Я не кукла

Ева попыталась отогнать от себя гнетущие воспоминания как можно дальше, но счастливая улыбка не сходила с лица каждый раз, стоило ей только посмотреть на любимого мужа, помогающего маленькому сыну складывать кубики яркого конструктора, в то время, как она сама была занята отчетом, который необходимо было сдать к концу недели. После встречи с Максимом ей пришлось долго эмоционально отходить от тех неприятных ощущений теснившихся глубоко в ее душе. Но этот человек вывернул все наизнанку, даже то, что вспоминать она запретила себе очень давно, ведь в самом начале, когда он ушел от нее к другой, чего не стал скрывать, Ева даже не подозревала, что та самая девушка, которая их разлучила была и девушкой Андрея, в прошлом лучшего друга Максима. Видимо общее горе, боль, разочарование и ненависть соединили их вместе и со временем это переросло во взаимные чувства и семью, которой они сейчас являлись. Поэтому Ева не собиралась менять свою жизнь, рушить то, что было таким крепким и настоящим ради предателя и изменщика. Максим не стоял даже рядом с Андреем. — Проблемы на работе? — Подсев к ней рядом на диван, спросил мужчина. — Нет. — Только сейчас она поняла, что сидит и смотрит завороженно в одну точку. —На работе все отлично. Просто устала. — Может, тогда отложишь отчет и отдохнешь? — Губы Андрея медленно и нежно покрывали короткими поцелуями щеку Евы, из-за чего она тесней прижалась к нему закрыв глаза. — Физически я в порядке. — Тогда что? — Я сегодня встречалась с Максимом. — Прикусив губу прошептала она. — Не понял. — Взгляд зеленых глаз уперся в жену, которая боялась пошевелиться. Андрей прекрасно понял о каком Максиме она говорила. Это заставило его напрячься подобно тетиве лука. — Ларин, Андрей. Тот самый. — Что он хотел от тебя? — Ничего. Почти ничего. Его величеству было интересно как я жила и живу без него. Веришь или нет, но мне до жути захотелось в толкать ему в рот стакан с водой. — Ева не собиралась скрывать от Савина встречу с бывшим парнем. Между ними никогда не было тайн. Они пытались это «проповедовать» и в собственной семьей, приучая сына не искать спасения во лжи, объясняя ребенку, что семья всегда простит, поймет, что бы ни случилось в любые времена в самые темные и в самые светлые. — Мне, правда, в какой-то момент показалось, что я все еще что-то чувствую к нему, но это не любовь, это скорее просто обычное человеческое облегчение. Вот просто увидела и отпустило. Я впервые увидела его таким, каким он есть на самом деле. Самонадеянный, эгоистичный папенькин сынок, который разрушил все, что только можно своими руками. Он ведь несчастен. Это написано на его лице. Жизнь с Вероникой не пошла ему на пользу. И мне его даже не жаль. — Ты, оказывается, жестокая. — Жестокость жестокостью подпитывается. — Как думаешь, почему вдруг он решил объявиться? Не думаешь ли ты, что он узнал о Денисе? — Никто кроме нас двоих не знает, что Денис, сын Максима. И я надеюсь, что эта тайна уйдет в могилу вместе с нами. Запомни, Андрей, — обхватив его лицо руками, женщина посмотрела ему в глаза и продолжила, понизив голос так, чтобы их разговор не смог услышать ребенок, — он твой сын, только твой. Максим ему никто и никогда не будет. Я не позволю, чтобы он снова попытался сломать нашу жизнь. Одного раза достаточно. Денис любит тебя, он считает тебя своим папой и так должно быть всегда. — Я надеюсь, что так и есть. — Я доверила тебе эту тайну. Именно тебе, понимаешь? Ни Лиза, ни даже моя семья не знает о том, что расставшись с Лариным, я уже была беременна от него. Тем более мы сблизились с тобой и я всех убеждала, что ребенок, который рос во мне последующие девять месяцев от тебя. Посмотри на него. Денис растет рядом с тобой, он даже похож на тебя. — Я должен тебе кое-что сказать. — Вдруг стал серьезным Андрей, взяв в свои ладони руки жены и сжав их. — К тебе тоже Ларин приходил? — Нервный смешок вырвался из груди Евы. — Вероника. Ева отпрянула от Савина, как оглушенная. Что-то в ее груди вдруг стало скрестись. Она знала о том, что Андрей не то что любил Веронику или Нику, как ее называли в кругу друзей, но и боготворил. Для всех у них были идеальные отношения. Ника никогда не слыла красавицей в их компании, но в ней было что-то притягательное и завораживающее. Она умела мастерски к себе расположить любого человека и воспользовалась этим при первой возможности, когда нужно было в свои сети подловить Максима, который всем вокруг показывал, что для него Ева не лучше половой тряпки. После того, как скандал с участием Кольцовой и Ларина вылез наружу, их друзья разделились. Какими бы они не были разбалованными из разряда золотой молодежи, но ни один не принял что-то подобное и простил. Сергей и Никита Яровые, Руслан Полевой, а также Кристина Новикова, Полина Морозова, Анна Серова в один момент отвернулись от Вероники и Максима. С тех пор эти двое выпали из окружения Евы и Андрея, а также остальных. — Что? Когда? — На прошлой недели. — И ты говоришь мне об этом только сейчас?! — С нажимом спросила Ева. Подхватив сопротивлявшуюся женщину под локоть, Андрей отвел ее в их комнату, подальше от сына, которому не следует видеть разыгравшуюся сцену ссоры родителей. — Я не хотел тебя расстраивать. — Ты уже это сделал! Что ей было нужно от тебя? — Она хотела, чтобы я был ее адвокатом. — Что? И ты дал согласие? — Она хочет развод. Нет. Я хотел вначале поговорить с тобой. — Отлично. Прекрасно. — Она обессилено опустилась на кровать, разведя руки в стороны. — Делай, что хочешь. Мне безразлично. — Не понял. Что ты сейчас сказала? — Повторяю: мне безразлично ровно до тех пор, пока твои отношения с Вероникой чисто деловые и не более, потому что иначе, Андрей, уже я подам на развод и закрою двери этого дома для тебя навсегда. Присев на корточки перед женой и сжав ее колени руками, Андрей попытался рассмотреть хоть одну эмоцию на лице Евы, но оно было непроницаемым. — Ты сомневаешься во мне? — Нет, но я знаю то, как сильно ты любил Нику. — Это было очень давно, Ева. — А что, если нет? Что, если все еще здесь, — она прижала ладонь к груди Савина, там, где быстро билось его сердце, — что-то к ней есть? Вдруг все еще может возобновиться? Ты об этом не думал? Андрей был готов взорваться от услышанных слов, но сдерживался лишь потому, что понимал — Ева сейчас руководствуется прошлым опытом и страхом, возможно, местами даже ревностью. — Ты сейчас меня с Лариным пытаешься сравнить? — Нет. Я никогда вас не сравнивала. — Тогда что? — Андрей, я просто боюсь, что не ясно? Мне плевать на Ларина и Веронику с Эвереста, но мне не плевать на нас с тобой! — А с нами что, будут какие-то проблемы? Я помогу Ник и дело с концом. Мы все разойдемся в разные стороны. — Зная ее, ты так просто не отделаешься. — Ева попыталась пропустить мимо ушей то, как ее муж только что назвал бывшую девушку. Сколько она себя помнила в их окружении, куда ее ввел Максим, Андрей всегда так называл Кольцову. Ее передернуло от отвращения. Но Савин был прав, стоит потерпеть немного и все закончится. Теперь до нее наконец стало доходить, что и Максим объявился не просто так. Если они разводятся с Вероникой, тогда понятно почему он вдруг вспомнил о ней, ведь как же, если следовать логике прошлого, то та Ева приняла бы Максима, но сейчас, настоящая и сегодняшняя Ева — нет. Позже, когда она лежала в постели и вслушивалась в ровное дыхание мужа, Ева пыталась разложить все в своей голове по полочкам, чтобы мыслить как можно рациональней, а не наоборот эмоционально. Но ничего не получалось. Даже разговор с Андреем не вселил в нее уверенность. Она, как и прежде, сгорала от еле скрываемой ревности и нервозности, готовая разнести все, что только попадется ей в руки. И как ей вытерпеть все те дни, что ждут впереди, пока Андрей будет заниматься бракоразводным процессом Лариных? Потребуется железная выдержка и воля, но в ней их так мало осталось. Она все растеряла давным давно. И больше ничего не вернуть. Из детской послышался плач и голос сына, который звал и мать и отца. Как можно тише Ева попыталась выбраться из-под одеяла, чтобы не разбудить Андрея, но его крепкая рука остановила ее. Он, видимо, так же, как и она, услышал плач Дениса и проснулся. — Спи. Тебе отдых необходим. Ему видимо опять приснился кошмар. — Надев спортивные штаны и футболку в которых ходил обычно дома, он наклонившись ближе к Еве, поцеловал ее в губы. Андрей зашел в комнату к мальчику, сидевшему на кровати, прижимая к груди игрушечного Капитана Америку, комиксы с которым обожал рассматривать часами в своей детской, и, взяв ребенка на руки, он попытался успокоить Дениса, хрупкое тело которого дрожало от страха. Тихие и ласковые слова постепенно заставили мальчика расслабиться и тесней прижаться к груди отца, который начал рассказывать ему разные придуманные истории, полностью поглотившие внимание Дэна, и не прошло и двух часов, как малыш уже посапывал на руках Савина. Аккуратно положив его обратно в кроватку и накрыв одеялом, Андрей еще посидел с ним в детской. Ему совершенно не хотелось спать. Сон напрочь исчез, ведь он чувствовал на внутреннем уровне, что Ева хоть и не показывала виду, но продолжала переживать и нервничать, так же, как и он, боясь, что семья может развалиться на части. Ведь, если посмотреть правде в глаза, как и Ева, он слишком был счастлив в прошлом, но и слишком пострадал из-за этого, как и из-за своей любви, которая то ли иссякла, то ли исчезла совсем и на место нее пришла другая, но всегда есть что-то такое, что возникнув однажды может все перечеркнуть. Он не мог понять откуда в его голове возникают какие-то сомнения в себе, в жене, которая все эти годы показывала, что любит его, как и он ее, но не обманывают ли они друг друга, ведь каждый обратился за помощью, только потому, что искал поддержки и понимания, но не спасения или симпатии, а ведь с ними это и произошло. Они искали одно, а получили совершенно другое. После того, как Андрей вышел к ребенку, Ева перекатилась на его сторону, пытаясь впитать в себя тепло, которое осталось после него, такого родного и близкого, но вместо этого ощущала лишь пронзительный холод по всему телу и пустоту, угнетающую и чужую, которая отчего-то вдруг поселилась в этой постели, которая никогда не дышала до этого подобным воздухом, а сейчас была переполнена до краев. Как бы она себя не чувствовала и что бы не испытывала, но скрыть от самой себя то, что она думает о Ларине уже было невозможно. Ей было мерзко и противно, стыдно, ведь почему-то в голове, слайд за слайдом, возникли и менялись картинки того времени, когда он делал ее по-настоящему счастливой и безудержно легкой. Что бы она не думала о нем, как бы он себя не вел, но первый год их встреч был настоящим, полным взаимной симпатии. Ева не верила в то, что человек может так сыграть. Это просто невозможно. Тем более, зная Максима, который не пылал каким-то желанием что-либо скрыть от окружающих. Эта черта характера нажила ему много недругов. Ведь никто не любит, когда им будто с плеча срубают правду от которой хочется бежать как можно дальше. Так же он поступил и с ней. Окатил правдой в Новый Год, когда вокруг столько счастья, волшебства и веселья.