меня, помогал мне не сойти с ума, он единственный человек, на которого я могла рассчитывать неважно в какой ситуации. Сегодня Рэтчет как обычно пришел в мед отсек проверить состояние всех пациентов. Оптимуса он тоже проверил. — Так, на всякий случай, удостовериться, что всё хорошо, — заверил он меня. Остальная часть утра прошла как обычно. Я пожелала Оптимусу доброго утра, оставив его всего на пару минут, чтобы почистить зубы и привести себя в порядок. Я вернулась и присела рядом с ним, рассказывая о сне, который снился мне ночью. Мне снилось, что он очнулся. Я вздохнула и уложила голову ему на грудь, наслаждаясь прохладой его корпуса. — Я скучаю по тебе, — прошептала я. Тут я почувствовала движение и подскочила в изумлении. Взгляд бегал по его телу. Я пыталась уловить хоть небольшие движения его корпуса, но несколько минут ничего не происходило. Я уж было решила, что мне просто показалось и что я схожу с ума. Возможно, мне нужно больше и лучше спать. Я легла на кровать, закрывая глаза с намерением вздремнуть немного и успокоить бешеное сердцебиение. — Делия, — тихий шепот донесся до меня. Я снова вздрогнула, но быстро постаралась успокоиться. Снова сон. Проснулась я от легкого толчка. Я открыла глаза и увидела Сэма. Сердце пропустило пару ударов. Всё-таки это был всего лишь сон. Вздохнув, я выпуталась из одеяла и встала. — Что такое, Сэм? — спросила я. Пустая надежда вывела меня из себя, и теперь я чувствовала себя злой и раздраженной. — У меня для тебя сюрприз, — расплылся в улыбке он, я скептически подняла бровь. Вряд ли это был именно тот сюрприз, которого я так хотела. — Отвернись, закрой глаза и уши. Я сделала так, как он сказал. Я улавливала какое-то движение вокруг меня, словно легкий ветерок. Руки Сэма обвили мои плечи и медленно развернули. Легкий хлопок по плечу оповестил меня, что пора взглянуть на сюрприз. Я открыла глаза и замерла, забыв как дышать. Не может быть….