Крыша в огне

Мир мутным маревом врывался под опущенные веки. Бэт Грин, крошка Бэтти, словно плавала в душном формалиновом тумане, наполненном нечеткими звуками и неясными тенями. Бэт куда-то несли. Болела голова. Тошнило. Взгляд не хотел фокусироваться, а сознание все норовило провалиться в уютную темноту. А потом Бэт очнулась. Она резко втянула воздух, от чего тонкие крылья носа затрепетали. Втянула и закашлялась — вместе с кислородом она вдохнула частички пыли. Бэт прокашлялась, чувствуя боль при каждом неловком движении, и попыталась сесть. Это оказалось почти невыполнимо, так как руки отказывались подчиняться (впоследствии стало ясно, что кисти туго стянуты за спиной). Тем не менее, Бэт справилась: села, чувствуя ноющую боль в мышцах, и огляделась по сторонам. Рядом с ней ровно так же, как она секунду назад, копошился беспомощно Карл. При виде Граймса маленькой Грин немного полегчало. Однако все остальные факты как-то не приносили душевного покоя. Бэт поняла, что на них с Карлом смотрят. Причем смотрят неприятно, словно щупая душу липкими пальцами. Грин вскинула голову: они с Карлом оказались в центре полукруга из людей (а людей ли?). Незнакомцы стояли молча, только наблюдали за каждым движением ребят. Бэт обернулась — за спиной была стена, кажется, они лежали у какой-то постройки. Сарай для дров, курятник, что-то такое. Наверное, они на территории какой-нибудь бывшей фермы, вроде той, на которой Бэт росла в любви и радости, не подозревая, что пик ее юности придется на апокалипсис, что в школе ей не доучиваться, на выпускном не танцевать, не надевать подвенечного платья под слезы матери и отца. От воспоминаний защекотало под ребрами, и Бэт, разозлившись на свою неуместную сентиментальность, грозно уставилась на людей в мертвой коже, стоявших ритуальным полукругом. — Чего вам от нас надо? — спросила она. — Чего вы хотите? Вы убьете нас? — однако в ответ была только звенящая тишина. Бэт разозлилась сильнее. Она пошевелила затекшими руками, в тщетной попытке сбросить веревку; Карл за ее спиной пытался сделать ровно то же самое. Вдруг от группки этих странных типов отделились двое. Бэт попятилась, когда мертвокожие подошли ближе, но один из них ухватил ее за плечо неожиданно сильной рукой. — Мой парень тебя измордует! — неожиданно для себя заявила Бэт и сжалась, словно ожидая удара. Но пощечины не последовало: наоборот, незнакомец развернул Грин спиной к себе и одним быстрым движением освободил ей руки. Девушка заметила, что второй тип развязал и Карла. Граймс тут же подошел к ней и аккуратно положил ладонь на плечо, в неосознанном жесте поддержки. Грин улыбнулась ему уголками рта, но стоило ей рефлекторно коснуться пояса, где она обычно носила свой нож, ее симпатичная мордашка исказилась в гневной гримасе. Оружие отняли. Конечно, а чего она ждала? — Мы — Шепчущие, — заговорила вдруг одна из фигур, и Бэт поняла — это женщина. — Мы хотим справедливости. И больше ничего. — Это здорово, а причем тут мы? — подал голос сын шерифа. — Ваши люди убили одного из нас, — продолжила женщина. Она сняла свою отвратительную маску: под слоем мертвячей коже оказалась вполне заурядная внешность. Бэт нервно фыркнула, словно ждала чего-то другого: словно под маской мертвеца должно было оказаться гниющее лицо или пугающее уродство. Но нет, на поверку Шепчущие были такими же людьми, как и жители Александрии, например. — Теперь мы заберем одного из вас, — продолжила Шепчущая. — Прикольно, — Бэт трясло от злости и нервозности. — Только у вас с арифметикой беда. Вам нужен был один, а вас двое. Так что, предлагаю решить сие недоразумение и просто дать нам уйти. Шепчущая издала странный звук и Бэт поняла: она так смеется. Женщина покачала головой. — Справедливость должна решиться. Мы забрали вас двоих, но этого много. Поэтому один из вас может уйти, — произнесла она.  — Бэт, отпустите Бэт, — Карл выступил вперед, закрывая плечом девушку. — Если уж на то пошло, это по моей вине ты оказалась за забором, — сказал он, глядя на Грин. — Это я виноват в том, что случилась. — Да, но… — Бэт хотела сказать, что Шепчущий в Александрии пал от ее рук, но Карл не дал ей сказать и слова. — Вы убьете меня? — спросил он, глядя на женщину. — Нет! — Бэт выскочила вперед. — Это все полная херня! Карл, ты не должен, ты… Подумай об отце! О Джудит! — она схватила парня за плечи и тряхнула, отчаянно пытаясь заглянуть ему в лицо. Мозг Бэт буквально пульсировал в попытке найти способ к бегству. Они одолеют этих уродов. Они ведь уже справлялись: прогнали Губернатора, взяли вверх над каннибалами Терминуса. Они всегда справлялись! Но Карл думал иначе. Он смотрел на Бэт, на ее лицо, ставшее таким необычно красивым в гневе. — А разве Мэгги будет горевать по тебе меньше, чем папа по мне? — спросил он тихо. — И Дэрил? — Граймс улыбнулся. Бэт почувствовала, как ее щеки заливает румянцем. — Они уже ищут нас, я уверена, — прошептала Грин. — Не нужно… — Хватит! — властный женский голос оборвал диалог. — Мы здесь ради справедливости. И она должна свершиться. Нам плевать на ваши желания и ваше глупое заступничество друг за друга. Все решится само собой, — Шепчущая кивнула и те же двое (вроде бы), что развязали руки Бэт и Карла, направились к ребятам и схватили их, несмотря на яростное сопротивление со стороны Грин как минимум. Брыкающуюся блондинку и сына шерифа втолкнули в двери сарая, возле которого они пришли в себя. Двери захлопнулись за их спинами: что-то лязгнуло. Не нужно было быть гением дедукции, чтобы понять — их заперли. Бэт замерла в пыльном полумраке: свет падал пятнами сквозь дыры в крыше. В воздухе стоял спертый запах — сено, гниющее дерево и… — Ходячие, — прошептала Грин, инстинктивно делая шаг назад. Темнота в углах сарая шевелилась, из нее доносились хрипы.  — Вот черт! — прорычал Карл, тщетно ища на поясе оружие. — Смотри! — Бэт заметила на полу нож и быстро подобрала его. Она обвела взглядом сарай, подступающих зомби и оружие в своих руках. — Твою ж мать, — простонала Грин. — Эти ублюдки хотят, чтобы одного из нас сожрали, а второго они отпустят. Охеренная справедливость! А Дэрил Диксон, тем временем, наблюдал за происходящим. Он лежал в низине, поросшей кустами, и зорко следил за всем, что творилось у дощатого амбара, возле которого собралась группка Шепчущих, пленивших Бэт и Карла. Дэрил не мог слышать, о чем там говорили, но ему вовсе не нравилось все происходящее. А когда ребят схватили и потащили в сарай, Диксон понял — пора действовать. Будучи бесшумным, как большой дикий кот, реднек прокрался по поросшей кустами опушке поближе к постройке. Он замер, слушая, о чем говорят Шепчущие. Одна из них — наверное, заводила в этой тусовочке — говорила что-то о справедливости. — Мы дадим им полчаса, один точно погибнет — я оставила там единственный нож, — говорила женщина. — Нам нужно только выждать. «Вот суки», — подумал Дэрил. Он понимал, что ребят спрятали в сарае не просто так. Их Альфа ведь требовала кого-то из александрийцев в обмен на смерть одного из своих. Видимо, Бэт или Карл должны стать кем-то вроде жертвенного агнца. Карл зачем-то ушел из Александрии, Бэт пыталась его остановить: и оба стали отличной мишенью. Впрочем, Дэрилу было плевать на всю предысторию, его волновало только то, что Бэт в опасности. Карл тоже, конечно, но в первую очередь Бэт. Диксон никогда не забудет те дни, когда считал ее потерянной навсегда. Это было весьма неприятное чувство; Дэрил Диксон не эксперт по части эмоций, но он вовсе не хотел испытывать его снова. Поэтому он собирался предпринять все возможные меры. И делал это прямо сейчас. Для начала, Дэрил обошел сарай и подобрался к его стенке, выходившей на лес. Прижавшись ухом к дощатой стене, он услышал звуки возни, сдавленные крики и приглушенные голоса. Дэрил достал нож, выбрал доску похлипче и принялся отковыривать ее от крепления. Наконец доска поддалась: Дэрил нажал сильнее и с треском проделал лаз пошире. Словно лиса в курятник, реднек ловко юркнул в проделанную им дыру. В сарае было пыльно и шумно: ходячие хрипели, стремясь добраться до ребят. Бэт махала ножом, Карл отмахивался какой-то доской, прикрывая спину Грин. Дэрил вытянул из колчана стрелу и бросился в тыл ходячих, пробивая ближайшему прогнивший висок. С неожиданной подмогой справляться с ходячими оказалось легче, к тому же Бэт под прикрытием Карла упокоила как минимум двух. Оставшиеся полегли бесформенными кучами на земляной пол. Дэрил не успел опустить стрелу, как тонкие руки обвились вокруг его торса, сжимая изо всех сил, на которые только Бэт была сейчас свободна. Понимая, что с той стороны их слушают, и могут заинтересоваться наступившей тишиной, Дэрил прижал палец к губам, призывая ребят не слишком-то удивляться его появлению. Он кивнул в сторону лаза и поманил Карла и Бэт за собой. В дыру первым полез Граймс: послышался шум. Когда Дэрил оказался снаружи, он увидел, что Карл укладывает на землю ходячего, из головы которого торчит длинная щепа — одна из тех, что успел отковырять Диксон, пока пробиралась в амбар. Дэрил одобрительно кивнул Карлу, а затем протянул руку, помогая Бэт встать. — Уходим, — одними губами произнес он, кивая в сторону леса. К счастью, никто и не думал ему возражать. Лес принял беглецов с распростертыми объятиями. Кусты глушили шум шагов, ветки не цеплялись за волосы и деревья, ходячие обходили тропы стороной. Минут через тридцать спешного хода по пересеченной местности, Дэрил дал ребятам передохнуть: он протянул Бэт бутылку с водой, достал припасенные галеты. Но, кажется, ни Граймсу, ни Бэт есть не хотелось. Все равно это было не важно: главное, они спаслись и скорее всего ушли от погони. Если за ними вообще кто-то гнался. Наверное, можно было и сбавить темп, но Диксон не чувствовал безопасности, и понимал, что это не изменится, пока он не окажется за надежным александрийским забором — пока Бэт там не окажется. Он гнал и гнал по лесу, только следя за тем, чтобы Граймс и Грин не отстали от него совсем. Остановился неутомимый реднек только когда деревья стали реже, а далеко впереди замелькал тот заброшенный дом, за которым начиналась надежная земля. — Пришли! — радостно сказала Бэт. Карл за ее спиной испустил непонятный стон и упал. Дэрил, склонившийся над ним, проверил пульс, похлопал парня по щекам. Он решил, что это от переутомления, но… Через секунду Диксон понял: на руке Карла недвусмысленно багровеет мертвяцкий укус.