Часть 34
11 декабря 2019 г., 16:31
Вернувшись во дворец, шехзаде Селим почувствовал облегчение. Теперь, когда последняя преграда на пути к трону была устранена, он мог не бояться за свою жизнь. Вскоре к нему в покои зашла Нурбану-султан.
— Шехзаде…
— Проходи, Нурбану, — Селим жестом приказал жене сесть. От пытливых глаз женщины не укрылось то, что шехзаде одновременно и взволнован, и доволен.
— Селим, что с тобой?
— Хорошие новости, Нурбану. С шехзаде Баязидом покончено. Его и его детей уже нет в живых. Нам больше никто не сможет помешать.
В глубине души Нурбану-султан возликовала. Она вышла из покоев шехзаде и пошла к себе.
— Госпожа, не желаете ли чего-нибудь? — спросила её Джанфеда-калфа.
— Нет, пока ничего не нужно… — в её покои стали ломиться, и на пороге появилась бьющаяся в истерике Дефне-султан.
— Правду ли сказал Ками-паша? Шехзаде Баязид мёртв?!
— Дефне, успокойся, — спокойно сказала Нурбану-султан, — Паша не соврал тебе: его и его детей действительно нет в живых. Таков закон: престолонаследник убивает своих братьев и их детей, хочет он этого или не хочет.
— Я лишь об одном буду молить Аллаха! Чтобы те, кто сделал это, не знали покоя до самого последнего вздоха! — Дефне всхлипнула и вылетела из покоев Нурбану-султан. Вернувшись к себе, она достала из потайного шкафа яд, который купила на базаре, и, выпив немного, дала его своему сыну. Нурбану хотела догнать её и спокойно продолжить разговор, но дверь в покои Дефне-султан была заперта.
— Газанфер-ага! Немедленно выломай дверь!
— Слушаюсь, госпожа.
Дверь долго не поддавалась, но через несколько часов привратнику всё же удалось сломать замок. Картина, открывшаяся глазам Нурбану-султан, была откровенно неприятной. Дефне-султан и шехзаде Мехмет лежали мёртвые на огромной кровати, а на полу валялся пустой пузырёк из-под яда.
— Газанфер-ага! Избавься от тел немедленно!
— Как прикажете.
***
Михримах-султан и Хидэ-бей сидели в дворцовом саду и мило беседовали. После того, как родился маленький Сулейман, луноликая была вынуждена какое-то время не вставать с постели, но ей быстро надоело такое времяпрепровождение, и она уговорила мужа хоть ненадолго выйти в сад. Вскоре к ним подошли зареванный Сюмбюль-ага и бледная, как смерть, Фахрие-калфа. Хидэ-бей сразу догадался, что случилось что-то плохое. — Сюмбюль-ага, что случилось? — Госпожа… Хидэ-бей… Я даже не знаю, как сказать… — Говори как есть и ничего не скрывай! — обычно сдержанный Матсумото начал терять терпение. — Шехзаде Баязид… отошёл в мир иной, — всхлипывая, ответила за Сюмбюля Фахрие-калфа. Михримах-султан медленно запрокидывалась навзничь. Новость о смерти брата стала для неё страшным потрясением. — Нет… Этого не может быть… Баязид… братик… как же это? — луноликая расплакалась. Хидэ-бей позвал Гюльбахар, и та повела Михримах-султан в покои. — Как это случилось? — Шехзаде был казнён вместе со своими детьми… — Скажите, где могилы брата и племянников? — Михримах-султан, не успевшая дойти до дворца, обернулась. — Никто не знает, где находится место их упокоения… У шехзаде Баязида нет могилы… как и у давно казненного Ибрагима-паши… Кое-как дойдя до покоев, Михримах-султан упала на кровать и заплакала навзрыд. Следом зашёл огорошенный Матсумото. — Хидэ, случилось то, чего я так боялась… Я как знала, что затишье между ним и Селимом будет недолгим… — Ну кто тебе сказал, что шехзаде Селим стоит за всем этим? Да, они друг с другом не ладили, но не до такой же степени! — В этой войне мы проиграли. У шехзаде Селима оказались сильные и верные соратники. Хидэ-бей крепко обнял жену, тяжело вздыхая. Он прекрасно осознавал правоту луноликой: если бы не изворотливая султанша Нурбану, хитрый на выдумки Ками-паша и их верные подпевалы Джанфеда и Газанфер, то шехзаде Баязид и его дети остались бы в живых.
