Аттракция

- Что вы хотели этим показать? Чтобы я почувствовал себя глупо? Поздравляю, вам это удалось. Один-ноль,- проговорил Бонифаций и вышел из класса. А, правда, что я хотел этим добиться? Скорее это получилось непроизвольно или было просто ответом на его действия. В любом случае, это отсрочило его рассказ и мое признание перед всей школой. С другой стороны, если бы он хотел рассказать, то не стал бы искать предлогов для откладывания разговора, в котором я был бы главным действующим лицом. Осталось провести последний урок сегодня, но в разгар последней перемены меня вызвал к себе директор, что было для меня крайней неожиданностью. Собравшись с духом и решив, что пускай все идет своим чередом, я постучал по двери, табличка на которой гласила «Директор». - Вы хотели меня видеть, Амфилохий Патрикеевич? – спросил я, внимательно следя за тем, как директор убирает бутылочку коньяка. - Да, здравствуйте, Анапест Григорьевич. Перейду сразу к делу. Классный руководитель 11 «Б» класса неожиданно взяла больничный, что конечно детей не может не радовать. Но оставлять их без присмотра будет плохой идеей, тем более выпускной класс, кто знает, что они могут вытворить. Так вот, я прошу вас, чтобы вы заменили их классного руководителя. Вести урок у 11 «Б» для меня проблема, тем более сейчас, когда Бонифаций хочет видеть меня в качестве своего полового партнера. Быть классным руководителем – это значит, что надо быть другом для ребят, понимать и поддерживать их в радости и печали, смотреть на мир глазами ребенка. А мои глаза сейчас видят только ухмылку Маркина и отказываются смотреть на что-то еще. - Почему именно я? В школе есть и другие готовые для этого преподаватели. - Из всех оставшихся преподавателей свободным считаетесь только вы. У остальных либо возраст не позволяет взять на себя ответственность за целый класс, либо у них он уже есть. Тем более быть классным руководителем достаточно трудная роль. Она подразумевает, что ты должен все знать лучше, всему иметь разумное объяснение, подать нужную мысль при подготовке к чему-либо. У вас есть хотя бы один из этих талантов. Остальным можно научиться. Вам это пойдет на пользу. И имейте в виду, сегодня понедельник, а значит после пятого урока обязательный классный час, на котором ребята и узнают о смене их классного руководителя. А сейчас я не смею вас больше задерживать,- сказал Амфилохий и достал спрятанную ранее бутылочку коньяка. – Я тут лекарство сейчас приму. - Я даже знаю какое,- хмыкнул я и вышел из кабинета директора. Такое чувство, что все идет против меня. Вместо того, чтобы в сторонке ждать свою судьбу, я теперь должен каждый день контактировать с учеником, который твердил рассказать всей школе о моей ориентации. Куда уж нелепей. Я теперь его классный руководитель. Начало классного часа оказалось неплохим. Мое назначение на место их классного обрадовало добрую половину класса, которая оказалась женской. Естественно, когда я ознакамливался с записями их предыдущего руководителя, особи женского пола окружили меня, напирая своими грудями, доказывая, что тот обещал оградить их от дежурства. - Сели все на места. У меня для вас буквально пару слов и можете идти, кроме дежурных, которые могут приступать сейчас, если хотят вовремя попасть домой, - я кинул взгляд на Маркина, который сидел, поддерживая подбородок рукой. Хороший способ прекратить зевать,- пронеслось у меня в голове. - Насколько я знаю, у вас завтра контрольная по физике? Судя по журналу, у большинства нет таланта к точным наукам. Также как и у меня. Я больше отдавал предпочтение гуманитарным. Но возвращаясь обратно к вашей контрольной, я могу вам рассказать про закон Бернулли, точнее его интерпретацию, которую мне рассказали, когда я был в вашем возрасте. - А может, вы нас просто отпустите домой? – подала голос одна из учениц. - Нет, я хочу послушать,- вошел в дискуссию Маркин. - Тебе-то все равно. Ты остаешься дежурить, и конечно время будешь тянуть, чтобы отсрочить этот момент,- хихикнула другая девушка. - А вы когда-нибудь задумывались, почему входящий в реку, особенно тот, кто не умеет плавать, думает, что какая-то неведанная ему сила тянет его «на глубину»? - Что вы хотите этим сказать? - подал заинтересованный голос староста класса. - Оказывается, это происходит по той же причине, по которой произошло следующее событие. В 1912 году в открытом море случилось чрезвычайное происшествие. Крейсер обгонял большой пассажирский лайнер. Неожиданно, когда они поравнялись, крейсер развернулся и ударил борт лайнера. В пробоину хлынула вода, и он стал тонуть. Моряки крейсера с трудом спасли пассажиров и членов команды лайнера. Морской суд долго не мог найти причину, ведь были все доказательства, что крейсер следовал на разрешенном международными правилами расстоянии и повернул самопроизвольно, не слушаясь рулей. После долгих разбирательств капитан был оправдан. Было доказано, что судно повернуло по закону Бернулли: борта судов образовали как бы стенки трубы с движущейся между ними водой. Давление при этом тем меньше, чем больше скорость. Скорость крейсера была большей, давление около его борта меньшим, поэтому он и «клюнул» носом в сторону лайнера. По этой же причине затягивает купающихся на середину реки. Не умеющие плавать чувствуют это лучше, поскольку боятся глубины. Не могу сказать, что ученики выслушали этот рассказ с интересом,но они точно запомнили его. А вместе с ним и закон Бернулли -Можете идти, а дежурных попрошу остаться. Ученики повалили со своих мест, освобождая их. Я снова бросил взгляд на Бонифация, который разлегся на парте, закрыв глаза. Конечно, зачем отличнику слушать рассказ учителя, предмет которого явно не физика. Как только захлопнулась дверь за последним учеником, Бонифаций открыл глаза. - Я один сегодня убираю кабинет, поскольку мой напарник заболел, - сказал он, доставая из шкафа швабру с ведром. - Ты очень странный молодой человек, - сделал я умозаключение, странное для меня самого. - Но это не мешает вам то и дело посматривать на меня во время уроков. А мальчишка прав, задолго до того как он меня обнаружил у входа в клуб, симпатия к нему не давала мне покоя. Может я даже рад, что он пытается меня в чем-то подловить, добиваясь меня. - То, что я делаю на уроках, мое дело… - До тех пор пока это не становится делом общественности,- закончил он за меня фразу на свой лад. - Я думаю, что это стоит того. Сделав пару шагов в сторону Бонифация, я оказался рядом с ним. Посмотрев в его глаза цвета темного шоколада, я понял, что теряюсь в них. Мозг отказывается здраво мыслить, давая рукам команду заключить в объятия этого ученика. Что собственно я и попытался сделать, и на что он отреагировал удивительно для меня. Он сам шагнул в мои объятия, кладя одну свою руку мне на задницу, а вторую запускает мне под рубашку, аккуратно гладя кожу. От его прикосновений по моей спине пробежали мурашки. Мне хотелось, чтобы этот момент длился вечно, словно во всем мире остались только я и он. Ничто не может нарушить нашу идиллию, пока я буду бороться за нее. Независимо от того, что Бонифаций считает это все игрой, из которой он планирует выйти победителем. Но он и не догадывается, что у меня имеются свои планы на его счет. И я не буду поддаваться на его шантаж. Ему уже поздно что-либо рассказывать директору, так как он тоже уже играет одну из главных ролей в его истории. Закон Бернулли можно применить и к нашим отношениям. Мы все боимся чего-то нового, неизведанного, но сделав хоть шаг, окунаемся в них с головой.