Белый воронёнок

— Ты серьезно, Даичи? — приподняв бровь, спросил Сугавара Коши. Даичи был капитаном твердым, справедливым и серьезным, при этом иногда эти качества становились по-настоящему устрашающими. Тем не менее для Суги он всегда был просто другом: снисходительным и рассудительным. — Ведь сплоченные команды формируются постепенно. — Я знаю, но… Возможно, он слегка погорячился. Суга удостоверился в этом, когда зашла Киоко: Даичи подошел к открытой двери и стал ожидающе смотреть на ругающихся первогодок, словно ждал от них извинений. Извинений и ничего больше. Собственно, им и было нужно просто раскаяться. Хината так и сделал. А вот Кагеяма загнул. Сложный у него характер, ничего не скажешь. Хинату можно было допустить в клуб, он ведь не виноват в том, что Кагеяма так себя ведет, и он уже извинился. А впрочем… Суга присмотрелся к рыжему первогодке. Что-то в нем было… Его никто сейчас не воспринимал всерьез и даже не замечал, но… Сугавара смотрел на него и не мог понять, где же видел его раньше. А они виделись до этого, должны были. Конечно, он многих игроков повидал на соревнованиях, всех не запомнить, но… именно при взгляде на Хинату возникало какое-то странное чувство. Всю тренировку Суга пытался вспомнить, и вот под конец его осенило… — Капитан! — раздалось за дверью. Танака открыл ее: уже стемнело. Кагеяма и Хината встали по стойке смирно и, серьезно посмотрев на Даичи, в один голос закричали: — Сыграем! Мы вдвоем против старших! Мы докажем, что сможем работать в команде! Танака смеялся от всей души, хватаясь за живот, Даичи же, напротив, еще больше расстроился от такого заявления. Виду он не показал: только чуть сильнее напрягся. А Сугавара обескуражено застыл, не спуская взгляда с Хинаты. — А если вы проиграете? — каменным голосом спросил Савамура. — Мы примем любое наказание! — твердо заявил Кагеяма. Капитан решил провести игру три-на-три. Помимо Хинаты и Кагеямы в клуб записались еще двое первогодок. К ним в команду пойдет сам капитан, а к тем присоединится Танака. Рю вначале опешил, но потом возрадовался — эти двое ему явно нравились. И стать семпаем ему не терпелось еще с начала прошлого года. А эти двое, особенно Хината, искренне уважали его, так что Танака был просто на седьмом небе от счастья. Даичи все же был капитаном мудрым. Он готов был принять их в клуб в любом случае, но… при условии, что в случае проигрыша Кагеяма не будет связующим. Никогда. Таким образом, все устраивалось ради Кагеямы. Если он научится работать в команде, то быть ему главным игроком-распасовщиком. В противном случае команда не потерпит его диктаторских замашек. Он должен был осознать свои ошибки со средней школы и исправиться. Конечно, это не так-то просто, но если уж он постарается… — Суга… Ты ведь понял, почему я так сделал? — Все же, Даичи чувствовал вину за излишнюю строгость. Это было не в его характере. — Да, конечно. Ты все правильно сделал. Но я думаю, что, даже если они проиграют, Кагеяме можно будет давать шансы. Даичи промолчал. — Слушай… — Суга подошел ближе, чтоб как можно тише спросить. — А что насчет Хинаты? — Перед ним я чувствую самую большую вину, так как он просто не вовремя и не к месту подвернулся. Парень хочет играть, и его рвение мне по душе. Да и, судя по всему, у него неплохие рефлексы. Посмотрим, как пройдет игра в субботу. Почему-то мне кажется, что он тоже удивит нас. В этот раз сохранил молчание Сугавара. Уже после тренировки, когда все разошлись, он вновь подошел к Даичи. — Помнишь турнир в прошлом году среди средних школ? — Да, именно там мы увидели Кагеяму. Признаться, я все же удивился, что он выбрал Карасуно, с его-то данными. — Да уж… А… ты помнишь среднюю… Юкигаока? Да, вроде это была она. — М, напомни, что там были за игроки, — задумался Савамура. — Это… женская команда. Может, ты обращал внимание на их капитана? Там была весьма… интересная девушка… Даичи удивленно посмотрел на своего друга. — Э, нет, не подумай ничего. Просто… — стушевался тот. — Я не помню. Я вовсе не смотрел на женские команды. Но… к чему это ты? — Нет-нет, ни к чему, — он замахал ладонью. — Я тоже думаю, что Хината еще удивит нас. Для Даичи это прозвучало как смена темы, и пускай. Так даже лучше… На следующий день Суга пришел пораньше и сразу направился в спортзал. Он знал, что там уже вовсю должны тренироваться эти первогодки и Танака, так как он вдруг вызвался взять ключи. Как и ожидалось, эти трое уже полностью были в волейболе. Кагеяма загонял бедолагу Хинату, жесткости ему не занимать… Суга еще раз присмотрелся к Шое. Сомнений быть не могло, это та самая девушка. Теперь, все больше приглядываясь к ней, он отмечал и голос, и хрупкость тела. И ему стало чертовски жаль ее. Он смотрел, как она падает, как мяч прилетает с сумасшедшей силой ей в лицо. Руки покраснели от приемов мяча, и дыхание сбилось. — Кагеяма… — прервал их спартанскую тренировку Сугавара. — Потренируйтесь пока с Танакой в нападении. Я тоже хочу немного размяться. С Хинатой. Девушка с промелькнувшей во взгляде благодарностью посмотрела на третьегодку и встала. — Можешь немножко отдохнуть, — улыбнулся он ей мягко и вновь почувствовал неловкость. Как же это все странно! — Нет, мне нужно много тренироваться! И времени мало! — запротестовала она, хотя ужасно выдохлась. — Ладно, я не буду тебя сильно загонять, как Кагеяма. Вначале она просияла от этого, но затем, все оставшееся время тосковала, пялясь, как тренируются в нападении те двое. Пару раз пропускала мячи и в конце концов не выдержала. — Кагеяма! Подкинь мне тоже! Я тоже хочу атаковать! Простая просьба, ничего такого в этом нет, но… — Нет, — грубо срезал Кагеяма. От неожиданности у Хинаты аж дар речи пропал, пусть и ненадолго. — Почему?! — Ты принимать так и не научился. Я пасую лишь тем, кто может принести победу. В субботу постарайся сильно не мешаться, пасовать буду только Танаке-сану. Ты победы не принесешь. В обеденный перерыв Сугавара решил узнать, как девушка вообще попала в их клуб. Все заявки передаются через Киеко, именно она их проверяет и должна хоть что-нибудь знать. Может ли быть, чтоб Хината подделала документы, подкупила кого-нибудь из преподавателей и работников школы? — Сугавара-кун? Доброе утро, — поприветствовала его Киеко. — Что-то случилось? — Доброе. Нет-нет, хотел спросить, знаешь ли ты о новеньком члене клуба, Хинате Шое? — Киеко чуть напряглась и кивнула, стараясь вести себя как обычно. Впрочем, эмоциональной назвать ее можно было с большой натяжкой, и Сугавара не спешил делать выводы. — Из какого он класса? — …А что такое? — Ну, он забыл кое-что в клубе, хотел занести… — на ходу придумал он и тут же поймал себя на мысли, что Киеко раскусила его ложь с первой секунды. — Я могу сама передать ему, — спокойно сказала она. Сугавара решил, что больше нет смысла притворяться. Опустил плечи и пристально посмотрел на менеджера их клуба. — Я знаю… что это девушка. — Киеко на мгновение растерялась — такой он ее еще никогда не видел, Танака и Нишиноя бы позавидовали ему, наверное. Затем она вздохнула, прикрыв глаза. — Она такая беспечная. Меня очень тронули ее слова, и я решила пойти ей навстречу, но… риск так велик, и я уже сомневаюсь, стоило ли идти на это безрассудство. Было бы проще рассказать все сейчас, пока это не зашло слишком далеко. Однако мне становится не по себе, когда я представляю ее лицо, если… предам ее… Я не знаю, что делать… Сугавара молчал, но понимал, что нужно что-то сказать. — Я… надеюсь, что все будет хорошо, — вновь нарушила молчание Киеко. — И… если ты теперь знаешь, может, поможешь мне… и ей?.. Хотя бы пока что сохрани это в секрете, хорошо? — Д-да, да, конечно. Я… хочу сам с ней поговорить, выяснить… Киеко кивнула, и он удалился. Проходя в коридоре, Суга увидел, как из двери одного класса как раз выбежала Хината. Она была в рубашке и юбке, и теперь сомнений у него не оставалось. Неслась девушка молниеносно, на ходу сдергивая бабочку с шеи, а под длинной юбкой, приподнявшейся от бега, показались шорты. Многим же она рискует, вот так открыто перевоплощаясь… И ради чего?! Он последовал за ней неспеша, зная, куда она держит путь. Переоделась она довольно быстро, так что прибежала к спортзалу быстрее него. Она просто пялилась в окно, наблюдая за пустым залом, но была так радостна, что это невольно вызвало улыбку. Похоже, она действительно очень сильно любит волейбол… — Хината, что ты здесь делаешь? — подойдя, спросил Суга. Она стушевалась, не заметив, что кто-то здесь есть, но спустя пару секунд пришла в себя и развернулась. — Просто… хе-хе, хотел посмотреть… Мне ведь нельзя, да? — Я могу вынести мяч и потренироваться с тобой, — улыбнулся он. Она просияла. Теперь ее ничто не отвлекало, и она полностью отдавалась тренировке. Хотя тренировкой это можно было назвать лишь с натяжкой. Суга подавал ей чересчур мягко, но не мог не делать этого из-за понимания, что перед ним девушка… — Послушай, — наконец спросил он, — почему именно Карасуно? Ведь есть множество школ, где неплохо готовят женские команды. И именно в Карасуно нет женского волейбольного клуба. — Из-за Маленького гиганта… — после некоторой паузы сказала она, взяв мяч в руки, а не отбив. Это было показателем того, что разговор приобрел важный характер. — Он мой кумир… И мне всегда хотелось в Карасуно… Сугавара пытался понять, стоило ли оно стольких трудностей. Но глядя на нее, теперь, кажется, понимал Киеко. Ему захотелось помочь ей. Поддержать, несмотря ни на что. — Слушай, Хината… Хочешь, я буду пасовать тебе с завтрашнего дня? — Правда?! — засветилась она от счастья. — Да, я ведь официальный связующий Карасуно. Хочешь потренироваться в нападении? — Он уже успел заметить, как она сияет каждый раз при упоминании нападения. — Да! Я люблю делать атакующие удары. — И она не могла не вызывать улыбку… Он наблюдал за ней, за ее искренностью и простотой, и становилось приятно на сердце от мысли, что такие люди существуют — готовые посвятить всего себя любимому делу, радующиеся мелочам. Счастливая улыбка Хинаты превратилась в несколько тоскливую. — У меня никогда не было официального связующего… Мячи мне бросали лишь друзья. Или те, кто мало что мыслил в волейболе… И все это было не по-настоящему… А, надеюсь, я понятно выражаюсь. — Ум, — кивнул Сугавара. — Я понял тебя. У тебя никогда не было настоящих товарищей по команде. Но теперь все изменится. Мы станем ими. Хината улыбнулась. — Мне кажется, — Суга посмотрел на часы, — нам пора возвращаться. Она растерялась, замялась, и он понял, о чем она сейчас думает. — Иди вперед. Мне нужно закрыть спортзал. Она просияла, списывая эти слова на простое везение и не понимая, что во взгляде у Сугавары-сана было желание защитить ее.