Триал

Зеленый сектор представлял собой кусок малопроходимого леса. Зрители располагались сверху, чтобы видеть все происходящее среди деревьев. Он был не менее опасен, чем красный, и тут тоже стоило уповать не только на себя, но и на удачу. Триалу предстояло отыскать и взять живьем тигроса. Этот огромный зверь напоминал домашнего кота, только весил почти сто килограммов. Его зелено-серая шкура обеспечивала отличную маскировку, а когти и клыки были прекрасным оружием, тем более, что альфам запрещалось брать с собой что-либо из вооружения, кроме коротких палок и веревки. Зверя следовало выследить, загнать, и связать. Не убивать! Причем все это делали два триала одновременно, а тигрос был только один. Распорядители в этом секторе не утруждали триалы временными ограничениями, а себя – объявлением победителя. На памяти Эрдана еще ни разу не было такого, чтобы хищник не покалечил или не убил какого-нибудь бедолагу, а то и нескольких, так что десяток триалов после зеленого сектора отсеивались по причине неполной комплектации. Триал Эрдана нашел зверя по яростному рыку. Вторая команда оказалась более удачливой – они загнали тигроса первыми, но за свое везение расплатились прокушенной рукой одного из своих альф. От двух оставшихся тигрос вполне успешно оборонялся, так что Эрдан, переглянувшись с Линаром и Наго, принял решение помочь им. Впятером они быстро скрутили зверя, после чего триал Эрдана оставил тигроса тем, кто первым нашел его, и, пожелав удачи, ушел. Сами они не были ранены, если не считать небольшой царапины на руке Наго, чуть ниже локтя, а вот сможет ли триал противников продолжать участвовать в играх – непонятно. Если рана альфы окажется серьезной… — Н-да, ребятам может не повезти, — высказал общее мнение Линар, Эрдан согласно кивнул. Он поэтому и не стал настаивать на совместном представлении добычи бетам-распорядителям. Они свою победу уже одержали, поучаствовав в поимке зверя и покинув сектор без повреждений. Это им и так зачтется. Конечно, бывали тут раньше и такие триалы, которые предоставляли поимку зверя другим, а потом первыми покидали сектор, чувствуя себя победителями. Таких умников сразу же изгоняли с арены, с запретом участвовать в турнирах в течение трех сезонов. После пары подобных случаев желающих смухлевать не стало, а если вдруг и появятся... что ж, беты-распорядители здесь тоже клювом не щелкали. Когда триал Эрдана покинул сектор, у выхода их поджидал проводник. Бета, дружески кивнув, улыбнулся. Он явно одобрял решение, принятое ими. — Хорошо потрудились. Поздравляю. А теперь вас ждет голубой сектор. Арена с голубым песком стала для триала Эрдана небольшой передышкой. Здесь, как и в фиолетовом секторе, им предстояло показать свою меткость. Арена была разделена на три полукруглых сектора, так что триал выступал одновременно, а меткость проверяли не стрельбой из луков, а метанием всего, чем только можно было поразить цель. В каждое отделение входила одновременно пара альф разных триалов. Оружие, которым им предстояло действовать, было разложено на специальной линии. Заходить за линию строжайше запрещено. Коварство заключалось в том, что мишени вылетали с разных сторон, появляясь всего на одну-две секунды. Шестеро альф заняли свои места. Перед каждым лежали по пять метательных ножей, по одному боевому ножу с зазубринами по верхнему краю, и шесть метательных звезд разной величины. Прозвучал гонг, и появилась первая мишень. Эрдан начал со звезд, потом в ход пошли ножи, а когда предпоследняя цель была поражена, случилось то, чего Эрдан не ожидал. Метнув нож, его противник неловко оступился и, чтобы удержать равновесие сделал шаг в сторону, толкая Эрдана. К счастью, тот успел отправить в полет последний метательный нож и свою цель поразил, но его неловкий соперник умудрился пнуть стол, на котором было разложено оружие так, что боевой нож отлетел за линию. Альфа, конечно, извинился, но исправить содеянное было невозможно. Зайди Эрдан за линию – и будет удален с турнира как нарушивший правила, а если он не поразит последнюю цель, неважно по какой причине, то потеряет баллы, а возможно и победу. Решение родилось мгновенно. Перед тем, как Эрдан отправился на арену в поисках своего счастья, правитель Оур преподнес ему подарок – короткий превосходный меч. Им было очень удобно сражаться в толпе или в лесу, где большим и громоздким оружием не слишком-то размахнешься. Поскольку данный меч считался именным оружием, альфе позволили не снимать его даже на арене. Выхватил меч из ножен Эрдан метнул его в цель, сумев не просто ее поразить, но и расколоть сильным ударом. Только потом он понял, что сделал и, если честно, струхнул. За такое нарушение вполне могли наказать, а значит, он подведет альф своего триала. На дрожащих ногах Эрдан направился на выход, неловко отводя взгляд от своих товарищей. Знакомого беты не наблюдалось, а потому триал Эрдана остался стоять у входа. Бета появился через несколько минут, держа в руках короткий меч Эрдана. — После небольшого совещания, принято решение допустить вас к дальнейшему участию в турнире. Идемте, желтый сектор ждет. С облегченным вздохом Эрдан принял из рук беты свое оружие, и пока они шли к следующему сектору, поведал товарищам о том, что произошло на состязании. — Это все не случайно, — констатировал хмурый Линар. — Сейчас я тоже так думаю, но доказательств у нас нет. — Ничего, — Наго злорадно улыбнулся, — мы с ними встретимся на последнем этапе, тогда и поквитаемся. Если, конечно, они не вылетят раньше. Желтый сектор встретил их слепящим светом ламп и горами горячего песка. По всей территории размечены дорожки, по которым им предстояло бежать. Каждому необходимо преодолеть по три тысячи парров, причем следующий альфа мог начать движение только тогда, когда предыдущий участник забега достигнет финиша и коснется рукой его плеча. Эстафета! В этом секторе на линию старта (он же финиш) выходило по три-четыре альфы из разных триалов. Именно здесь, в желтом секторе, подлянки от противников стали традицией, так что редко кто достигал финиша, не вывалявшись в песке. Эрдан падал несколько раз, но сам противников не толкал и не ставил подножки, считая такое поведение ниже своего достоинства. Линар и Наго оказались не так щепетильны, особенно после того как сами улетели носом в песок, но никаких серьезных нарушений с их стороны не было, по крайней мере драк они не затевали и никого не покалечили. Второе место среди четырех участвовавших в забеге триалов позволяло им, после освежающего душа и получасового отдыха, пройти на следующий этап. Салатовый сектор вновь свел их с лошадьми. На этот раз все было одновременно проще и сложнее. Каждому члену триала предстояло верхом на коне поразить копьем цель. Маленькие кольца, не более ладони величиной висели на тонких веревочках вдоль скаковой дорожки. Пятнадцать колец нужно было нанизать на острие копья. Располагались они на разной высоте, крутились и вертелись, так что приходилось быть внимательным, расчетливым, ловким и быстрым. Кроме баллов за каждое пойманное кольцо, к сумме прибавлялись очки за время, которое было потрачено на сбор колец. Салатовый сектор заставил Эрдана поволноваться. Он, как и Наго, собрал все кольца, да и время оказалось хорошим, а вот Линар немного подвел. Он не смог поймать три самых сложных кольца, так что триал провел томительных полчаса, ожидая вердикта распорядителей и успокаивая расстроенного Линара. К счастью, нашлась более слабая команда, которая и заменила их в комнате для проигравших. Когда бета появился в дверях с сообщением о том, что они могут идти к последнему, черному сектору, Эрдан готов был расцеловать его, как родного. Честно говоря, он подозревал, что этот бета болел и переживал за них. Наверное, они ему нравились. Много позже Эрдан узнал, что это ожидание тоже было частью испытания. Рассорься они тогда, обвиняя друг друга в проигрыше, и ни о какой слаженности в работе триала не могло бы быть и речи. Не поддерживающие друг друга альфы просто не могли быть командой, а значит, не нужны омеге. Единение, способность довериться, подставить плечо и быть опорой для семьи – это было одним из важнейших критериев хорошего альфы. Черный сектор встретил их тишиной и… темнотой. Полоса препятствий представляла собой лабиринт с ямами, замаскированными водными колодцами, тупиками и почти непреодолимыми завалами. Ориентиром служил слабый, тоненький лучик, обозначающий выход из лабиринта. Света он не давал, но примерное направление по нему можно было определить. И опять все решало время. Когда триал Эрдана, ступил в лабиринт, перед альфами встал выбор из трех открытых проходов. — Мы должны решить в какой идти. Свет горит прямо впереди, но это не было бы лабиринтом, если бы все было так просто. — Все равно куда, лишь бы не разделяться, — высказался Линар. — Слева идет какой-то странный запах, словно тухлятина какая-то там лежит, — фыркнул Наго. Эрдан посопел, ничего подозрительного не унюхал, однако за свою недолгую жизнь он научился доверять неясным предчувствиям и чужим предостережениям: — Тогда идем направо. Коснувшись рукой стены, чтобы не потерять ориентиры, Эрдан поморщился, когда пальцы задели поросль влажного мха. Скользкий и холодный, он был неприятен, но никаких болезненных ощущений не вызывал, а значит, можно было спокойно двигаться вперед, не обращая внимания на эту мелкую пакость. Через несколько парров проход, по которому они шли, сделал поворот, и пол под ногами у альф резко опустился, и они оказались по колено в воде. Эрдан упрямо шагал во тьму, не отрывая руку от стены. Наго положил свою ладонь на плечо брата, а тот в свою очередь держался за Эрдана. Так гуськом, прислушиваясь и принюхиваясь, они осторожно продвигались вперед. Следующим препятствием оказался завал, через который им пришлось пробираться, помогая друг другу. Потом – узкий лаз, приведший к раздваивающемуся коридору, и снова альфы, поколебавшись, выбрали правую сторону. Развилки, полотна липкой паутины, ямы, невозможно узкие и низкие щели, через которые приходилось протискиваться ползком, оползень, из которого откапывали Эрдана, тупики, из которых возвращались назад, тяжелый, застоялый воздух, только подзадоривали триал двигаться быстрее. И когда луч света вырос у них на пути, обозначая выход из лабиринта, Эрдан даже не сразу понял, что черный сектор они прошли. — Поздравляю! — Рядом, словно из-под земли, вырос их бета. — Вы прошли все отборочные туры. Осталось самое сложное – серый финальный сектор. Следуйте за мной. В сером секторе Эрдан был только один раз – зрителем, когда Атау, его омега-папа, выбирал себе новый триал. Тогда его больше всего поразил огромный стеклянный купол над головой, так что он больше смотрел на небо и облака, медленно проплывающие над ними, чем на арену, где сражались альфы, завоевывая благосклонность омег. Теперь же, лично оказавшись на арене, Эрдан был поражен ее размерами. Металлический пол и прозрачные стены, за которыми четко была видна всякая публика, вызывали оторопь. Он, конечно же, знал, что на каждом из секторов были зрители, но там они были скрыты от взглядов альф, а здесь ему представилась возможность взглянуть в ответ. У Эрдана по спине проскакал табунок мурашек. Столько внимательных глаз разглядывающих и оценивающих… Было от чего нервничать, особенно когда на пустую трибуну вышли омеги, облаченные в белоснежные одежды, в соответствии с их статусом и рангом. Их триал оказался на арене почти одним из последних. После них чести сразиться в завершающем сражении удостоились еще четыре триала, в одном Эрдан узнал тех ребят, с которыми они были соперниками в зеленом секторе. Кивнув, словно старым знакомым, Эрдан получил в ответ не менее доброжелательные кивки. Пока беты-распорядители сверяли триалы со списками, Эрдан оглядел собравшихся в сером секторе альф. Некоторые были ему смутно знакомы, кого-то он видел впервые, но были среди собравшихся и те, кого Эрдан знал очень хорошо. Один из его братьев, четверо бывших сослуживцев и… один личный враг, с которым он не виделся больше десяти лет. Этот альфа однажды бросил его раненым в лесу полном хищников, и сбежал, спасая свою шкуру. Он надеялся, что Эрдан не выживет. Эрдан выжил, вернулся в крепость, где прослужил меньше года и рассказал, как было дело. Правитель Оур изгнал недостойного из своего замка, а у Эрдана появился первый настоящий враг, непримиримый и ненавидящий его до глубины души. Гартак сар Урио, судя по злому оскалу, тоже увидел и узнал Эрдана