Mistake

— Время всё меняет. — Так говорят. Но это неправда. Только поступки что-то меняют. Если нет поступков, всё остаётся прежним. © House

Эрик корил себя за то, что вчера так глупо и слишком просто ей удалось выпытать у него информацию, которую знали только пятеро человек. Он без сомнений знал, что она расскажет все брату, и уже на утро, возможно, его и след простынет. Но она не уйдет. Останется, потому что думает, что она для них важна. И Ошибка, черт ее дери, будет права. Хотя она важна только для него Джанин. Эрик знал всю нелепость своего поступка и даже рассчитал время, которое нужно ее брату, чтобы уйти бесследно. Он сейчас не важен. Даже будет лучше, если Фор уйдет, тогда Эрик больше не будет вторым. Лидер не знает, сколько выпил, прежде чем отдать приказ отряду. Возможно, две банки пива, если не считать бокал красного вина. Эрик никак не мог отделаться от мысли: что в ней такого? Обычная девчонка. Слишком юная, как для него… слишком юная. Ну почему она? Он не мог перестать думать о ней. Она везде. В мыслях, во снах, в страхах, в мимолётных видениях на улице. Черные, как вороньи перья, волосы, которые на ощупь, должно быть, очень мягкие и вкусно пахнут, серые глаза, которые меняют цвет в зависимости от освещения — они становятся то тёмно-синими, то светлыми. Стоит ему только в них взглянуть, и лидер забывает о том, зачем она ему сдалась вообще. Эрик заходит в комнату Фора, прямо за отрядом. Как он и предполагал его «друга» уже здесь нет. Только чье-то тело и прядь вороньих волос, что рассыпались по подушке из-под одеяла. Она ожидала их прихода, даже немного улыбнулась ему, когда они пересеклись взглядом. Или ему это только показалось. Чтобы он не говорил, но наиболее в ней ему нравилась ее улыбка. Мис редко улыбалась, но когда это случалось, ему казалось, что эта девчонка не так уж и безнадежна. Группа захвата разошлась по комнате, один из них держал ее на мушке, и Эрик сжал зубы от раздражения. Наверное, с завтрашнего дня этого парня в этом отряде больше не будет. Они обошли комнату, так ничего и не найдя, пытались поднять Мистейк с постели, от чего та выдернула руку из крепкой хватки мужчины в форме и презрительно посмотрела на лидера, мол, «Я и сама могу подняться». — Мне нужно в туалет, — слишком развязно сказала она; если бы Эрик верил в обмен телами — сказал бы с точностью до одного процента, что это и не Ошибка совсем. Он следует за ней, и как только она закрывает дверь в ванную комнату, он дает отбой команде и те уходят. Лидер дергает на себя ручку и заходит внутрь комнаты. Он подходит к ней настолько близко, что Мис чувствует его теплое дыхание на своем лице. Эрик прижимает ее к душевой кабинке, приподнимая за ягодицы вверх, она обхватывает его бедра ногами и чувствует на своих губах касание его языка. Он прижимается к ее устам своими, страстно исследуя каждую частичку ее рта языком, и чувствует на ее губах легкий отблеск улыбки. Эрик отрывается от бывшей неофитки. Смотрит в ее серые глаза и точно знает, что больше никаких претензий по поводу ее переезда он не услышит. — Ты нужен мне такой, Эрик, — шепчет она, все еще находясь прижатой к душу. Лидер уже не первый раз убеждается, что она ненормальная. Только такой может понадобиться такой, как он. Садист с не одним отклонением. Ненормальным мальчикам нравятся ненормальные девочки. — Я знаю, — отвечает Эрик, снимая с нее черный топ. Ему нравится смотреть на ее небольшую, обнаженную грудь. Нравится, чувствовать набухшие соски, это дает ему понять, что она все время врала о том, что не хочет связываться с ним. Мис не хочет связываться с хорошим Эриком. Вот плохой ей нравится намного больше. Чертова садистка, что отлично вписывается в его образ жизни. Лидер проникает под её юбку, рукой касаясь бедра. Девушка замирает. Слышно её сбитое дыхание. Такое же, как и его. Повеяло сладким, околдовывающим ароматом духов. Эрик нагнулся и накрыл губы Мис своими: ожесточенный поцелуй, почти укус. Он торопливо расстегнул ремень на брюках, стянув их немного ниже. Эрик впервые видел ее в юбке, и это до головокружения возбуждало его. — Ничтожная, — мужчина повел ладонь от бедра к ребрам девушки и задержал руку. — Я пока еще могу остановиться. — Я не хочу, чтобы ты останавливался, — ответила она. Мис корила себя за это. Только недавно девушка отвергала все его попытки сблизится с ней, а сейчас она отдастся ему в душе. И она была абсолютно права, ведь только Макс смог бы оторвать его сейчас от нее. Смог бы охладить его пыл и напомнить, для чего она нужна им на самом деле. Но он больше не хочет покорятся его правилам. Эрик сам по себе. Эрик не отрицал, что возможно, это был один из лучших моментов в его жизни. Он уже давно не получал такого наслаждения от секса, и только сейчас понял, что это был не просто «перетрах».

***

В обед столовая набита под завязку. Ей нравится, что бесстрашным не приходится платить за еду. Мис отпивает черный кофе из металлической кружки и впервые за полнедели с того момента, как Фор ушел, задумывается о судьбе брата. Куда он подался? И только мерзкий червяк подъедает её сердце, говоря, что Тобиас вернулся к матери, ища там пристанище. Еще в первый день заметили и отсутствие Трис. Особенно хорошо это заметила Лиса. И Мис уверена на сто процентов, что именно она рассказала об этом Эрику, после чего Ошибка еще полчаса выслушивала лекцию о том, что она несерьезная и совсем уж ничтожная. — Будешь картошечку? — обращается к ней Логан, и Мистейк благодарно улыбается. Уже две недели она терпеть на вид картошки не может. И на силу поддерживает баланс пищи, чтобы не отставать от остальных на тренировках. — Так ты теперь живешь у Эрика, да, Мисси? — спрашивает парень с темными волосами и татуировкой на левой руке в виде пениса. Мис часто проводила параллели: или он очень отважный, что решился на такое, или очень тупой. — Скорее нахожусь под круглосуточным присмотром, Алекс, — усмехается Мис, и понимает, что им не нужно знать всю правду их с Эриком времяпровождения. — После того, как Трис ушла, нас с Крис взяли под особый присмотр, — врет она, и не понимает, почему у ребят нет сомнений по поводу ее слов, ведь Кристина спокойно живет у себя в комнате, и не имеет проблем с лидерами. — Так Убогая была дивергентом, раз ушла? — приглаживая синие волосы, спрашивает Рос и внимательно смотрит на ее выражение лица. И Мис благодарит судьбу за то, что парень рожденный в бесстрашии, а не искрений. Не поймет, если девушка соврет. А врет она последнее время очень много. — С чего ты взял? — нервно спрашивает она, ведь никто не знает об охоте. Никто кроме лидеров. И ее. Рос замялся. На его лбу выступили морщины и он облизал пересохшие губы. Значит, как подумала Мис, он тоже знает. — Да так, просто предположил. Из-за чего же еще бежать? — засмеялся он и обнял Логан за талию свободной рукой. Из них получается хорошая пара, и Мис больше чем уверенна, что их разделят в разные отряды. Ведь только так Лион и поступает. Воспитывает одиноких волков, которые должны рассчитывать только на себя. — О, смотри, кто к нам идет! — отмечает Алекс и указывает на главного героя мыслей Мис. Лион как всегда красив и ухожен. Возможно, она бы даже влюбилась в него. Если бы могла. — Итак, бездельники, — пожав всем руку начал он, — сегодня ваше обучение заканчивается. Они обмениваются удивленными взглядами и встают из-за стола, следуя за тренером. Он ведет их в северную часть Бесстрашия и пропускает за светлую дверь, где уже стоит полно народу. Все в отличной физической форме, некоторые со шрамами, кто на руках, а кто на лице. На минуту в Мистейк закралось сомнение по поводу ее выбора, ведь девушка уже давно поняла, что без травм с задания практически не возможно вернуться. А в больницу попадать она очень не хочет. — Что случилось, Лион? — спрашивает Логан. На подготовку оставалась еще одна неделя, которую ребята хотели провести вместе, чисто символически, ведь каждый понимал, что они будут в разных отрядах. — С сегодняшнего дня начинается ваша работа. Вчера было сбито четверо штурмовиков и трое разведчиков. Вы понадобились скорее, чем должны были, — говорит он, направляется к людям в черной форме и с оружием на руках, — Логан — отдел «Рейх», Алекс — твой «А», Рос — ты отправляешься в «Иствуд», а Мис со мной в «Форест», — Лион краток, как и всегда. Он указывает каждому на его отряд, что состоит с семи человек, и впервые они расходятся каждый в своем направлении. Больше нет тренировок. С этого момента начинается настоящая жизнь. Они идут по долгим коридорам, Мис успевает заметить, что в их отряде две девушки, не считая ее самой. Она пытается предположить возраст коллег и понимает, что всем им больше двадцати. Почти у каждого можно по лицу прочитать, что им не нравятся новички, потому что те каждый год появляются в их команде, заменяя их же друзей. Лион отдает ей пистолет и говорит, чтобы Мис сунула его за ремень черных штанов. Затем одевает на нее бронежилет, будто она никчемная, жалкая маленькая девочка, что не может справится с самым элементарным. — Что ты так печешься о ней, Зверь? — говорит девушка лет двадцати двух. У нее на шеи такие же прямоугольники разных размеров, как у Эрика, и Мис может предположить, что они были знакомы очень долгое время. Или просто ей захотелось такую же татуировку, как и у лидера. Что исключено априори. — Завидуешь? — вырывается у Мис. Ее бесят эти прямоугольники на шее кареглазой и она любым способом узнает, откуда у нее они. Девушка лишь закатывает глаза, и Ошибка, собрав автомат, следует за мужчиной с очень крепким телосложением. Для нее это все в новинку. Она не знает, на что рассчитывать, на кого можно полагаться. И можно ли вообще? Шустрый, позывной одного из отряда, и, как поняла Мис, — их командира, раздает приказы, рассказывает план действий, которому они должны следовать. Их объектом было разрушенное войной здание, где поселились вчерашние убийцы. — Заложников не брать. — на его лице три шрама — явно от пуль. — Новенькая, Зверь и Шрам с черного входа, — мужчина кивает головой и они выполняют задание. У каждого в ухе наушник. Это совсем не нравится Мис. Она не привыкла слышать еще один голос у себя в голове. Они направляются к черному входу, и Мис замечает еще одну дверь, пытаясь сообщить об этом по наушнику. Но, черт возьми, новенькую никто даже не слушает. Иногда Ошибка бывает расчетливой и своевольной. Она отделяется от группы, чего никто не замечает, и проникает в здание с еще одного входа. Идет по темному коридору, пока не слышит первые выстрелы. Штурмовики уже в здании. Она бежит на звук стрельбы, и видит, как один с изгоев бежит ей на встречу. Впервые ей не жаль их. Убийц, что выживают лишь за счет других. Не такие, как когда-то были они с Эммой, что зарабатывали все честным трудом. Тяжело, но выживали. По полу растекается красная лужа крови, и Мис начинает тошнить, слышно выстрел за выстрелом, и она, переборов себя, выходит на открытую местность, где видно, что один из их отряда мертв, а ко второму приставлен пистолет. Мис появляется неожиданно, будто из неоткуда. Выбивает пистолет у него из рук, случайно уронив автомат. Но ей это не страшно. В рукопашном бое девушка знает толк. Она валит изгоя на землю, наседая всем телом, наносит удар за ударом, пока не чувствует, как больно острие ножа впилось ей в плечо. Девушка теряет на миг контроль и чувствует, как изгой пытается побороть ее, навалившись своим телом. Мис вытаскивает нож из плеча и, ударив снова, проводит острием по горлу афракционера. По ее лицу стекает его еще теплая кровь. Ей противно. А еще она боится, что это еще не конец. — Эй, девчонка. Ты как? — голоса кажутся совсем отдаленными, протерев глаза от бордовой жидкости, она видит над собой ту самую кареглазую девушку с татуировками своего лидера. Возможно, сейчас она готова убить и ее. — Нормально, — отвечает Мис и пытается встать. Плечо будто проткнули длинной иглой. Она ненавидит травмы. — Эй, Зверь. Новенькая просто чума. Видел, как она его в рукопашную завалила, — смеется кареглазая и подает Ошибке руку. — Я Сова, кстати, если тебе интересно, — говорит та и подходит к остальной команде. Они смеются, и Мис впервые замечает, что они совсем не угрюмые, как ей показалось раньше. Каждый со своими скелетами, но все как один верны своему делу. Настоящие Бесстрашные. — Чума, так Чума. Хороший позывной, Сова, — Шрам, мужчина лет тридцати с белыми, как снег, волосами пожимает руку Мис. — Приветствуем в команде. Они решают зайти в придорожное кафе, где работают афракционеры. Никто не был так запачкан кровью, как Мис. Это было ее ошибкой. Не допускай контакта с изгоями — это может иметь фатальные последствия. Все взгляды были обращены к ней, поэтому она первым делом ушла в уборную. Холодная вода, что лилась из крана, резко превратилась в красную. На ее лице скоро появится гематома, а плечо ужасно ноет. Но это только добавило ей уверенности в том, что теперь она по-настоящему Бесстрашная. Кое-как перемотав плечо, она вернулась к остальным, где познакомилась еще с Невидимкой и Спартаком. Первая имела короткую стрижку, серые волосы и голубые глаза, а второй длинные черные волосы и шрам на губе. В бесстрашие вернулись они под утро, где успели как раз на завтрак. Ее предыдущая команда подготовки все еще сидела вместе, и она не стала изменять этой традиции. Улыбнувшись на прощание отряду, Мис пошла к ребятам, что бурно делились своими эмоциями. Логан больше не сидела в обнимку с Росом, все уже давно поняли, что будущего у них больше нет. Алекс очень хотел спать, иногда ему казалось, что все это нереально и это просто сон. Но пару раз ущипнув себя, парень понял, что он в чертовой реальности, где он будет спать только шесть часов в день. — Что у тебя с плечом? — спросила Логан, откинув волосы назад. — Изгой поранил, — отвечает та и, выпив кофе, как это всегда делал с утра Фор, ушла в комнату Эрика, где теперь находились ее вещи. Он уже давно ждал ее появления, и никак не мог подумать, что Ошибка появится только на утро, вся перепачканная в крови. Как он думал, в своей крови. — Какая же ты никчемная, черт тебя дери, — он подошел к ней и свел брови к переносице. Ему не нравилась эта картина. — Иди в медицинское крыло. — Это не моя кровь, Эрик. Меня только немного задело, — в ее глазах читалось такое изнеможение, что он впервые не стал спорить с ней. — Я иду в душ, потом договорим. Лидер кивнул и ушел прочь, все еще гадая, почему между изнеможением проскользнула прохлада. Он еще никогда не видел в ее глазах презрения, и только зайдя в столовую он заметил того человека, что теперь стал ему безразличным. Сова. Пташка, что видит во тьме. Зрячая девушка, что набила его тату себе на шее. Есть только еще одна дура, что способна на такое. Но она этого не сделает. Потому что Эрик прекрасно знал, что Сова с Ошибкой уже встречались. Прохладный душ не оставил места на сон. Она была опять полна сил, и только боль в плече давала о себе знать. Он пришел как раз к тому времени, как она одела брюки и, обнажив верх, стала промывать рану. Возможно, нож был заражен, и она потихоньку будет умирать внутри. — Говоришь, не твоя кровь, никчемная? — в его глазах столько язвительности, будто она попала опять на первый этап. Эта высокомерность ее скоро убьет, возможно, даже скорее, чем инфекция. Если она есть. — Что это за девушка с такими же тату, как у тебя? — равнодушно отвечает она и пытается дотянуться, чтобы зашить рану. — Ревнуешь? — слишком высокомерно спрашивает он и забирает у нее из рук иглу с ниткой, садясь сзади. Тепло его пальцев соприкасается с ее холодным телом, и Мис вздрагивает. Ей хочется поцеловать его, но она ничего не собирается делать, пока он не расскажет ей о Сове. — Нет, — так же безразлично отвечает она. Ей больно от острия иглы, что каждый раз вновь впивается в ее плоть. Она хочет выпить чего-нибудь крепкого, но пообещала Рэю, что завяжет с этим. А обещания она сдерживает. — Не понимаю, о чем ты, — так же безразлично отвечает он, делая аккуратный шов, и накладывает сверху белую повязку. — Тебе все равно нужно будет сдать анализ крови, — шепчет он. Эрик никогда не признает, что переживает за Ошибку. Девчонку, которую он изнасиловал на первом этапе. Она оборачивается к нему лицом, обнажив грудь, которую он столько раз видел. Кладет руки на его плечи и легонько касается его губ. Затем перекидывает ногу через его две и садится верхом. Скользит по шее, обрисовывая каждый кубик тату языком. — Что ты творишь, Ошибка? — спрашивает он, закрывая от удовольствия глаза. — Меня сводит с ума то, что я ничего о тебе не знаю, хотя ты обо мне знаешь все. Ты приходишь, мы занимаемся сексом, и ты опять уходишь. Заставляешь влюбиться в тебя, а потом исчезаешь за стенкой хладнокровия и неизвестности. Мне надоели эти игры, Эрик, — она тяжело вздыхает и нежно поцеловав в губы, встает с его ног. Одевает темный топ, сморщив нос от боли в плече. Забирает с тумбочки пистолет, положив в кобуру, что подарил ей Лион. Как же ей надоела эта драма, когда все идет хорошо, а затем, словно в сопливом фильме для подростков, они ссорятся, а за несколько дней снова мирятся. И так продолжается раз за разом. Он ревнует ее, она его. Ей хочется блевать от этого. В прямом смысле этого слова. — У нее не мое тату, — говорит лидер, обернувшись к ней спиной. Он и сам не знает, зачем рассказывает ей это. Она же просто очередная девчонка, которую он целовал. Она оборачивается спиной к двери и подходит ближе, садясь на стул около кровати. Внезапно она понимает, сколько же девушек прошло через кровать, на которой сейчас она видит сны и чувствует его теплую руку на своем теле. — Это у меня ее, — Эрик оборачивается к Ошибке лицом и придвигает ее стул вместе с ней ближе к себе. Тянет за руку, чтобы она села около него, и ложится на кровать. — Расскажи мне, — говорит она, прищурив глаза. Она видит, что это был не просто секс. Он любил ее. Возможно, это и была девушка, которая разбила ему сердце. — Сова была урожденной Бесстрашной, мы вместе проходили инициацию. Тогда еще не было разделения между урожденными и переходниками, — он остановился, вспоминая все события того периода. Вспомнил, как впервые влюбился, преследовал, поцеловал ее, пока они были в душе. Но теперь на его лице не было никаких эмоций. Ни жалости, ни теплоты. Пустые глаза, как и новая страница жизни. Детская влюбленность, из которой он давно вырос и забыл. — Ты целовал ее так же, как и меня? — спрашивает она и ложится рядом, хотя и на небольшом расстоянии. В глаза бросаются татуировки, что будут преследовать ее не только на его теле. — Нет, — отвечает он. Лидер был мальчишкой. Его поцелуи были легкими, бесстрастными. Ошибка была третьей, кого он целовал в своей жизни. Эрик не признает. Но только ее он целовал искренне. — Ты целовал Лис? — внезапно спрашивает она, больше не интересуясь Совой. Ее больше волновала девушка, что одолела ее в неравном бою. Та, которую она не раз видела выходящую из его комнаты. Эрик оборачивает к ней голову и ехидно улыбается. Лидер издает звуки, отдаленно напоминающие смех, и опять переводит взгляд на потолок. — Я целую только тех, кто мне не безразличен, Ошибка, — отвечает Эрик и переводит взгляд на часы. Он опоздал. Джанин ждет его уже около получаса. Сейчас она опять посмотрит на него своим осуждающим взглядом, и он, как ребенок, будет просить извинения. Чего Эрик не терпит. — Куда это ты? Мы не договорили, — спокойно говорит Мис, когда видит, как Эрик срывается с кровати и, схватив ключи, идет к двери. — У меня дела. Потом договорим. — холодно отвечает он и уходит. — Займись пока своими делами. И она займется. Тем, что уже давно планировала. Все уходят на обед. Она знает, что Лиса сегодня выходная. Давно разузнала ее график, пока еще была на тренировках с Лионом. Ее учили быть незаметной, она такая и есть. Мис находит в комнате Фора тот остаток трубы, которым он будил их каждое утро. Она знает, что брат бы не одобрил ее поступка, но его сейчас здесь нет, он никак не возразит против такой идеи. Ошибка видит, как Лис выходит из своей комнаты. Становится ее тенью, идя за девушкой по темным коридорам. Они доходят до пропасти. До той самой, на которой Лиса ее чуть не убила. Девушка будто ощущает мысли Мис и оборачивается в тот момент, когда Никчемная заносит трубу для удара. Лиса падает на землю у самой пропасти, свисая головой над ней. Здесь совсем пусто и Мис знает, что ее жертве некому помочь. — И как тебе, нравится? Получать металлической трубой по ребрам? — Ошибка сдавливает ей горло одной рукой, а второй наносит удар по челюсти. Сейчас она в минусе. Выбрала совсем неподходящее время. Она слишком устала после первого задания. Лиса блокирует ее второй удар и пытается скинуть себя. Бьет рукой ей в живот и сжимает плече той руки, которой Ошибка сдавливает ее горло. Лис находит ту рану от ножа и, впившись в нее, слышит тихое рычание от боли. Возможно, она опять победит. — А тебе нравится? Опять проигрывать? — смеется Лиса кровавыми зубами и еще больнее сдавливает рану. — Ты даже не представляешь, как, — с улыбкой отвечает Мис. Она дотягивается до металлической трубы, что Лиса откинула в сторону и, сжав ее в руке, отправляет соперницу в мир приключений вместе с морфеем.

***

Лиса чувствует боль в районе челюсти. Эта сумасшедшая точно сломала ее. Пытается дотянуться руками до рта, но грубые веревки больно впиваются в кисти. Она открывает заплывшее веко и видит перед собой Никчемную, причину ее ненависти. Объект, который она должна была вывести из игры на некоторое время. — Ты еще никчемней, чем это представляет себе Эрик, — Лиса сплевывает кровь, видя, как Ошибка заканчивает зашивать рану, что она «попорола». — Притащить меня в комнату лидера, это же надо иметь мозги, — Лис заливается хриплым смехом на грани истерики. — Теперь это и моя комната тоже, — обернувшись, говорит Мис. Она надевает черную футболку, чтобы скрыть будущие пятна крови, и подходит ближе к Лис. Сдавливает ее челюсть большим и указательным пальцем, а затем бьет по лицу кулаком. Теперь уже рыжие волосы Лис закрывают ее лицо, и девушка только смеется. Складывается ощущение, что еще немного, и она заплачет. — Расскажи мне, на кого ты работаешь. И я отпущу тебя. Обещаю, — тихо говорит Ошибка, ведь силы кричать у нее больше нет. Да и вообще сил у нее уже нет. Она слишком устала, пока тащила на себе тело Лисы. — На себя, — говорит она и получает очередной удар по лицу. Скоро оно будет похоже на ягоду малины. — Будешь говорить, или идем по-плохому? — спрашивает Мистейк и ужасается. Она становится им. Бездушным убийцей. — Я не собираюсь тебе ничего говорить. То, что ты живешь в комнате Эрика, еще не значит, что тебе все позволено. Он трахает тебя, как и остальных его шлюх, включая меня, — говорит рыжеволосая и смотрит на реакцию соперницы. Но Мистейк невозмутима, будто уже привыкла к этим словам. Хотя, по правде говоря, она таки привыкла слушать о похождениях ее лидера. — Знаешь, Лис, — Мис берет стул и придвигает его к девушке. Садится на него и пристально смотрит в глаза, чтобы понять, зачем ей все это. Что ей предлагают взамен, чтобы она терпела? — Я поражаюсь тебе. У тебя все карты в рукавах, но ты все так же тупо продолжаешь делать то, что тебе прикажут. Ты можешь шантажировать их, но вместо этого хочешь заполучить Эрика, который никогда не будет твоим. Что они тебе предложили? — Ошибка смотрит серыми, холодными глазами на девушку, немного повернув голову набок. — Деньги? Место лидера? …Или может одного из лидеров? — будто догадавшись в чем дело, Мис улыбается, когда видит, как при упоминании последнего у Лисы начали бегать глаза. Девушка хмыкает; неужели влюбленным людям настолько сносит крышу? Да. Она и сама это прекрасно знает. Иначе сейчас бы Лиса не сидела в комнате Эрика, который может прийти с минуты на минуту. Что она хотела доказать себе? Что при виде связанной Лисы Эрик пойдет спасать ее? Или что смерит ее одобрительным взглядом и не будет мешать? .. — Я уступлю его тебе, Лиса, — Ошибка говорит осторожно, тщательно скрывая ложь за безразличием. Она никогда в жизни не отдаст его ей. — Если только ты расскажешь, кто виноват в смерти Рэя. Я ведь знаю, что ты знаешь, кто это сделал. — Почему я должна тебе верить? — с ухмылкой спрашивает бесстрашная и смотрит на уставшую соперницу. Если Лис дотянется до ножа, что находится в метре от нее, она с легкостью сможет выбраться отсюда. — А ты не должна. Просто иначе тебе от сюда живой не выбраться, — говорит Мис и достает из комода небольшой сверток. Она раскладывает его, и Лис замечает, что это совсем не бытовые предметы. Скорее всего, Ошибка нашла это у Эрика. И теперь будет заниматься тем, чем лидер занимался на протяжении своей карьеры. Ошибка будет пытать ее. Мис вытаскивает плоскогубцы, и подходит к рыжеволосой, садится на стул около нее и сдавливает челюсть, чтобы та открыла рот. — Ты этого не сделаешь, — смеется Лиса и на ее глазах появляются слезы, ведь она хорошо знает, как та относилась к Рэю, при убийстве которого она пошла соучастницей, после того, как обезвредила Мис. — Нет, не сделаю, — девушка выдыхает и откидывает плоскогубцы подальше. Она не Эрик. Не может с той хладнокровностью причинять долгое мучение. — Но убить тебя безболезненно могу, — шипит Мис и вытянув с кобуры пистолет — приставляет к виску Лисы. Она чувствует, как бьется пульс на ее тонкой венке, что выскочила на шее, и Мис пытается не растерять последнее мужество. Она встает со стула, и спускает предохранитель. Последний вдох и Мис готова нажать на курок. — Стой! — орет Лиса и девушка вздрагивает, но все еще не спускает пальца с курка, — Это афракционеры, — говорит она, и Мис опускает руки, чувствует, как падает ее пистолет на пол и сама еле держится, чтобы не упасть рядом. — Повтори, — шипит она. — Это бесфракционники. Им нужна ты, но чтобы ты ушла на их сторону, ты должна была поверить, что я работаю на Джанин, — плачет Лиса, и Мис не сдерживает себя, чтобы не врезать ей со всем силы по лицу. — Ты врешь, врешь, врешь! — кричит она, нанося удар за ударом, пока не чувствует как крепкие руки оттаскивают ее от полуживого тела бесстрашной. — Пусти меня, сукин ты сын! — кричит она, попытавшись высвободится из его хватки, ведь она прекрасно знала его запах и объятия. Не было сомнений, что это Эрик, который только что спас жизнь этой… никчемной. — Успокойся, Мис, — говорит он, когда чувствует, как девушка ударяет ему локтем по лицу и дает под дых кулаком. Она больше не чувствовала боли в плече. Она больше вообще ничего не чувствовала. Ее опять кинули. Обвели вокруг пальца те, кому она наибольше доверяла. Убили того, на кого она могла положится в то время, когда все от нее отвернулись. Мис была больше чем уверена, что за всем этим стоит ее мать. Биологическая сука, которая породила то дерьмо, что сейчас вырывается из крепких рук лидера. Ошибка еще раз ударяет его по лицу, и руки лидера на минуту ослабляются, что дает ей шанс уйти. Костяшки на ее руках сбиты, в висках пульсирует кровь и единственное, что она видит перед собой — это дорога к штабу изгоев. Та, что когда-то давно показывала ей Эмма, когда говорила, что туда попадают лишь избранные. Такие, как ее мать. Никчемные существа, как и она сама. Он чувствует боль на лице и лишь успевает заметить ее тень у двери. Эрик не собирается останавливать Ошибку, но в состоянии аффекта, она может натворить глупостей. Лидер слышит тихий плач Лисы и подходит ближе, склоняясь над ней. Замечает на комоде его инструменты и ехидно улыбается, заметив, что на жертве она ни одного так и не использовала. Слишком слабохарактерна. — Помоги мне, — говорит Лис, — и смотрит на него измученным взглядом. Эрик замечает, что Ошибка хорошо над ней поработала, но не упускает возможности самому допросить ее. — Нет, дорогая, — растягивает слова он и садится на стул около Лисы. — Сначала мы с тобой поговорим, — ехидно улыбается он и берет в руки сверток, которым так и не воспользовалась Мис.