Лучший друг неформалов

*** А в это время… Штаб-квартира мозга Даши. Два парня (вообще-то Личности бесполые, сами понимаете, но Даше гораздо приятнее, чтобы у неё в голове были парни, а не девушки) в точной копии комнаты Кузнецовой. - Меня сейчас стошнит, - Циник сидел в обнимку с зелёным тазиком, сливаясь с ним по цвету. – Буэ, какая же приторность, аж скулы сводит! - Мухаха, что, дорогой, получай, получай! – укуренным кузнечиком носился Романтик по комнате. – И на моей улице наступил праздник! - Прекрати круги нарезать, - зажал рукой рот замученный антагонист. Его мутило от конфетно-сладкой ситуации, в которой оказалась Хозяйка. Сначала было смешно, а потом аж желудок скрутило, а ужин начал проситься наружу. Фу такой быть, Даша! Что за пафосные мысли, что за мелодраматичная обстановочка в духе «Хуанита, я люблю тебя!» - «Ах, Хуан, я тоже!»?! Убить бедного Циника хочешь, восторженно-сентиментальная девица?! - Да ладно, неужели ты не рад за Хозяйку? – хихикая, плюхнулся перед Циником Романтик, садясь по-турецки и заглядывая в его перекошенное лицо. - Рад, чё, - неохотно признал Циник. Скептически окинул взглядом брата (ну да, а кем они ещё могли быть, если родились от одной… эм… мамы…). Сидит, лыбится, рот до ушей. У-у-у-у, хорошо ему… - Только пусть перестанет так пафосно думать! Иначе я помру во цвете лет, а без меня она хрен проживёт! И вправду. Циник вспомнил, как впервые открыл глаза. Это было давным-давно, он и Романтик уже существовали, но не имели имён и характера, скорее, как настроения, эмоции, без особых отграничений. Наверное, так себя чувствуют близнецы в утробе, не осознавая свои личности, но уже живя и преданно, беззаветно любя свою маму. А потом… «Кто это плачет?» - подумал парень, услышав сдавленные всхлипы где-то рядом. – «Ох, я могу думать? А кто я?» Хм, Циник? Ладно, сойдёт, так и есть, в общем-то. Повертел головой и увидел горько плачущего паренька, похожего на него, только голубоглазого и с более мягкими чертами лица. Сам Циник, насколько он понял, желтоглазый и с колючим взглядом, это знание пришло словно из ниоткуда, как и имя. - Эй, ты чего ревёшь? – присаживаясь на корточки перед забившимся в угол братом (опять сознание подсказало, да и не зря же они так похожи), спросил он. - Хозяйке сделали очень больно, - горько всхлипнул Романтик (а, вот как его зовут). - Больно? – недоумённо переспросил Циник. Романтик, болезненно закусив губу, промолчал и задрал кроваво-красный свитер. Циник с ужасом увидел огромную рваную рану на груди брата. И множество шрамов, «украшающих» бледную кожу. Словно с войны пришёл. Была ещё одна рана… нет, не рана, а дыра. Она выглядела будто бы заживающей, но её края так и не стянулись, словно глубокое выжженное клеймо. Жуть какая! - И у тебя такая же, - сквозь слёзы слабо улыбнулся Романтик, понимая брата без слов, и прикасаясь к обтянутой футболкой груди Циника. Сквозь ткань виднелась безобразная рытвина. – Мы созданы защищать Хозяйку. Принимать на себя все удары, чтобы сохранить её сознание. Циник ошеломлённо молчал, переваривая услышанное. Ну и перспективка. Получать люлей за кого-то… - Слышь, Хозяйка, реветь кончай! – рявкнул во всю мощь лёгких парень, раздражённо смотря на огромный экран, который служил «окном» в мир. – Сопли подбери, аж тошно, тоже мне, драму развела из-за какого-то придурка! Самой-то не противно?! - Ась?! – раздалось в комнате, со стороны того самого «окна». О-о-о, есть контакт! - Есдась! – снова заорал Циник, с ещё большей злостью. – Говорю, прекрати истерить, возьми себя в руки, будь мужиком, блеать! - Я девушка, вообще-то, мне можно, - обиженно прогундосила сквозь слёзы хозяйка, но с нотками задумчивости. - Да пох! – прорычал желтоглазый, обнимая сжавшегося брата и прижимая к себе. – Смотри, до чего ребёнка довела, эгоистка! - Братик, вообще-то, я старше тебя… И намного… - робко вставил Романтик, шмыгая красным носом. – И это не она довела, а нас с ней вместе… Но Циник его проигнорировал. Ему параллельно было, чего, кто, зачем, почему. - Короче, Хозяйка, сама себя уважать должна. Со стороны посмотри – вся в соплях, рожа опухшая, глазки как у китайца с конъюнктивитом, губки обиженно дрожат… Буэ, как все эти расфуфыренные тёлочки, что рыдают над сломанным ногтём. Ты ж не такая! Злись, рычи, бей стенку, кусай подушку, гори жаждой мести, но никак не плачь! На это смотреть противно! И смешно, право слово. Повисла тишина. Только Романтик и Хозяйка в унисон носопырками шмыгали. - Хм. И вправду, противно, - вдруг согласилась Даша. В экране было видно, как она решительно встала с кровати. – Пожалуй, хватит. Жизнь не кончается. Циник довольно хмыкнул, радостно осклабившись. Перевёл взгляд на Романтика. Тот уже не выглядел таким заморенным, щёки перестали по цвету походить на известняк. Ну и хорошо! - Кстати, братик… С Днём Рождения, - мягко улыбнулся Романтик. Спасибо, брат. И тебя тоже… …Циник помотал головой, отгоняя воспоминания. Ох, снова эти конфетные флюиды! Ужин заскрёбся в горле, просясь на волю. - Прекрати-и-и-и! – простонал желтоглазый. – Думай хоть потише! - Брат, ну хватит из себя мученика корчить, - примирительно улыбнулся Романтик, положив руку ему на плечо. – Хозяйка же девушка, и любая девушка хочет немного романтики. Пусть порадуется, и мы тоже порадуемся. Циник подумал и вздохнул. Отложил тазик. Его всё ещё подташнивало, по это быстро проходило, потому что Романтик делился силой, гася его, Циника, недомогание от переизбытка неподходящей ему энергии, коей сейчас было для голубоглазого просто в избытке. - Кстати… С Днём Рождения! – ехидно сказал антагонист, расслабленно прислоняясь к стене. - Но у меня он не сейчас! – захлопал глазами Романтик, с удивлением глядя на брата, который сейчас был до странного умиротворённым (хотя всё ещё бледновато-зелёным). - Нет, именно сейчас, - нежно, без своих ужимок, улыбнулся Циник, протягивая руку и ласково трепля тёмные волосы старшего брата (который совсем не выглядел старшим). – И это хороший день. Поздравляю. Романтик радостно заулыбался, с любовью смотря на вредного, противного, злорадного, но родного и по-своему доброго брата, который так часто защищал его, более тесно связанного с Хозяйкой и оттого делящей с ней все волнения и боль. Без него Романтик действительно не справился бы. - Спасибо, брат, - голубоглазый обнял Циника и поцеловал в лоб. Антагонист смущённо зарделся. Не любил он эти телячьи нежности, но это же брат, ему всё можно. Да и приятно же… Циник и Романтик… Они – хаос мыслей, принявший облик и разделившийся на две половинки, чтобы не разорвать разум на бестолковые, бессвязные части. Наверняка психиатры прописали бы Даше кучу таблеток, узнай, что творится в её головушке, а то и признали бы невменяемой. - Так, Хозяйка, - угрожающе прорычал вдруг Циник, становясь красным как рак. От желтоглазого разве что пар валить не начал. – Быстро, мля, свернула свои подлые и коварные мыслишки, а не то я тебе извилины узлом завяжу!!! Романтик удивлённо захлопал глазами, но тут и он услышал, о чём думала, мысленно хихикая, Даша. И тоже слился цветом со своим свитером. - Мы БРАТЬЯ!!! – взвыл Циник, пытаясь ненавязчиво отпихнуть Романтика, застывшего ступором. – Братья, грёбанная извращенка!!! И только ТЫ думаешь, что инцест это круто! Если мы с братом будем воплощать то, что ты напридумывала, учти – это будет селфцест! Да-да! Мы – это ты, чёртова яойщица! Сама с собой яой устроишь! Но Даша уже «отключилась», если можно так выразиться, точнее, перестала обращать на Личности внимания. Ещё бы – не до того стало. Романтик медленно сползал по Цинику, сдавленно хрюкая от смеха ему в футболку. Голубоглазому стало смешно от истеричных воплей антагониста, ибо тот так мило нервничал и покрывался неравномерным румянцем… Ну, Хозяйка, ну, удружила! Сама развлекается, и про них, болезных, не забыла! - А ты чего ржёшь? – возмутился до глубины души Циник. - Брааатик, а может, последуем её инструкциям? – всё ещё хихикая, спросил Романтик. Антагонист вперился в брюнета округлившимися от такого заявления глазами. - И ты туда же?! – с ужасом выдавил желтоглазый, выразительно постучав костяшками пальцев по лбу. - А я серьёзно, - коварно улыбнулся Романтик. Циник подавился своими репликами, с полминуты очень пристально пялясь на брата. - Слышь, Ром, роль злобного похотливого животного вообще-то мне принадлежит, - осторожно заметил антагонист, пробуя почву. - Окстись, Ин, у нас один первоисточник, а это о многом уже говорит, - тихо рассмеялся Романтик. – Мы не такие разные, разве что мировоззрениями отличаемся, и без меня знаешь. - Ну, я предупреждал! – воодушевлённо провозгласил Циник, восстанавливая внутреннее равновесие и быстро приходя в себя. Циника так просто не смутишь! Эй, брат, т-ты куда это полез?! Б-брат?! Ну ладно, сам напросился! И в мыслях, и в реале – одни сплошные непотребства. Кошмар! Но кошмар прия-а-а-атный, бугага.