Чудовище

Какой молчаливый и умный слуга. Мне не пришлось просить проводить меня. Он идет рядом, держась на пол плеча впереди, и я спокойно следую за ним. Ни слова, лишь редкие взгляды и кроткие полуулыбки, которые почему-то действуют успокаивающе. Стоит признать, я волнуюсь. На ужине должен быть король и свита. И мне не хотелось бы быть раскрытым с первого взгляда, ведь обладающий острым чутьем заметит, что я завуалирован плотной магической завесой. Не исключено, что за столом найдется кто-нибудь на это способный. Слуга раскрывает высокие двери и мы входим в зал. Небольшой, не сказать, что роскошный, даже скромный, но я бы отметил это как проявление хорошего вкуса. Гладкие каменные стены увиты живыми зеленными веточками, обсыпанными маленькими листьями и белыми цветками, они будто растут из самого камня. Настенные канделябры выполнены в форме цветов, в них горят зеленные свечи и мягко освещают помещение. Напротив входа висит огромное зеркало, видимо для компенсации отсутствия окна и оно с этой задачей справляется. Рассматривать стены никогда не входило в мои привычки, но что-то заставило меня растеряться. Скорее всего, тот факт, что я не знаю нравов и обычаев эльфов и понятия не имею, что мне следует делать. В центре длинный стол, уставленный блюдами, фруктами и винами. Вокруг стола сидят, эльфы. Их около тридцати. Они все обращают ко мне взоры и поднимаются со своих мест приветствуя. В ответ я слега склоняю голову. Во главе стола пустует высокое сидение с огромной витой спинкой. Судя по сему, место короля. Слуга проходит вперед и взглядом приглашает меня к столу. Отодвигает для меня сидение, и я сажусь рядом с пустующим изголовьем. Эльфы вокруг меня с удовольствием принимаются за трапезу, точнее, они ее продолжают. Видимо не принято у них ждать своих господ, прежде чем приступать к кушанью. Но обратив внимание на блюдо короля, я понимаю, что ужин был начат не без него. Еда хоть и немного, но была тронута. Значит, наш король вышел прежде, чем я пришел. Тем временем прислуга наливает в мой кубок вино. Алое, оно источает сладкий, пряный аромат и так и просится на язык. Пригубив кубок, я на миг прикрываю глаза. Изумительный напиток пробуждает желание пьянеть от него. Сделав еще пару глотков, я и в самом деле чувствую, как мое беспокойство отступает, взамен приходит легкость и желание смеяться. На какое-то время мне удается проникнуться непринужденным весельем эльфов пока двери зала не распахиваются. Все взгляды обращаются к тому, кто появляется на пороге. Эльфы поднимаются с мест и встречают вновь вошедшего чуть ли не овациями. Кто-то что-то кричит, другие его наперебой подхватывают, они поднимают кубки вверх и пьют из них. Выглядит это так, словно один из эльфов произнес тост, который был тут же радостно воспринят. И тост этот был, скорее всего, за короля. Он входит, одаривая присутствующих благородной улыбкой, которую странным образом дополняет тень высокомерия во взгляде, и садиться на свое сидение больше похожее на трон. Нет, оно не казалось таковым, пока эльф туда не сел, а вот сейчас, когда на нем так вальяжно разместилась королевская персона, это сидение чудным образом просто перевоплотилось в трон. Никогда не видел, чтобы в ком-либо так насыщенно сконцентрировалось столько пафоса, грациозности, самоуверенности и мощи. Если бы не последний пункт, то эльф был бы похож на избалованную инфантильную белоручку, привыкшую, что жизнь преподносит ей все на тарелочке с голубой каемочкой. Но он силен. От его присутствия внутри все переворачивается и замирает. Воздух вокруг него словно резонирует и вспыхивает редкими искрами. Он опасен и этим притягателен. Я хочу заполучить пульсирующую в нем энергию. Король берет со стола кубок инкрустированный белыми самоцветами и торжественно поднимает его, что-то произнося на неизвестном мне языке. Все снова начинают весело шуметь и пить. Эльфы так каждый вечер расслабляются или у них сегодня праздник? Ладно, это меня меньше всего интересует. Главное, что король не подает виду, что заподозрил неладное, и я очень сильно надеюсь, что это именно так. Продолжая быть участником застолья, я подношу к губам вино. Но не успеваю я отпить, как по телу пробегает озноб, мне вдруг становится дурно. И дело явно не в вине. Мои чакры продолжают впитывать энергию из окружающего пространства, как делали это в лесу. Но сейчас воздух насыщен энергией короля, которую в итоге они и пытаются вобрать в себя. Это вызывает достаточно враждебную реакцию. Золотые нити манны болезненно колют, попадая в мои вены, и тут же расщепляются, словно истратив себя на этот укол. От этого меня и пробрало болезненной судорогой. Не по мне такое лакомство. — Ваше высочество, с вами все в порядке? — спрашивает кто-то сидящий рядом со мной, но не получает ответа. Я прерываю все потоки, закрывая магическую циркуляцию, чтобы больше не впитывать в себя чужую энергию. Боль медленно рассеивается, позволяя мне отдышаться. Взбушевавшийся вихрь затихает и само отсутствие каких-либо болезненных ощущений кажется настоящим блаженством. — Неужели тебе дурно, сын мой? — обращается вдруг ко мне король, от чего я чуть ли не подскакиваю на месте. В его голосе вполне искренняя забота родителя к ребенку, и это дает мне повод пока что ни о чем не беспокоиться. — Уже все прошло. Мне стало не по себе лишь на мгновение. — Ты выглядишь уставшим, — в голосе еле заметное удивление. — Неужели Мирэнер не позаботился о тебе должным образом? Скорее всего он говорит о слуге, который покинул меня после того, как усадил за стол. — Думаю дело не в этом, отец… Если вы позволите, я пожалуй отправлюсь в свои покои. — Что же, никто не смеет тебя держать. Я встаю, следом за мной поднимаются и остальные эльфы. Легкий поклон в их сторону, на что эльфы, улыбаясь, кланяются, и поклон королю, в ответ он еле заметно кивает. Лишь за дверью я понимаю, что у меня трясутся руки и похолодели пальцы. *** Спальня встречает меня одиноким огнем свечей и графином вина на прикроватном столике. Я ожидал, что меня встретит в покоях Мирэнер, но его здесь нет, ни его, ни кого бы то ни было еще. В принципе, так даже лучше. Заперев дверь изнутри, я избавляюсь от эльфийской наружности, испытывая такое облегчение, как будто снял с себя тесные туфли. Отчего-то тошно, так долго притворятся кем-то. Вряд ли нашелся бы хоть кто-то, кто решил бы прикинуться мной, примеряя мой образ. А я вот хожу с чужими лицами и это для меня не редкость. Разыгрываю цирк перед жалкими насекомыми, чтобы выудить выгоду. А если они такие жалкие, то почему я так сильно волнуюсь и злюсь? Так. Насколько я успел выяснить — самоанализ не для меня. Ибо он всегда перетекает в самобичевание. Я это уже успел уяснить — у меня было много свободного времени в одиноком заточении. Мне надо отвлечься. Наверное как раз на этот случай здесь и оставили пузатый графин полный красного вина. Наливаю в небольшой кубок и выпиваю вино в несколько глотков, как будто сок. Почему-то оно показалось мне настолько вкусным, что я просто не удержался. На языке поигрывают не только ягодные нотки, я чувствую так же легкий привкус все той же магии. Видимо, в состав входит пара щепоток зачарованных приправ. От этого ли по телу расплывается тепло, заставляя расслабиться и улыбнуться? И я думаю о короле. Мне не стащить ни капли его манны исподтишка. Нужно, чтобы он открылся мне и позволил это сделать. Чтобы он был ближе… Наполнив бокал новой порцией, я откидываюсь на подушки. Сегодня впервые за долгое время я буду спать на мягкой постели в теплой комнате. Хочется расслабиться и не беспокоиться ни о чем. Сладкий привкус вина предвещает не мене сладкие грезы. *** В дверь кто-то негромко стучит. — Ваше высочество, вы проснулись? — слышу уже знакомый голос. Выныриваю из-под одеяла и встаю с постели. Надо же, я проспал до самого утра? Что мне снилось не помню, но чувство удовлетворения ото сна позволяет думать о данном утре как о добром. Я принимаю подобающий лесному принцу вид, накидываю на себя какой-то халат и отворяю затвор. — Доброе утро, — слуга кланяется. — Доброе, — улыбаюсь я и прохожу мимо слуги в зал, где на столе приметил завтрак. — Вижу вы в хорошем расположении духа, мой принц. — Возможно, — садясь за стол, отвечаю я. Овощной салат выглядит достаточно аппетитно… — Где сейчас король, Мирэнер? — спрашиваю я уже с вилкой в руке. Если честно, я в самом деле вдруг почувствовал голод, поэтому с удовольствием принимаюсь за еду. Эльф встрепенулся и даже как будто растерялся от моего вопроса. — Король в лесу. — В лесу? — с сомнением уточняю я. — Да, собирает травы. — Один? — Покинул замок он с сопровождением… Мне бы показалось шуткой, что король ушел в лес собирать траву, если бы я сам не делал подобного. Неужели он увлекается зельеварением? Местная флора мне не знакома, какие снадобья можно из них изготовить я не знаю и это меня напрягает. А если король сам отправился на сбор, так скорее всего давно оставил стражу поодаль, чтобы никто не ведал, какие растения он рвет и не догадался для чего. Но почему тогда даже мой слуга знает, зачем именно король покинул замок? А еще в лесу, если король уединится за сбором необходимых ему ингредиентов, кое-какой паучок может вылезти из укрытия не боясь, что его тут же прихлопнут воины, и надеясь, что отец его узнает, прежде чем обнажит меч. Но если бы он был способен признать в том, что сейчас из себя представляет Леголас, своего сына, то был бы в состоянии и на мое разоблачение… — Мой принц, желаете ли вы принять ванну? — неожиданно врывается в мой внутренний монолог голос извне. — Нет, — запиваю салат чаем, травяным чаем… — Я желаю посетить библиотеку. *** До обеда я просидел с книгами, но толку от них было слишком мало. Все из-за того, что большинство из них было на неизвестном мне языке. Те, что я смог прочесть, хоть и были какими-то бесполезными сказками, однако помогли хоть немного скрасить ожидание, которое длиться до сих пор. Я наказал слуге сообщить мне когда вернется король, но он до сих пор отсутствует. Что же он там такое собирает? Я успел прогуляться по замку, но так и не уяснил его архитектуру, он по-прежнему представляется мне запутанным лабиринтом. Понаблюдал за тренировками воинов, где они размахивали мечами и стреляли из лука. Мне даже предлагали присоединиться на что получили отказ и были этим удивленны. Уж лучше так я их удивлю, чем внезапной потерей боевых навыков. — Король прибыл, ваше высочество, — сообщает мне Мирэнер, когда я сижу за одной из книг в своих покоях. — Он у себя? — Да, и его величество желает разделить с вами вечернюю трапезу. Хорошая идея, особенно если речь идет не о празднестве подобному вчерашнему и я смогу остаться с ним наедине. — Приготовить ванную для вас, мой принц? — Да, — как понимаю, до ужина придется подождать, так что я лучше убью, точнее, утоплю, это время в горячей воде. Слуга отлучается, но ненадолго. Возвращается он уже для того, чтобы пригласить в ванную. Ароматная вода обнимает мое тело и я расслабляюсь. Попытки придумать план действий не увенчались успехом. К тому же у меня нет никакой возможности предугадать наперед действия короля. Придется импровизировать, а пока… — Сделаешь массаж? — небольшая подзарядка мне не повредит. — Как пожелаете, ваше высочество. Слуга садится позади меня и его теплые руки невесомо оглаживают мои плечи. Я закрываю глаза, отдаваясь ощущениям, прислушиваясь, как магия эльфа тоненькими золотыми струйками проходит сквозь мою кожу и растекается по венам. Дарит умиротворение и окатывает тело приятными волнами. Я полностью растворюсь в окутавшем меня удовольствии и кажется, даже начинаю засыпать. Неожиданный всплеск воды выводит меня из транса. Не сразу понимаю, что Мирэнер упал в воду, прямо через мое плечо. Целую секунду разглядываю черную копну волос, расплывшуюся по воде, словно нефтяное пятно, прежде чем вытаскиваю его из воды. Сажусь на бортик, держа эльфа на руках, и хлопаю по щекам, пытаясь привести в чувства. Парень поднимает веки. Мокрые ресницы слиплись еще четче обрисовывая затуманенные глаза, которые все никак не могут сфокусироваться на моем лице. Эльф смотрит и будто бы не видит. Размыкает губы, но не говорит ни слова. — Как ты? — спрашиваю, но слуга не спешит с ответом, все пытаясь придти в себя. Наверно он был до сих пор слаб после вчерашнего и я его окончательно выжал. Что же, зато я чувствую себя достаточно бодро. Но что делать с эльфом, который беспомощно лежит на мраморной плитке в полуобморочном состоянии? Позову кого-нибудь ему на помощь, а там пусть сами разбираются. Или нет. Кто-то должен привести меня к королю, просить кого-нибудь другого об этом будет странно, а этого эльфа, скорее всего, и просить не придется. Шумно выдохнув, склоняюсь над ним. Прошептав в побледневшие губы пару слов, я накрываю их своими губами, возвращая часть украденной силы. Его губы вздрагивают, а незамысловатый процесс незаметно даже для самого меня перетекает в поцелуй. Отмеренное я ему уже отдал, но он словно требует большего, не отпуская меня. Опомнившись, я прерываю поцелуй и встречаю настолько обескураженный и испуганный взгляд, секунду назад так настойчиво целующего меня эльфа, что мне становится смешно. — У тебя голова закружилась, наверное от жары, и ты упал в воду, потеряв сознание… Я делал тебе искусственное дыхание, — чуть ли не смеясь несу полную чушь, которую предлагаю ему как более менее приемлемое объяснение произошедшего, и кажется, он на все согласен. — Знаешь, при асфиксии могут быть и галлюцинации… Просто у тебя такое лицо, как будто ты увидел… — а у них черти есть? — оленя, летящего по небу с мешком ядовитых улиток. — Что? — Мирэнер приподнимается на локтях. — Олень? — слуга медленно поднимается на ноги. — Да, рогатый такой, — и изображаю ветвистые рога растопырив над головой пальцы. Эльф до сих пор в шоковом состоянии, но увидев мое гениальное исполнение оленя, начинает приглушенно смеяться, прикрывая рукой рот. — Прошу прощения, что доставил вам беспокойство, — явно приободрившись извиняется слуга. — Позвольте я помогу вам… — Себя сначала в порядок приведи, — перебиваю я его, заставляя смутиться, — а потом возвращайся. — Да, ваше высочество. Отправив промокшего эльфа восвояси, я пытаюсь придумать, что надеть. Усмехнувшись над самим собой, я действую по той же схеме, по которой мой наряд был выбран вчера, и выбираю брюки, более темные и плотные чем в прошлый раз, бежевую сорочку и темно зеленую тунику. Волосы я избавляю от избытка влаги, в буквальном смысле, щелчком пальцев. Стоя у зеркала, я меняю голубой цвет глаз на зеленый. Да, так гораздо лучше, жаль, кроме меня это вряд ли кто оценит. Еще и цвет волос бы поменять. — Простите за ожидание, ваше высочество, — вернулся Мирэнер гораздо быстрее, чем я ожидал. Хорошо, что с волосами я поэкспериментировать не успел. Было бы неловко, застань он меня за этим делом. — Ничего страшного, налей мне еще чаю, — обращаю я на него уже голубые глаза, тем не менее, встречая в его взгляде некое удивление. — Мой принц, вы… — оглядывает он меня, — …лишили меня удовольствия подобрать вам платье, — скромно улыбается эльф. — Одеться я в состоянии и без чьей либо помощи, но не беспокойся, я оставил на тебя прическу, — беззаботно бросаю я, усаживаясь за стол. Мирэнер наливает мне чай, полная чашка почти сразу оказывается в моих руках, и я пью из нее, думая о том, что зря я высушил волосы, надо было оставить их влажными. Более того, собственная неосмотрительность, которая в последнее время все прогрессирует, просто пугает, это как болезнь, которая может иметь и летальный исход. — Нет, я передумал, обойдемся без прически, уже и так много времени потеряли. Ты уж больно долго где-то там ходил. Король должно быть уже заждался, — и ставлю чашку, почти все такую же полную, обратно на стол, резво поднимаясь с места. Мирэнер смотрит на меня с приоткрытым ртом, явно ошарашенный вдруг проснувшейся во мне избалованной своенравностью. — Как пожелаете, ваше высочество, — покорно кланяется. — Позвольте сопроводить вас. — Позволяю, — манерно взмахиваю рукой, направляясь к выходу вперед слуги. Уже в коридоре я намеренно отстаю, пропуская эльфа чуточку вперед. Слуга идет не глядя на меня размеренным ровным шагом. А я кошусь на его косу, в которую он собрал мокрые волосы. Проследив всю ее длину, я вижу, как на самых кончиках собираются капли воды, и замечаю еле различимые на темной ткани мокрые разводы. Он даже их толком не протер, лишь наскоро поменяв одежду на сухую, чтобы поскорее вернуться. «Какая самоотверженность», — фыркаю я. Впереди по коридору дверь — двустворчатая, высокая, позолоченная, резная. Что-то мне подсказывает, что нам к ней. Остановившись у двери, Мирэнер кланяется мне, и уходит, получив мой одобряющий взгляд. Я, оставшись один, хотел было постучаться, как все-таки решаю просто войти. Ведь меня ждут?