Крыша в огне

— Двадцать три, двадцать четыре, — шепотом считала Бэт, царапая ножом деревянную раму окна. Двадцать четыре часа прошло с тех пор, как она вместе с Риком, Гленном и остальными отыскала больницу «Грэйди Мемориал». Дважды по двенадцать часов минуло с того момента, как часть группы расположилась в одном из высотных зданий, буквально через улицу от места, осененного белым крестом на черном фоне. Несколько раз Рик, Кэрол и Гленн с Абрахамом выходили на разведку. Каждый — по очереди. И каждый приносил толику информации, крохотный кусочек от паззла, который складывался в целую картину. На ее основе уже можно было построить план, идти штурмом или рыть подкоп под стены. Бэт внимательно слушала каждое их слово, а после уходила в свой угол, под подоконник разбитого окна. На раме появлялась новая засечка — стоило только минутной стрелке наручных часов, взятых взаймы у Кэрол, описать полный круг. И так — двадцать четыре раза. Даже ночью Бэт просыпалась, будто по будильнику. К концу этих суток она чувствовала себя еще хуже, чем в тот вечер, когда взорвался котел, погибли Саша и Боб, когда пропали Дэрил и Мэгги. И дело было даже не в физической усталости — а в моральном истощении. Грин устала ждать, устала от неизвестности и постоянных мыслей «а что если…». Но сиятельный Рик Граймс, которому только блестящих доспехов не хватало, положил конец мучениям маленькой Грин. Возвратившись с очередной вылазки — Бэт даже не успела доцарапать двадцать четвертую насечку — Граймс-старший созвал всех в круг и с непробиваемым лицом выдал: — Мы можем начинать действовать. Грин зажала свой рот рукой, чтобы удержаться от радостно взвизга. Рик покосился на нее, едва сдерживая улыбку, и продолжил говорить: — Мы достаточно долго наблюдали за «Грэйди» и достаточно узнали, чтобы суметь что-то предпринять. Многое остается неизвестным — сколько людей внутри, сколько у них оружия, что они могут нам противопоставить. Но мы знаем, что трижды в день местные копы — если они копы, конечно же, — выезжают в город. Мы не можем точно предсказать, что они делают. Но Гленн видел, что однажды они привезли какую-то женщину. Основываясь на этом, и еще на том, что они забрали Мэгги и Дэрила с места аварии, мы можем сказать, что они забирают всех раненых, которых находят. Или, которым могут помочь, по их мнению, — Рик замолчал, давая своим товарищам переварить информацию. Он оглядел каждого, стоявшего в круге, словно ждал вопросов. Однако никто не издал ни звука. Тогда Граймс втянул побольше воздуха в легкие и продолжил. — У них есть наши люди. Наши бойцы, наши Дэрил и Мэгги. Мы не знаем, живы ли они и узнать сможем лишь от того, кто видел их. Нам нужно поговорить с обитателями больницы, но мы не знаем пойдут ли они на разговор, как они отнесутся к чужакам. Поэтому… — Мы заставим их, — тихо выдохнула Бэт, поймавшая более чем выразительный взгляд Рика. Граймс кивнул, одобрительно улыбнувшись девушке, и вновь взялся за свой монолог: — Верно, мы заставим их. Мы возьмем один из отрядов копов в заложники. Мы заставим их остановиться, и тогда они будут в наших руках. — Гений, как мы их заставим? — ядовито вставил Абрахам, постучав Рика по плечу. — Очень просто. Старый классический прием, — Рик обвел всех взглядом. — Приманка. Мы подложим им приманку. — Сэндвичи? — вновь вставил Абрахам. Бэт поняла, что очень сильно хочет его ударить. Как учил Дэрил — спрятав палец в кулак, вкладывая всю свою энергию в одно движение. Однако она сдержалась — это было бы «вопиющим долбоебизмом», как сказал бы Дэрил. А пока Бэт боролась со своим желанием бить людям морды, Граймс продолжил описывать ситуацию. — Мы знаем, по какому маршруту полицейские «Грэйди» двигаются каждый день. Мы проследили их через пару кварталов, так что далеко уходить нам не придется. Один из нас будет ждать их — его дело остановить машину и выманить их, отвести в узкий переулок. А в закрытом пространстве взять их на мушку и повязать будет проще простого. Мы поговорим и узнаем все необходимое. Дальше будем действовать в зависимости от того, живы ли… — тут Рик осекся, виновато оглядев Бэт и Гленна. — Все в порядке, — сказал Ри. — Отличный план, Рик, но кто будет приманкой? Я мог бы… — Я, — Бэт сделала пару шагов вперед. — О нет, Бэт, даже не думай, — попытался возразить Граймс, за ним загудели остальные. — Послушайте! — почти прокричала Бэт, на секунду наплевав на конспирацию и осторожность. — Я — идеальный вариант. Я не очень хороший стрелок и боец, я не смогу никого напугать. А разжалобить — смогу. Полицейские поверят мне — посмотрите на меня. Я слабая, маленькая, я могу быть очень напуганной. Они не будут чувствовать опасности от меня и пойдут за мной. Рик, пожалуйста, я буду осторожна. Я буду делать все, что ты скажешь. Граймс молчал, опустив голову. — Бэт, ты не должна… — начала было возражать Кэрол, но Грин грозно сжала кулаки и двинулась в сторону Пелетье. — Кто если не я, Кэрол? Там моя сестра. Там мой…в смысле наш Дэрил. Они бы сделали то же самое для меня, даже больше! — жарко говорила Бэт, глотая окончания слов и жутко торопясь. Она хотела добавить о том, как Дэрил спасал ее все это время, пока они не встретили остальных. Грин могла бы наговорить на полуторачасовую радиопередачу, но Рик поспешил успокоить ее. — Хорошо, Бэт, в твоих словах есть резон. Ты и правда выглядишь самой безобидной из нас, — Граймс одобрительно погладил девочку по плечу, чувствуя, как она глубоко дышит от волнения. — И пусть Мэгги потом оторвет мне голову, но ты будешь приманкой. Бэт полунервно улыбнулась и отступила в тень. Она добилась своего, она была счастлива. Она будет делать все, что может, чтобы вернуть Дэрила. И Мэгги, конечно же. — А теперь по фактам, — голос Рика вновь оборвал возникший гул голосов других и Граймс приступил к другой части плана. — Я нарисовал переулок, в котором мы организуем засаду… В сапоге Бэт прятался нож. Это было не очень удобно, но Рик настоял, чтобы она взяла с собой хоть какое-то оружие. Грин даже не была уверена, что сможет достать клинок, возникни такая надобность, но тяжесть металла и правда успокаивала. Покачиваясь с пяток на носки, Бэт стояла у края асфальтового тротуара, поглядывая на поворот, из-за которого с минуты на минуту должна была появиться машина с белым крестом. Переулок, в котором была устроена засада, казался совершенно пустым. В этом районе даже ходячих почти не было. Зомби спокойно хрипели себе, разложившиеся до такой степени, что не могли даже встать. Только их гадкие стоны беспокоили тишину, но к ним можно было привыкнуть, как привыкаешь к шуму радио или визгу пылесоса во время уборки. И Бэт уже почти не замечала их, вся обратившись в зрение и слух. Наконец, в хор имени Большой мертвой задницы вклинился шум мотора. — Рик! — зашипела Бэт в сторону мусорного бака. Из-под крышки высунулся Граймс, с револьвером наперевес. — Едут! — прошипела Грин, кивая в сторону дороги. Бывший шериф дал знак, что все принял к сведению. Из-за другого бака показался Абрахам, обмотанный каким-то тряпьем и улегся на асфальт, изображая из себя вторую часть заманухи. Бэт выждала еще пару секунд, набрала полные легкие воздуха, рванулась вперед и зарыдала в голос. Она выбежала на середину дороги и принялась скакать, размахивая руками так, что даже мастер тектоника позавидовал бы. Машина замедлила ход и остановилась. Грин внутренне обрадовалась успеху, но внешне продолжила оставаться олицетворением всей скорби еврейского народа. — Пожалуйста, помогите! — кричала она, не боясь, что ее услышат ходячие и решат принять ее в свою теплую компанию. — Мой отец, о господи, кто-нибудь! — Бэт всем телом бросилась на дверь машины, стуча в стекло. Со стороны водителя показался высокий лысый мужчина в черной форме. Рыдая и размазывая по лицу потоки слез и грязи, Грин подбежала к нему и схватила за руку, не давая опомниться и разобрать то, что она говорила сквозь рыдания. — Что здесь, Ликари? — с заднего сиденья машины появилась женщина. За ней показался еще один человек — темнокожий худой парень, он был единственным, кто не носил форму. Он выбрался со стороны пассажира и недоуменно взирал на заливающуюся безутешным плачем блондиночку, весом едва ли больше персидской кошки. Копы еще о чем-то переговаривались, но Бэт почти не слушала их. Ей удалось увлечь лысого по имени Ликари за собой, в переулок. — Мой отец, — рыдала она, указывая на Абрахама, который изображал умирающего лебедя, свернувшись в клубок в центре переулка. — Папочка! — Бэт выпустила руку копа и кинулась к Форду. — Господи, Ликари, — услышала Бэт голос женщины, которая подошла совсем рядом. — Мы должны помочь им. Ты только посмотри на девочку — она же и часа тут не протянет. — Шепард, ты строишь из себя мать Терезу, — недовольно проговорил лысый, но Бэт слышала его шаги, он приближался. — Но ладно, давай взглянем. У меня от этого плача все кишки переворачиваются. Бэт слышала шаг. Еще шаг. — Не двигаться! Когда прозвучал резкий окрик Граймса, Бэт, согласно плану, вскочила с земли и бросилась бежать, обогнув мгновенно вставшего «папочку» Абрахама и спрятавшись в заранее облюбованный укромный уголок. Кажется, план пошел как по маслу. — Эй, — Бэт присела перед темнокожим парнем, единственным не-копом в компании заложников. Тот только посмотрел на нее вымученным взглядом исподлобья. — Как тебя зовут? — спросила она, едва слышно. За перегородкой Рик и Абрахам допрашивали женщину-полицейского по фамилии Шепард. Лысый, которого Бэт силком тащила в засаду, был убит. Грин не знала подробностей, но слышала, как его застрелили. Теперь заложников было лишь двое. И с одним из них Бэт пыталась вести свой допрос. — Ноа, — ответил парень, не поднимая взгляда от своих коленей. Грин пошевелилась, устраиваясь поудобнее. В ее планах был долгий разговор. — Ты видел в «Грэйди» двух людей? Девушку с зелеными глазами и мрачного мужчину с арб… в жилете с крыльями? — Бэт не собиралась тянуть с расспросами. Если она не узнает самое главное — она точно умрет. И паренек, очевидно, хотел ее смерти. Он молчал. — Эй! — достаточно резко окликнула его Грин. — Ты слышал, что я спросила? — Я видел их, — словно через силу произнес Ноа. — Их привезли не так давно. Мэгги, верно? — Ты знаком с ней? — внутренности Бэт словно превратились в рулет. — Отвечай, мать твою. — Да, знаком. Мы общались. С ее мрачным другом-уродом я не общался. — Он не урод, — почти прорычала Бэт, стискивая кулаки. — Не смей так говорить. — Но он ужасен. Он достал Доун, нашу главную. Он постоянно дерется с кем-то и сидит в карцере. — В карцере? — Да, твой друг крайне невежлив. Бэт рассмеялась. Она словно увидела все это вживую, почувствовала присутствие Дэрила. От мыслей о нем, по телу Грин пополз жидкий огонь, от низа живота, он краской хлынул на ее щеки. — Но они живы? — спросила она, неуютно чувствуя себя под взглядом Ноа, который будто заметил ее реакцию. — Живы. И даже могут двигаться, — своим безучастным тоном проговорил парень, отворачиваясь от Бэт. Той, впрочем, уже было глубоко по фонарю, она узнала все, что было для нее важно. Силы вернулись вместе с новостями о Дэриле и Мэгги. Оба живы, оба целы. Совсем скоро она увидит их. Страшно представить, что сделает с ней Диксон, когда они смогут остаться наедине. — Бэт! — из-за угла высунулся Гленн. Младшая Грин, явно не ожидавшего такого подвоха и пребывавшая в своем развратном воображаемом мире, подскочила на месте. Она открыла было рот, чтобы сказать азиату все, что она думает о людях, выскакивающих из-за угла, но тот заставил ее взять все невысказанные слова обратно в рот одной только фразой. — Пора, мы идем в «Грэйди». Две группы людей выстроились друг против друга в узком коридоре больницы. Дула пистолетов смотрели с каждой стороны. Тишина в комнате достигла консистенции бетона, каждое движение в ней казалось вязким и замедленным. — Мы меняем наших людей… — слова Рика будто пробивались сквозь радиоэфир, густо перемешанный с помехами. Бэт слышала его в редких паузах между своими вдохами и сердцебиением, которое напоминало соло психопата на барабанной установке. Она стояла в заднем ряду, едва заметная за широкими плечами Тайриса и Абрахама. Арбалет висел за спиной, ремень впивался в плечи Бэт, но та будто вообще ничего не чувствовала. — Все будет честно, равный обмен… Дэрил смотрит на нее, не сводит взгляда. Бэт хочет закричать его имя, раздвинуть локтями стоящих впереди, отодвинуть дуло и повиснуть на шее Диксона. Слушать, как он неловко уговаривает ее не рыдать, а сам бессовестно пользуется моментом и сдвигает свою ладонь ниже ремня на джинсах Грин. — Мы не хотим стрельбы, не хотим никого убивать… Мэгги стоит рядом с ним, но смотрит она не на сестру — и та ее не винит. Старшая Грин жадно впилась взглядом в Гленна, в своего мужа. Его лица Бэт не видно, но она точно знает, с какой любовью смотрит на Мэгги ее дорогой азиат. — Это будет честно… — Нет! — резкий женский голос вклинивается сознание Бэт и силком заставляет ее вернуться в коридор, полный агрессивных взглядов и огнестрельного оружия. Грин со злобой смотрит на женщину в форме, которая стоит прямо напротив Рика. Бэтти вспоминает слова копа Шепард о «злобной тупой суке, подмявшей под себя всех» и понимает, что это она и есть. — Никакого равноценного обмена, — продолжает говорить «злобная тупая сука», поводя в воздухе пистолетом. — Не делайте… — начинает говорить Граймс, но его слова заглушает звук выстрела. Бэт второй раз за день зажимает себе рот руками, но все равно коротко вскрикивает. Из-за Тайриса ей ничего не видно, поэтому Грин отчаянно лезет вперед, расталкивая всех и плюя на обещание, данное ранее Рику. Когда Бэт оказывается рядом с Кэрол, она видит Ноа. Лежащего Ноа. Лежащего на полу, если быть совсем уж точным. Вокруг его головы растекается лужа крови, которая почти достигла ботинок Рика. — Один заложник, на одного заложника, — самодовольно цедит злобная бессердечная сука, победоносно разглядывая каждого со стороны противника. Взглядами, полными ненависти, ей дружно отвечают Кэрол, Рик, Тайрис, Абрахам, Гленн и, конечно же, сама Бэт. Грин сейчас чувствует себя драконом. Ей хочется рычать, выдыхать огонь и испепелить к черту эту заносчивую бабу в черной форме. Слышать ее крики и видеть, как плавится ее кожа. Один заложник. Только один. Бэт снова хочется кричать, но она стискивает зубы. Как назло все молчат, никто не палит в воздух и не пытается ничего сделать. Воздух снова стекленеет, а Грин — насекомое в янтаре. Она не может ничего-ноль-абсолютно предпринять. У нее даже нет патронов в пистолете, а зарядить арбалет она попросту не сможет, ведь у нее так дрожат руки. Один заложник. Рик бросает на Бэт быстрый взгляд, будто ждет ее ответа. Так странно, сильный и уверенный Рик Граймс смотрит на маленькую слабую Бэт Грин в поисках решения? Имя дрожит у Бэт на губах, но как только она произносит его, в воздухе повисает другое. Сказанное знакомым хрипловатым голосом. — Дэрил. — Мэгги. Два имени сливаются в одно, и Бэт понимает, что сейчас совершила нечто ужасное. Стыд топит ее, мешаясь со злобой и пробивая до слез. Она в ебаном море собственных чувств, тонет там и захлебывается, а все спокойненько стоят и смотрят. — Возьмите Мэгги, — повторяет Дэрил за спинами больничных копов. Он обращается ко всем, но смотрит лишь на Бэт. — Господи, Дэрил, — запоздало возмущается Грин-старшая, но Диксон упорно проталкивает ее вперед, не давая стоять на месте. — Иди, Мэг, — твердо произносит Дэрил, а Бэт теряет способность дышать и слышать. Она может только наблюдать, как реднек склоняется к уху ее сестры и чувствовать, как сзади Тайрис обнимает ее за плечи и пытается увести. Она позволяет сделать это, все пытаясь обернуться и увидеть Дэрила. Но его тоже уводят — он позволяет копам сделать это. Бэт сверлит взглядом его спину и ей отчаянно видятся там крылья, которых сейчас нет. Дальнейшее застилается туманом с краткими перебивками к ясности. Бэт и Мэгги звучно рыдают, обнявшись. Бэт пытается выпросить у нее прощение, но почти не может ничего сказать. Рик о чем-то спрашивает ее, но Бэт непонимающе качает головой. Она снова стала насекомым в янтаре, жалкой букашкой, которая ни на что не может повлиять. — Он сказал, что выберется сам, — Мэгги буквально кричит в ухо Бэт. Младшая Грин вздрагивает и смотрит на старшую. — Что? — переспрашивает Бэт, хватая Мэгги за руку. — Господи, Бэтти, ты как оглохла. Дэрил сказал, что он выберется сам. Он просил лишь кого-нибудь дождаться его в доме рядом, — терпеливо, будто маленькому ребенку, растолковывает Мэгги, поглаживая тыльную сторону ладони младшей сестренки. — Он прямо так и сказал? — немного ревниво спрашивает Бэт, начиная понемногу оживать. Компания старшей сестры — последнего родного человека — медленно напоминает ей, что не всегда бывает больно. — Не дословно, но почти, — усмехается Мэгги. — Я понимаю, что просить тебя уехать со мной и Гленном будет слишком, ведь так? Бэт невольно улыбается. Она чувствует волну тепла и благодарности. — Я останусь, я должна, — говорит она, понимая, что вновь краснеет. — Эй, посмотри на меня, малышка, — Мэгги заставляет сестру поднять глаза и встретиться с ней взглядом. — Я говорила с Дэрилом о вас… Я долго буду привыкать, но я постараюсь. Бэт чувствует, что у нее дрожит нижняя губа. Слезы снова подкатывают к глазам, и она всхлипывает. Мэгги молча обнимает ее, целуя в светлую макушку. Бэт плачет, снова шепча извинения, пересыпанные благодарностью. А через час (какая по счету должна быть зарубка?) Бэт вместе с Риком и Кэрол перебираются в другой дом. Он не так близко к больнице. Из него можно увидеть лишь крышу «Грэйди». Ходячие шатаются по округе, но тройка храбро с ними расправляется. Бэт принимает в чистке активное участие, ловя на себе удивленные взгляды Рика и Кэрол. — Дэрил научил, — коротко говорит она, стараясь не глядеть на их лица. Ей кажется, что Кэрол и Рик еще не в курсе, что именно связывает малышку Грин и сурового Диксона. Видимо, они решили, что ей движет чувство долга. Да и пусть, Бэт не настроена объяснять им, что происходило все то время, пока она была с Дэрилом. День медленно сходит на нет. У тройки нет огня, поэтому они сидят в темноте. Бэт свернулась на куске одеяла напротив окна, но с пола ей ничего не видно. В комнате вновь мертвое молчание, но оно не кажется неловким. Будто все договорились соблюдать тишину, и каждый доволен этим. По крайней мере, Грин совершенно счастлива, что какое-то время может просто побыть со своими мыслями. Она наблюдала за остальными — Кэрол устроилась на свернутом ковре и, кажется, дремала. Рик замер у окна, изредка поглядывая в бинокль, пока на улице совсем не стемнело. Бэт повернулась на спину и хотела уже закрыть глаза, как вдруг со стороны Граймса послышалась возня, а затем его голос произнес. — Срань господня, что они делают? Сукины дети, да они строят виселицу! — Что?! — в унисон вскрикнули Бэт и Кэрол, одновременно срываясь с места и кидаясь к Рику. — Что ты видишь? — Бэт пыталась рассмотреть крышу, но пока ей удавалось плохо. — Господи, Кэрол, уведи Бэт, — скомандовал Граймс, пытаясь отодвинуть Грин от окна. — Они хотят казнить Дэрила.