expanding bullet

Как-то на всемирной истории в школе Чонгуку задали написать реферат о Читральской кампании и войне англичан с «дикими» народами. Это было достаточно интересно: Чон, как и все мальчишки, интересовался темой войны и оружия. Именно тогда он узнал о «дум-дум» пулях, позже названных экспансивными. Они расширялись в теле жертвы, делая дальнейший бой невозможным. Тогда будущий макнэ BTS подумал, что это эффективно. Чонгук вообще был очень логичным и амбициозным, и в тот момент понятие человечности его ни капли не волновало. Работает – вот и хорошо (сейчас взгляды у него кардинально поменялись). Как и дружба, любовь и остальные ненужные для саморазвития вещи. Зачем, если семьи достаточно? Но потом он решил связать свою жизнь с музыкой. И все демоны Ада сорвались с цепей, воплотившись в одном отвратительно-прекрасном существе. Для Чонгука Ким, мать его, Тэхён – экспансивная пуля. В нем вроде бы нет ничего особенного (как и в мелких орудиях смерти на первый неискушенный взгляд). Ну, кроме просто феерического таланта превращать в балаган любую, даже самую серьезную ситуацию. И кроме его невозможно эпической мимики, рваных движений, томного расфокусированного взгляда, голоса, от которого кровь устремляется совсем не туда, куда положено (что особенно неудобно, если ты в обтягивающих джинсах). И… Чего уж там, для одного конкретного Чон Чонгука в дурацком и местами несуразном хёне особенно абсолютно все. Ви-хён понимал Чона с полуслова, был «на одной волне», участвовал во всех безумствах и всегда фонтанировал эмоциями так, что у Чонгука голова трещала, а губы сами разъезжались в улыбке. И если с остальными хёнами (ну, кроме Чимина, естественно) выходило строить из себя милого «мелкого», которому многое прощается и спускается с рук, то Тэхён как-то сразу влез в личное пространство Чона, «врос» в него. И сразу принял его целиком. Макнэ иногда думает, что Ким Тэхёна должны были запретить на той же Гаагской конвенции, что и экспансивные пули (и все равно, что тогда еще даже дедушка Кима не был рожден). Ведь рыжий и самый «не от мира сего» участник группы не менее смертоносен, чем чертовы куски железа. Чонгук сначала не замечал, как Тэ-хён «попал» в его жизнь, но теперь он, как пуля, разрывал его внутренности и дробил кости, металлическими «цветами» расползался внутри грудины. Парень никогда не подумал бы, что сможет влюбиться (ведь это чувство абсолютно непродуктивно и нелогично), не говоря уже о том, что в парня. Да еще и Тэхёна. И хотеть. До зубовного скрежета, вжатых с ладони ногтей и дрожащих коленей Ким, мать его, Тэхёна хотеть. Существование Ви для Чонгука – чертовски бесчеловечно.