На контрасте

       - Чем это так вкусно пахнет? – турианка повела пластинчатым плоским носом. С юного возраста проводя жизнь в лагерях, она редко позволяла себе деликатесы: во-первых, таковых не водилось в обычных столовых и еда там была так себе, во-вторых, по собственным убеждениям считая, что воину не пристало привередничать.       Но как же не перейти с сухпайков на вкусно приготовленную, изысканную пищу, когда муж твой – повар по первому образованию?        - Да так, развлекаюсь, - отозвался голос с кухни.       М-да, если бы так развлекались повара в столовых СБЦ… цены бы им не было.       - Моё любимое? – быстро впрыгнув в домашние штаны она кротким строевым бегом забежала в кухню.       Азиат химичил у плиты, что-то напевая себе под нос и покачивая бёдрами в такт ему одному известной мелодии. Поверх домашнего костюма на нём был яркий фартук, что в прошлом году был подарен их друзьями.        - Ну, что у нас тут? – турианка заглянула ему через плечо, поглядывая на бурлящий в кастрюле бульон.        - Не лезь, непосвящённая! – он взмахнул ложкой, будто бы волшебным посохом, - ща скоро готово будет. Ты вообще чего так рано встала?        - А ты?       Мужчина хлопнул по её трёхпалой руке, что уже ловко подцепила заготовленный для украшения блюда продукт, чем-то напоминающий крупную чернику.        - Хватит тырить всё по кускам! – возмутился человек.       Турианка быстро ретировалась подальше, пока не получила ложкой по лбу. Она вертелась всё вокруг да около, норовя сцапать что-нибудь ещё, но никакая военная подготовка не могла ей помочь одолеть ниндзя-биотика-и-читера. Её лоб таки познакомился с чуть нагретой в кипящей воде ложкой, но турианцу – что слону дубина.       Наконец-таки бульон был слит в отдельную миску, варёные кусочки приправленного мяса аккуратно разложены на тарелке. Мужчина не поленился и даже украсил все лепестками одного несъедобного, но часто добавляемого в турианские блюда в качестве украшения растения.        - Ну наконец-то! – она села за стол, и ничуть не церемонясь, принялась уплетать за обе щеки предоставленное ей блюдо. Желудок наконец-то перестал скручиваться в узел, устраивая забастовки.        - Вот смотрю я на тебя, кошак, - мужчина сел напротив, глядя, как турианка быстро, но всё же с какой-то особой грациозностью, свойственной только женщинам, поглощает еду, – растолстеешь ты у меня такими темпами.        - Фо? – возмутилась она, и, проглотив кусок, мешавший членораздельной речи, пояснила, - да вот смотрю я на человеческих женщин, и знаешь что? Да фиг я растолстею до такого состояния! И вообще, турианцы не толстеют, это ток вы можете раздуваться как волусы.        - Та-а-ак, - протянул мужчина, - это расизм?        - Констатация факта! – она вздёрнула надбровные пластины, придавая своим хищным, утончённым чертам лица некую невинность, - вот ты сам себя за бока ущипни!        - У меня мышцы! – он вскочил, покраснев от возмущения, задрал футболку и ущипнул себя за упругий бок, свойственный разве что очень тренированным спортсменам.        - Ага, и жировая прослойка, - она отправила в рот последний кусок блюда, - у вас же дубак на планете, вот и жирок в качестве теплоизоляции! Ладно, я тебя люблю таким, какой ты есть.        - Вот это звучало как оскорбление!        - Ай ти, какой грозный, - встав из-за стола, она убрала посуду в мойку, - злиться у тебя получается не лучше, чем у хомяка.        - Да? А женщины без ума от моей харизмы, - он театрально махнул головой, убирая павшую на лицо прядь длинных смольно-чёрных волос.       Турианка тихо захохотала.        - Артист.        - Что есть, то есть, - не выходя из образа, он приблизился к ней, и, чуть приподнявшись на носочках – она была на полголовы выше, поцеловал её раздвоенную пластинку верхней губы. Мужчина понизил голос, соблазняющее зашептав, – что ж, у нас много свободного времени, и у меня есть предложение, чем его занять.        - Считай, что все планы обсудили, - она хищно сощурилась, положив руки на упругие человеческие бёдра.       Все мы знаем, чем бы закончился этот разговор, но в жизни всегда всё идёт не так. И жизни этих двоих не были каким-то исключением – кто-то назойливо стал ломиться во входную дверь, и домашний ВИ требовал подтверждение на разрешение разблокировать входные замки.       - Игнорировать, - рыкнул человек системе, не желая прерывать прелюдию.       Но гость оказался крайне настойчив, и спустя несколько секунд его голос уже звучал в сообщении.        - Джей, я знаю, что ты дома! Открывай!       ВИ вывел на небольшой экран, что висел на стене их кухни, дабы во время еды можно было просматривать новости, изображение с камер наблюдения у входа в квартиру. Гость настойчиво требовал впустить его.        - Злюк, - раздражённо прошипела турианка, – может, впустим?        - А есть другие варианты? – Джей вздохнул, - ВИ, разблокируй дверь.        - Принято, - ответил механический голос компьютера.       Спустя несколько секунд в дверном проёме кухни стоял Золус, и, судя по выражению лица, случилось как минимум второе нашествие Жнецов.        - Ранка? – удивился он, взглянув на турианку.        - А ты кого ожидал тут увидеть? – презрительно фыркнула она, и демонстративно отвернувшись, ушла в другую комнату.        - Чего это она? – Золус вопросительно посмотрел на друга.        - Ты не очень вовремя. Давай, рассказывай, какой катаклизм заставил тебя – сову, любящую дрыхнуть до последнего, сюда в… - он глянул на часы, - пол шестого утра припереться.        - Ульяна Александровна, - начал турианец, присаживаясь за стол.        - А-а, - протянул мужчина, - это уже всё объясняет. Кушать будешь?        - Угу.        - Давай, излагай, - поставив перед другом тарелку, Джей сел напротив, сцепив пальцы в замок.        - Сегодня у Эмбер практика.        - И?        - Кто-то должен быть с Ульяной Александровной, не могу же я оставить её одну в квартире! Она же сюда приехала не в четырёх стенах сидеть.        - И?        - Ты можешь взять её на себя до вечера?        - А ты?        - А я не могу остаться с ней наедине! – взвился турианец, - пожалуйста, просто будь рядом! Контролируй, что ли, ситуацию...        - Ладно, так уж и быть, - после некоторых раздумий вздохнул азиат, - разделю с тобою бремя тяжких испытаний! Но только ради Эмбер, она расстроится, если вдруг её мама тебя сожрёт. Кстати, а сама она где? Я так понимаю, ты уже минут двадцать не дома. Она предупреждена, раз не трезвонит мне, или её уже съели?        - Ага, лежат, переваривают, - угрюмо буркнул Золус, - она спит. Пока ещё. Надеюсь. Я ей если что записочку оставил…        - Записочку, - азиат страдальчески вздохнул, - ладно, впрочем, до официального пробуждения по будильнику у нас есть почти час. Щас я соберусь тогда и…        - Джей, ты можешь хоть раз не лезть в чужие дела? – Ранка скрестила руки на груди, опершись плечом о дверной косяк.        - Извини, любимая, один за всех и все за одного, - мужчина невинно вздёрнул бровки домиком и пожал плечами.

***

      Азари мило улыбнулась, чуть кивнув в знак приветствия.        - Здравствуйте, меня зовут Илия М’лали и сегодня я буду вашим экскурсоводом, - живо представилась она.       Илия была очень молодой азари, даже по меркам других рас. Не так давно выпорхнув из-под родительского крыла и окончив академию искусств, полная амбиций и желаний, увы, не нашла никакой иной работы, кроме как искусствоведом в одном из музеев Цитадели. Не то, чтобы это ей не нравилось, но… слишком уж рядовая должность для такой азари.        - Следуйте за мной, - она лучезарно улыбнулась, заглядываясь предпочтительно только на одного из её сегодняшних подопечных – весьма симпатичного человека азиатской наружности… она много знала о культуре Восточной Азии и едва ли сдерживала себя, чтобы не похвастать этими знаниями, дабы угодить симпатичному мужчине. Что ж, в планах полная экскурсия, и у неё будет шанс проявить себя.        - Я думала, на Цитадели гидами обычно выступают ВИ, - задумчиво протянула Ульяна Александровна, следуя за экскурсоводом.        - На данный момент наш ВИ проходит коррекцию программ и файлов, это может занять некоторое время, - соврала она, чуть приосанившись и едва заметно подмигнув азиату. ВИ давно заменили экскурсоводов, но Илия не придумала иного повода, чтобы пообщаться с заинтересовавшим её человеком. Необычным, можно даже сказать – редким, наверняка чистокровным китайцем или корейцем.        - Сезон охоты на меня снова объявляется открытым? – тихо хохотнул Джей, когда Ульяна Александровна и азари отошли на некоторое расстояние.        - Сомневаюсь, что он закроется даже тогда, когда ты на лбу выбьешь себе «я женат», - заметил турианец, разглядывая брошюрку с рекламой музея.        - Злые вы, уйду я от вас, - вздохнул Джей, - пошли уж.       Экскурсия обещала быть забавной.       На то, чтобы обойти половину музея, ушло более часа. Илия очень интересно рассказывала об истории самых различных работ и их авторов, не забывая просветить в суть самой эпохи, она рассказывала много, быстро, так, что порой было сложно уследить за мыслью, но это лишь заставляло всех слушать, не отвлекаясь. Слушать, слушать, слушать. Илия была довольна собой.       Но, ориентируясь на программу местного ВИ, им пришлось прерваться на перекус.        - Золус, будьте так добры, принесите пожалуйста мне воды, - попросила Ульяна Александровна, как только они вошли в небольшое но уютное кафе, что также было оформлено в духе музея.       Злюк не знал, на чём тут его хотела подловить Ульяна Александровна, но, долго не думая, коротко кивнул и направился к буфету.        - Присаживайтесь, - Джей галантно отодвинул ей стул, мысленно давая Золусу оплеуху – тот должен был сам спросить, не желает ли многоуважаемая Ульяна Александровна чего-нибудь съестного.        - Ваш друг крайне невнимателен, - с укором заметила она, занимая место.        - Да, с ним такое иногда бывает, - азиат позволил себе негромкий смешок, - когда бросается под пули, учитывает все вплоть до количества бактерий в воздухе, но если попадает в незнакомую ситуацию, начинает перегреваться и глючить, как компьютер доисторического образца.        - Бросается под пули? Замечательно, не хватало ещё мою дочь потом из истерики вытаскивать, - холодно прокомментировала Ульяна Александровна, - надеюсь, вы понимаете, что Эмбер всего лишь своенравный капризный ребёнок? И если это вовремя не прекратить, всё может окончиться печально.        - Ульяна Александровна, уважаемая, - азиат улыбнулся, но от этой улыбки повеяло холодком, - время большой войны давно прошло. Сейчас бандами называют стайки подростков, раздобывших "дамские" пушки, едва пробивающие фанеру в упор. Золус же превосходно обучен и всегда отдает себе отчет. Да, он может подставиться под выстрел, но только в том случае, если знает - не думает, а именно ЗНАЕТ - что снаряд даже не прошибет внешнюю броню. К тому же... ради интереса как-нибудь постучите по его черепу. Я уже имел счастье отбить руку об его бровь.        - Значит, на вашу помощь мне можно не рассчитывать? – Она вопросительно изогнула бровь.        - Помощь в чем? - Джей зеркально повторил мимику женщины.        - Ну вы же понимаете, что это ненормально? Эмбер нужен мужчина, человек, а не звероящер.        - В чем именно ненормально? Меня вот мой звероящер устраивает.        - В каком смысле, «ваш звероящер»? – искренне изумилась Ульяна Александровна.        - Надеюсь, меня не слишком долго не было? – Золус поспешно приблизился к столику, держа в руках хрустальный бокал с водой и три шоколадных батончика, - очередь несусветная! И эклор такой наглый! Вы когда-нибудь видели наглого элкора? Вот и я не видел наглого элкора! Всё бу-бу-бу и бу-бу-бу, как начал… ух!       Турианец присел рядом с Джеем, продолжая тараторить что-то несусветное.        - Так вот, - перебил его азиат, не дав окончательно загнать их в могилу. По крайней мере не таким образом. - Я в отношениях с турианкой.        - Извините, перерыв закончен, нам следует продолжить экскурсию, - очень вовремя к их столу подошла Илия, лучезарно улыбаясь и не оставляя Ульяне Александровне возможности для контратаки.        - Какого чёрта ты творишь?! – возмутился Джей, пихая турианца в плечо. – Я тут, значит, спасаю утопающих, а эти самые утопающие к себе балласт привязывают?! Какого хрена ты начал плести чушь об элкоре?!        - Я… я… я нервничал! – Золус развёл руками, – а зачем ты сказал, что женат на Ранке?! До этого момента ты был единственный, кого она не считала извращенцем!        - Вот именно! Она б при первом удобном случае Эмбер мне вручила и под венец, да ещё и обвязав её ярким подарочным бантиком! Я бы не удивился, если и приданное в качестве залога оставила! Ты уж извини, Эмб конечно красивая, но у меня своя, и она мне уши надерёт! И я бы крайне не хотел пасть невинной жертвой в этой бабской грызне между Ранкой и твоей тёщей!        - Аррргх! Зачем я с вами связался?! – Золус страдальчески схватился за голову. – И что теперь делать?!        - С нами или с тёщей? – хохотнул Джей, похлопав друга по плечу, – не дрейфь, теперь я слетел по лестнице её уважения в самый низ, уступая тебе дорогу. Ладно, пошли, а то придётся объяснять, что мы делали столько времени в туалете.       Ульяна Александровна не ожидала, что азари будет так некомпетентна в отношении человеческой культуры. Мало того, что она допустила несколько неточностей при рассказе об эпохе Возрождения, так ещё и настаивала!       - Да что вы говорите? – Ульяна Александровна иронично приподняла брови, - Будете объяснять мне, что…       - Прошу, не ссорьтесь, дамы, - быстро вмешался Джей, встав между чуть ли не плачущей от испуга азари и холодной как лёд дамой.       Илия всегда была слишком впечатлительна, а тут – её как котёнка, носом в каку! Так стыдно ей не было никогда, такой глупой и некомпетентной она себя никогда не чувствовала! А что подумает о ней этот симпатичный азиат? Поймёт, утешит… что ж, возможно, это будет только на руку.       - Я всего лишь хотела сказать, что не следует настаивать на своём, не будучи уверенной в подлинности информации, - фыркнула Ульяна Александровна. Как выпускница одной из многочисленных художественных школ Земли, она досконально знала мировую художественную культуру, и её просто возмущало такое незнание у, казалось бы, специалиста!       - Я… я всего лишь… - азари всхлипнула, - извините…       - Прошу, примите наши извинения, - турианец чуть склонил голову в знак уважения, - экскурсия была крайне увлекательна, мы благодарны за то, что вы уделили нам столько времени.       Когда они ушли, азари лишь досадно хмыкнула, поняв, что азиат не проявил к ней никакого интереса, а Золус же ещё долго чувствовал себя виноватым, не имея возможности объясниться и оправдать излишнюю агрессивность тёщи.

***

      Ула О’Раал была достаточно юной азари, хоть и пережила уже максимальный срок человеческой жизни. За это время она поняла две вещи – она очень любит генетику и гетов.        - И всё же не понимаю, что тебе, в СБЦ мёдом намазано? – задумчиво протянула она, заполняя отчёты. – Могла бы ещё десяточек лет под моим руководством поработать, получила бы специальность по биотехнологиям и генной инженерии…        - Не, - отмахнулась девушка, подавая очередную папку, - это, конечно, очень интересно, но не моё.        - А я вот думаю выпустить вас с Зюком, и уйти полностью в генетику. Помнишь, я рассказывала, что занимаюсь проектом по выведению зародышей от двух родителей разных рас, как у азари? Так вот, моя мать согласилась финансировать проект… это было бы замечательно.        - Только Злюку не говори, - хохотнула Эмбер, - он сразу же будет первый в очереди на подобное дитя.        - Ой, радуйся, что он у тебя детей любит…        - Любит? Ты хотела сказать, что в нём спит нянь из детского сада?        - Титан своеобразная личность, вот это действительно сложно.        - Дамы, я конечно рад посплетничать, но мы работаем, нет? – протараторил саларианец, с укором глядя на своего научного руководителя.        - Зануда, - буркнула Эмбер.        - Безответственная, - отозвался Зюк. Саларианец синеватого окраса со светлыми полосками был одним из самых перспективных студентов, с которыми приходилось иметь дело Уле, но одним из самых дотошных любителей бюрократии.        - Тише, тише, не ссорьтесь, - тут же разняла их азари, - Зюк, действительно, перестань пародировать ИИ.        - Это было оскорбление? Если вы считаете, что я не умею развлекаться и общаться, то глубоко заблуждаетесь.        - Никто не хотел тебя оскорбить, честно, - Эмбер отложила заполненную бумажку в сторону, - но ты зануда.       Саларианец надулся от возмущения, но сообразив, что спорить с этой особой бесполезно, выдохнул, махнув на них рукой.        - Так что там с Титаном?        - Сложно, очень сложно, - вздохнула азари, - но он по-своему мил.        - Это последняя? – Эмб отложила в сторону ещё один лист.        - Ага, на этом можно и по домам, - вздохнула Ула, складывая все бумаги в папку, - ты не забыла, что послезавтра у нас событие?        - Какое?        - Как же? В этот знаменательный день почти пять лет назад сформировалась наша… банда. Ты же не думаешь, что Джей не захочет это отметить?        - Ой, нет, мы сразу пас, - вздохнула Эмбер, - мама учует алкоголь – по стенке размажет, и, заметь, не меня.        - Мне кажется, ты преувеличиваешь. Твоя мать сама захотела приехать, а теперь грубо и беспардонно нарушает сложившиеся устои нашей общины. Ничего не произойдёт, если она уедет злая на вас, но мне кажется, что было бы куда лучше дать ей понять, что ты не десятиклассница, которая специально устраивает бунты на корабле.        - Не думаю, что стоит проявлять такое неуважение к мнению старшим, - вставил своё слово Зюк, - не стоит её злить и заставлять чувствовать себя отверженной и ненужной. Даже если ты не намерена расторгать отношения с турианцем, прояви уважение и не усугубляй обстоятельства дальнейшим разрывом шаблона.        - Всё-всё, хватит, советчики, - Эмбер подняла руки, как бы сдаваясь, - постараемся действовать по ситуации.       Потихоньку они стянулись в коридор, медленно шагая к выходу. Все отчёты были разобраны, препараты расставлены, вторая смена прибыла. Больше их ничего не держало в СБЦ, помимо весьма увлекательного разговора. Как жаль, что от входа в этот храм справедливости, если это можно было так назвать, учитывая порой безбожный уровень бюрократии, им нужно было идти в разные стороны.        - О, идут, встречают, - Зюк моргнул, глядя на непривычно ссутулившегося турианца, плетущегося позади горделивой дамы, - Это и есть твоя… мама?        - Она самая, - вздохнула девушка.        - Приветствую, Уьяна Александровна, - протараторил в своей извечной манере саларианец, как только женщина с персональным телохранителем приблизились.        - Доброго дня, - в ответ официальным тоном произнесла она, - Вы, я так понимаю, научный руководитель моей дочери?        - О! Нет, я всего лишь практикант, - саларианец сделал шаг в сторону, посмотрев на азари, - Вот, Ула О’Раал, профессор медицинской ксеногенетики, генетики и судмедэкспертизы.        - Немного разные направленности, не так ли? – Женщина вопросительно изогнула бровь.        - Мне доводилось работать по разным специальностям, - приветливо улыбнулась азари.        - И как вы можете охарактеризовать успехи моей дочери?        - Очень перспективный специалист, - Ула заулыбалась ещё шире, - В скором времени ей будет выдана тема дипломной работы.        - Рада слышать, - Ульяна Александровна гордо выпрямилась.        - Извините, нам нужно идти, - вежливо распрощавшись, Ула поспешила ретироваться, прихватив с собой Зюка.        - Тебя хвалят, это радует, - без каких-либо радостных ноток в голосе протянула дама. – Думаю, нам пора домой.        - И чем ты опять недовольна? – нахмурилась Эмбер.        - Никакой субординации. И это СБЦ? Научный руководитель ведёт себя так же, как ученик.        - Ну ма-а-ама, - страдальчески протянула девушка, закатив глаза.        - Ульяна Александровна, дисциплина не всегда способствует хорошей и слаженной работе, – заметил Золус.        - А вы вообще молчите, - рыкнула на него женщина, - я вам ещё пролитый на мою одежду кофе не простила.        - Злюк? – Эмбер удивлённо приподняла брови.        - Я случайно, - турианец виновато опустил взгляд.        - Ну не переживай, у нас же шикарная стиральная машинка, - Эмбер прильнула к нему, чмокнув в пластинчатый плоский нос и намеренно ненавязчиво, но ощутимо выделила слово «нас».       Ульяна Александровна обиженно надулась, чуть ли не скрипя зубами от негодования.        - Мама, сделай лицо попроще, - вздохнула девушка.       Тяжёлый для всех день потихоньку подходил к концу.        - Фуф! – Эмбер скинула с себя водолазку, и аккуратно повесив её на вешалку, вернула в шкаф, - в целом, день прошёл удовлетворительно. Но завтра, пожалуйста, не впутывай Джея, а то Ранка меня съест.        - Хорошо, - турианец довольно хрюкнул, наблюдая за возлюбленной, что осталась только в тонкой полоске ткани, что закрывала грудь – в людском обществе эта вещь именовалась, кажется, лифчиком. – Красота.        - Слушай, ты бы хоть для приличия вышел, а то мама у меня она такая… ещё и в рог даст тебе за это.        - За что?        - Ну, сидишь, пялишься на меня.        - Ты же моя невеста, почему я не могу наслаждаться твоей красотой?        - Злюк, не ищи тут логики, - вздохнула девушка, - я сама её найти не могу.       Эмбер сложила руки на груди, чуть изогнув позвоночник и заигрывающее вильнув бёдрами.        - Ну, и куда делась моя футболка?        - А я что? Я не брал, - Золус пожал плечами.        - Эмбушка, я тут у тебя футболочку взяла, пока готовила – с собой из «домашнего» ничего не прихватила, ну, не готовить же в выходной одежде… - Ульяна Александровна вошла в комнату, и с каждым словом её речь становилась всё тише и тише.       «Эмбушка» обречённо закрыла лицо рукой.        - Это что за стриптиз?        - Переодеваюсь, - холодно ответила девушка, забрав из обмякших рук матери свою футболку.        - Эмбер, что с твоей спиной?! – на какой-то момент турианцу показалось, что дама сейчас действительно хлопнется в обморок – и не театрально, как было принято веке эдак в девятнадцатом у людей, а в самый настоящий обморок.       И действительно, матери было о чём беспокоиться – через всю спину её дочери, от левого плеча до нижнего правого ребра шли три яркие полосы шрамов. Это какой же зверь мог оставить подобные следы?! Варрен?! Нет, в таком случае Эмбер обязательно бы рассказала об этом. Что могло заставить её умолчать о нападении? Нет, она не боялась того, что заставят вернуться на Землю. Была только одна причина молчать о них. И вот эта причина сейчас сидела напротив неё, в кресле, испуганно хлопая маленькими птичьими глазками.       Девушка устало вздохнула, натягивая футболку. Ей не хотелось вновь спорить, и не дав Ульяне Александровне возможности ответить, она быстро ретировалась на первый этаж, пока та не отошла.       Но мать, естественно, не могла игнорировать подобное. Пусть турианец может считать себя её мужем, пусть он может пытаться удержать её, но ни за что она не позволит причинять вред своей дочери. Ей не было важно, как – случайно, или не случайно. Если он представляет опасность и не может даже обнять её без последствий, то о каких отношениях может идти речь?        - Послушай, Золус, на вид ты взрослый серьезный мужчина. Оставь мою девочку в покое, так и тебе, и мне спокойнее будет, - тут же начала она, сверля Злюка холодным взглядом. Этот разговор она давно хотела с ним провести, но никак не получалось остаться с турианцем наедине. Теперь же всплыла ещё одна причина, по которой откладывать его дальше было нельзя. Ульяна Александровна попросту беспокоилась за жизнь своей дочери.       Золус опешил, не ожидая такого… резкого начала разговора. Именно его он боялся, и именно из-за него прятался весь день за Джея. Что ж, это ему почти удалось. Но турианец оказался совершенно не готов к этому! Что он должен ответить? Естественно, оставлять возлюбленную из-за нелюбви её матери ко всем ящерам он не думал.        - В этот раз, наверное, я буду вынужден вам отказать, - запнувшись, промямлил он, виновато опустив голову.       Ульяна Александровна поджала губы, ответ её явнее не удовлетворил.        - Эмбер ещё ребёнок, маленький вредный и капризный подросток. И её мнение может в любой момент переменится. Я знаю свою дочь, и ей свойственно быстро терять интерес к кому-то или чему-то. С чего ты взял, что её изменишь? Год, другой, и она сама поймёт, что эти отношения ей в тягость.       Золус тихо уфнул, будто бы его ударили по голове.       Что, если её мать права?        - Сколько ещё раз тебе нужно исполосовать её кожу, чтобы понять, что человеку не место рядом с турианцем?       От одной только мысли о том, что его обожаемая Эмбер решит, что он ей не нужен, в груди всё разрывалось. От этой дикой боли даже закружилась голова, и турианец на мгновение зажмурился.       Ему нечего было ответить.        - Боишься, да? - ему показалось, или в голосе Ульяны Александровны... сочувствие?       От этого стало только хуже.        - Ты можешь её просто покалечить.        - Это была случайность, - турианец вздохнул, стараясь не поддаваться панике. На самом деле ему сейчас больше всего хотелось забиться в уголочек и поплакать на несправедливую судьбу. Раньше он практически не задумывался об этом, Эмбер всегда рассуждала здраво и анатомические различия им не особо мешали, Злюк уже на автомате подпиливал когти, расставлял продукты и распределял силу, с которой сдавливал нежную человеческую кожу. Но что теперь? Эти проблемы казались куда более серьёзными, чем раньше. – Я не сделаю ей больно, Ульяна Александровна. Поймите, как бы это банально не звучало, я люблю вашу дочь, и если в первое время и возникали… казусы, то теперь об этом речи быть не может, я осторожен.        - Тоже мне, бравый вояка, - буркнула женщина, - не можешь защитить собственную семью от нападок злой сварливой тетки. Что Эмбер вообще в тебе нашла? Даже на Цитадель не хотела меня звать, интересно, почему?       Турианец зарычал, отгоняя от себя эти слова. Нет, она не права! А, собственно, кто дал ей право судить?       Эмбер никогда не стеснялась его, она им гордилась. Она никогда ничего не скрывала от него, и если её что-то не устраивало – говорила об этом прямо. С чего ему беспокоиться о том, что это он виноват во всём?       Злость закипала в груди, заставив высказать простую, но лишь сейчас пришедшую в голову истину.        - Вы действительно считаете, что знаете свою дочь? – он пронзил её гневным взглядом, - а когда вы последний раз разговаривали с ней просто так? Она хоть раз за эти годы рассказывала вам что-либо, кроме стандартной информации, которую вы от неё требовали? Почему-то её научный руководитель принимает куда больше участия в её жизни, нежели родная мать! С чего же она так не желала видеть вас на Цитадели? Может, всё же была причина? И может эта причина – вы, а не я?        - Ты... ты... да как ты смеешь?! - прошипела женщина с таким видом, словно собиралась вот-вот наброситься и голыми руками порвать на кусочки.        - Я так вижу, разговор в самом разгаре? – в дверном проёме показалась Эмбер. – Мама, прекрати, это свинство!        - Хорошо, я уезжаю, - с гордо поднятой головой, она вышла из комнаты, - Живите как хотите!       - И не надо устраивать трагедию! – девушка пошла за ней, - ты ожидала, что я как-то по-другому на это отреагирую?!       Турианец поспешил за ними, не желая, чтобы дело дошло до рукопашной… ну мало ли, они женщины с характером.        - Ульяна Александровна, попытайтесь…        - Злюк, давай я сама! – рявкнула Эмбер, взмахнув рукой.       Тонкое девичье запястье пришлось прямо по турианскому носу. Не то, чтобы ощутимо, но крайне неожиданно. Злюк инстинктивно отступил назад, нога соскользнула со ступени, и лишённый равновесия турианец рухнул на лестницу, а затем, неуклюже перекувыркнувшись, полетел вниз.        - Доигралась?        - Я?!        - Ну не я же крылом махнула! И откуда в тебе силищи столько…        - Эмбе-е-ер, я, кажется, что-то сломал…