Некоторые Слегка Необычные Заблуждения

- Это нечестно, - заявила Роза со сложенными на груди в становящемся уже защитном жесте руками. Сидя на краю кровати, она сжимала колени вместе так, будто бы на ней была юбка вместо джинсов. Доктор лишь покачал головой, как будто бы это ничуть не напоминало проблему. - Я бы сказал, обременительно. Ну, я говорю – обременительно, но на самом деле… Нет, думаю, я имею в виду именно обременительно, - заключил он, до сих пор опираясь о стену у двери. Его руки тоже были сложены на груди, но, судя по контуру его тела, он был расслаблен. – Они просто беспокоятся о твоем здоровье. Она издала не-совсем-радостное хмыканье, чтобы продемонстрировать, что думает по этому поводу. - Разве ты не можешь просто дать им свое профессиональное заключение, что я в полном порядке? Он улыбнулся, но вновь покачал головой. - Бесхитростный сканер с этим не согласится. - Ты имеешь в виду ту штуковину, что работает только потому, что мы починили их источник питания? – спросила она. - Ага, - ответил он, растягивая «а». – Не могли уйти, так как была проблема, не можем уйти, потому как ее устранили. Вот тебе и ирония. Она опустила взгляд на свои кроссовки, ее ноги не совсем доставали до пола. Это была высокая кровать в маленькой комнате, и все это явно предназначалось для двоих. - Вот тебе и благодарность, - поправила она. - Это другая культурная норма, - вновь попытался объяснить ей Доктор. – Она даже не лишена смысла, если задуматься. Что довольно редко для культурных норм, а? – Он одарил ее надеющейся улыбкой, пытаясь призвать ее согласиться. - Существует разница между тем, чтобы держать под контролем сексуальную неудовлетворенность и тем, чтобы силой затаскивать людей в постель, - категорично ответила она. Последовала небольшая пауза, пока Доктор обдумывал это. - Аргумент. Хотя, не думаю, что их заботит, где тебе вздумается это сделать. Она одарила его взглядом, очень ясно сообщившим ему, что он Не Помогает. Он приподнял брови, его карие глаза были исключительно притворно печальны. Она показала ему язык. Они потратили минуту, корча друг другу рожи, пока он не подрыгал бровями в безумной манере, и она не разразилась смехом. Она ухмыльнулась его сияющей улыбке, ощущая внутри тепло. Когда он был таким, она иногда думала, что… Ну. После того происшествия с галстуком на прошлой неделе – происшествие с галстуком, имитация секса, одно и то же ведь – она думала, что, возможно, он смотрит на нее чуть иначе. Время от времени она ловила его как будто бы смягчившийся взгляд, с углубившимися маленькими морщинками вокруг глаз, словно бы он улыбался, даже если это было не так. И она думала… Ну. Она надеялась. В этом не было ничего такого. Возможно, происшествие с галстуком дало ему пищу для фантазий, так же, как и ей. Возможно, он смотрел на нее чуть по-другому не только в одном смысле. Так что когда Доктор оттолкнулся плечом от стены и присел рядом с ней на кровать, твердый матрас лишь чуть-чуть прогнулся под его весом и наклонил ее к нему, когда он сделал это с такой великолепной улыбкой и провел ладонью поверх ее руки, скользнув пальцами меж ее пальцев, когда он сделал это, о боже, она надеялась. До сих пор сияя улыбкой, он толкнул ее плечом, и она захихикала, склонив голову. Он склонился чуть сильнее, движение вжало его ладонь в ее руку, лежащую на постели. Его дыхание было прохладным и ровным сбоку от ее лица. Тогда она посмотрела на него, и его глаза заполнили все видимое ей пространство. Глубокие и карие, с этими ресницами, кожа бледная и с такой легкой россыпью веснушек. Он сжал ее руку, и она сжала его пальцы и приподняла голову для поцелуя, не находя в себе смелости потянуться, когда он был так близко. И он улыбнулся ей и произнес, само воплощение жизнерадостного ободрения: - Это всего лишь оргазм, Роза. Воздух застрял у нее в горле. Воздух замер, и она замерла; слова были не способны двигаться, как и она сама. Даже Доктор был не настолько глуп, чтобы не заметить этого. - Роза? – спросил он, и по тону, не глядя, она знала, что брови его были нахмурены. Его лицо до сих пор было так близко к ней, что она не видела ничего выше его бровей. – Вот и все, - продолжил он, большим пальцем он поглаживал обратную сторону ее ладони, его озабоченное дыхание касалось ее губ фальшивым поцелуем. – Оргазмы полезны для тебя. Она отвернула голову в сторону и отстранилась всем телом, плюхнувшись на бок, полулежа с ногами, до сих пор свисающими с кровати. Она не могла смотреть на него. Она вжалась лицом в постель, но он склонился над ней, его рука до сих пор держала ее руку. Он склонился над ней, его острые тазовые кости и ничто другое – никогда что-нибудь другое – вжались в ее бедро. Даже если бы она сказала «да», что бы он стал с ней делать? Что бы он смог? Мозг мгновенно снабдил ее набором вариантов. Это была просто абсолютно неловкая ситуация, учитывая, что он вот так полулежал на ней. - Роза? – спросил он, с легким придыханием от беспокойства и озадаченности. Если бы он при этом был между ее ног, а не сверху на них, она могла бы сдаться прямо здесь и сейчас. – Что такое? – Он выпустил ее руку, чтобы обхватить ее щеку, так, как уже сто лет не делал. Она закрыла глаза от его прикосновения, едва не дернувшись в сторону от него. Его рука отстранилась. – Я… - Руки холодные, - сказала она. – Вот и все. - О, - произнес он с разочарованием в голосе. Как будто бы она купила ему щенка только чтобы пнуть его. Если бы это был кто угодно другой, она бы сказала, что он пытается ее принудить. Но это был Доктор, ее великолепный, ужасный инопланетянин, который на самом деле хотел лишь одного: убраться с этой космической станции обратно во вселенную. Он просто беспокоился о том, как она справится с инструкциями здравоохранения, которым ей придется последовать, прежде чем они смогут уйти. - Почему только я? – Слова сорвались с ее губ, прежде чем она смогла бы их обдумать. - Не только ты, - убедил он ее, до сих пор склоняясь над ней, руками опираясь по обе стороны ее туловища. – То, что в половину дверей здесь встроен сканирующий механизм, вряд ли означает, что только ты. Роза потрясла головой. - Не это имела в виду, - сказала она одеялу. - Что тогда? Она вновь потрясла головой. - Забудь. Он издал звук, как будто бы обдумывал это, затем ответил: - Не-а. Не в настроении забывать. Его пах, прижимавшийся к боковой стороне ее бедра, говорил ей о том, что он так же не был в настроении для чего-нибудь другого. И это было непреднамеренным оскорблением для неведомой обиды. - Почему ты их не беспокоишь? – спросила она, чуть развернувшись в талии, чтобы взглянуть на него снизу вверх. Он удивленно моргнул. - В смысле, - произнесла она, - когда у тебя в последний раз был секс? Некоторое время он глядел на нее, удерживая свое худое тело над нею, опираясь руками по обе стороны от нее. - Я не человек, - сказал он ей. - Да, я знаю, - произнесла она, приподняв одну руку, чтобы похлопать по его пальто напротив сердец. Его галстук высвободился, конец упал ей вниз на грудь. Она переместилась чуть больше на спину, неспособная удержаться. – Но когда у тебя в последний раз был секс? Он чуть сморщился, размышляя, и переместился вместе с ней, приподнявшись, чтобы она могла нормально лечь на кровать с ногами. Его галстук вытянулся перед ее лицом, когда он выполнил над ней полноценную стойку. А затем он опустился на локти, опустил себя на нее, свои ноги по обе стороны ее ног. - А проход через оргию считается? – спросил он, его лицо было так близко, а тело таким идеально тяжелым. Его костлявые бедра вжимались в ее бедра, и она не могла удержаться от того, чтобы не представить, что давление было от чего-то более настойчивого. Она не могла дышать, поэтому вместо этого покачала головой. - Нет? - Не-а, - смогла выдавить она. – Только если ты при этом не был голым, думаю. - Справедливо, - произнес он. – В таком случае, я регенерировал дважды с последнего раза, когда у меня был секс. Она попыталась ухмыльнуться ему, не была уверена в том, как получилось. Потому как часть ее сердца только что облилась кровью за него, а остальное принялось скакать вверх-вниз, радостно вопя о том, что даже при участии Франции восемнадцатого века, все равно не было никого другого. Учитывая, что он так расслабленно лежал на ней при этом, внутри нее происходила странная смесь реакций. - Насколько давно говорить не хочешь? – поддела она. Он закатил глаза, словно мужчина, которым был прежде. - Повелитель Времени не хочет говорить, насколько недавно. – Он переместился на один локоть и перекинул галстук через плечо, чтобы тот не щекотал обнаженную кожу в ее вырезе. – У долгоживущих рас это обычно за правило. Слишком частое репродуцирование обычно бывает плохой затеей, а затем, раз - и это уже позор, даже если ради развлечения. Не имеет значения, на самом деле: у меня полный контроль над всем, что там внизу. Можно сказать, все размышления веду одной головой. – И он подрыгал бровями, как будто бы думал, что это вновь рассмешит ее. Нахмурился, когда это оказалось не так. - Так ты не возбуждаешься, - прямо произнесла Роза. - Нет, только если не решу, - сказал он ей. – Я могу возбудиться. Ну. Говоря «возбудиться», я имею в виду поместить себя в возбужденное состояние. Одно и то же, на самом деле. – Взглядом он призвал ее согласиться. Она не стала. - И именно поэтому я здесь единственная с секс-проблемами. - О, я не стал бы называть их так, - попытался он утешить ее. По его лицу так явно было видно, что он хочет помочь. Он вновь почти коснулся ее лица, затем, казалось, вспомнил ее неприязнь к его холодным рукам. Она осознала, что позабыла о своих собственных, оставила их бесполезно лежать. Вместо этого она коснулась его боков. Он был крепким и худым, и перед ее глазами возникло непрошенное воспоминание о его обнаженной груди. - Ну вот, - произнес он с этой своей добренькой улыбочкой. – Ничего сложного. Он переместился на ней, поместив одну ногу между ее ног, и она не могла удержаться, чтобы не подумать: «И ничего твердого». - Я пересплю с кем-нибудь другим, - сказала она. - Что, - сказал он. Они уставились друг на друга, тела вытянуты в одну линию, а лица сближены. - Я пересплю с кем-нибудь другим, - повторила она. - Почему? – спросил он в дюймах от ее лица. – И, раз уж мне уже известно, как, где и когда – с кем? Он не имел никакого права звучать таким возмущенным. За исключением того, что, как она знала, у него оно, вроде как, было. Если бы она отвергла его, эмм, помощь в чем угодно другом и вместо этого выбрала ближайшего незнакомца, у него было бы право быть таким возмущенным. - Тот парень, что помог нам сегодня, - сказала она, потому как тот на самом деле пришел на ум. Он был милым, и его лицо напомнило ей о другом, нелепом, которое она до сих пор время от времени видела во сне. – С гидроновым генератором. Тот инженер. - Тот, что флиртовал с тобой, - мрачно произнес Доктор. - Лучше того, что флиртовал с тобой. Не думаю, что я в его вкусе. Он даже не улыбнулся. Едва ли не хмурился на нее, взгляд его был угрюмым и напряженным, телом он вжимал ее в постель. - Он был идиот. - Последний идиот, которого я знала, был великолепен в постели, - бросила она в ответ, смутно надеясь, что каким-то образом, на расстоянии вселенной, Микки смог услышать, как она это сказала. Хотелось бы надеяться, без намека на то, насколько возбуждающим оказался внезапно агрессивный Повелитель Времени. - Этот твой инженер как раз и устроил все неприятности с генератором. Он едва не взорвал семь сотен людей, а ты хочешь его трахнуть? – Что было несправедливо, ведь этот же парень и решил проблему. – И, - добавил он так, будто бы это был последний, решающий аргумент, - у него огромные уши. - Все, что ему требуется – это голубые глаза и северный акцент, - согласилась она, совсем не подумав. Доктор скатился с нее. Он скатился с нее и пересек комнату быстрым, широким шагом, встав к ней спиной. Он зарылся ладонями в волосы, потянул за них, а затем сунул руки в карманы. Его плечи сформировали напряженную линию, и она могла слышать, как он дышит, резкий звук движения вдыхаемого и выдыхаемого воздуха. Роза села. Он не пошевелился. - … Доктор? – неуверенно окликнула она его. Без его веса на себе она вновь могла бы дышать, если бы только была на это способна. Он повернул голову в сторону, и она увидела глубокую ямочку на его щеке, ямочку, что возникала только во время всепоглощающей радости или неистовой ярости. И эту вызвало не первое. Она не знала, что сказать. Спустя минуту это сделал он. - Я просто пытаюсь помочь, - выпалил он. – Я не… - Он прервался, сглотнул. Даже несмотря на то, что он вновь смотрел на стену, даже несмотря на то, что единственным, что она могла видеть, был его затылок, она знала. – Мы не можем уйти, пока ты не испытаешь оргазм, Роза. Я пытаюсь помочь. - Я знаю, - сказала она. – Все в порядке. Он вновь вцепился в волосы. - Я не стану спать с инженером, - добавила она. – Я знаю, как ты не любишь, когда красавчики начинают увязываться за мной. Тебе не придется иметь с ним дело. - Он не красавчик, Роза, он обыкновенный идиот. – Его плечи дернулись, как будто он хотел обернуться. – Он не слишком сексуален для своей рубашки. Роза рассмеялась. Она не собиралась этого делать, но это произошло. Доктор резко развернулся, уставившись на нее, разъяренно, а затем озадаченно. Она похлопала по постели, до сих пор смеясь. После кратчайшей заминки, он вернулся к ней, начиная улыбаться и сам. - Что? – спросил он, а она просто рассмеялась сильнее, увидев его таким, каким он был раньше. Все, чему его не хватало, это Лондонского Ока, нимбом вокруг его бестолковой головы. - Это никак не связано с тем, что твоя рубашка недостаточно сексуальна для тебя, - сказала она ему сквозь хихиканье. - Нет? – спросил он. - Нет, - ответила она, и во второй раз за неделю поцеловала его нос. Он улыбнулся. - Но, - сказала она, - Мне нужно кое-что спросить. Могу я просто снять напряжение сама? Он нахмурился. - Ну, знаешь. Помастурбировать. – Она смогла произнести это без бормотания и не опустив голову. Ей, однако, пришлось побороть порыв отстраниться. – Если я проскользну через скан сразу после оргазма, это сработает, да? - Ты хочешь… - Это просто вопрос. - Ты это делаешь? – спросил он так, словно бы это никогда не приходило ему в голову. Когда она вспыхнула, он, казалось, осознал что-то и прервал ее прежде, чем она могла бы ответить. – Точно, конечно, делаешь, - быстро произнес он, выглядя едва ли не смущенным и сам. – Точно, да. Раз нельзя выключить, приходится использовать. Люди делают это, верно? - Ага, делаем, - ответила она, слегка смущенная его замешательством, и еще чуть более смущенная тем, что оно, похоже, только усиливалось. – В смысле, это приятно, так что… - Я все время забываю, - произнес он, но не сказал, что. Однако, она думала, что поняла, когда он продолжил смотреть на нее вот так, продолжил держать ее за руку. Иногда она и сама забывала, что он инопланетянин. Она подтолкнула его плечом. - Думала, ты сказал, что не в настроении забывать. Он подтолкнул ее в ответ. - Похоже, что все-таки в настроении. – Однако, он продолжал смотреть на нее так же странно. Они вместе сидели на кровати, его рука вновь прокралась поверх ее ладони, застенчивым, однако, игривым жестом, и она позволила ему делать это, пока ей не пришлось кашлянуть, думая, что он позабыл о кое-чем другом. - Мне, скорее всего, стоит сделать это сейчас, - сказала она ему, пытаясь игнорировать непомерное количество тепла, хлынувшего ей в лицо. - Ладно, - произнес он легким тоном. Его непринужденная улыбка вернулась, а большой палец руки пробегал по костяшкам ее пальцев. Ох уж этот инопланетный мужчина, что скорее усилием воли подавит эрекцию, чем будет дрочить. Несправедливо. Совершенно несправедливо. Она продолжила смотреть на него. Приподняла брови. Когда осознание пришло, оно буквальным образом разлилось по его лицу - начавшись в зрачках, распахнуло его глаза, приподняло брови и открыло рот. - О, - произнес он. – Я уйду. А затем не пошевелился. - Доктор, - произнесла она. - Ты уверена, что тебе не нужна помощь? – спросил он, его взгляд был таким искренним, а лицо таким озабоченным. Это было до странности трогательно, но в основном просто чуднО. – Кажется, это столько работы – возбуждать себя, и в то же самое время еще и снимать напряжение без посторонней помощи. - Нет, я... - начала было говорить она. Прервалась, потому что он приобрел печальный вид, как будто бы он ее каким-то образом подвел. Так что она прикусила губу, чуть переместилась и сказала себе, что сможет выдержать этот стыд. – Ладно, - сказала она. – Они все еще пускают тебя в ТАРДИС, так что… Эмм. Ящик в тумбочке у моей постели, там, эмм. Штука с кнопкой включения. Можешь мне ее принести? Его лицо просияло, и ей захотелось спрятаться под одеяло. - Вернусь через секунду, - сказал он ей, выпустив ее руку только чтобы встать. Он быстрым шагом вышел из комнаты, закрыв за собой люк, издавший надежный шипящий звук. Предоставленная самой себе, Роза сидела в одиночестве в безликой гостевой спальне и пыталась не допустить неминуемое осознание того, что да, она действительно только что отказалась от секса с Доктором. Оно оказалось чуть слишком неминуемым для этого. О господи. Она плюхнулась на спину, прижав ладони к глазам. Она об этом еще пожалеет. Вновь. Отказ был меньшей ошибкой, чем согласие, но все же. Но все же. Она промучала себя этим дольше, чем могла бы в этом признаться. Она отшвырнула его предложение и уязвила его эго, а с Доктором она никогда не была уверена в том, которую часть его эго требовалось поощрить и приласкать, а какую – как следует осадить. Судя по его реакции, эту часть стоило приласкать. Роза перевернулась, спрятала голову под подушку и застонала. Последнее, о чем ей сейчас нужно было думать, это ласкание Доктора. За исключением того, что, на самом деле, вообще-то нужно было. «По крайней мере, звукоизолированные комнаты хорошо подходят для самовыражения,» - осознала она, ощутив облегчение по поводу шума. Она вновь простонала, гадая, можно ли было просто прокричаться от этого. Было очевидно, что она будет не в состоянии снять напряжение в ближайшем будущем. В конце концов, раздался сигнал со стороны люка, и она вытащила голову из-под подушки, чтобы подойти к двери. Она нажала кнопку ПО – «Проход Открыт», не «Публичное Оповещение» - и люк сам собой открылся, скользнув в стену. - Прошу, - сказал Доктор, стоя там с вибратором в руке. Не в пакете. Не в каком-нибудь из его карманов. В его длиннопалой, покрытой легкой россыпью веснушек руке. Он держал его свободно, словно ходить по коридорам космической станции с вибратором было обычным делом. Или словно его руке было не привыкать держать откровенно фаллические секс-игрушки. – Я подзарядил батарейки, - добавил он, глядя на нее так, словно ожидал похвалы за свою сообразительность. - Спасибо, - произнесла Роза, лишь это, но если бы ее рот не прекратил работу так же, как уже сделал ее мозг, она, скорее всего, попросила бы его использовать его на ней. - Без проблем, - ответил он, передавая его. Их пальцы соприкоснулись, Доктор даже не попытался убрать свою руку с ее пути. Он улыбнулся ей, выглядя довольным, однако, слегка нервничающим. Скорее всего, до сих пор гадал, как устроена мастурбация или типа того. – Уверена, что это все? - А… ага, - ответила она. Оглянулась через плечо на постель. – Ага. Я просто… Ага. Он слегка кивнул, почесав за ухом. - Я буду сразу в конце коридора, - сказал он ей, указывая вправо. Спустя мгновение, он указал влево. – Там. Когда я тебе понадоблюсь. - Спасибо, Доктор, - сказала она. Затем поместила пустую руку на его плечо, потянулась и поцеловала его в щеку. - Это за что? – довольным и растерянным тоном спросил он, замечательнейший человек, каким-то образом непривыкший к тому, чтобы его благодарили. - Для вдохновения, ага? – И она подмигнула ему. Отчасти потому, что ей могло сойти с рук практически что угодно, если она флиртовала с ним, но в основном ради выражения его лица. Оно было неплохим. - Буду через мгновение, - сказала она, теперь уже широко улыбаясь и нажала кнопку с надписью «ВЗ». Она не представляла, как это расшифровывается, но, когда дверь закрылась, важно было не это. Важно было то, что он слегка помахал ей. То, что, оправившись от удивления, он сказал, ухмыляясь ей в ответ, с безупречнейшим флиртом и ужаснейшим поддразниванием: - Развлекайся. Роза присела на кровать, полностью настроенная сделать именно это. Она помедлила, но заставила себя приступить, пытаясь поддерживать импульс, пока не лишилась его. Все, что ей нужно было сделать – это предаться счастливым, грязным мыслям. Вроде того, что бы произошло, если бы она попросила его еще помочь ей с вибратором. Он бы вернулся назад в комнату, сбрасывая свой пиджак и закатывая рукава. Он присел бы прямо там и тогда, эмм. Он мог бы… Нет, нет, он сделал бы это, он опустился бы на колени на пол. Опустился на колени и протянул руки к ней. По одной на каждое колено, большие пальцы поглаживали бы круговыми движениями, прежде чем он раздвинул бы ее ноги. Он раздвинул бы их медленно. Он провел бы ладонями вверх по ее ногам, по бедрам. Вновь вниз. Повторил бы опять. И он бы, также, говорил. Это ведь был ее Доктор, в конце концов; конечно же, он говорил бы. - Только взгляни на эти ноги, - сказал бы он, начиная свою знатную болтовню. – Взгляни на то, что способен сотворить весь этот бег. Такие твердые, со всеми этими мышцами. – Его руки сжимали, массажировали. Она гадала, как бы это ощущалось на ее грудях. – Но следом, о, Роза, ты становишься такой мягкой. Тебе следует это сделать. Быть расслабленной и мягкой. А она бы сказала, возможно, в попытке немного рассмешить: - И доверить твердость тебе? Он покачал бы головой, глаза бы его были темными и одновременно сияли. Она так легко могла представить, как это бы выглядело. - Нет, - сказал бы он. – С этим ты уже справилась. Она бы опустила взгляд, и он на самом деле был бы, и она бы облизнула губы, не смогла бы удержаться, и когда она подняла бы взгляд к его лицу, он бы глядел на ее рот. Так что ей пришлось бы облизнуться вновь, и он бы скопировал ее действие, взгляд темный, рот слегка приоткрыт. Тогда бы у нее не осталось выбора, ей пришлось бы зарыться пальцами в его волосы и наклониться вниз, и было бы так хорошо, целовать его вот так. Все было бы так хорошо. Его волосы, густые и мягкие между ее пальцев. Прохладный язык, касающийся ее губ, умоляющий о том, чтобы его пососали. Его руки на ее бедрах, приближающиеся поглаживающими движениями. Из его рта вырывались восхитительные звуки, словно вкуснейшие сладости. А затем палец, вжимающийся в нее сквозь джинсы. - Сними их, - сказал бы он, или попросил, или, возможно, это читалось бы в его темных глазах. Ее глаза закрылись, Роза расстегнула молнию на джинсах. Чуть приспустила их, до сих пор сидя. Она пыталась представить, как он бы отреагировал, наблюдая, как она делает это. Захотелось бы ему, чтобы она подразнила его? Боже, ей хотелось подразнить его. Он этого заслуживал. «Так?» - одними губами произнесла она, отодвигая в сторону нервозность, возникшую из-за того, что она делала это в чужой комнате по чуднОй причине. Это заставляло ее чувствовать себя развратной, делая это, и она сказала себе, что ей это нравилось. Она заставила себя придерживаться своей фантазии, добавив, - «Так достаточно?» - Кто же так снимает, Роза, - сказал бы он, пододвигая ее к себе руками за задницу. – Вот, как надо. – Пока он стягивал ее джинсы вниз, его лицо было бы напротив ее живота, ее пупка, ее трусиков. Какой высоты он был бы, стоя на коленях? Не важно, он мог бы приспособиться. И он также стянул бы ее трусики вниз и снял бы их. Почти готовая, она вновь уселась на постель, продолжила дразнить себя воображаемыми словами. Ее рука обхватила вибратор так же, как это делал он. И он бы… нет, он до сих пор бы держал ее трусики, стоя там на коленях, до того самодовольный. Ухмылялся бы ей снизу вверх. - Опять мокрая? Кивок в ответ, единственное, на что она способна. Он снял бы свой пиджак, галстук, свою рубашку, футболку под нею. Так много слоев. Футболка разлохматила бы его волосы, именно так, и, о боже, ей так ужасно хотелось его поцеловать. - Это входит у тебя в привычку. – Глаза темные, голос напоминает рычание. Его губы изогнуты от вожделения и гордости, а затем палец, прямо вот так, внутри нее, внутри, но длиннее, прохладнее. Достаточно холодный, чтобы заставить ее заерзать, возможно, или сжаться, и он согрелся бы внутри ее жара. – Это очень хорошая привычка. Быть мокрой для меня, я имею в виду. Глубочайше ее поддерживаю. – Губы перемещались поверх его зубов, словно он трахал слова своим языком, его глаза улыбались. – Глубочайше. – Толкается в нее, пальцы длинные, но тонкие, дразнят ее. Под другим углом, но почти так. - Пожалуйста… - Она включила вибратор, не сдвинула его с матраса. Пока еще нет. - Хочешь этого, Роза? – Использовал ее имя вот так, всегда использовал ее имя вот так. Как будто бы посасывая его. Как будто бы оно никогда не должно было покидать его рта. – Хочешь, чтобы я поместил его в тебя? Поимел тебя им? Ведь я хочу этого. Мне так и не довелось увидеть, как ты кончаешь, маленькая развратница. – Пальцы изогнулись внутри нее, ни на миг не останавливаясь. – О, а мне хотелось. Тогда ты не стала бы этого делать, но теперь сделаешь. Вибратор оказался до ужаса холодным на входе в нее после пальцев. Она дернулась, закусив губу. - Не такой теплый, как ты привыкла, да? – Вот что он бы сказал. Пальцы погружались в ее рот в восхитительной симметрии. Холодный и гладкий, и все еще на самом низком режиме, вибратор медленно дразнил ее. – Как мой член. Нам нужно будет разработать тебя для этого, верно? Моя рука, затем это, затем мой рот. Вот, чем мы займемся, когда вернемся на ТАРДИС. И только когда ты будешь целиком и полностью готова для него, только тогда… Быстрее, более высокий режим. Заполняя ее. - … тогда ты получишь мой член, Роза. Она всхлипнула вокруг пальцев у себя во рту, закусила их, игнорируя легкую боль. - У тебя внутри так горячо. – Толчки служили пунктуацией, ее ноги вздрагивали в такт. – Я хочу этого, Роза, хочу, чтобы ты окружала меня, когда я кончу. Хочу быть внутри тебя. - Доктор… Смена угла, мучительно медленный ритм. И гортанный смешок, делающий все только хуже, только лучше. - Не Микки, значит? – Так он дразнил бы ее. Она хотела бы, чтобы он дразнил ее вот так. Она потрясла головой, сжимая одеяло влажными пальцами. - Вслух, Роза. - Доктор… пожалуйста. – Ее ноги задрожали сильнее, одна ступня подергивалась. – Мне нужен… Мне… - Тебе нужен я. – Самый высокий режим, сильные и глубокие толчки, ударяющие ее внутри без конца. – Я нужен тебе в твоей постели, занимающийся с тобой любовью. – А затем ее клитор, вот так, здесь, и это, о боже. И внутри, сильные, длинные толчки, все быстрее и быстрее. Она отбросила голову назад, силясь. - Кончи для меня, Роза. Она это сделала. Это поднялось внутри нее, словно струя горячей воды, сотрясло ее изнутри, когда она задрожала вокруг своего вибратора, под своими руками. Ее руки дрожали, а губы двигались, произнося слова, а на обратной стороне своих век она увидела лицо, которое он сделал на прошлой неделе, лицо, которое он сделал под ней, и, возможно, возможно, он на самом деле кончал вот так, с открытым ртом и наморщенным носом и продолжая дергать бедрами. Даже если это было не так, думала она, медленно спускаясь, эта фантазия была ничуть не хуже прочих. .-.-.-.-.-. После она потратила несколько минут, приводя себя в порядок. Она всегда чувствовала себя слегка неловко после того, как делала это в своей собственной комнате; то, что она сказала себе, что это был как бы отель, помогло лишь отчасти. Завернув вибратор в свои трусики и натянув обратно джинсы, Роза несмело выскользнула в коридор, держа маленький сверток со стороны стены и поближе к своему боку. Не лучший вариант, но альтернативой было бы нести его в открытую, либо рискнуть быть арестованной за кражу наволочки. Она и так уже провела здесь достаточно времени. К счастью, обнаружить Доктора оказалось не слишком сложно; люк в комнату, в которой он находился, был открыт, и оттуда до нее доносился различающийся смех двух рас. Стоя в дверном проеме, по всей видимости, комнаты отдыха, держа свои вещи за спиной, она попыталась и не преуспела в том, чтобы сдержать румянец, когда взгляд Доктора немедленно переметнулся на нее. Он поднялся с того места, где сидел на столе, слегка помахав полудюжине новых друзей, и пошел к ней, руки в карманах. - Готова? – спросил он, невольно напоминая ей, почему это всегда было плохой идеей – видеться с кем-то сразу же после того, как фантазировал о них. - Ага, - сказала она, и ее голос произвел странные вещи с этим словом. Он широко улыбнулся, положил руку ей на спину, чтобы направить обратно в коридор. - Это было очень быстро, - сказал он. – Ты, должно быть, хороша в этом. – Он потянулся за ее рукой и, обнаружив ее занятой, глянул вниз на ее завернутый в трусы вибратор. Его рука все равно обхватила ее ладонь, и, вновь, ей в лицо хлынул жар. - Я не знала, как его вынести, и… - Нет, не будет она с ним об этом говорить. Еще немного таких разговоров, и она вновь завалит тест на сексуальную неудовлетворенность. Она уже не могла на него взглянуть. – Не важно. - У меня есть карманы, - произнес он, и тут же воплотил в жизнь свое предложение, выдернув из ее руки сверток и каким-то образом умудрившись поместить его в карман пиджака. Глядя прямо вперед, он вслепую ухватил ее за руку, переплетя их пальцы. Спустя мгновение полнейшей тишины с ее стороны, он взглянул на нее и спросил, - Ты в порядке? - Знаешь, - произнесла она, потому что это нужно было сказать, - если бы это сделал кто-нибудь другой, это был бы наимерзейший поступок. - Потому что это носило бы сексуальный характер? – произнес он, глядя на стены, скорее всего, высматривая дверной проем с сиреной неудовлетворенности в нем и ТАРДИС по другую сторону. Его волосы сзади были такими спутанными, словно бы он вновь потирал затылок. Она кивнула. - Вроде того, - сказала она. Отчаянно нуждаясь в смене темы, она обняла его руку. – Я рада, что ты – это ты. - Всегда я, так или иначе, - ответил он слегка отрывистым тоном. – Даже с крайне большими ушами. Она рассмеялась, нуждаясь в этом. Было слишком неловко. - Так ты – особенно ты. Его улыбка совершила странную вещь, выражение лица сменилось с постоянного, хоть и неопределенного, в нечто более жесткое. Контур улыбки без улыбки. - Доктор? - Вот мы и здесь, - произнес он, выпуская ее руку. – Последний тест – готова? Она продолжала смотреть на него, до сих пор неуверенная. - Скорее было бы лучше, - поторопил он, и вот, что это было – оттенок нетерпеливости. Его, должно быть, не так уж и мало волновала необходимость оставаться, как она думала. - Ладно, - произнесла она. Она поглядела на толстую, металлическую дверную раму, проходя через нее, ожидая, что лампочки обезумеют, что загорятся шесть маленьких полосок и покажут ей, что она слишком сильно пропала для того, чтобы одна мастурбация могла бы помочь. Доктор, стоящий там с ее трусиками и вибратором в кармане, вовсе ее не успокаивал. Лишь пять лампочек загорелось и дверь издала сигнал предупреждения. Она обернулась, замечая отсутствие бегущих к ней озабоченных людей. - Это значит, что мы можем идти? - Ага, - произнес он, растягивая «а». Он на мгновение замер, держа руки в карманах. – Однако, он до сих пор считает, что тебе не помешало бы снять напряжение, но потребность уже не настолько острая. Или что-то вроде того. Она так радовалась, что прошла сканирование, до того, как он это сказал. - Блеск, - сказала она. – Пошли. Последовала кратчайшая пауза, прежде чем он последовал за ней, настолько короткая, что она, скорее всего, просто нафантазировала ее себе так же, как и множество вещей до этого сегодня. Однако, загорелась лишь одна полоска, та, что оповещала о том, что кто-то прошел через сканер. Должно быть, ей просто показалось. Он взъерошил волосы, а затем взял ее за руку. - Знаешь, - произнес он, ведя ее туда, где сразу за углом была припаркована ТАРДИС, - Я тут думал насчет того, что ты сказала. - Прости? – Сказано было так много, и она пыталась придумать, что он мог иметь в виду, пока Доктор отпирал дверь, сохраняя при этом странное молчание. Он направил ее внутрь, переместив руку ей на спину, еще более тактильный, чем обычно. Скорее всего, думал, что это поможет ей с ее неудовлетворенностью или типа того, тогда как все обстояло как раз наоборот. И все-таки, она вряд ли стала бы просить его прекратить. Естественно, в ту же секунду, как она об этом подумала, он именно это и сделал. - Я думал об этом, - сказал он, быстрым шагом проходя к консоли. – О концепции одиночного возбуждения. Похоже, повезло, что она шла за ним, держась одной рукой за ограждение. - Прости? – вновь произнесла она. - О мастурбации, - сказал он, глядя на нее так, словно она медленно соображала. – Оздоровительного секса в стиле соло. - Я знаю, что это такое, - запротестовала она, подходя к нему. Она положила руки в безопасное место на консоль, помещая ее по большей части между ними, пока он скакал вокруг, задавая координаты. – Думаю, на самом деле, мне известно больше, чем тебе. - Аргумент, - уступил он, подходя все ближе, чтобы подвинуть одно и подкрутить другое. – Но, думаю, я мог бы научиться. Очень яркий, очень графичный образ мелькнул в голове у Розы. Это было в равной степени великолепно и невовремя. - Ты научишься, как дрочить, - произнесла она, вопрос сорвался в утверждение. Он кивнул. - Угу. Я подумал, ну, раз уж это тебе так нравится, я мог бы и попробовать, а? - Это не так уж трудно, - произнесла она, опять-таки, некстати. – Ты просто… ты довольно быстро сам во всем разберешься. Некоторое количество мальчишечьего энтузиазма покинуло его взгляд. - О, - произнес он. – Ладно. Его разочарование подразумевало замечательные, ужасные выводы. Прежде чем она могла бы попытаться ответить, он нажал на рычаг, и они отправились в путь, клаксоны разрушили всю надежду на разговор, когда ТАРДИС нырнула в Воронку. Когда шум затих, он первым ринулся вперед, его неудержимый язык был слишком скор. - Тогда, пойду, попробую, - сказал он. – Однако, вскоре будет ужин. Есть одно местечко на Блинксис, в которое я все хотел тебя отвезти. – А затем он обхватил ее щеку, просто взял и коснулся ее лица. – Там хорошо, - пообещал он, скользнув пальцами ей в волосы. - Ладно, - тихо ответила она, внезапно неспособная вдохнуть. Это было совсем чуть-чуть, но в то же время слишком. Потребовались все ее силы на то, чтобы не прильнуть к его руке совсем уж очевидно. Холодной, но согревающейся от ее кожи. Он склонился вперед, наклонив голову, его рука опустилась по ее шее на плечо. Она стояла, замерев, когда его нос ткнулся ей в щеку, когда его губы коснулись этого места. Прижались там, совсем рядом с ее ртом. Он отстранился с ухмылкой, его глаза сияли, а затем ускакал в глубины ТАРДИС, сбегая, как будто бы только что взял что-то без спроса. Что-то, кроме вибратора и трусиков, до сих пор покоящихся в его кармане. - За- за что это? – смогла спросить она, прежде чем он скрылся с глаз. Он рассмеялся и бросил поверх плеча: - Для вдохновения!