Начало

Её слова эхом отдавались в моей голове: ты ему нравишься. Моё сердце гулко билось о грудную клетку. Я? Ему? Не думаю. Это невозможно, он автобот, робот, машина. А я, я просто человек. Всего лишь плоть и кровь, ничего такого впечатляющего, в отличие от автоботов. Они разумные организмы, полностью механизированные, их умения намного превзошли прогресс человеческой расы. Я вздохнула, осознавая горькую правду, он слишком хорош для меня. Не говоря уже о том, что Оптимус был совершенно другим видом, другой формой жизни. Но это ни капельки не замедляло сумасшедшее биение моего сердца при одной только мысли о нём. Может быть, он мне тоже нравится. Я перестала нарезать круги по комнате и завалилась на кровать. Изучая потолок, я вспоминала все моменты, проведенные совместно с Оптимусом. Чувствуя, что по мере всех моих размышлений голова начинает кружиться, я швырнула подушку в стену, вымещая всю свою злость. Какого хрена я не могу быть нормальной? Почему меня тянет всё время на странности? Или я целенаправленно привязываю себя к этому роботу только из-за того, чтобы отличаться от всех? Или всё же это по-настоящему? Я зарычала и свернулась калачиком на кровати. Нужно переспать с этой мыслью, а утром всё станет ясно. Я зевнула и закрыла глаза. Сон вскоре сморил меня. Проснулась я с ужасной головной болью. Солнце уже во всю осветило комнату. Я усердно потерла голову, стараясь унять приступы. В итоге, я сдалась и выпила таблетку. Микаэла постучалась в мою дверь как раз после того, как я уже оделась и более-менее привела себя в порядок. Она сразу же заметила моё состояние. — Что случилось? — спросила она, тревога плескалась в её голубых глазах. — Головаааа… — промычала я. Мы направились на завтрак. — Ты уверена? Прости, что затронула тему о нем вчера. Мне просто было любопытно, вы всегда вместе в последнее время… — она смущенно почесала голову. — Это тут ни при чем. У меня действительно болит голова, но я выпила лекарство, так что скоро должна пройти, — я вздохнула, входя в столовую. Мы все ели практически в тишине, перекидываясь парой фраз на тему еды и тому подобного. Завтрак этим утром был быстрым. Сэм, Микаэла и я начали работу рано, каждый из нас хотел закончить сегодня дела как можно скорее. Пока я выполняла поручения, мои мысли то и дело возвращались к Оптимусу. Ощущение, словно моё сердце переместилось в живот, снова вернулось, и я едва могла дышать. Я даже чуть не уронила коробку, которую несла, когда это случилось. Да что же со мной? Я постаралась собраться и продолжить работу. Но лучше не стало. Головная боль ушла, но когда наступило время обеда, аппетит совсем пропал, и мне понадобилось некоторое время, чтобы впихнуть в себя хоть что-то. Меня начало это беспокоить. Я решила выхватить Сэма после обеда, чтобы поговорить. Обед прошел очень быстро, и я буквально схватила Сэма в охапку, когда он закончил трапезу. Ну, почти закончил. Сэм молча выслушал всё, что я ему рассказала, про всю ситуацию и свои чувства, а затем легкая улыбка озарила его лицо. — Чего ты лыбишься? — спросила я, закончив. — Ди, да как же ты не видишь? — он улыбнулся ещё шире, а затем обнял меня. Сбитая с толку, я его оттолкнула. — О чем ты говоришь?! — Тебе реально нравится Оптимус, — усмехнулся он. — Хотя я должен признать, что это немного странно, учитывая, что он инопланетный робот, а ты человек. Но я то знаю, что ты не станешь связываться с кем-то нормальным. Я в шоке уставилась на него. Слышать эти слова от Сэма было для меня равносильно удару кирпичом по голове. Всё-таки он мне нравится, очень нравится. — Что же я творю? — почти шепотом спросила я скорее саму себя, чем Сэма. — Ну, я не знаю. Думаю, тебе следует обдумать свои чувства, прежде чем предпринимать какие-либо шаги, — при этом Сэм снова чуть не разразился смехом. — Я к тому, что я вот сто лет ждал Микаэлу, и мы теперь вместе. Я не говорю, что тебе нужно ждать столько же, но хотя бы немного, пока ты абсолютно не уверишься в своих чувствах. Я застонала. — Я ненавижу думать! К сожалению, до конца рабочего дня мне больше нечего было делать, кроме как думать. И это было сущим адом.