Зимние розы. Лето

Сражаясь с болью, Дэйенерис заставляла себя вдыхать и выдыхать. Айла помогла ей опуститься на кровать в полу-лежачее положение — Беспокоиться не о чем. Малыш двигается, и твое тело начинает готовиться к родам. — Конечно, я беспокоюсь! Джон вернется еще как минимум через две недели, малыш должен подождать! Айла улыбнулась. — Не волнуйся, все говорит о том, что у нас в запасе еще целый месяц. — А боль? — Тренировочные схватки. Ты ни капли не раскрылась, воды держатся, так что малыш просто капризничает. Наверняка скучает по папочке. Вошла Дореа. — Прошу прощения, моя леди. Айла, если ты закончила, сходи на кухни. Лорд Бенджен попросил тебя привести. Экономка нахмурилась. Да, они флиртовали, но Бенджен не стал бы звать ее так открыто. Что бы ни случилось, это было связано с его ролью лорда Острова Блаженных, пока лорд Джон был в отъезде. — Что случилось? — спросила Дэйенерис. — Ничего, с чем не справится Айла, моя леди. — Я в этом уверена, но мне не нравится твое нежелание говорить. Объяснись, — возразила Дэни. — Леди Кэйтилин, моя леди, — призналась Дореа. — Она… Создает трудности. Дэйенерис села, и служанка объяснила, что происходит. — Айла, помоги мне спуститься в зал аудиенций. Дореа, собери всех. *** — Ой! — заныл Джон. Он сидел на стуле в шатре Старков, над которым теперь висело знамя с зимней розой Старлингов рядом с лютоволком Старков. Когда восторги утихли, они отправились в шатер, чтобы Джон мог переодеться к пиру. — Я к тебе еще даже не притронулась, — недовольно сказала Элла, наконец прижимая ткань к порезу. — Теперь можешь ныть. Мужчины, — фыркнула она себе под нос. — Кидаетесь в битву с противником больше и страшнее, чем вы сами, но не можете выдержать обработку ран. — Жжется, — пробормотал Джон, глядя на свою руку. Меч едва ли ее задел, но порез был длинным и оставил на его рукаве большое красное пятно, так что Элла властно приказала ему заткнуться и позволить ей обработать рану. — Бедняжка, — иронично сказала она, заставив Неда хмыкнуть. — Роберт для разнообразия умудрился сказать что-то разумное разок. Это была невероятная глупость. — Я знаю, — сказал Джон, покраснев. — Я просто… Я увидел, что он собирался сделать, и я просто… Я не мог позволить ему убить сира Лораса только потому, что он проиграл. Это абсурд. — Слова истинного рыцаря, — сказал сир Барристан, входя в шатер. — Я пришел убедиться, что с вами все хорошо, мой лорд. — Все прекрасно, спасибо, сир Барристан, — ответил Джон, поморщившись, когда Элла намазала его рану мазью. — Что заставило вас вмешаться в бой? — спросил сир Барристан. — Я просто… — Джон вздохнул. — Я не знаю. Есть в нем что-то. Когда мы сражались, я чувствовал, словно… Словно он однажды сделал мне нечто ужасное. Как будто я должен был защитить моих сестер… Словно он позабыл бы о сире Лорасе и отправился на трибуны, и я должен был защитить Сансу и Арью от него. — На секунду все взрослые замерли, и сир Барристан и Нед обменялись взглядами. — К тому же, — с улыбкой продолжил Джон, посмотрев на сестру, — Санса просила не дать сиру Григору навредить сиру Лорасу. Лорд Винтерфелла был шокирован, даже в ужасе, в то время как королевский гвардеец был позабавлен. «В забавном мире мы живем, брат», — вспомнил Нед слова Бенджена. И правда в забавном. Как Джон ощутил эту связь? Как он понял, что Гора был угрозой его семье, если он еще даже не был рожден во время осады Королевской Гавани? Голос сира Барристана вырвал его из раздумий. — Вне зависимости от ваших причин, вы показали мастерство. — Я просто защищался. — Вам нравится бой на мечах, мой лорд? — Не очень, — сказал Джон, пожав плечом. — Ну, то есть мне нравится сражаться, но я не стремлюсь ранить противника. Я даже не знаю, как убийством можно наслаждаться. Сир Барристан ностальгически улыбнулся. — Воистину, вы сын своего отца, лорд Старлинг. Нед сжал зубы, переживая волну ревности, и тут же пожалел об этом. Джон не найдет в комплименте ничего странного, но северянин знал, что сир Барристан имел в виду не его. Напоминание, что не он был настоящим отцом Джона, было болезненным. Особенно сегодня, когда у него было столько причин для гордости. *** Кэйтилин едва сдерживала раздражение. Девчонка посмела ее «вызвать». Нахалка! Служанка застала Бенджена на кухнях и сказала, куда идти. Так что Кэйтилин, Эдмур и Робб последовали за девушкой и двумя стражами, обычно охранявшими Робба — Кэйтилин не предложили личной охраны, а Эдмур, когда их отец послал его за сбежавшей Кэйтилин, привел с собой слишком мало людей. Так что ее брат считал, что пусть они лучше охраняют двери ночью, чем как сторожевые псы следуют по пятам днем. Высота красных двойных дверей указывала на важность большой комнаты, и Кэйтилин была ошеломлена, переступив порог. Это определенно был зал для аудиенций. У дальней стены стояло возвышение, на котором стояло два кресла. Бенджен встал рядом с пустым креслом лорда, на левом — Дэйенерис, рядом с ней Айла. Призрак стоял на страже перед обоими креслами, показывая, что никто не притронется к дому Старлинг, не пройдя через него. — Леди Кэйтилин, — позвала Дэйенерис, когда группа подошла ближе. — Я слышала, что приготовленная на моих кухнях пища вас не удовлетворяет. — Это плохая еда для выздоравливающего ребенка. — Мэйстер Уолкан переговорил с поварами и дал четкие инструкции для выздоровления лорда Брана, и я уверяю, мы следовали им до последней буквы. Я не думаю, что мне нужно напоминать вам, что даже если бы это было не так, вам не стоило вмешиваться в управление домом ваших хозяев. Все замечания должны были быть направлены напрямую мне или, по крайней мере, моей экономке. Прежде чем вы наводнили кухни и начали давать приказы. — Я леди Старк… — Правда? — поддела Дэйенерис. — Место леди Старк в Винтерфелле. И если я не ошибаюсь, вас оттуда изгнали. Вас изгнали даже от лорда Старка. Но, неважно, мы не в Винтерфелле, мы в Крепости Полуночи, и Крепость Полуночи управляется домом Старлинг. Я леди Старлинг, а значит, мой дом, мои правила. Вы прибыли сюда три луны назад, незваная и нежеланная. Несмотря на все оскорбления, которые вы нанесли мне, моему мужу и нашему нерожденному ребенку, я позволила вам остаться из-за состояния лорда Брана. И я сделала это вопреки желаниям мужа, потому что понимала, что вы обеспокоенная мать. Но вмешавшись в управление моим замком и угрожая уволить моих слуг за то, что они следовали моим приказам, а не вашим, вы перешли черту. Лорд Бенджен найдет корабль, и вы уплывете утром вместе с вашим эскортом, лордом Эдмуром. — Ты просишь меня уехать? — в шоке спросила Кэйтилин. — Нет. Я изгоняю вас с Острова Блаженных и всех земель дома Старлинг. Вы не вернетесь, не важно, кто болен. Вам стоит рано лечь спать. Отлив на рассвете. Ошеломленная, Кэйтилин позволила стражам и Эдмуру вывести ее из зала в ее комнату. *** Джон и Нед вскоре пришли в главный павильон, где, как только король Роберт наконец прибудет, должен будет состояться пир. В отсутствие Дэйенерис Джон практически приклеился к Арье и Сансе. Каждый благородный мужчина и благородная женщина Семи Королевств хотели поговорить с ним, представиться, похвалить его храбрость. А затем они видели ожерелья Сансы и Арьи и изучали изголовье меча Джона, и их интерес удваивался — хотя после дуэли меч был наполовину уничтожен. Джон напомнил себе попросить Джендри зайти в кузницы Красного Замка на несколько минут, чтобы посмотреть, не сможет ли он исправить его до их отъезда. — Ну, ты и правда превзошел себя, привлекая их внимание, — пошутил Сэм, когда Джон пожаловался на состояние подарка его жены. — Ты прав, я бы не смог сделать это. — О, я едва смогла поверить, когда услышала, кто вы, — Джон обернулся и увидел подходящую к ним женщину в возрасте. Он нахмурился, прежде чем увидел золотой цветочный мотив на ее и платье шедшей рядом девушки. — Леди Оленна, я так полагаю, — сказал Джон. — Вот тебе и маскировка. Что меня выдало, мне интересно? Золотая роза Тиреллов? О, не надо отвечать, дитя, я иногда забываюсь. Могу ли я, как вдовствующая леди Тирелл, выразить свое восхищение от моего дома нашему герою? — Конечно, моя леди. Помочь сиру Лорасу было делом чести. — Вы, рыцари, и ваша честь, — фыркнула Оленна. — Это моя внучка, леди Маргери. — Спасибо, что спасли жизнь моего брата, сир Джон, — с улыбкой сказала Маргери. — Глупости. Честно сказать, я не понимал, что делаю, пока сир Григор не оказался на земле. — Забудьте о скромности, лорд Старлинг, — сказала леди Оленна. — Хотя я вижу, что вам трудно от нее отказаться. Но хватит. Теперь я еще больше хочу установить союз между нашими домами. — Спасибо, леди Оленна. Это взаимно. — А леди Старлинг не в столице? — спросила Маргери. — Боюсь, что нет. Я подумал, что путешествие может повредить будущей матери, так что я оставил ее в Крепости Полуночи, — он фальшиво улыбнулся, зная правила двора: женщина ничего не решала, только ее муж. — Ну, мои поздравления, лорд Старлинг, — сказала леди Оленна. — Я и не думала, что вы были женаты так долго. — Чуть больше десяти лун. — Джон! — прыгнула на него Санса, вне себя от восторга. Джон усмехнулся. — Моя сестра, леди Санса. Могу я представить тебе леди Оленну Тирелл и ее внучку Маргери. — О, мне так жаль! Простите, леди Оленна, леди Маргери, я забылась. — Ничего страшного, дорогая, — добродушно сказала Оленна, — должна сказать, у тебя очень красивое ожерелье. — Спасибо, леди Оленна, — сказала Санса, просто истинная леди, — это подарок от моего брата. Королева Шипов улыбнулась. — Каждая новость, которую я о вас слышу — чудо, лорд Старлинг. Этот зимний бриллиант, о котором, кажется, говорят все, и впрямь прекрасен. Я нахожу все больше и больше причин радоваться будущему альянсу. — И зачем дому Простора союзничать с домом Севера? — спросила Серсея. Санса сжалась, едва не прячась за Джона, сжимая его руку, и хотя он не дрогнул, за него ответила леди Оленна. — Ну, я уверена, что вы знаете об уникальном положении Острова Блаженных, Ваша Светлость. Торговый договор между домом Тирелл и домом Старлинг — это не просто каприз, это взаимовыгодный обмен для наших домов, Простора и Севера. — Я подошла, чтобы поздравить вас, сир Джон, — сказала Серсея с очевидным отвращением. — Уверена, ваш героизм только поможет вашим торговым договорам. — Будьте осторожны, дорогая, — с улыбкой сказала Оленна, — ваше недовольство очевидно безоружному глазу. Вам завидно, что он не привез вам хорошенькое ожерельице? Королева поджала губы. — У моего отца достаточно шахт, чтобы удовлетворить мои запросы. — Как скажете, — улыбка Оленны стала шире. Серсея смерила ее взглядом и резко ушла. — Идем, дитя, — позвала Оленна Сансу, — я чувствую голод, и хочу по дороге к столам узнать тебя получше. Боюсь, что если мы будем ждать короля Роберта, мы умрем от голода. Санса улыбнулась, и они ушли. Маргери встала ближе. — Королева кажется очень недовольной. Хотя, «завидующей» кажется более подходящим словом. — Это я могу понять. Год назад я был бастардом, который должен был жениться на принцессе и тем самым опозорить ее. Сейчас у меня есть знаменитый дом, и мой первый визит в столицу произвел впечатление. — Впечатляющий мужчина, — Маргери улыбнулась, — с впечатляющими перспективами. Заставляет нас задаться вопросом, не потратил ли зря дом Старк такого замечательного холостяка. — Мое состояние приходит от щедрости короля, который позволил мне жениться на леди Старлинг. И я не Старк. — Прошу прощения, если невольно оскорбила вас, мой лорд. Я всего лишь имею в виду, что я теперь очень заинтригована Севером. Мы часто слышим о нем такие ужасные слухи. — Что мы, северяне, немытые варвары? Маргери усмехнулась. — Кроме прочего. Я бы не хотела навязываться, но я бы хотела навестить вас, когда это будет удобно вам и леди Старлинг. — Я обязательно расскажу моей леди и жене о вашем желании встретиться. После того, как наш ребенок появится на свет, я уверен, что леди Старлинг будет рада вас принять, — кивнув, Джон отступил, направляясь туда, где его отец разговаривал с каким-то недовольно выглядящим мужчиной. *** Пир почти подошел к концу. Большую часть еды съели, вино текло рекой и все были в хорошем настроении — кроме Джоффри, который уже был раздражен, когда подошел пригласить Сансу сесть с ним и получил ядовитый ответ от Джона. Серсея так и не показалась на турнире и исчезла из шатра еще до того, как начался пир, видимо, обидевшись после того, как Роберт наорал на нее прошлой ночью. Санса и Арья устали от праздника, Элла повела их домой, а Нед пошел проводить их. Так что Джон и Сэм сидели на почетном месте Старков, окруженные громкими голосами людей, которые перебивали друг друга, желая поговорить с новым рыцарем. Джон смеялся над особенно плохой шуткой одного из них, когда он услышал всхлип Сэма. Обернувшись к другу, он увидел, что тот пытается исчезнуть, сжимаясь все сильнее и сильнее. Джон нахмурился, на стол упала тень. — Лорд Старлинг, — сказал высокомерный, низкий голос. — Должен принести мои комплименты. Джон поднял взгляд. Новоприбывший был высоким, с лысой макушкой, остальные волосы коротко подстрижены, телосложение настоящего воина, руки явно огрубели от меча. Его глаза были жестокими и беспощадными. Джону не нужно было смотреть на лучника, вышитого на его безрукавке, чтобы понять, кем он был. — Лорд Тарли, приятно познакомиться, — сказал он из вежливости. — Леди Тарли, — он с улыбкой встал и поцеловал ее руку, как предписывал этикет, — вы так же прекрасны, как мне вас и описывали. Мелесса улыбнулась, покраснев. — А вы так же добры и смелы, как слышала я, лорд Старлинг. Вы были так добры, дав моему сыну такую должность, когда он так молод. — О, поверьте мне, леди Тарли, это было одним из лучших решений, которые я когда-либо принимал. Сэм просто спаситель. Без него дом Старлинг был бы потерян. — С чего бы? Он вдруг магически научился обращаться с мечом и спас вас от банды одичалых? Я слышал, что на Севере это не редкость. Сэм снова всхлипнул, и еще сильнее сжался. Джон сжал зубы, думая, что найти более отвратительного человека практически невозможно. — Быть мечником — не единственный благородный способ жить, мой лорд. — Сказал юнец, которого только что посвятили в рыцари. — Скажите, лорд Тарли, если бы все мужчины были воинами, кто занимался бы полями? Как человек Простора я уверен вы согласитесь, что фермеры важны так же, как и солдаты. — Вы сейчас сравниваете знать с чернью? Джону захотелось вызвать его на дуэль, просто чтобы он заткнулся. — Если вы хотите примера среди великих домов, покинувший нас Джон Аррен не был человеком военного дела, а он был вторым по могуществу человеком в государстве почти двадцать лет. — Ты теперь сравниваешь себя с королем, мальчик? — Даже и близко нет, — засмеялся Джон. — Я всего лишь указываю на то, что лучший пример который у нас есть, указывает на то, что не вся слава и почтение лежат в умении пользоваться оружием. Лорд Тарли открыл рот, чтобы поспорить, как его оборвала жена. — Хорошо сказано, лорд Старлинг. Мой Сэм ученый, а не воин. — И на какие средства ты будешь жить до конца своей жизни? — спросил сына Рэндилл. — Деньги испарятся в ту же секунду, как твой хозяин от тебя устанет. Ни одна женщина тебя не захочет. Во многом потому, что тебе нечего будет оставить сыновьям. — Мелесса нахмурилась, не понимая, что происходит, но вмешался Джон. — Вы ошибаетесь, лорд Тарли. — Он… — Я знаю, что он отказался от прав на Рогов Холм, — снова оборвал его Джон, заметив, что леди Тарли полностью ошеломлена темой. — Но я — лорд благородного дома. Я собирался дождаться более подходящего времени, но тут возможность подвернулась сама. Я только что получил бумаги, что король одобряет создание дома Тарли с Острова Блаженных, вассального дома дома Старлинг. Учитывая, как плодородны мои земли, я с уверенностью могу сказать, что у Сэма будет достаточное состояние, чтобы найти хорошую невесту. Сэм был так шокирован, что даже позабыл прятаться от отца, уставившись на Джона с открытым ртом. Мелесса, судя по ее виду, вообще ничего не понимала, пока в ее глазах не мелькнуло понимание. — Сэм не хотел присоединяться к Ночному Дозору? — спросила она у мужа низким голосом. — Его выставили из собственного дома и угрозами лишили законных прав. — Моя дорогая… — начал Рэндилл, тоже низко и недовольно. — Никаких «дорогих». Мы поговорим позже, — сказала она с явной угрозой. — Лорд Старлинг, я… Я не могу найти слов, чтобы выразить свою благодарность за то, что вы сделали для моего сына. — Не стоит, моя леди. Сэм заслужил все это. Я действительно верю, что был бы потерян без него, управляющего моими землями и сделками. Рэндилл был на грани удара. — Слабый жирный трус и наивный мальчик-лорд. Удивительно, что дом Старлинг все еще жив, — и он ушел из шатра, оставив жену сверлить его спину взглядом. Когда Мелесса наконец попрощалась с сыном и ушла, Джон и Сэм остались наедине. — Мне жаль, — пробормотал Сэм. — Он… Он не должен был с тобой так разговаривать. И тебе не нужно было ничего придумывать. — Я ничего не придумывал, Сэм. И я серьезно — ты заслужил свой собственный дом. Ты только представь, как я пытаюсь организовать строительство кораблей, обработку полей, шахты и все в одиночку? Да я бы скоро с ума сошел. Не говоря уже обо всех торговых сделках, которые ты нам выбил до того, как мы нашли шахты. То, что у нас есть деньги, чтобы вложить их в добычу, и не пришлось одалживать их у Железного Банка и тонуть в долгах, то это только благодаря тебе. — Подожди, так… Так… У меня есть свой собственный дом? — Да. Хотя я вот сейчас подумал, если ты хочешь изменить свое имя, создать по-настоящему новый дом вместо побочной ветви, дай мне знать. Сегодня. Отец сказал, что подпишет бумаги утром. — Нет, я… Меня не заботит отец, но наши предки ни в чем не виноваты. — Хорошо, — Джон потянулся к их кубкам. — Тост за нового лорда Тарли! *** Джон с улыбкой сидел в кабинете отца, глядя, как Нед ставит печати на документах. Серый лютоволк дома Старк рядом с желтым оттиском Десницы. — Я бы попросил, чтобы ты не распространялся об этом, — сказал Нед. — По крайней мере какое-то время? — Почему? Это ведь не против закона? — Нет, нет. Но против традиций. Ты и так привлек много внимания. Если Серсея Ланнистер узнает об этом, она начнет распускать слухи о восстании, а нам этого не нужно. — Хорошо, — хоть и с неохотой, но согласился Джон. — К тому же, если Дэйенерис родит сына, это будет неважно. — Знаю, знаю, просто… Я не понимаю, почему женщинам не дают возможности наследовать, как мужчинам. Дэни настолько же, как и я, способна управлять замком. Мы обсуждали наши идеи вместе. И она не просто занимается слугами. Медвежий Остров управляется женщинами уже несколько лет, и никто не сказал и слова против. Если Дэни подарит мне дочь, эта девочка будет моей наследницей. Нед искренне улыбнулся. Поначалу, когда Джон только подошел к нему с просьбой о королевском указе о порядке наследования дома Старлинг, он был шокирован. Наследование по перворожденности без учета пола было дорнийской идеей, не традицией Вестероса. После танца драконов Таргариены зашли так далеко, что поставили братьев перед дочерьми. Но разумеется, Джон был сыном своей матери и сражался за равенство. Нед был уверен, что будь у него возможность сесть на трон, Джон сделал бы наследование по перворожденности без учета пола законом Вестероса, и Дэйенерис только бы его поддержала. Стряхнув предательские мысли, Нед закончил подписывать документы. — Я написал твоему дяде письмо. Не против его передать? — Конечно. — Джон… Не читай его. Юноша нахмурился. — Отец, я бы не стал. — Я знаю, прости, — Нед вздохнул. — Просто… Это личный разговор, и я не доверю его ворону, прошедшему через руки Верховного Мэйстера. Мне жаль. Полагаю, столица превращает меня в недоверчивого человека. — До тех пор, пока она не превратила тебя в параноика, отец, полагаю, что это хорошо. Здесь столько людей, которым нельзя доверять. Нед улыбнулся, отдав конверт и свитки Джону, и встал, чтобы его обнять. — Я горжусь тобой, сын. Ты и не представляешь, насколько. — Джон улыбнулся, тронутый, но Нед заметил его колебания. — Что такое? — Я знаю, что тебя это расстраивает, когда я… Пожалуйста, отец, я ведь теперь мужчина. Просто, если ты попросишь, я не стану ее искать. Просто назови ее имя. Пожалуйста. Нед ощутил, как от боли сжимается сердце. Прошло несколько лет с тех пор, как Джон задавал вопрос о матери. Он наполовину ждал, что он спросит после того, как Нед расплакался после ужасного признания Кэйтилин, но он смолчал. — Она бы тоже очень тобой гордилась, сын. — Бы? Она… Она мертва? — спросил Джон, Нед кивнул, и глаза обоих наполнились слезами. Нед решил быть настолько честным, насколько это было возможно. — Она… Она умерла в родах. Я едва успел. Служанка отдала мне тебя в руки, и она умоляла меня позаботиться о тебе. Она… Ее последними словами было как сильно она любит тебя. Джон прикусил губу, пытаясь справиться со всхлипами, но у него не вышло, и Нед притянул его в объятия, изо всех сил желая избавить сына от этой боли. *** С полными руками писем с просьбой о покупке украшений с зимним бриллиантом, Джон покинул Королевскую Гавань в хорошем настроении. Он знал, что будет скучать по отцу и сестрам, и даже по Элле, но ему не терпелось вернуться домой. Он как раз готовил свою лошадь к выезду, когда ему представилась возможность в последний раз поговорить с сиром Барристаном. Королева как раз пришла, чтобы увести Сансу и Арью на очередную прогулку по садам. — Я присмотрю за ними для вас, мой лорд, — сказал рыцарь. — Спасибо, сир Барристан, — искренне сказал Джон. — Если… У меня такое чувство, что я могу вам доверять. Так что, пожалуйста, если… Если что-то случится, доставьте их ко мне. — Клянусь. Клянусь своей честью. Так что Джон сел в седло и выехал в дорогу. Постоянные резкие взгляды Серсеи заставляли его нервничать, и, послушавшись советов отца и Реллоса, Джон нанял больше стражей и принял нескольких межевых рыцарей, приехавших на турнир и хотевших поклясться в верности в обмен на земельный удел. Это были чудесные новости, потому что его растущей армии нужны были офицеры и командующие. Но это еще и сделало «Леди Дэйенерис» переполненной, ведь к путешествующим добавились и простолюдье. Остановка на Драконьем Камне обещала быть неловкой и, не желая навязываться, Джон и Сэм отправились на остров только в компании Реллоса и нескольких стражей. Станнис Баратеон был человеком вспыльчивым и без чувства юмора, но в конце концов он и Джон заключили сделку: в обмен на медь и никель — которых было полно в шахтах — Станнис обещал отправить к Джону своего лучшего капитана, сира Давоса Сиворта, чтобы тот помог Джону со строительством флота и обучением его моряков. Ветра были попутными, и путешествие по Узкому Морю к Острову Блаженных было легким — Сэма не так мучила морская болезнь. Увидев, как на фоне чистого голубого неба затемнела Крепость Полуночи, Джон улыбнулся. Ветра похолодели, и их прохлада была куда приятнее удушающей жары юга. — Дом, милый дом, — сказал он Сэму.