Нечисть всея Руси

      А в замке тем временем во всю готовились к ритуалу…       Ну не совсем готовились. Если честно, то вообще не готовились. Лель в шоке рассматривал невысокого хрупкого светловолосого паренька, в шоке таращащегося в ответ своими невинными серыми глазами, которого ему буквально впихнул в руки старший брат, и никак не мог взять в толк, что же происходит.       И только спустя час, в течении которого он успел познакомиться с Олегом, осмотрел его раненную ногу, подлечил её, накормил и напоил гостя вкусным чаем с лесными травами и ягодами, что для него собирал Никита (вот только появится поганец, по шее получит), и выслушал увлекательный рассказ обо всех их приключениях, Лель смог составить хоть какое-то представление о сложившейся ситуации. Оказывается, Никитка влюбился. Да так, что готов был растерзать нерадивого царевича, в попытке защитить своё милое сокровище. То-то папочка обрадуется. Все три его сына умудрились влюбиться в мужчин. Кто род продолжать будет? Похоже, придётся маме опять рожать, а значит им троим лучше спрятаться… так как она зареклась от этого ещё когда Леля вынашивала. Ибо папуля у них на момент маминой беременности становился жуть каким заботливым. Прибьёт их мамуля… как пить дать прибьёт и не посмотрит, что родные кровиночки.       В итоге, вместо того, чтобы медитировать, очищая своё сознание, и настраиваться на предстоящий ритуал, читать древние фолианты, где он описывался, колдун развлекал своего гостя, под хмурыми взглядами волка. Дарий вообще вёл себя очень странно, постоянно ворчал без причины, был чем-то недоволен и хмур, а порой даже мог нарычать на Олега.       Нет, паренёк оказался очень милым и добрым, он живо интересовался всем на свете и старинными картами мира, и магией Леля, и их семьёй. Особенно его занимали их детские проделки, о которых колдун всегда с радостью вспоминал и охотно рассказывал парню, получая в ответ яркий заливистый смех. Вот в такие моменты, когда парни по вечерам устраивались на мягких шкурах подле огромного камина в обеденном зале, мило беседуя, Дарий мог нагло отпихнуть мохнатым боком Олега, и улечься прямо на ноги Лелю, недовольно ворча и не успокаиваясь, пока колдун не начинал легонько его поглаживать, что приводило последнего в недоумение. А вечером волк просто утаскивал Леля в его спальню, не слушая никакие возмущения, заталкивал на кровать, укладывался сверху, надёжно придавив тушку парня своим массивным телом и только после этого облегчённо вздыхал и успокаивался.       Такого поведения обычно спокойного Волка парень никак не мог понять. Всё осложнилось ещё сильнее, когда из спальни-таки выбралась любвеобильная парочка. Вот только оказалось, что им не хватило времени гона и они устраивали просто неприличные представления повсюду. Колдун мог застать их в любом уголке своего замка, где эта парочка, не стесняясь никого, нагло предавалась непотребствам. Терпение Леля закончилось когда на них наткнулся Олег, парень потом ещё два часа заикался, тупо смотря в одну точку перед собой. Наорав на этих озабоченных кроликов и отправив их заканчивать начатое в свои покои, колдун кинулся успокаивать шокированного парня, отпаивая травяным успокоительным чаем, а если не поможет то можно и заклинанием приложить… лёгоньким…       И надо же было Дарию появиться именно в тот момент, когда очухавшийся от увиденного парень начнёт, жутко краснея и смущаясь, расспрашивать Леля о том, как происходит «любовь» между мужчинами в физическом плане… Услыхав подобное Волк рассвирепел и, полностью потеряв контроль, кинулся на несчастного парня. Лишь в последний момент колдун успел оттолкнуть Олега с линии атаки, при этом попав под острые когти разъярённого зверя… Выброс магии был такой силы, что отшвырнул волка в сторону, проломив им стену. Так что, мало того, что Лелю пришлось в срочном порядке залечивать свои раны (спасибо Никите за снадобья, но всё равно он гад), так он ещё и полночи просидел у кровати не приходящего в сознание Волка, костеря на чём свет стоит любвеобильную парочку. Эх, вот и чего эти двое вылезли так не кстати! Лель искренне надеялся, что хоть с ними-то проблем не будет, пока не завершён ритуал… Но опять обломался.       Первое время, как только Егор понял кто ему мужика в кровать подкинул, кинулся объяснять колдуну, что стоило всё-таки поинтересоваться мнением младшего брата, а не проворачивать всё за его спиной. Полдня гонял он бедного Кощея в драконьей ипостаси плюясь огнём и ядом, пока его наконец-то не выловил Данила и не утащил в спальню, подправлять настроение, да показывать все плюсы провёрнутой старшими братьями авантюры. А измученный и изрядно подкопчённый Лель потом едва до кровати дополз.       Егорка ещё долго капризничал и упрекал брата, пока в конце концов не довёл своим поведением уже Данилу.       – Значит я тебя не устраиваю? – разъярился кузнец. – Значит ты не доволен, что я в твоей жизни появился?! Ну так я и уйти могу, раз мешаю!       И психанув ушёл собирать свои вещи, хлопнув дверью так, что она слетела с петель и с грохотом рухнула на пол (и это массивная дубовая дверь, которую и вдесятером-то не поднять), чуть не придавив всех присутствующих. Егор пару минут тупо хлопал глазёнками, пока до него доходило, что его столь неожиданно приобретённое сокровище обиделось и решило свалить от него.       – Не пущу-у-у-у! – с криком кинулся парень за любимым. – Уйти он от меня удумал!! Хрен ему!! В подвале цепями прикую!        «Вот весь в маменьку! А значит надо валить!» – промелькнула в голове среднего брата мысль о бегстве.       Лель проводил их задумчивым взглядом, тяжело вздохнул и быстро собравшись утащил всех в зачарованный сад, расположенный позади замка, и обладающий такими размерами, что там вполне можно было заблудиться… или не слушать жаркие стоны мирящейся парочки.       Но даже этот несомненно своевременный побег не спас их, так как после своей первой ссоры эта парочка стала ещё более невыносимой, что закончилось такими вот травмами.       Лель сидел у своей кровати, куда принёс бессознательного волка, и ласково зарывшись пальцами в шерсть на загривке просто любовался им. Сердечко сжималось и болело. А как он не справится? У него нет права на ошибку, от этого зависела жизнь… дорогого для него существа. И как этот волк умудрился так быстро буквально залезть ему под кожу, поселиться в его мыслях и захватить его… сердце. Да, мама права, он не знал как Дарий выглядит в человеческом облике, но ведь любят не за внешность. С лица воды не пить, не с лицом с человеком жить. Тут главное всё правильно сделать. Без этого гадкого ритуала не хватит ему силёнок с шаманом опытным справиться. А времени у них в обрез, так как с каждым днём, что Дарий проводил в облике волка, всё больше поддавался он звериным инстинктам. Вот и сейчас сорвался, потеряв голову.       Конечно, Лелю приходила в голову мысль, что Дар просто приревновал, но думать не хотелось кого конкретно. Олег был красивым юношей, милым, скромным и очень… ну просто очень неискушённым. При виде него колдуну сразу вспоминался Леший, что был охоч до мальчиков невинных, но при этом клялся в вечной любви Никите. Уж сколько раз старший брат вылавливал своего бывшего благоверного с юными отроками в лесу по кустам, со счёту можно сбиться. И за что Никита его вечно прощал? Лель никак не мог понять, ведь был твёрдо уверен – любимым не изменяют, ни при каких условиях, хоть ты пьяный, хоть обкуренный, хоть кривой, хоть косой… Ну не изменяют, когда искренне любят!       Лель посмотрел на волка, погладил его красивую серебряную шерсть и лёг рядом, аккуратно его обнимая, дабы не потревожить пострадавшие рёбра (проломленная каменная стена не прошла без последствий). Терять Дария не хотелось, но слова мамы никак не выходили у него из головы. Уйдёт он, как пить дать уйдёт. Ну чем его мог удержать у себя молодой колдун? Родить он ему не сможет, а вождю клана нужны наследники… Любовью своей? Так это только если бы она была взаимной, а в этом мужчина очень сильно сомневался, не считал он себя таким красивым как братья, не было в нём ничего особенного… Уйдёт, а Лель останется, с этой странной любовью, накрепко заперев её в своём сердце, днём изводя себя работой и исследованиями, а ночью… ночью воя от боли и одиночества.       Ну и ладно! Ну и пусть! Главное, любимый будет жив… и счастлив… А для этого нужно срочно провести ритуал.       Ритуал…       Эх, да в жизни бы Лель с этой пакостью не связался бы. Ну не рвался он ни за силой, ни за мощью… а знания? Знания он из библиотеки, накопленной веками своими предками и трепетно хранимой и лелеемой в своём замке брал, и была та библиотека столь обширной, что и жизни не хватит всё изучить. Так что если бы не обстоятельства он бы и не думал ни о каком ритуале, тем более что до него допускался Кощей, лишь после того как женится и обзаведётся как минимум двумя отпрысками, чтобы было кому принять его силу, в случае если он не выживет, ибо смертность Кощеев была крайне велика.       По своей сути ритуал был очень прост, и во многом зависел даже не от самого Кощея, тут главное было правильно выбрать Светлого Героя. Много веков назад, дабы передать потомкам свои знания и часть древней… можно даже сказать, первородной магии, древние Волхвы в тех местах, где магические потоки земли восходили ближе всего к её поверхности, вырастили чудесные дубы, которые накапливали в себе сию удивительную силу многие-многие годы. И когда приходило время, в чудесных ветвях того или иного древа появлялся прекрасный хрустальный ларец, что являлся чудесным артефактом. И добыть тот артефакт мог только великий богатырь с чистой душой и добрым сердцем, по пути к нему проявивший свою доблесть и отвагу, продемонстрировавший милосердие и сострадание, тем самым доказавший, что достоин быть Воином Света. Как только ларец оказывался в его руках, впитывал он тот свет что исходил от Воина, тем самым соединяя в себе Первородную Тьму и Великий Свет, пробуждая в своём ядре древние знания и силы предков.       Воин вооружённый сим артефактом выходил на смертный бой с Кощеем, которого должен был победить в честной битве, разбив артефакт, и тем самым высвободив всю накопленную в нём силу… Которую и впитывал в себя Кощей, становясь сильнее и могущественнее, получая древние знания великих предков.       Но в этом-то и заключалась опасность для колдуна, так как порой эта сила была столь велика, что маг оказывался к ней просто не готов, или слишком слаб чтобы выдержать этот натиск. Многие сходили с ума, кого-то просто расщепило. Лишь единицы оказывались действительно способны принять эту ношу.       Лель с самого детства, когда только стало понятно, что он унаследовал способности матери, и является тёмным магом, изучал всё что было связано с этим ритуалом. И до чёртиков его боялся. Много летописей написано было о его предшественниках, что решались пройти сей жуткий ритуал (многие же наотрез отказывались), и по статистике лишь четверть смогла его пройти. И лишь единицы из них решались в последствии повторить сей подвиг. При этом никто, сколько бы он ни читал воспоминаний своих предков или их коллег, сколько бы не выспрашивал мать, которая после первого своего ритуала зареклась ещё когда-нибудь с этой пакостью связываться (по её словам, даже рожать во сто крат приятнее, что уже настораживало), в общем нигде не упоминалось, что в момент впитывания силы испытывает маг. Но именно это так пугало Леля, который привык всё точно рассчитывать и контролировать, так что в итоге незнание всех деталей ритуала просто повергало его в панику.       Но не только это приводило молодого колдуна в смятение. Тут вставал вопрос о том, как бы отвлечь его гостей, чтобы они не вмешались в самый неподходящий момент. Не стоило ни Даниле, ни Дарию, ни тем более впечатлительному Олегу знать, какой опасности он себя подвергает. И если за кузнеца можно было не волноваться, его вполне мог отвлечь Егор очередными любовными играми, то чем отвлекать остальных колдун не знал.       Так и уснул Лель, ломая голову и не находя ответа. А утро началось для него с наглого шершавого языка, что обслюнявил всё его лицо.       – Прекрати, – попытался отпихнуть его морду парень.       – Прости меня, – покаялся Дарий, и опять полез с нежностями, заставляя Леля глупо хихикать от щекотки, серебряная шерсть лезла всюду, в нос, в глаза, в рот… так же как и наглый язык. – Пока не простишь, не прекращу, – пригрозил волк.       – Ладно-ладно, – взмолился о пощаде парень, отпихивая морду хищника, что вольготно расположился на нём и видимо никуда уходить не собирался.       Дарий, обрадованный тем, что на него не сердятся, ринулся в атаку с новыми силами, тыкаясь мордой всюду, куда мог добраться, заставляя Леля заливисто смеяться.       Но не смотря на столь приятное пробуждение, всё утро Лель был рассеян и задумчив, за завтраком он пытался вести расчёты вектора силы, высвобождаемой при ритуале, чтобы высчитать, какой силы будет магическая отдача, так как очень переживал, как бы ею не накрыло весь замок. Лель даже подумывал финальное сражение в чистом поле провести, а не в ритуальном зале в поздемельях… Он так погрузился в свои мысли, что даже не заметил как в чай добавил чернила, а маслом намазал не хлеб, а одну из своих книг. И пить бы ему эту гадость, если бы не Дарий с Олегом, что заботливо присматривали за парнем. После того несуразного нападения и пробуждения в объятиях Леля, Волк немного успокоился и перестал ревновать своего колдуна, хоть и продолжал присматривать за гостем... Так, на всякий случай...       И в тот момент, когда Олег тихонько менял колдуну чашку с чаем, а Дарий, аккуратно вытаскивал зубами за корешок книгу, в окно столовой начала биться странная птица, вся какая-то прозрачная и светящаяся. И стоило только Лелю её заметить, как он тут же встрепенулся и кинулся открывать окно, по пути снеся Олега, который от испуга выронил на пол чашку, разбившуюся со звонким «бздыньк», и чуть не затоптал несчастного Дария, который от боли в оттоптанном хвосте жалобно взвыл и выронил из пасти столь бережно спасаемый древний фолиант. Но колдун ничего этого не замечал, он уже суматошно прыгал, пока до него не дошла вся тщетность его попыток, ведь окно хоть и было большим, но располагалось чуть ли не под самым потолком и добраться до него без лестницы было просто невозможно. Ругнувшись себе под нос, колдун, призвав магию, резким взмахом руки отворил окно, но не рассчитал силу и створки так резко распахнулись, что в одной треснуло стекло, а вторая вообще отвалилась и шмякнулась на пол, осыпавшись осколками.       – Проклятие! – ругнулся Лель, но исправлять свои оплошности не торопился, его больше интересовал вестник.       Птица, больше не сдерживаемая никакими препятствиями, влетела внутрь, и покружив немного над головами собравшихся, резко опустилась вниз, стукнувшись об пол обернулась Никитой. Олег было радостно бросился к нему, но тут же отшатнулся, ибо был знахарь как и птица прозрачным и каким-то холодным… отрешённым.       – Ларец у нас… – монотонным, неживым голосом выдал Никита, пустыми глазами смотря в одну точку… куда-то мимо всех. – К вечеру будем в замке… Готовься… – каждая безэмоциональная фраза словно обрубок, холодная и безжизненная. Такого голоса у обычно весёлого и очень эмоционального знахаря Олег ещё не слышал. Даже звериный рык вырвавшийся у Никиты, когда парень пострадал, и не так сильно испугал Олега.       Выдав всё это Никита вдруг ярко вспыхнул и рассыпался искрами, которые словно впитались в стены и пол замка. Здание мелко вздрогнуло, будто бы выдохнуло, и разбитое окно тут же встало на место, как новенькое, и даже засияло в лучах утреннего солнца. Трещины на стенах, ещё не залеченные после бурной личной жизни младшего из братьев, тут же затянулись, да и вся комната разом словно обновилась, стала ярче и уютнее.       – Что это было? – тихо спросил Олег, ошарашенно смотря на Дария.       – Лель, – ткнул волк носом колдуна, но тот сидел на полу уставившись в одну точку и ни на что не реагировал. – Лель! – потряс он парня лапой за плечо, пихнул в спину, потёрся мордой о лицо, лизнул в нос… Никакой реакции.       И когда уже Олег подумывал – а не вылить ли на хозяина замка кувшин с водой, тот вдруг резко подскочил.       – ЕГОР!!– заорал колдун так, что затряслись стены замка, а с потолка посыпалась штукатурка, и тут же по лестнице чуть ли не кубарем скатился полураздетый парень, а за ним спешил Данила, по пути запихивая ноги в штанины и путаясь в них так, что чуть не навернулся на ступеньках.       – Ты чего орёшь, словно тебя замуж насильно выдают? – возмутился парень, откидывая с лица русую чёлку.       – Никита вестник прислал… – промямлил колдун с паникой смотря на младшего брата. – Они на подходе… Сегодня вечером… будут тут…       – Уже сегодня? – парень чуть не сел прямо там на лестнице, где и стоял, хорошо ещё Данила вовремя успел его подхватить.       Егор осмотрел всех присутствующих и понял, что у него явно проблемы. Вот и как ему увести всех отсюда подальше, чтобы они ничего не узнали про ритуал, не задавали глупых вопросов, на которые у него нет ответов и главное не попали под магический откат от ритуала? Непосильная задача для одного маленького дракона.       – Ну значит нам пора прогуляться, – преувеличенно бодро воскликнул Егор. – Думаю небольшая экскурсия в глубь горы будет весьма кстати.       – И бросить твоего брата на растерзание царской дружины?! – возмутился Олег.       – А? – опешил дракон, взглядом прося брата о помощи, но тот просто в панике метался по обеденной зале, так что Егор понял, выкручиваться придётся самому. – Ну почему сразу бросим? Там же Никита, он поможет…       – Никита, который сам же и ведёт сюда воинов? – рыкнул волк.       – Ну… он… – замялся парень, не зная что сказать.       – Почему он ведёт их сюда? Он что, не понимает, что они убьют Леля? Или у вас настолько плохие отношения? – Олег смотрел на него с такой болью во взгляде, что врать о том, как старший брат их ненавидит и завидует, он не мог. Весь план коту под хвост!       – Слушайте, – наконец-то сдался Егор, вылавливая метавшегося брата и крепко обнимая, чтобы не смылся никуда. Его срочно надо было привести в чувство. – Всё очень сложно…       – Что сложного в том, что вас хотят убить? – нахмурился Данила, про себя вспоминая куда он задевал оружие. – Мы никуда не пойдём! Даже не надейтесь.       – Лель!! – встряхнул за плечи брата Егор, понимая, что ситуация вообще выходит из-под контроля. – Очнись ты уже!! Мне нужна твоя помощь!       – Все вон отсюда! – вдруг заорал колдун, его потряхивало и дабы скрыть это он обхватил себя руками. Вот только этот жест показал всю его уязвимость и неуверенность. – Я сам с дружиной справлюсь, не хватало мне ещё чтобы вы под ногами путались. Зацепить ведь могу.       – Точно, – воодушевился дракон. – Вы его только отвлекать будете. Магия Кощея очень эм… специфичная, – подобрал он слово. – И она точно не будет разбираться кто враг, а кто друг, всех сметёт.       – Так они что же… все погибнут?.. – серые глаза Олега наполнились слезами, нижняя губа задрожала, но парень постарался взять себя в руки. – Не надо их убивать, они не плохие… Просто запутались. Дайте мне с ними поговорить, я всё-всё им объясню…       – Да никто их убивать не собирается, правда ведь, Лель? – Егор пихнул брата локтём в бок, заставив взвизгнуть от боли. Всё-таки рука у младшенького была тяжёлой. – Лель магией им внушит, что они сражались и победили. И всё!! Так лёгонькие галлюцинации, как после дурман-травы. Ну поколбасит их потом немного… Но никто не пострадает.       – А за Никиту даже не думайте беспокоиться, – устало сказал Лель, садясь на стул и откидывая голову на его высокую спинку. – Он тоже к вам присоединится. Чуть попозже. Не буду я рисковать жизнью любимого брата.       Данила, Олег и Дарий молча переглянулись, прикидывая что-то в уме, но всё же согласились, что не хотят быть одурманенными и отправились собирать вещи. Братьям же очень не понравились их переглядывания. Что-то как-то неожиданно эта троица сдружилась, хотя ещё совсем недавно волк готов был глотку перегрызть Олегу, а Даниле вообще на все было наплевать. Вот только времени выяснять, что задумала эта спевшаяся троица у них не было, ведь Лелю ещё предстояло подготовить замок, украсить его соответствующе, подвесить несколько сложных заклинаний, на плетение которых потом у него не будет времени, необходимых чтобы подправить память царевичу и внушить ему победу над ним, Тёмным магом, и конечно же… облачиться в ритуальные одежды. Фу, гадость жуткая да к тому же неудобная!       В итоге к вечеру замок приобрёл устрашающий вид, всюду красовались жуткие статуи различных монстров, по углам была живописно развешена паутина, до недавнего времени сверкающие чистотой окна затянула серая мутная пелена, и это всё не считая разбросанных повсюду муляжей человеческих костей и черепов, некоторые из которых даже начинали двигаться при приближении к ним.

***

      К тому времени как они добрались до замка, Никита готов был прибить этого идиота Царевича. Но душу грела только одна мысль, что в замке его ждёт Олег, милый, красивый и такой желанный.       Он так замечтался о том, как сожмёт в объятиях парня, как пройдётся руками по его спине, спустится ниже, чтобы огладить ладную попку и слегка сжать её в руках, как едва весомо прикоснётся губами к таким нежным манящим губам Олега… что не заметил, как чья-то рука ухватила его за ворот рубахи и утянула в тёмный провал потайного хода. Тело сработало на рефлексах, и вот уже злоумышленник трепыхается и хрипит прижатый локтём за горло к стене.       – Полегче, братишка, – прохрипел Лель, кулаком заехав мужчине в солнечное сплетение. – Задушишь же.       – Лель? – удивлённо выдохнул Никита, когда смог разогнуться и протолкнуть воздух в сдавленные спазмом лёгкие.       – А ты кого хотел увидеть? – съязвил парень, как-то нервно и неестественно улыбнувшись.       – Что это на тебе надето? – нахмурился блондин, рассматривая наряд брата. – Это что, кости?       – Это ритуальные доспехи, – поморщился Лель, поправляя жуткое одеяние. – Ужасно неудобные, скажу я тебе, тут трут, там жмут, на бёдрах вообще болтаются. Кошмар один!       – Выглядишь… – Никита замялся, но всё-таки смог подобрать слово. – Устрашающе.       – Ты хотел сказать нелепо, – надулся брат. – Чувствую себя опять пятилетним, когда мама меня наряжала как куклу! Буэ-э-э-э!       – Это да! – хохотнул Ник, вспоминая детство. – Ты был таким милашкой!       – Заткнись, – буркнул недовольно брат, который каждый раз навещая родителей всячески спасал свои длинные волосы от издевательства под названием «заплести косички». И грешили этим не столько младшие сёстры, сколько мама. – Лучше иди на подмогу Егору, он один этих борцов за справедливость не удержит… И… – замялся он на мгновение, но это дало понять старшему брату, что будет не просто.       – Что?       – Боюсь, эти трое уже спелись и что-то задумали, – обречённо вздохнул Лель,       И ведь Лель даже не догадывался насколько он был прав. Хоть Дарию удалось подслушать всего лишь часть из разговора с матерью парней, но услышал он достаточно, чтобы понять – его колдун решился на смертельно опасный ритуал, дабы спасти его. Да лучше уж он навечно останется зверем и будет предано служить своему колдуну, чем будет так глупо рисковать неожиданно обретённым счастьем. Главное, что теперь-то он знал имена виновников своих бед. А уж перегрызть глотку мерзкому шаману у него, как истинного главы клана силёнок хватит.       Подговорить Данилу и Олега оказалось делом плёвым, кузнец так вообще с энтузиазмом ринулся отвлекать свою пару, пока двое диверсантов пытались незаметно ускользнуть через потайной ход (недаром же волк за время пребывания в замке излазил его вдоль и поперёк, так что знал почти все ходы-выходы).       Вот только они совсем не ожидали в потайном ходе столкнуться с Никитой, который как раз спешил к ним, дабы те не ринулись спасать Леля.       – Олег! – радостно воскликнул он, кинувшись к замершему от неожиданности парню, но тут же согнулся от меткого удара в живот. Да что ж за день-то у него такой, все так и норовят его стукнуть.       – Не смей ко мне подходить, гад! – взъярился парень, стараясь обойти знахаря, но тот извернулся и перехватил строптивца за талию прижав его к себе спиной, заодно и руки ему прижав к телу, чтобы не брыкался.       – Что на тебя нашло? – недоумевал он, пытаясь удержать вырывающегося парня.       – Как ты мог?! – возмущался Олег, стараясь пнуть мужчину по ноге. – Зачем ты привёл сюда дружину? Они же убьют его!! Никогда тебе этого не прощу!! Лель такой замечательный, такой хороший, такой добрый… А ты!...       – Ну вы тут разбирайтесь сами, а я пошёл своего колдуна спасать, – тихонько встрял Дарий и быстренько проскользнул мимо барахтающейся парочке, некогда ему было любоваться их разборками.       – Ку-у-уда-а-а?! – взвыл Никита, кинувшись было следом за волком и тут же схлопотал локтём в нос от сумевшего высвободить свою руку Олега. – Уй!       Но Дарий слушать не стал, а рванул со всех лап к ритуальному залу, куда уже успел добраться Иван-Царевич, довольно долго проплутавший по замку, так что Лелю даже пришлось его немного направлять, чтобы тот в конце концов всё-таки добрался до него, а то мог и с концами сгинуть. Так что Волк успел как раз вовремя, чтобы увидеть их грандиозное и в тоже время безумно нелепое сражение.       Как только Царевич вошёл в ритуальный все входы-выходы сразу были перекрыты монолитными стенами… все кроме потайных, в одном из которых прятался волк, а в другом сам Лель. Колдун смотрел на то как Царевич шатается по ритуальному залу, отпинывая с дороги муляжи костей (вандал!), заглядывает во все художественно сделанные дыры и открывает колбы с разными зельями красочно расставленные по полкам на стенах. Нет, это всё конечно было ненастоящее, вместо зелий были разные безвредные настойки, да и ловушек в зале не было, всё это скорее использовалось лишь для создания антуража… Но всё-таки, какой же он, однако, идиот! Вот так вот, не задумываясь совать свой любопытный нос во все щели в Цитадели Великого Зла! Как он вообще сюда дошёл живым?!       Долго колдун не смог вытерпеть такого вандализма над собственным ритуальным залом, что был создан как раз вот для таких случаев, когда в Цитадель всё-таки забредёт какой-нибудь слишком инициативный борец со Злом, и рассчитан так, чтобы сила Кощея не причинила вреда родным и близким. И всё-таки Лель переживал за парней, как бы их ненароком не зацепило, а если учесть, что эта троица явно что-то замышляет, то тянуть с ритуалом не стоило.       Стоило только колдуну ступить в ритуальный зал, как по стенам растёкся кроваво-красный свет, делая зал ещё более зловещим, и выделяя ритуальный камень посреди него. Царевич тут же встрепенулся и развернулся к нему лицом, а Дарий замер, не в силах отвести взгляда от такого красивого Леля. Узкие брюки, сделанные словно из змеиной или даже драконьей кожи с крупными чешуйками, облегали настолько, что волк задохнулся от вида стройного тела. Кисти рук до самого локтя закрывали защитные наручи. А торс словно вторая кожа облегал жилет, для защиты на плечах и груди усиленный зачарованными вставками из чернённого серебра, от которых словно плащом развевалась за спиной колдуна Первородная Тьма. Она клубилась и обвивалась вокруг него, ластилась словно котёнок, его чёрные волосы, не заплетённые как обычно в косу, свободно развевались, и создавалось впечатление, что сам Кощей создан из этой Тьмы. Словно он и есть сама Тьма!       Лель взмахнул рукой и в ней тут же из Тьмы соткалось длинное копьё, со странным лезвием наконечника, больше похожим на косу. Колдун усмехнулся так по-злодейски, что Дария пробрало до костей, да так тряхнуло, что лапы подогнулись, и впервые за долгое время тело охватило сладкое возбуждение, но не физическое… нет, душевное. Оно трепыхалось где-то внутри, наполняя нутро радостным предвкушением и приятной истомой. За столько лет проведённых в теле зверя (не часто перекидываясь в человека, ибо это было чревато), он уже смирился что никогда больше не станет нормальным человеком, и начал привыкать к волчьей жизни, видимо поэтому сейчас так долго и не мог обернуться. Но в этот момент, смотря на такого сильного, такого властного и опасного колдуна, он вновь ощутил эту неуёмную жажду жизни, жажду быть человеком.       – Зачем пожаловал ко мне, человечишка?! – прогрохотал магически изменённый голос Кощея под сводами ритуального зала.       – Я… я пришёл вершить суд людской, – запнулся Царевич и чуть не выронил свой меч. – Долго ты глумился над русским народом! Пришла пора понести наказание!       Лель не стал тянуть с пустыми разговорами, а сразу перешёл в наступление. Он был прекрасен и смертоносен. Лёгкие, скользящие, словно танцующие движения завораживали и манили. Дария вновь охватило просто жгучее желание вновь стать человеком, вновь сжать в руках меч, почувствовать его тяжесть и… вступить в этот танец. И он бы уж точно был лучшим партнёром для спарринга, чем этот неуклюжий Царевич. Это недоразумение шарахалось и металось от ударов тёмного копья, как блоха, при этом умудрившись потерять меч. Но Дарий всё равно смотрел не отрываясь и боясь дышать, любуясь своим колдуном. Лель был прекрасен.       В какой момент Кощей оказался распластан на полу, поверженным и безоружным не смог сказать ни Дарий, ни даже сам Иван-Царевич. Просто в один взмах копьё соприкоснулось с рубахой Царевича, который уже и с жизнью попрощался, и Кощея тут же мощной волной Света откинуло прямо к алтарю да об него и шандарахнуло, так что злодей рухнул на пол практически без сил, не в состоянии подняться. Сердце волка в миг остановилось. И он даже не обратил внимание, что уже не один стоит в том потайном ходе. Рядом жалобно всхлипнул Олег, с другой стороны нахмурившись Данила поудобнее перехватил меч.       А Иван, даже не подозревая, какая над ним нависла опасность, в это время лихорадочно ощупывал себя в поиске на предмет повреждений, коих ни одного так и не нашёл. Но ведь странный посох должен был его убить. И вдруг Царевич нащупал за пазухой что-то овальное… Точно! Яйцо! Вот оно оказывается зачем!       Торжествующе достав сей чудный артефакт Царевич поднял его над головой дабы злодей видел свою погибель.       – Ах! Не губи меня, Иван-Царевич, не бей яйцо волшебное, там смерть моя, – взмолился Кощей, лихорадочно вспоминая нужные слова. Что же там дальше-то было? Внимательнее надо было читать инструкции, а не развлекать любовника старшего брата.       – Нет, Ирод! Не видать тебе пощады! Ты ответишь за все свои злодейства, – был непреклонен парень. Ещё немного и он станет настоящим героем, освободив Русские земли от зла. Царевич поудобнее перехватил хрустальное яйцо, собираясь со всей силой шандарахнуть его об пол… и чуть не выронил его, когда буквально из стены на него выскочил здоровенный серебристый волк.       – А, ну положи на место! – рявкнул Дарий, ощетинившись. – Аккуратно!       – Волк, ты что тут делаешь? – удивился Лель, забыв что вроде как корчится в смертных муках. – А ну иди отсюда, ты нам мешаешь.       – Совсем сдурел! – возмутился волк. – Он же сейчас разобьёт.       – Так он и должен его разбить, – пояснил как маленькому неразумному ребёнку колдун. – Он же царевич, борец за добро.       – А я вам не мешаю? – робко поинтересовался сам Иван, прижав яйцо к груди не зная что с ним делать.       – Нет, – отмахнулся Лель.       – Скройся уже, – рыкнул Дар. – И яйцо отдай.       – Постой пока в сторонке, мальчик, – тяжело выдохнул колдун, садясь поудобнее. – Дар, а ты иди погуляй пока. Как тебя Егор с Никитой вообще отпустили? Обещали же, что отвлекут.       – Это чтобы он тебя убил?! – разъярился волк, гневно сверкая фиалковыми глазами.       – Боги!... – обречённо простонал колдун, потирая переносицу. – Так, царевич, бей яйцо, живо.       – Ты дурак? – взревел волк.       – Я сказал бей! – непреклонно припечатал Лель.       – Но я так не могу, – растерялся парень, от того что на него напирают сразу и матёрый волк, и Кощей. – Вы же всё-таки живой человек…       – Блин! Ты больной что ли? Кощея жалеть? Ты же богатырь! Воин Света! – взвыл Лель, готовый уже самостоятельно разбить это треклятое яйцо. Но это противоречило инструкции.       – Да почему вы все об этом спрашиваете? – возмутился парень в сердцах.       – Положи яйцо, – строго сказал Олег, подперев бока. – Аккуратно.       Колдун в шоке вытаращился на появившуюся подмогу, не понимая откуда они все вылезли. Он же велел замку перекрыть все проходы, для их же безопасности.       – Солнышко, не лезь к ним, они сами разберутся, – пытался удержать его Никита.       – Тебе всё равно что ли? – возмущался паренёк, вырываясь из крепких объятий любимого. – Это же твой брат?!       – Милый, – попытался с ним ласково договориться блондин, но парень и слушать ничего не хотел. Он никак не мог допустить такого злодейства, тем более что колдун ему нравился.       – Вы что тут все делаете? – возмутился Лель, смотря как его старший брат пытается уговорить своего возлюбленного.       – Тебя пришли спасать, – ответил Данила выдвигаясь вперёд с мечом на изготовку, и ласково задвигая своего парня себе за спину.       – Зачем? – взвыл Лель, хватаясь за голову. – Царевич, чего стоишь как пугало на огороде? Бей яйцо, кому говорят!       – Только попробуй, – прорычал Дар, шерсть на загривке вздыбилась и волк прижался к полу, готовясь к атаке. – И я твои отгрызу.       Царевичу жутко не хотелось лишаться своих… э-ммм… несомненно очень важных частей тела, поэтому он прижал волшебное яйцо к груди как родное … (ну может и не груди, а чуток ниже, но точно к самому заветному…) и вылупил глаза на этот балаган.       – Так что мне делать-то? – расстроенно спросил он у всех сразу.       – Правду говорила мама: «Сына, будь спокоен. Иваны только прикидываются царевичами, а на самом деле все поголовно дураки!» Бей яйцо! Кому говорю!! – рявкнул Лель.       – Не смей! – взвизгнул Олег. – Это приказ!       – Не слушай их! – вклинился Никита.       – Загрызу! – рычал волк.       – Бардак, – ухохатывался Егор, вцепившись в широкие плечи Данилы, что порывался кулаками вправить мозги недалёкому царевичу.       – Нет! Ну я так не могу! – психанув, взвыл царевич со всей силы швыряя злополучное яйцо на пол. – Устроили тут ромашку: то – бей, то – не бей! Определитесь уже! Ой!       Но его причитания уже никто не слушал, все внимательно следили как яйцо с мелодичным звоном разбилось на мелкие осколки, и как оттуда заклубился чёрный дымок, сплетаясь в небольшую змейку. Она ненадолго зависла в воздухе, словно осматривая пространство вокруг и видимо найдя свою жертву ринулась к Лелю, вмиг обвиваясь вокруг него, она плавно поскользила вверх к его лицу. Все замерли затаив дыхание. А змейка тем временем, всего лишь на мгновение взглянув в глаза Кощею, в ответ полыхнувших красным отсветом, вползла… прямо ему в рот. Лель побледнел и упал на колени, задыхаясь, и схватился за горло, расцарапывая его ногтями в кровь…       – Я убью тебя!!! – зарычал ощетинившись волк и кинулся на неуклюжего царевича. Но тот не стал ждать когда его растерзает взбешённый волк и в мгновение взлетел на алтарь, откуда ловко подпрыгнув забрался на высокую балку, где и обосновался. Нет, ужином для этого волка переростка он становиться совсем не хотел.       Волк тем временем, изрыгая проклятия кинулся к магу, в прыжке перекидываясь в человека, поднимая с пола бессознательное тело и прижимая к своей груди. Олег рыдал обнимая Никиту, Данила выронил меч и пытался утешить смеющегося Егора, искренне веря, что у того просто истерика, вызванная столь ранней потери любимого брата.       – Прошу, не умирай, – молил Дарий. Впервые в жизни он испытывал столь сильные чувства к кому-то. И уж точно не хотел терять любимого человека. – Я люблю тебя, Лель. Вернись ко мне…       – Неужели мне надо было умереть, чтобы ты наконец-то обратился в человека? – хрипло прокряхтел Лель, задыхаясь в крепких объятиях оборотня. – И да, я тебя тоже люблю, но можешь меня уже отпустить, а то мне дышать нечем.       – Я тебя сейчас задушу! – прорычал Дар, уже сердито тряся мага. – Что это за представление было?       – Успокойтесь все, – рявкнул Никита. – Мы всё объясним.