2
22 октября 2014 г., 19:22
2
Когда Арвин пришел в себя, невольно отметил тот факт, что находится в какой-то лачуге и лежит на столе. Это его, мягко говоря, удивило, поскольку он не думал, что ангел окажется настолько… земным, что ли. Но окружающая его обстановка говорила о том, что здесь живет или жил человек, который явно был знахарем, раз на полках стояли различные банки со снадобьями и травами. Сам молодой воин был обнажен и вымыт, он это заметил по пробежавшим мурашкам по коже, рана была перевязана, но на ней все еще можно заметить выступившие капли крови. Арвин через силу приподнял голову и увидел, что ангел что-то делает у печи.
Сейчас у него не было ни крыльев, ни длинных волос, так как смольные пряди были подвернуты два раза и затянуты кожаным ремешком. Из одежды на нем были только черные штаны и свободная рубаха. Ангел методично что-то готовил, пока на огне грелась то ли сталь, то ли просто нож. Арвин не мог до конца понять, что происходит и зачем он это делает, так как слабость в теле не давала нормально мыслить, но по собственным ощущениям он понимал, что-то помимо раны атакует его нутро, выжигая каждую клетку.
— У тебя заражение, человек, — холодно проговорил ангел, оборачиваясь к нему и поднимаясь на ноги, — рану я промыл, но нужно еще прижечь, чтобы инфекция дальше не пошла.
Арвин моргнул, осознавая, зачем ему раскаленный на огне нож, который он спокойно держал в руке. Неужели не обжигался? Хотя о чем можно здесь говорить, когда знаешь, что перед тобой явно не человек, а иномирное существо, которому плевать на боль и опасность?
— Делай все, что нужно… — выдохнул он, судорожно облизывая губы.
Ангел подошел к нему и быстрым движением разорвал повязку на груди, придирчиво осматривая почерневшие края раны.
— Как тебя зовут, человек? — вдруг произнес он, заглядывая воину в глаза.
— Арвин…
— Арвин — благородное имя. Я — Гэлас, отныне называй меня так, — чуть веско проговорил ангел, а в следующую секунду прижал раскаленную сталь к ране воина, заставляя того закричать от боли и выгнуться в спине, широко распахивая глаза. Комнату наполнил запах горелой кожи, а тело на столе продолжало биться в конвульсиях, но вырваться ему не давали веревки, которые привязывали его ножкам стола. Явно магическая штука, раз не порвались от резких движений.
Арвин тяжело дышал, с паникой и страхом вглядываясь в темно синие глаза, и не веря, что ангел, правда, это сделал. Вывернул наизнанку одним касанием, причинил боль, от которой хотелось лезть на стены, вышиб дух с таким холодным и равнодушным выражением лица. Но где-то на подсознании, он понимал, что Гэлас делал все правильно, все же ему не хотелось сдохнуть от заражения, и он сам дал согласие на такой способ избавления от инфекции.
Сам Гэлас же был спокоен, не реагируя ни на крики воина, ни на скверный запах в комнате. Он абстрагировался от боли человека, который призвал его, и поэтому так был равнодушен, когда растерянные глаза бегали по его лицу, пытаясь понять, почему он так поступал. Не будет же ангел говорить, что выжигал не только кожу воина, а и душу, проверяя его как человека.
Он искал причину, по которой должен был спасти этого человека. Их сделка — не в счет, потому что любовь воина он заберет и так, как плату за то, что пришел и вытащил его из того ада. Но вот понять, что еще скрывает этот павший герцог, он хотел, потому что сомневался в том, что он назвал ему все причины, из-за которых он должен жить. Гэлас отбросил нож в сторону, беря мазь в руки и обрабатывая ею рану, а после принялся зашивать покрасневшую кожу. Это было чудом, что никаких внутренних органов меч не задел, только лишь проткнул мышцы, поверхностно пройдясь по грудной клетке.
Арвин никак не отреагировал на его новое действие, потому что потерял сознание от болевого шока. Гэлас наложил на аккуратный шов повязку, пропитанную лечебными травами, а затем и перебинтовал сильную грудь, без труда поднимая воина в воздух. Мог, конечно, и исцелить его сразу своей силой, но тогда не известно каковы были бы последствия, поскольку черный ангел явно не жизнь воспевает. Переместив тело Арвина на кровать, Гэлас убрал все травы и мази на место, а после вышел на улицу, окидывая взглядом полупустую деревню.
Здесь повсюду была смерть, даже не из-за нападения варваров. Она чувствовалась в воздухе, пропитанным запахом железа и соли, гнили и серки; даже туман был странным, серым и густым, словно деревня Годесса была заведомо проклята и обречена на гибель. Время тянулось медленно, словно кто-то держал его за хвост и не давал минутам течь быстрее. Гэлас поморщился, когда заметил, что за ним наблюдают. Это оказался соседский мальчишка, но лишь ангел знал, что далеко не простой ребенок в нем живет.
— Чего тебе?
Мальчишка криво усмехнулся, несколько не испугавшись того, что его заметили, и подошел ближе к молодому мужчине.
— Он выживет? — вместо ответа спросил он, посмотрев на ангела.
— Если сегодня ночью его сердце не остановится, значит, выживет, — спокойно ответил Гэлас, вглядываясь в пасмурное небо у себя над головой. — От господина никаких вестей?
— Нет, он приказал пока наблюдать, — голос равнодушный, но глаза горят чем-то хищным и опасным. — Сделай так, чтобы его сердце забилось, Гэлас.
Не просьба, приказ резанул по сознанию, и в следующую секунду мальчишка исчез, а Гэлас вздохнул и покачал головой, не зная, то ли злиться, то ли радоваться, что его отправили сюда. Ангел передернул плечами и вернулся в лачугу, беря в руки чашу с водой и чистую тряпку. Затем он направился к Арвину, который метался по постели в полубреде.
Щелкнув пальцами, Гэлас обездвижил тело воина и принялся обтирать его влажной тканью, пытаясь сбросить жар. Ему главное продержаться первые несколько часов, пока организм будет бороться за жизнь, а там травы и мазь начнут действовать, и заживление пойдет быстрее. И все же, ангел не понимал, почему его господину так нужен этот человек, что он послал его, и почему он дал ему такое странное задание. Одни вопросы, а ответы неизвестно где, и как их найти, Гэлас пока не знал.
Вдруг Арвин выгнулся и распахнул глаза, которые были подернуты пеленой бреда. Странное выражение мелькнуло на его лице, вроде и вина, и боль, когда он хрипло вскрикнул «Кельсий!» и опять потерял сознание. Гэлас поправил повязку на груди мужчины и задумался, почему этот воин звал его хозяина.
