Minne an Iorveth (Любовь для Йорвета)

Он не знал, сколько времени провалялся в отключке – судя по свету, не слишком долго, но шея и спина успели онеметь: приземление оказалось не слишком мягким. Йорвет сощурил глаз от яркого света, повернулся на бок, голова отозвалась резкой болью, а рядом, в луже багровой крови, лежала рысь. Скоя'таэль, превозмогая слабость в теле, поднялся. Двумя шагами сократил расстояние между собой и мертвым фамильяром. И тут его осенило. — Ленора! – эльф крикнул во все горло. — Я здесь. – раздался сзади надменный голос пиромантки, на который Йорвет тут же обернулся и обомлел – на него с огромной скоростью летела Ленора. Даже не отталкивалась от земли с большой силой и не спрыгивала откуда-то с высота, а ЛЕТЕЛА! Целиком и полностью вся объятая пламенем. И все на её пути превращалось в такое же гудящее пламя. Ещё прежде чем эльф полностью повернулся, чтобы успеть хоть как-то отреагировать его лицо настиг мощный удар, и оба они упали. Ленора тут же потухла, хотела было подорваться и быть может нанести ещё удар, но скоя'таэль обладая большей проворностью и хитростью, сделал резкую подсечку ногой, и когда соперница, потеряв равновесие грохнулась на спину, прижал девушку, которая настолько растерялась, что даже не сопротивлялась, к полу всем своим телом и вместо того, чтобы ударить, поцеловал ее. Его первый поцелуй был осторожным, опасливым из-за увиденного и внезапно осознанного страха вновь потерять ту девочку из Анхора. На мгновение, перед тем, как провалиться в темноту, Йорвету почудилось, будто он перенесся назад в прошлое, в ту самую долгую ночь. Утро, которое наступило тогда скоя'таэль помнил смутно, лишь знал, что тогда добил в Анхоре всех до последнего Dh'oine, а затем в тайне от своих собратьев некоторое время искал и упорно цеплялся за любой слух о огненной девочке Истоке. А потом спустя годы, когда он уже смирился с поражением и забыл про неоплаченный долг перед квартероном и его женой — появился тот самый ведьмак, а одной из его спутниц оказалась его пропажа. Его и только его. Теперь он нашел обоснование новой волне ненависти к Яевинну. Ведь не он, Йорвет, а себялюбивый Яевинн последние почти двадцать лет делал из храброй Элейны женщину, которую Лис, несмотря на все свои противоречия, успел возлюбить. Спустя какое то время мужчина оторвался от девушки, провел языком по её губам, призывая ответить на его поцелуй. И в этот момент взору эльфа открылась менее всего ожидаемая картина: темно-зеленые миндалевидные глаза его пиромантки обволакивала белая пелена. Потихоньку спадающая. Ленора вполне осознанно взглянула в вытянутое лицо нависающей над ней белки, и не сразу нашлась, что ответить. Тем не менее в глазу Йорвета читалось столь неподдельное изумление, что он всё же произнес, слегка отстранившись: — Esseath aeimnye. Где-то сбоку звякнул упавший металл. Йорвет проследовал взглядом за ее движением. Ленора окинула ясным взглядом целиком сложившуюся картину и оттолкнулась от холодного камня, едва эльф успел уйти в сторону и встать следом. Скоя'таэль на секунду прикрыл глаза, глубоко вздохнул и пошел к объекту зрительного контакта Бушев. К не двигающейся дикой кошке, а не кровью добытому стилету для Саскии. Он опустился на колени перед Шадо, а Ленора всё это время молча наблюдающая за его манипуляциями неожиданно пнула кинжал под руку ныне не желанного напарника и закричала. — Из-за тебя и твоей хвостатой твари единственное существо, которое меня понимало – погибло! Слепая чародейка, которую ты не сумел удержать – убила беззащитный талисман и сбежала, пока я была в ловушке твоей милостью! Теперь монстр, которого ты считал надеждой Aen Seidhe спалит город до тла, а ты со своими наивными бойцами будешь изгнан из Вергена и снова начнешь ютиться по лесам, если не окажешься в петле у Стенниса, а может и нет... – в истерике её темперамента хватало так надолго, что ей даже не требовалось переводить дыхания для того, чтобы продолжать орать. Чего нельзя было сказать о выпрямившемся эльфе. Его впервые совершенно не бесили дерзко брошенные девчонкой слова, за которые любой другой уже давно поплатился бы языком, а затем и жизнью. Он просто стоял и смотрел на озвучивающую его самые страшные догадки Ленору да ждал, когда она выбьется из сил. ... — Ещё есть вариант, что этот трус продаст тебя Радовиду за независимость своего вшивого Аэдирна! Или Дракенборг! Или Роше! Или обыкновенная бойня. В любом из случаев ты потеряешь не свою, так много других жизней! Потому что ты проиграл! Ты снова повелся, как ребенок на одно заманчивое обещание о светлом будущем ни на секунду не задумавшись о последствиях неминуемого провала! Хоть раз за всё это время, ты не садился и не задумывался, кому, черт возьми, была выгодна смерть двух Северных королей? Кому как не тебе знать это! Ты уже обжигался на этом! Черные! Нильфграард начал третью войну, а ты, кретин, дальше нужд своего народа никогда не увидишь. Даже не проси меня помогать тебе вернуть Саскию, пусть Геральт убьет её или это сделаю я. — Thaess aep rid essea a'baeth te aris. Можешь хоть минуту помолчать? Ты парила в воздухе и была объята пламенем. Твои глаза были белого цвета. Esseath conas Aen hen ichaer! — Ещё я убила элементаля огня голыми руками, что ждет и твою рептилию, если она хоть дымком кашлянет на кого-то из скоя'таэлей Иво и Яевинна, это я тебе обещаю! — Тогда мне нужно поспешить и найти Vatt’gherna, – Йорвет подобрал стилет, который лежал у него под ногами, затем развернулся и ушёл. Совершенно не ожидая, что его попытаются остановить. Просто ему нужно было побыть одному, успокоиться. Им обоим. Но тут над ними пролетел Золотой Дракон, не иначе как — Единства, потому что позади послышался топот Ленориных ног. — Ты поцеловал меня и решил убиться?! Остроумно! СНОСКА: Esseath aeimnye — Я волновался Aen Seidhe — Народ Гор Thaess aep rid essea a'baeth te aris — Заткнись или я поцелую тебя снова Esseath conas Aen hen ichaer — Ты как Старшая Кровь Vatt’ghern — Ведьмак