Кукловод

– Ты понимаешь, какие последствия за собой повлек твой дурацкий поступок?! – орал Паша. Его глаза метали молнии, а в душе бушевала ярость, какой он еще никогда не испытывал. – Я все понимаю… – Да ни черта ты не понимаешь! – с каждой секундой все больше приходилось сдерживать себя. – Паш, просто выслушай меня… – но говорившего снова перебили. – Время разговоров уже прошло! Я убить тебя сейчас готов! Как можно было додуматься до такого?! Ты понимаешь, что теперь Ане придется полтора месяца провести, не вставая с кровати?! И все из-за твоей в высшей степени идиотской шутки! – Да послушай же ты меня! – Нет, это ты меня выслушай, – Вершинин сдерживался из последних сил, а его друзья спокойно стояли в стороне и смотрели на бесящегося друга: что бы тот сейчас ни сделал – он был бы прав. – То, что сейчас произошло и что могло бы произойти – это целиком и полностью твоя вина! Я не собираюсь тратить время на бессмысленные разговоры с тобой, но чтобы больше я тебя никогда не видел около Ани! Ясно?! – Паша… – Я спрашиваю: тебе ясно?! – заорал парень, пристально глядя в глаза собеседнику, и, увидев, как у того поникли плечи, почувствовал странное удовлетворение. Уже уходя, Паша услышал тихое бормотание: – Ясно…мне все ясно… Паша зашел в палату, где спала его жена, вспоминая, какие испытал эмоции, когда узнал, кто именно решил так пошутить.

***

– Пахан, ты не поверишь! – Тихо, Леш, не ори. Пойдем, выйдем, – Паша еще раз глянул на Аню, которая безмятежно спала, и вышел из палаты, где его уже ждали подпрыгивающие от предвкушения Гоша с Гореловым. Вершинин посмотрел на каждого из них и сказал: – Ну, рассказывайте. – Ты сейчас просто охренеешь! – замахал руками Леша. – Да не тяни уже! Рассказывай! – Паша начал выходить из себя. – Это была глупая шутка… – начал Горелов, но его перебил Гоша: – Это была Таня. Вершинин не поверил ему и даже засмеялся, но когда увидел, что его друзья стоят абсолютно серьезные, смог выдавить: – Вы что, серьезно? Реально? – Мы абсолютно серьезны. – Да не может быть! Это же ее лучшая подруга! На кой хрен ей это надо? – Вершинин еще не начал верить окончательно, но уже начал закипать. – Ревность и зависть, я так думаю. А вообще, мы позвонили ей по пути сюда и сказали, что Аня в больнице, так что она уже скоро будет здесь, вот и спросишь у нее, – сказал Гоша и откинулся на диванчик, стоящий около стены. – Но…как, мать вашу, вы вообще узнали, кто это был?! – Как ты и сказал, мы начали с Кости, с которым вы тогда играли. Он сказал, что к нему приходил странный паренёк, который представился «парнем девушки, которая сюда приходила с Вершининым и играла, но не последний раз, а до этого», – Леша многозначительно посмотрел на друга, а Гоша продолжил: – уже на основе этих слов можно было догадаться, о ком идет речь, но мы не знали: что это за парень такой таинственный приходил? По словам Кости, он расспрашивал про тебя, Паш, и твою новую пассию, и даже несколько раз крутанул барабан – этот жест заставил Костю проникнуться искренним доверием к мерзавцу, и он рассказал все события того вечера в подробностях. И когда он сидел и рассказывал это все, туда заявилась «Та-самая-бывшая-девка-Вершинина» и начала клеиться к этому парню, а потом воскликнула что-то вроде «Максик, как я скучала!». Из этого мы знаем, что парнем, который расспрашивал, был Максим, а его девушкой была Таня. По мере того, как Гоша рассказывал все, что они выяснили, в Паше начала зарождаться настоящая буря. Кое-как совладав с голосом, Вершинин кивнул: – Продолжай. Откуда у нее появилась фотка? – Эту фотку ей предоставил наимилейший Константин, когда Перфилова сказала, что ты ее очень-очень-очень сильно просил. – Да откуда вообще это фотография взялась?! – рыкнул Паша. – Разве ты не знал? – удивленно спросил Леша, но потом, глядя в глаза Вершинину, произнес: – Ладно-ладно, понял, что не знал! Сейчас расскажу. У твоего маленького друга есть небольшой…пунктик. Он фотографирует всех, у кого "башню снесло" от Русской рулетки. У него есть своя маленькая коллекция. Пашу передернуло от отвращения: – Гадость какая. – Это точно. Так вот, про фотку разобрались, а все остальное дело нескольких минут: написать записку много ума не надо, а патрон достаточно легко найти, если знаешь, где искать – а она знала, не зря же с тобой встречалась. У Паши в голове не укладывалось: как лучшая подруга его жены могла пойти на такое? А главное, - зачем? Но Вершинин, по особенности своего характера, никогда не задавал вопросов: он ставил перед фактом. И поэтому, когда увидел, как по коридору в его направлении быстрым шагом идет Перфилова, он еле сдержался, чтобы не удушить ее сразу. «Я не бью девушек, я не бью девушек. Даже если они такие суки», – повторял про себя Паша. Когда Таня оказалась ближе, она, не обращая внимания на выражение лица парня, спросила: – Что произошло? – Ты сейчас серьезно спросила? – недоверчиво спросил Гоша, кидая осторожные взгляды на Пашу, который сжал кулаки и готовился кого-нибудь ударить. – Конечно, серьезно! Петрищев, не зли меня! Отвечай, что с ней! – повысила голос Перфилова, и тогда Паша не выдержал: – Ты, бл*ть, серьезно?! – три пары глаз уставились на него, но Вершинин, не обращая на них никакого внимания, приблизился к Тане и, глядя ей в глаза, прорычал: – Я тебя спросил: ты что, бл*ть, издеваешься? Ты думаешь, на твой цирк в очередной раз все поведутся? – Паш, я не понимаю, о чем ты…– дрожащим голосом сказала девушка, глядя в глаза бывшего парня, которые сейчас казались черными из-за поглотившей парня ярости. – Ах, не понимаешь?! – воскликнул Паша, делая вид а-ля «я дурачок» и невинный взгляд. – Ну, тогда я объясню тебе, о чем я. Узнаешь это? – парень буквально под нос сунул белый конверт - Тане под нос. У той от испуга расширились зрачки, и она дрожащим голосом начала лепетать: – Паша, я…позволь, я все объясню… – Объяснишь?! Что ты собралась объяснять?! Что это не из-за тебя мою жену привезли на скорой с угрозой выкидыша сюда?! – Паша… – Или ты собираешься рассказывать мне, что это была всего лишь глупая шутка?! – Вершинин уже не сдерживался и орал в голос, распугивая персонал больницы. – Паша, ты все не так понял! – Это Я не так все понял?! – у парня от шока даже рот приоткрылся. – И что же, позволь узнать, я понял не так?! Что ты прислала моей БЕРЕМЕННОЙ жене долбанную фотографию парня с разнесенной головой?! Или что в записке, которую ты любезно приложила, ты хотела написать что-то другое, а получилось это?! – Нет, не это… – Ты понимаешь, какие последствия за собой повлек твой дурацкий поступок?! – кричал Паша. – Я понимаю… – Чтобы я тебя больше никогда рядом с Аней не видел, ясно?! – Ясно…мне все ясно…

***

      Когда Паша зашел в палату, то увидел, что Аня корчится на кровати, хватаясь за живот, а простыня под ней намокла от крови. Едва до Паши дошло, что же происходит, он мигом вылетел из палаты и начал звать медсестер, которые толпились около поста и боязливо кидали взгляды в сторону парня, который только что кричал на бедную девушку, а сейчас чего-то хочет и от них. Не выдержав, Вершинин кинулся к посту и, схватив первую попавшуюся медсестру за руку, потащил в сторону палаты, все продолжая что-то кричать, и даже не замечая в коридоре своих друзей и бывшую девушку. Когда девушка, которую притащил в палату Паша, увидела, что случилось, то сразу начала кого-то звать, что-то делать, но парню было совершенно не до этого: он подлетел к Ане и попытался начать с ней говорить, но понял, что она все еще находится под действием снотворного. Когда в палату зашел Костенко, а за ним медсестры, которые везли каталку, Паша уже готов был сам начать корчиться: он не мог смотреть, как мучается Аня. – Молодой человек, отойдите в сторону и не мешайте, – строго произнес Сергей Евгеньевич и приступил к осмотру девушки. Потом он кивнул, и медсестры принялись перекладывать Аню, которая все еще не пришла в себя, на каталку. Внезапно глаза девушки распахнулись, и она закричала животным криком, еще больше начав извиваться. Когда ее выкатили из палаты, Паша кинулся за врачом и, схватив того за локоть, дрожащим голосом спросил: – Доктор, что происходит? – Из-за стресса начались преждевременные роды. А теперь позвольте, я пойду, потому что вашей жене помощь сейчас нужна больше, чем вам, – Костенко вырвал руку из захвата Паши и побежал к лифту, где его уже ждали медсестры. Когда двери лифта закрылись, Вершинин кинулся к лестнице, поднимаясь на этаж, где находилось родильное отделение, и даже не заметил, что Леша и Гоша кинулись за ним. Едва поднявшись на этаж, Паша подлетел к посту медсестер и запыхавшимся голосом произнес: – Только что…Вершинина Аня…преждевременные роды… – А кем вы ей приходитесь? – спросила пожилая медсестра, подозрительно поглядывая на Пашу. – Я, бл*ть, случайный прохожий! – не выдержал и крикнул Вершинин, на что получил укоризненный взгляд медсестры и выговор от нее же: – Молодой человек, не пугайте мне рожениц! Вашу жену повезли в операционную, а вам туда нельзя. Так что садитесь и ждите. Паша лишь кивнул в ответ и молча сел в указанное кресло, опираясь локтями о колени и пряча в ладони лицо. Время текло незаметно и словно мимо Вершинина, в голове которого не было ни одной мысли. Когда же дверь в операционную распахнулась, и оттуда вышел Костенко, оказалось, что на улице давно уже ночь. Сергей Евгеньевич пристально посмотрел Паше в глаза и сказал: – У меня для вас плохие новости…