Зимние розы. Лето

Нед улыбнулся, глядя на спящую на его руках малышку. С закрытыми глазами Лианна выглядела как ее бабушка и тезка, как маленькая Арья, хотя нечеловеческая красота Таргариенов была очень заметна, особенно, благодаря крови Джона, добавившейся к крови Дэйенерис. Когда ее глаза были открыты, девочка, несомненно, была от крови дракона — и она была больше драконом, чем волком, кровь Севера дала ей лишь темные вьющиеся волосы. Хотя у дорнийцев тоже были фиолетовые глаза (Элла была тому доказательством), лиловые глаза были несомненно валирийской чертой. — Отец, ты плачешь? — спросил Джон мягко. Нед, Элла, Санса и Арья прибыли в Крепость Полуночи лишь несколько часов назад на борту «Леди Дэйенерис», которую Джон послал за ними. Леди Оленна приняла приглашение приехать вместе с внучкой, так что ее сыну не пришлось гонять корабль в столицу. Роберт решил послать одного члена королевской гвардии, чтобы представлять отсутствующего короля, и был выбран сир Барристан. С помощью манипуляций Серсеи, Джейме Ланнистер тоже присоединился к путешественникам, представляя дом Ланнистер. Умывшись, Нед потребовал быть представленным внучке, и Джон отвел его в детскую. Служанки быстро ушли, так что они остались наедине. — Я держу свою первую внучку, конечно, я плачу, — ответил он счастливо. — Она похожа на тебя, сын. — По-моему, кроме волос, она очень похожа на Дэни. А Айла говорит, что ее скулы просто заявляют — Таргариен. «Твои были такими же», — подумал Нед, но не осмелился сказать вслух. — Роды были трудными? — Ужасными. Я думал… Я боялся… — Не должен был я тебе говорить тогда. Роды и так треплют нервы, а я еще добавил. — Я рад, что знаю, отец. Правда. — Нед кивнул и снова обратил все внимание на пускающую слюни малышку. — Как… Как король воспринял новости? — Лучше, чем ожидалось. Они помолчали. — Робб рассказал мне о леди Кэйтилин. Нед вздохнул. — Я как раз хочу обсудить кое-что с тобой и Роббом. Вы старше, я могу рассказать больше. — Санса из-за этого дуется на Эллу? — Да, — вздохнул Нед. — Санса… С ней сложно. — Арья наоборот, кажется, одобряет. Я, кстати, тоже. Элла кажется милой, и я знаю, что ты не стал бы жениться, чтобы просто завести жену. — Это одна из тем, которые мне нужно обсудить с тобой и твоим братом. Остальные слишком маленькие, хотя Арья кое-что подслушала. Идем, по-моему, маленькая уже проголодалась, — сказал Нед, ловя ручки Лианны, которыми она пыталась вцепиться ему в грудь. Джон позвал служанок обратно, одна из них отправилась за Дэйенерис. Затем они прошли к его солярию и послали стража за Роббом и Бендженом. Пока они ждали, они обсуждали шахты. — Есть кое-что, о чем я вам не говорил, потому что не было необходимости, — сказал Нед. — Но обстоятельства изменились. Робб, ты знаешь, что я… — он прокашлялся. — После Восстания я всегда был верен твоей матери. — Я знаю о ее поступках и ее выборе, отец. — Я женился на Кэйтилин, потому что таков был мой долг, и, хотя я старался полюбить ее, когда мы только встретились, мое сердце принадлежало другой. — Отец, ты хочешь сказать, что собираешься жениться вновь? — спросил Робб. — Да. Со всем уважением к твоей матери, но я бы хотел твоего благословения. Она никогда не займет место Кэйтилин в твоей жизни и жизни твоих братьев и сестер. Но я надеюсь, что ты примешь ее как мачеху, которая любит и заботится о тебе. — Ты сказал, что твое сердце уже принадлежало другой, когда ты женился на маме, — Робб посмотрел на Джона. — Хочешь сказать… — Ты сказал, что моя мать мертва, — вставил Джон. — Да, — заявил Бенджен. Затем его лицо обмякло от шока. — Ты же не ее имеешь в виду. — Нед покраснел. — Она же должна быть мертва, Нед. Как… Седьмой ад! Они оба живы? Нед был красным как помидор, но кивнул. — Было слишком опасно. Нам пришлось все сфабриковать. — И он позволил тебе притвориться, что ты победил? — с любопытством спросил Бенджен. — Это была его идея. Он… — Извините, что вмешиваемся, но Джон и я понятия не имеем, о чем вы говорите, — вмешался раздраженный Робб. — Я думал, что речь об Элле, — сказал Джон. — Элла? Гувернантка? Отец, я не виню тебя за желание жениться вновь, но разве разумно леди Винтерфелла становится простолюдинке? — Я однажды женился на женщине из великого дома ради альянса, Робб. Я исполнил свой долг дому Старк и Винтерфеллу. Теперь я хочу жениться по любви. — Отец, я… Я знаю, что ты сказал, что расторжение брака не повлияет на меня или моих братьев и сестер. Но я должен спросить, если у тебя появится еще один сын…? — Ты мой наследник, Робб. Никто не отберет этого у тебя, я не позволю. Робб кивнул. — Ну, Джон говорит, что она добра к девочкам, и Арья так и сыплет похвалами. Если таково твое решение… — Но почему все думают, что она мертва? — спросил Джон. — Зачем инсценировать ее смерть? Нед глубоко вдохнул. — Мы встретились в Харренхолле, на этом проклятом турнире. Я влюбился в нее, а она в меня. Мой отец сказал, что подумает о моем браке после того, как Брандон женится на Кэйтилин, но затем случилось Восстание, и мне пришлось исполнить свой долг. Но она знала, где находилась Лианна во время Восстания. Роберт бы не простил этого, он бы казнил ее. И ее брат никогда бы не преклонил колено перед Робертом. Нам удалось убедить его, что глупо тратить зря свою жизнь, что он все еще мог жить честно. — Кто она? — спросил Робб. — Эшара Дейн. *** Айла заметила настроение Сансы еще когда они только пришвартовались, так что после того, как вещи были разобраны, она пригласила девочку посмотреть на ее свадебное платье и попробовать ее разговорить. Санса тут же оживилась, так что они отправились в экстравагантную и совершенно необязательную — по мнению Айлы — комнату, которую Дэйенерис отдала своей будущей тете. Платье висело на манекене, и Санса, увидев его, ахнула от восторга. — О, боги, Айла, оно потрясающее! — Леди Старлинг… — она закатила глаза, когда Санса фыркнула. — Ладно, ладно, Дэйенерис убедила меня принять помощь от швеи, а она привезла все эти ткани и эскизы, так что я рада, что согласилась. — Она позволила девочке еще немного повосхищаться, затем спросила. — А теперь, не хочешь поговорить? Санса опустила взгляд в пол, смахивая с юбки несуществующую пылинку. — Это так заметно? — Не очень, но я проницательна. — Ты знаешь, что случилось с моей мамой? — Айла кивнула. — Почему отец позволил этому случиться? — Моя дорогая, я не сомневаюсь, что твой отец не стал бы заставлять ее. — Она сказала, что это ее выбор, но отец только что решил снова жениться! — О, так что, раз твоя мать решила стать септой, он должен жить в одиночестве? — спросила Айла, и Санса покраснела. — Санса, ничто и никто не сможет заменить тебя в сердце твоего отца. Ты же это знаешь? — Но… Если у него будут еще дети… — Позволь мне рассказать тебе кое-что о сердцах: они растут. Когда у родителей появляется новый ребенок, их сердце становится больше. Любовь не делят, она всегда умножается. Если у лорда Старка появятся новые дети, его сердце вместит вас всех. Или ты думаешь, что он стал любить тебя меньше, когда Арья, или Бран, или Рикон появились на свет? — А моя мать? — Новая леди Старк будет твоей мачехой. Она может помогать тебе и учить тебя, но никто не будет твоей матерью, кроме Кэйтилин Талли. Хорошо? — Я думаю… Я думаю, что тогда спрошу ее о ее намерениях. Айла усмехнулась. — Правильно, дорогая. Так и сделай. *** В солярии Джона разговор перешел к другим темам, после того как Робб и Джон переварили шок от осознания, что их отец любил другую женщину и участвовал в таком обмане, как предполагаемая смерть Эртура и Эшары Дейн. — Свадебный союз? — спросил Робб. — Между кем? Джон хохотнул. — У всех в этой комнате есть пара, брат, кроме одного человека. Он побледнел. — Ты не можешь… Но… Я… — Леди Оленна лишь внесла предложение, сын, — сказал Нед. — Я не стану тебя принуждать… Я знаю, что такое брак по договору, но я надеюсь, что мы можем поговорить об этом, как взрослые люди. Тебе шестнадцать лет, пора с этим разобраться. — Но что мы от этого получим? — спросил Робб с таким отчаянием, как будто брак был смертельным приговором. — Союз с Простором будет невероятно выгодным Северу, когда придет зима, Робб. И она придет в конце концов, пусть мы и в середине самого долгого лета в истории. Плюс, мой отец был прав, что Север закрылся внутри себя. Нам нужны союзы с югом. — Она хотя бы хорошенькая? — спросил Робб, и Джон расхохотался. — По-моему, ты не совсем понял, что значит брак по договору, брат. Робб кинул в него подушкой. — Сказал человек, женатый на красавице. Джон поймал ее, все еще смеясь. — Ничего не могу поделать, брат, мне везет, — он кинул подушку назад. — Хватит, мальчики, — с улыбкой призвал их к порядку Нед. — Робб, леди Маргери прибыла с нами на «Леди Дэйенерис», пригласи ее на прогулку по садам, познакомься с ней, — Робб проворчал что-то, но кивнул. — А теперь к неприятной теме. Робб мой наследник и исполняет роль лорда Винтерфелла в мое отсутствие, Джон один из самых важных наших знаменосцев. Леди Оленна принесла с собой в качестве жеста доброй воли своеобразный подарок. — Мне не нравится, как это звучит, — сказал Бенджен. — Она узнала, что Тайвин Ланнистер планирует что-то сделать с торговым оборотом. Джон поморщился. — Неудивительно. Мои шахты должны были заставить его понервничать, и, когда турнир закончится, станет только хуже. Нед согласился. — Я пригляжу за ним, и я знаю, что что-то грядет. К счастью, что бы это не было, чтобы получить одобрение, оно должно пройти через меня. Или, даже если он напрямую пойдет к Роберту, я могу попробовать переубедить его до того, как Роберт примет решение. К тому же я знаю, что жена и наследник делают короля несчастным. — Это удивляет еще меньше, — проворчал Джон. — Государство не знало битвы с восстания Грейджоя девять лет назад, — сказал Нед. — Зреет нечто, и я бы предпочел быть готовым, когда оно созреет. — Отец, ты так говоришь, словно грядет война, — сказал Робб. — Скорее, боюсь этого. Мы можем предпринять несколько мер, чтобы убедиться, что Север будет обезопасен. Меры, которым нужно больше, чем пару недель. — Ров Кайлин? — предложил Бенджен, и Нед кивнул. — А флот? — Джон, ты упоминал, что хочешь увеличить свой флот, — сказал Робб. — Это займет какое-то время. Но Станнис Баратеон сказал, что приедет на свадьбу и привезет с собой сира Давоса Сиворта, чтобы исполнить свою часть сделки. Он будет наблюдать за постройкой кораблей и обучением моряков. — Хорошо, — согласился Нед. — Я думал над тем, чтобы сделать тебя лордом-адмиралом северного флота, Джон. Принимаешь? — Отец, ты… Ты оказываешь мне честь. Нед улыбнулся. — Я сделаю лорда Мандерли лордом-вице-адмиралом. Он все еще ниже тебя, сын, но это должно его успокоить. Он не был счастлив, когда дом Старлинг подняли до благородного дома, и я уверен, что он надеялся женить Робба на одной из его внучек, и его обошел Простор. — А что насчет западного берега? — спросил Бенджен. Нед вздохнул. — Это требует раздумий. — Возможно, мы можем разделить работу, — предложил Бенджен. — Темнолесье на краю Волчьего Леса, Гловеры могут обеспечить деревом, а Медвежий Остров — людьми, капитанами для кораблей. — Это может сработать, — согласился Нед. — Мандерли на востоке, Мормонты на западе. Я могу попросить лорда Гловера послать его брата командовать лучниками на Рве Кайлин во время стройки. — Как ты оправдаешь это перед королем? Это заставит людей на юге понервничать, — сказал Робб. — Джон увеличивает флот, потому что нашел деньги, — ответил Нед. — А я решил сделать то же самое на западном берегу, чтобы разобраться с железнорожденными пиратами. Никто не станет в этом сомневаться. — А Ров Кейлин? — спросил Джон. — У меня уже есть четыре сына, и второй брак наверняка подарит еще. Я перестраиваю Ров для одного из них. — А почему не перестроить какой-нибудь замок на восточном берегу? — предложил Робб. — Лия — наследница Крепости Полуночи, но, если мы восстановим Острие Морского Дракона, он может достаться будущему сыну. — Плохие шутки в сторону, — Джон закатил глаза, — уверен, Дэйенерис была бы в восторге. Джон достал карту Севера, и они углубились в планы. *** — Мне все еще кажется, что они скрывают что-то от нас, — сказал Робб позже этим вечером. Они и Джон были в гостиной, наслаждаясь элем после ужина. — Не знаю насчёт скрывают. Но мне показалось, что они о чем-то не говорят. — Мы его старшие сыновья, и он только что открыл нам секрет, от которого у короля случился бы удар. Что еще это может быть? — Думаю, что положение дел в Королевской Гавани хуже, чем он говорит, — предположил Джон. — Король терпеть не может королеву — он накричал на нее прямо посреди пира, Робб. И ты видел его здесь и в Винтерфелле. Он даже не пытается скрывать свои похождения. — И что? — Что, если Роберт собирается отказаться от Серсеи? Несомненно, это заставит Ланнистеров объявить войну. — И я так понимаю, что отец будет на стороне короля, но зачем так закрывать Север? У нас никогда не было флота, а теперь у нас есть и адмирал, и вице-адмирал. Мы прошли через Восстание, и это было куда хуже, но не восстанавливали Ров Кайлин, не говоря уже о стоимости ремонта. Бран, какой он сейчас, не женится, но Рикон будет стариком с внуками, когда строительство закончится. — Ты преувеличиваешь, Робб. Смотри, Крепость Полуночи была брошена столько лет, а ее восстановление не заняло и в половину столько времени. Но насчет Брана есть кое-что, что я еще не говорил отцу. Мне нужно твое мнение. Робб нахмурился, Джон сел прямей. *** Позже, довольно поздней ночью, Джон вошел в спальню, где Дэйенерис уже спала на кровати. Призрак тут же отправился на свою большую кровать у огня, и Джон переоделся в ночную рубашку. Затем, так осторожно, как мог, он развязал шнуровку платья Дэни и попытался снять с нее самые тяжелые слои. Она зашевелилась и невнятно забормотала, Джон предположил, что это был валирийский, ему удалось раздеть ее до нижней рубашки, вытащить из-под нее одеяло и укрыть их обоих. Он усмехнулся, лег на бок, прижав ее к себе, мягко поцеловав в лоб, и позволил сну завладеть собой. На следующее утро Дэйенерис нашла Джона у озера богорощи. Он вертел в руках зимнюю розу и невидяще смотрел сквозь цветок. — Я думала, что ты преодолел свой мрачный период, — сказала она мягко, садясь рядом с ним. Он ухмыльнулся и повернулся, заложив цветок ей за ухо. — Моя будущая тетушка говорит, что я неисцелим. Дэни улыбнулась, закатив глаза. — Что такое? Ты был в солярии с отцом, дядей Бендженом и Роббом весь день, затем ты и Робб проговорили почти всю ночь. Что-то случилось? — Отец встревожен тем, что видит в Королевской Гавани. Я сказал, что хочу увеличить флот, так что он назвал меня адмиралом северного флота. — Он так может? — Он же хранитель Севера, конечно, может. Он сделал лорда Мандерли вице-адмиралом. И он попросит Мормонтов и Гловеров вместе заняться флотом на Западном берегу. Он отстраивает Ров Кайлин. — Для кого? — Для одного из своих сыновей. — Ты про Брана или Рикона? Я думала, что раз Кэйтилин стала септой, их брак был расторгнут. Она больше не родит ему сыновей. Джон вздохнул, глядя на гладь озера. — Неправильно, что я так счастлив, что больше ее не увижу? Дэйенерис помрачнела. — После того, как она молилась о твоей смерти и смерти нашей дочери? Я так не думаю. — Но она все потеряла. И она их мать. — Джон, ты можешь представить, что бы случилось, если бы мы не поженились? Если бы ей не удалось отослать тебя раньше, она никогда не приняла бы тебя в Винтерфелле, после того, как твой отец отправился в столицу. Она наверняка выгнала бы тебя на Стену, считая, что бастард заслуживает только холод и сражаться с одичалыми. — Иногда я не могу перестать спрашивать себя, не была ли она так жестока ко мне потому, что мы были помолвлены. Потому что она хотела обручить принцессу с ее сыном, а не мной. — Но разве это оправдывает ее действия? Она молилась о смерти невинного ребенка, Джон. Она молилась против нашего брака, она молилась, чтобы я была бесплодна. И когда мы узнали, что я беременна, она молилась, чтобы Лианна никогда не появилась на свет. Какими бы ни были ее причины, я ее не прощаю. Пусть очистит душу, служа своим богам. — Ты права. — Конечно, я права. Джон хмыкнул. — Отец снова женится. — Ой, как здорово! Надеюсь, он наконец получит жену, которая его стоит! — Дэни, — заныл он. — Кто эта счастливица? — Насчет этого… Ты не поверишь! Я никогда не думал, что мой отец способен на такой политический маневр! Дэйенерис ощутила, как у нее открывается рот после того, как Джон рассказал ей. Эшара Дейн. Сир Эртур Дейн. Внезапно увиденный ей на прошлой неделе сон обрел смысл — падающая звезда приземлилась в гавани Солнечного Камня. *** Крепость Полуночи была до краев наполнена благородными гостями и их сопровождающими, и никакие приготовления не могли остановить последовавшее безумие. Джон и Дэйенерис были очень гостеприимными хозяевами, и, хотя лорды, присутствовавшие в Королевской Гавани уже были впечатлены Джоном, Дэйенерис сумела их очаровать, несмотря на ярлык «дочери Безумного Короля». Сир Барристан был очень тронут встречей с ней. — Сожалею о своем косноязычии, моя леди, но вы так напоминаете мне вашу матушку! Дэйенерис прикусила губу. Вокруг было слишком много ушей, чтобы она могла задать интересующие ее вопросы. — Нечего прощать, сир. Но я боюсь, что мне нужно к дочери. Вы не будете так любезны сопроводить меня к детской? — Это будет честью, леди Старлинг. Рыцарь предложил ей руку, Дэйенерис приняла ее и повела их вдаль от холла. Орис проследил, чтобы за ними никто не последовал. — Какой она была? — спросила Дэйенерис, едва они остались наедине. — Она была прекрасна, моя леди, самой красивой женщиной, и вы ее копия. Но более того, она была доброй и волевой женщиной. О, какая воля. Она отдавала золото и еду приютам Блошиного Дна, и, когда король был недоволен, она встречала его с поднятой головой. Благодаря ей ваши братья жили счастливо и в безопасности. — Полагаю, вы имеете в виду, что они счастливо и в безопасности не имели ни малейшего понятия, кем был мой отец. Сир Барристан вздохнул. — Ваш отец был… Он был хорошим королем поначалу. У него всегда была эта нотка безумия, но это не влияло на государство. Но затем… Да, Сумеречный Дол. После всего, через что он прошел… Он больше не был собой. И он был убежден, что Рэйегар и Тайвин Ланнистер сговорились позволить ему умереть в тех подземельях, чтобы Рэйегар мог сесть на трон. Он стал параноиком. Все вокруг были его врагами: Рэйегар, Тайвин, его двор, простолюдье, даже ваша мать. Иногда я задаюсь вопросом, что случилось бы, если я не держался бы так своих клятв и не делал свою работу слишком хорошо. Если бы… Если бы Рэйегар взошел на трон… Это было бы к лучшему. — Я всегда винила Рэйегара за Восстание, — сказала Дэйенерис после паузы. — Как я могу не винить его, когда я росла в Винтерфелле, и лорды и леди звали меня драконьим отродьем и винили меня за смерть их верховного лорда, его наследника и дочери? Я винила его до тех пор, пока лорд Старк не позвал меня в свой солярий и не рассказал, что стало причиной восстания. Что мой отец убил лорда Рикарда и лорда Брандона. — Он рассказал вам…? — Он сказал, что его сестра не была изнасилована, но отказался дальше говорить на эту тему. — Что сделано, то сделано, моя леди, — сказал гвардеец, и Дэйенерис кивнула. Они подошли к детской. — Может ли старик побыть сентиментальным и попросить… — Конечно, — ответила Дэни с улыбкой. Они вошли внутрь, и она забрала Лианну у служанки. Сир Барристан заплакал, когда взял ее на руки. Его руки дрожали. — О, она просто чудо! — сказал он, когда служанка снова забрала малышку. — Пусть боги благословят ее, моя принцесса, — тихо, но горячо сказал сир Барристан, склонив голову. Дэйенерис посмотрела на него, и на одно долгое мгновение они просто смотрели друг другу в глаза. *** В день свадьбы южане с удивлением узнали, что церемония случится ночью, но никто из северян не обращал на них внимания. Джон нервно прошел по коридору, его тревога превратила сверток в его руках в камень весом в тонну. Он постучал, и Дореа впустила его. — Ты прекрасна, — сказал он. Айла усмехнулась. — Спасибо, но благодарить нужно твою жену, платье и служанок. — Я ей обязательно скажу. Она с Лианной или уже была бы здесь. Ты готова? — Да, да, девочки просто составляют мне компанию. — Хорошо, тогда Ирри, Дореа, вы нас не оставите? — попросил Джон, и служанки поклонились и ушли. Он поиграл с завязкой пакета, неуверенный, как начать. — Ой, пожалуйста, ожидание меня убивает, — пошутила Айла. Он хмыкнул. — Дэни упоминала, что ты не собираешься надевать девичий плащ. — Я вдова, а не девица. — Я знаю, но это традиция. — У меня нет дома, Джон. Мне все равно. — Но дом есть у меня. Я… Я попросил Киру помочь, и Санса, как приехала, тоже поучаствовала. Ты не должна носить его, если не хочешь, но… — Он протянул ей сверток, и Айла дрожащими руками развернула его. Она охнула, расправив плащ. Он был светло-серого цвета, украшенными вышитыми синей нитью розами. — Я… Я не… Я просто… — Я никогда не видел свою мать, — мягко сказал Джон, — но она доверила тебе мою защиту, доверила растить меня, и для меня нет рекомендации выше. Ты единственная материнская фигура, которая у меня есть, и если бы ты надела наши цвета и позволила мне отдать твоему нареченному, это было бы честью для меня и моего дома. По ее лицу тихо текли слезы, она забыла о манерах и крепко обняла Джона. — Я знаю, что не хочу, и не могу быть твоей матерью. Эта привилегия принадлежит ей одной. Но ты как сын для меня, и я не знаю, какая честь может быть выше, чем принять твое предложение. После того, как она надела плащ, Джон провел ее по замку к богороще, уже наполненной гостями. Раздался шепот, некоторые комментарии были неприятными, когда они увидели девичий плащ, но большинство сошлись на том, что это был знак, что дом Старлинг одобряет союз. — Кто пришел этой ночью предстать перед ликом богов? — начал Нед после того, как Джон подвел Айлу к ошеломленному Бенджену. *** Пир подходил к концу, когда Бенджен и Айла стали открывать подарки. Она подозрительно взглянула на подошедших к ним с хитринкой в глазах Джона и Дэйенерис. — Что вы задумали? — спросил Бенджен. — Я уже ношу мои подарки, — сказала Айла, указав на ожерелье, серьги и гребень с зимними бриллиантами. — Нет, это были мои подарки тебе, — объяснил Джон. — А теперь наш подарок, от дома Старлинг невесте и жениху. Он протянул им свиток. Будучи более продвинутым в чтении, Бенджен взял его и развернул, быстро пробежав глазами. Затем у него открылся рот. Джон поднял кубки для себя и Дэйенерис от проходящего слуги и попросил тишины. — Если можно, я попрошу вас поднять свои кубки за невесту и жениха, Бенджена и Айлу, лорда и леди Кристалии! Лорды и леди повторили тост за ним. Айла забрала свиток от мужа, читая его с дрожащими руками. Бенджен был в шоке. — Ты дал мне звание лорда? — С землями и замком, дядя, — с улыбкой сказал Джон. — Хотя замок, как и этот, стоял пустым со времен Рока. Боюсь, пройдет немало лет, прежде чем он сможет открыть свои двери для тебя. Смеясь и плача, Бенджен притянул племянника в крепкие объятья. — Нед проделал такую хорошую работу, Джон. Невозможно отрицать, чья кровь течет в твоих венах! Айла тоже обняла его. — Она бы гордилась тобой, — прошептала она. — Ты такой же, как она. И для меня нет рекомендации выше. Джон улыбнулся, сжимая ее руку. Сейчас Айла была его единственным мостиком к той ускользающей, безликой женщине, которая приходила в его сны каждую ночь, но чье имя он по-прежнему не знал.