Горячо или холодно

      Прошла неделя.       Кира обжилась, еще больше сплотившись с Софией. Каждую свободную минуту она проводила с ней; будь то прогулка по городу, поход в кафе или просто добрый разговор по душам, Кира всегда была рада находиться в компании с Соней. Нежные чувства, что зародились у нее в первый же день знакомства, все крепчали, перерастали во что-то большее, нежели просто дружбу...       Соня с головой погрузилась в работу, стараясь как можно меньше внимания обращать на Олега, на его поступки и уходы без предупреждения. Она с ужасом осознавала, что постепенно охладевает к нему с каждым днем, и с осторожностью принимала тот факт, что к Кире ее тянет намного больше, чем к возлюбленному.       Олег же, как и всегда, продолжал вести такой же непонятный образ жизни, стараясь как можно меньше сталкиваться с Кирой, избегал ее пронзительных взглядов. Соня же в его руках была как кукла, с которой он вел опасную, но выгодную для себя игру. Она вмиг стала безразлична ему, но теперь Олегу казалось, что он мало нуждается в ее внимании.       День шел за днем, часы — за часами, минуты — за минутами, но жизнь менялась, изменяясь, как казалось всем, в лучшую сторону...

***

      Понедельник, куранты отбили четыре часа дня. Улицы Москвы заполнили люди, спеша по своим делам. Рев моторов и гул, доносящийся из концертного зала, заглушили все звуки, что нависли над мостовыми этого огромного города. Кафе и рестораны, почти пустующие в этот час, пестрели яркими вывесками, а на дорогах, протянувшись на несколько километров, разноцветной полосой встали машины.       София шагала по широкой дорожке, попутно разговаривая по телефону. На лице ее выступил румянец от холода — сегодня температура не поднималась выше минус пяти по Цельсию. Светлая челка лезла в глаза, не давая спокойно видеть; девушка нервничала, дела на работе шли не лучшим образом.       — Отчет напишу я сама, а презентацию ты готовить будешь. На следующей неделе уже сдавать, а ничего не готово, ты совсем с ума сошел! — кричала она в трубку, расталкивая особо неповоротливых прохожих, которые своим телом загораживали ей путь. — Все, до связи.       Она на секунду остановилась, откинув голову назад и тяжело выдохнув. Бросила телефон в сумку и поправила на голове сползшую на бок шапку, продолжив путь.       Соня шла, смотря в пол, и обдумывала множество различных мыслей.       Кира не выходила у нее из головы, как бы она ни старалась не думать о новой соседке и подруге. В памяти всплывал тот вечер, когда они вместе читали старые письма. Она вспомнила, как Кира разрыдалась у нее на руках, и то, как утром она проснулась в ее объятиях. Соня прокручивала в голове их встречу в парке на второй день после знакомства, пыталась разгадать загадку, что таила в себе Кира.       Девушка проносилась мимо магазинов одежды, светящихся неоновыми лампами, кафешек, ресторанов, но ни на что она не обращала внимания. Порой удивленные взгляды ловила на себе Соня, когда случайно врезалась в прохожих и окидывала их резкими словами.       Очередной шикарный ресторан промелькнул у нее перед глазами. Его стиль и роскошь не могли проскользнуть мимо взгляда девушки: Соня невольно посмотрела в стекло, сквозь которое были видны почти пустеющие столики. Лишь только несколько пар, распивая дорогое вино, находились в ресторане.       Многозначно хмыкнув, девушка сделала три шага вперед, вновь погрузившись в свои мысли, но внезапно остановилась, резко округлив глаза.       Она медленно, стараясь как можно тише ступать на покрывшуюся тонким слоем снега дорогу, сделала несколько шагов назад. Она вновь перевела взгляд на большое окно ресторана: нет, Соня не ошиблась. Из уст ее невольно вырвался удивленный вздох, а на глаза навернулись слезы.       Поглаживая руку статной дамы, целуя ее и смотря прямо в глаза женщины, за одним из столиков сидел Олег. В своем сером костюме, в котором он водил Соню на один из приемов, он открыто ухаживал за женщиной. Жестикулируя руками, он, видимо, рассказывал ей какую-нибудь занимательную историю, коих у Олега в запасе было бесчисленное множество.       Соня смотрела на них сквозь стекло и не могла поверить в то, что Олег так поступил с ней. Она стряхивала с лица слезы, струями лившиеся из глаз, и всхлипывала. Сердце ее сжималось, лишь только взгляд падал на этот злосчастный столик, девушка пыталась отыскать ответы на вопросы, мучающие ее в эту секунду. Как буря, эмоции нахлынули на девушку, в голову прокрались воспоминания всех моментов жизни с Олегом. Нелепая встреча в метро, ставшая судьбоносной для двух людей, показалась Софии тем самым знаком свыше, в который она верила и так ждала с пятнадцати лет. Вся жизнь ее перевернулась, словно кто-то добавил новый чистый лист в ее судьбу, когда она влюбилась в Олега, когда пошла с ним на первое свидание, когда впервые коснулась его горячих губ своими...       Внезапно у нее зазвонил телефон. Его писклявый звук прервал цепочку ее мыслей. Дрожащими руками Соня достала его, сквозь слезы девушка разглядела номер Киры на экране.       — Ал-алло, — тихо шепнула Соня, фыркнув и стараясь сделать свой голос более естественным, — Кира, это ты?       — Соня, ты скоро домой придешь? Я должна сказать тебе кое-что. — В трубке послышался печальный вздох.       В ответ Соня пробубнила что-то невразумительное и завершила вызов. Она не хотела больше смотреть на Олега, он вмиг стал ей противен. Решившись на последний шаг, она набрала его номер. В трубке пошли гудки. Кинув лишь один взгляд на стекло, сквозь которое она увидела, что мужчина в сером костюме достал свой телефон и, пожав плечами, встал со стула, Соня кивнула головой и сбросила вызов. Она не дождалась ответа Олега, не хотела слушать его очередную ложь. Это открыло ей глаза на все.       «Зря я отгоняла от себя эти мысли, зря пыталась оправдывать его», — подумала Соня. Телефон выскользнул у нее из рук и ударился о землю, разбился. В точности, как в это мгновение разбилась чаша семейного счастья. Ее больше не склеить. Никогда.       Вытерев с лица последние слезы, что вылились из ее голубых глаз, Соня зашагала домой.

***

      Кира услышала настойчивый трезвон в дверь. Она отложила кружку с горячим чаем и книгу, откинула теплый плед и удивилась. Если это Соня, то зачем она звонит так сильно, а если это кто-то чужой, то кто? Со странным выражением лица, шаркая по полу, она поплелась к двери. Замок щелкнул, на пороге показалась заплаканная София. Черная тушь потекла на щеки, оставляя некрасивые разводы, глаза девушки опухли, а сама она немного тряслась от холода.       — Боже, Сонечка, ты чего! — воскликнула Кира, быстрее заводя подругу домой и накидывая на нее пуховый платок, который так кстати оказался в прихожей.       — Все нормально, — загробным голосом произнесла Соня, не поднимая головы. Она нехотя стянула с себя шапку и скинула теплое пальто на пол. Все ее мысли вновь спутались в один большой узел, она не знала, как распределить эти нахлынувшие мысли по своим местам.       — Не ври мне. Если бы было все нормально, ты не была бы в таком виде. Соня, почему ты плакала, что-то на работе случилось? — схватив девушки за плечи и заглянув ей прямо в глаза, настойчиво спрашивала Кира.       Соня отмалчивалась и отмахивалась, пыталась вырваться из Кириных силков. Она дергалась, брыкалась, словно заложница у своего похитителя или заключенный, желающий вырваться из тюрьмы, сломать эту железную клетку, ставшую препятствием между ним и свободой. Хоть Кира крепко держала Соню, но ей все-таки удалось вырваться. Она прошла в свою комнату, словно привидение, попутно стягивая с шеи шелковый шарф.       Кира испугалась. Ее взволнованный взгляд бегал из стороны в сторону, захватывая во внимание то одну вещь, то другую. Она не могла понять, что случилось с ее подругой, не могла помочь ей с трудностями, хотя очень хотела. Душу ее тревожило состояние Софии, она не хотела усугублять его своей новостью, но не могла больше молчать.       — Соня, я должна сказать тебе кое-что, — начала Кира, зайдя в комнату к Софии. Она подсела к ней на кровать и положила руку на плечо. — Я чувствую себя так гадко сейчас, что не говорила раньше... Но... Соня... — медлила девушка, не решаясь проговорить то, что должна была...       В эту минуту в комнату ввалился Олег. Он имел растрепанный вид, лицо его покраснело, видимо, от быстрого бега. Он дышал часто, но кратко.       — Черт, Соня... Ты чего трубку не берешь, я на работе чуть с ума не сошел. Позвонила, сбросила, а потом абонент недоступен!       Соня медленно повернула голову и взглянула на Олега. Он стоял перед ней, как всегда. Он остался тем же самым Олегом, которого она, как ей казалось, отлично знала, с которым ее связывало, по сути, все. Те же волосы, тот же игривый взгляд, пусть в нем сейчас и различалось наигранное волнение, тот же человек... Но он казался ей в этот момент чужим. Теперь Соня видела в нем лишь искусного лжеца и предателя, которому она больше не могла доверять.       — На работе?! — закричала Кира, полубоком повернувшись к мужчине. — На работе?! Не-ет! Я прекрасно понимаю, на какой ты был работе! Снова с этой своей старушкой работал, точнее, обрабатывал ее?!       Глаза Олега округлились при этих словах. Безумным взглядом он окинул Киру, сжав кулаки.       — Ты что несешь, совсем с ума сошла? — еле сдерживая гнев, прошипел Олег. Он нахмурил брови, а на лбу у него вновь выступила эта глубокая морщина.       — Хватит! Шоу закончилось! Пусть Соня знает, что ты ей изменяешь с какой-то старушкой, я не могу больше держать это в себе! — Кира вскочила с кровати, злобным, но в то же время победным взглядом сжигая Олега. — Я не хочу стать таким же гнусным предателем, как и ты.       — Соня, она сошла с ума, не верь ей. Я люблю тебя, солнышко, — оправдывался Олег.       Он дергал галстук у себя на шее, на лице его выступил холодный пот. Напряжение в его теле достигло наивысшей точки, казалось, что еще немного, и пар пойдет у него из ушей. Он лгал, нагло лгал, но не позаботился о том, чтобы его дело не прогорело. Он винил в произошедшем себя сам, но не ожидал, что Кира его выдаст.       — Никогда не называй меня солнышком, — с усмешкой пробубнила Соня, последний раз взглянув на Олега. — Свободен. — И, встав с кровати, отвернулась к окну.       — Иди к своей старушке, может, она доставит тебе удовольствие, — добавила Кира и указала Олегу ладонью на дверь.       Прищурив глаза, Олег яростно взглянул на Киру и, облокотившись на дверной косяк, спокойно сказал:       — Хорошо, я уйду. Только ты бы подумала хорошенько, кто тебе дороже: я или эта девка, которую ты знаешь всего лишь десять дней. Я подожду твоего ответа.       Соня неподвижно стояла у окна, напевая какую-то мелодию. Создалось ощущение, что она окунулась в какой-то свой особый мир, не обращая внимания на окружающий мир. Она не слышала слов Олега или, может, просто не желала их слышать.       — Это твой выбор. Но знай: я больше не вернусь. Удачи тебе, солнышко, не хворай, завтра я заеду за вещами — отрешенно сказал Олег, проведя ладонью по волосам, и добавил, обращаясь к Кире: — А ты ответишь мне. За все.       Дверь хлопнула. Олега в комнате больше не было.       У окна послышались редкие всхлипы. Соня вновь плакала и изредка подрагивала от волнения.       — Сонь... Ты жалеешь, что выгнала его? — тихо спросила Кира, на цыпочках подходя к Софии.       Она понимала, что уколола ей сердце признанием об Олеге. Но в тот момент, когда он вновь стал лгать, вновь прикрываться работой и делами, кровь вскипела в ее теле, Кира не смогла сдержаться. Осознавая, что в порыве ярости могла сказать ему много лишнего, тем самым задев и Софию, Кира старалась не говорить больше ничего.       — Как ты могла молчать, — сквозь слезы прошептала Соня, поправив свои волосы.       — Я...       — Как ты могла знать и молчать! — вдруг сорвалась Соня, резко повернувшись и задев рукой маленькую вазочку, стоящую на подоконнике. Она ударилась о пол, разбившись на много мелких кусочков. — Я доверяла тебе, как самой себе! Я рассказывала все, что было у меня в жизни, я открылась тебе, а ты предала меня, не рассказав об измене! Стала такой же, как и он!       Соня заревела. Ее отчаяние достигло предела. Она готова была лезть на стену от сжигающей обиды на Киру и проснувшейся ненависти к Олегу. Весь ее мир, что она выстроила в своих мечтах, по крупицам рассыпался, оставляя лишь шрамы на душе. Все планы на светлое будущее вмиг рухнули, а доверять кому-либо свои проблемы она посчитала глупым. Лицо ее покраснело от злости, а льющиеся слезы смешались с черной тушью.       Кира смотрела на Соню, и ей хотелось выть от безысходности. Ведь причиной всему, что сейчас происходило, стала она сама. Тяжелый груз упал ей на плечи, давил на совесть и не давал спокойно двигаться. Кира подбежала к девушке, попытавшись схватить ее за руку, и запричитала, чуть не плача:       — Соня, пожалуйста... Не нужно, прошу, не говори так...       — Уйди от меня! — сорвалась София, оттолкнув от себя Киру. Ноги ее стали будто ватные, она не могла больше твердо стоять на полу. Облокотившись на стену, Соня медленно сползла по ней на пол. Она закрыла лицо ладонями и села, поджав под себя ноги.       — Да, я не сказала тебе, — странным голосом начала Кира. Говорить ей было тяжело, ком подступал к горлу, — но только оттого, что я боялась сделать тебе больно. Я боялась этого, не хотела потерять тебя. — Она замолчала, собираясь с силами, чтобы произнести главные слова. — Потому что я люблю тебя, Соня. Понимаешь? Я люблю тебя!       Кира резко ударила ладонью по полу, чтобы прочувствовать всю боль от этого удара. Как только она произнесла то, что скрывала от Сони, будто камень упал у нее с сердца. Она не могла больше держать в себе свои чувства, мучиться и думать о том, что могло бы произойти дальше.       — Я не признавалась тебе до последнего, потому что боялась, то ты отвергнешь меня, — продолжала Кира загробным тоном, — но и я сама до последнего отказывалась верить, что снова наступила на те же грабли, влюбившись в девушку... Я осознала, что люблю тебя, в тот день, когда мы читали с тобой старые письма, помнишь? Я не знаю, что происходило со мной тогда, я просто чувствовала, что меня тянет, безумно тянет к тебе, — дрожащим голосом говорила Кира, изредка поглядывая на ошарашенную Софию. — Мама не поняла меня, выгнала из дома, когда я на свой страх и риск призналась ей, что полюбила девушку. Мне было шестнадцать лет, я уже говорила... — Кира оборвала свою речь, чтобы посмотреть на реакцию Софии.       Запустив пальцы глубоко в волосы, она сидела с закрытыми глазами и шептала себе под нос какие-то слова. Ей хотелось провалиться куда-нибудь в пропасть, чтобы не сидеть тут сейчас. Она с трудом понимала, что сейчас происходит, разум ее помутился, в голове крутилось много различных мыслей.       — Я понимаю, что тебе сейчас тяжело. Я знаю, что тебе бы хотелось, чтобы все, что сейчас происходит, было сном. Но, увы, это не сон, — продолжала Кира, обращаясь к Софии. Она придвинулась к ней ближе, положив свои ладони ей на плечи. — Соня, подай какой-нибудь знак, что ты слышишь меня, прошу.       София медленно подняла голову и открыла глаза. Слезы на ее щеках высохли, а в синих глазах горело непонятное чувство.       — Кир, прости меня, — качая головой, прошептала Соня, пытаясь оправдаться. — Не дер...       Не успела Соня договорить, как почувствовала, что уста ее покрыли горячие губы Киры. Щеки их соприкоснулись, Соня почувствовала теплоту Кириного тела, когда нежные руки ее обвили стройную талию. Каждую клеточку молодого тела пронизывало током, когда Кира все больше прижималась к Соне. Нетрезвый разум ее подсказывал прекратить поцелуй, но сердце останавливало Софию, опираясь на скрытое чувство. Прикрыв глаза, она старалась не шевелиться, позволяя Кире делать с ней все, что только заблагорассудится.       — Прости, я не удержалась, — тихо шепнула Кира, прервав поцелуй и чуть отстранившись. Она украдкой поглядывала на удивленную Соню, заложив за ухо мешающую нормально видеть прядь волос. — Я пойду к себе. Побудь одна.       Поправив челку Софии, Кира встала с пола и ушла. Она улыбнулась и скрылась за дверью.       Обессиленная и сбившаяся с толку Соня, будто тяжелая подушка, доверху набитая пухом, рухнула на пол и потянулась.       — Этого не может быть, — уткнувшись в доски, сказала она и опустила тяжелые веки. Напряжение спало, она начала засыпать.