А что вы знаете об аде?

Яо смотрит в небо над головой и вместо солнца видит желтый, слабо светящийся сквозь пелену диск. Небо белое, до омерзения, и низкое. Он шел, держась за руку в перчатке этого безликого человека в темном плаще и капюшоне, накинутом на лицо. Человек куда-то вел его. Он превосходно знал путь - судя по всему ходил здесь явно неоднократно, обходя ямы и овраг по самому краю, почти не видимому в тумане. Обходили они неоднократно и деревья. Зато вокруг, куда ни глянь - густой туман. Но вот они словно выходят из него: он делается все реже и реже, к миру словно постепенно возвращаются краски. Он хотел было мягко выдернуть руку, но тут человек остановился так резко, что Ван едва на него не налетел. Он стал как вкопанный. - Нельзя разжимать руки, ведь вы не хотите умереть от яда в воздухе? - спросил у него неизвестный, чуть повернув голову. - Нет... Фигура кивнула, и они вновь пошли с ней дальше сквозь постепенно редеющий туман. Ван постепенно начал обдумывать все это. И вскоре разомкнул губы: - Куда вы меня ведете? - Вы у меня в гостях. А почему же я не могу проявить к гостю гостеприимство? - вопросом на вопрос ответил некто. Он шел впереди, Ван Яо плелся, держась за его руку, сзади. - А... - начал было Яо. - Все остальное - потом, договорились? Ответа не последовало. Они вышли куда-то на открытое место - насколько это позволяло видеть зрение Вана и туман. Наверное, эта какая-то площадка или дорога - под ногами чувствовался асфальт или бетон. Тут снова пришлось остановиться. Ван понял, что фигура роется свободной рукой в кармане, а потом извлекает из него что-то белое, похожее на магнитную банковскую карту с продетым шнурком, чтобы можно было вешать на шею. Человек поднимает эту карту над головой, и та начинает светиться ярким красным светом, словно мощная лазерная указка, немного разгоняя собравшийся туман и пронзая ее насквозь. Ван слышит стрекот мотора и шум работающих крыльев. Такое может издавать лишь одна вещь на земле. Вертолет. Туман в этом месте окончательно разгоняется сильными потоками ветра, создаваемого летательным аппаратом, и Яо понял, что они стоят на самом краю вертолетной площадки. Вертолет опустился на нее, вращая своим винтом, но... Он был необычным. У него отсутствовали стекла - чтобы видеть куда именно тот летит. Обтекаемая форма, сам рыже-коричневого, даже он бы выразился маскировочного цвета. На боку Ван заметил флаг - знакомый, бело-сине-красный флаг России. Дверца самолета как бы постепенно начала откидываться - открываться вверх. Таких самолетов не было нигде. - Ого! - вырвалось у Вана чисто русское восклицание. - Вы и русский знаете? Ну, мне с вами будет интересно... - протянул голос из-под капюшона, пряча мерцающую карту и шагая к вертолету. - Мы же - закрытая территория. И нам поневоле пришлось наладить свой быт и все остальное, к нему прилагающееся. Это, кстати, мой персональный вертолет. Президент подарил. Нам надо садиться в него - нас ждут... Ван без труда запрыгнул в самолет не отпуская своей руки от руки фигуры, а вот его неизвестному спутнику пришлось повозиться. У Яо мелькнуло нехорошее подозрение, но тот с ним справился и в итоге сел с ним. Внутри Вана Яо тоже ожидал сюрприз: их огородили от пилота или пилотов. - А как вас зовут? - спросил Яо, на него весьма удручающе подействовала черная и глухая стена - загородка. Они разжали руки, чему Ван, в глубине души, обрадовался. Тут же слабо тряхнуло и вжало в кресла. Вертолет, по-видимому, взлетал. - Я не представился? Извините ради Бога! Я - Святослав. Ну, то что я представляю Россию, я думаю, вы уже об этом догадались, - наконец-то капюшон упал, открывая Вану... Совсем еще молодое лицо - почти мальчишка, с острыми скулами и черными, короткими волосами. С одним "но" - глаза были закрыты черной плотной повязкой. Яо даже вздрогнул от неожиданности. - Я - Ван Яо. Вы... Слепы? - Я? Слеп? - юноша засмеялся, впервые проявляя эмоции, и у Вана в душу закралось какое-то нехорошее предчувствие. - Я слеп в ином значении этого слова... Но как именно он слеп, он не спешил объяснять. Он медленно снял с рук перчатки. А сами перчатки вложил во внутренний карман пальто. Руки были все страшно белесые, прямо-таки неестественные, в страшных шрамах и язвах. С тонкими пальцами, обтянутыми кожей. Яо внутренне сжался и ему пришло на ум сравнение шрамов Ивана с этим... Этой явно насильственно нанесенной травмой. - Я, кстати, - продолжил свой монолог Святослав, сложив руки на коленях, - являюсь не совсем воплощением. - Как это понимать? - Не так давно мы с... кое-кем наконец нашли сердце Ивана... Вы ведь в курсе, что он может вырвать в экстренных случаях свое сердце? И мне была сделана пересадка... Теперь в моей груди бьется его сердце. До сих пор непривычно, знаете? Я являюсь созданным искусственно воплощением. От такого поворота событий у Вана закружилась голова. Он легонько потряс головой, пытаясь сбросить с себя наваждение и промолчал. - Интересно, мы скоро прилетим? - юноша протянул руку и сначала аккуратно кончиками пальцев коснулся черной загородки, а потом сжав руку в кулак, два раза стукнул по ней. Вперед с шорохом выдвинулась скрытая клавиатура. И мальчик уверенно застучал по ней. Глаза Яо округлились. Потом юноша вдел в ухо невесть откуда появившийся наушник. Черная стена резко изменила облик - теперь перед глазами Яо стояла карта местности. Правда в 3D виде и все мерцало зеленым, кроме постепенно передвигающейся красной точки - их вертолета, и горевшей желтым большой точки. Наверное, это и есть конец пути. - Мы применяем эхолокацию, инфракрасное излучение и приборы ночного видения. Больше у нас ничего не работает. Сигналы из космоса со спутников почему-то не проходят... - юноша со вздохом вынул из уха наушник, - мы скоро прилетим на место. - Потрясающе... - Да нет... В первый год тут было очень трудно, помню сам. Мы все перестраивали, налаживали... - Постой, ты сказал - год? - опешил Яо. - Какое сегодня число? Святослав улыбается: - Сегодня восемнадцатое июля. Лето. 20ХХ года. - Юноша задвинул клавиатуру обратно в стену. - Уже два года прошло? - поразился Яо. - Да, уже почти даже два с половиной. - Ох, как быстро-то время, оказывается, бежало, - задумчиво произнес Яо. - И твой путь до нас тоже... Остаток до места назначения они оба проделали молча. Вертолет снова начало потряхивать; Яо обратил внимание - они практически слились с желтой точкой. Вот вертолет тряхнуло последний раз - и сильно, и наступила мертвая тишина. - Рука, - старательно напомнил ему Святослав. Яо дал ему свою руку и тот уверенно сжал ее. Дверца уверенно и плавно пошла вверх. Яо морально приготовился. Он спрыгнул первым, потом помог слезть Святославу. Они оказались в незнакомом Яо городке. Туман тут отсутствовал. Солнце светило очень ярко - тут был день. И они шли по верху какого-то очень высокого дома, с которого прекрасно было видно весь город. Странный город. Там, далеко, Яо заметил шпиль самого высокого здания из города - он словно буравил, протыкал это небо. Здание было черным, и походило больше всего на остро заточенный карандаш. Впрочем, рядом с ним были шпили пониже, по одному на каждую сторону. - Туман в городах разгоняется ветром, - прибавил юноша, уверенно идя вперед. - Нам пришлось создавать мощные машинные установки, чтобы сохранить собственное здоровье. Заодно мы отказались от некоторых видов топлива, включая бензин. Нам пришлось поднять сельскохозяйственные угодья, земли, заняться экологией и построить специальные теплицы и питомники - у нас практически каждый пятый трудится на полях. Нужно было обеспечить самих себя едой и одеждой... Мы теперь полностью не зависим ни от кого. И даже от погоды. - А как же газ? Ведь вы перестали качать газ и нефть в трубопроводы для Европы(1)? - Яо шел следом за юношей. - Газ наносил нам урон в экологическом и экономическом смысле и с ним как назло контактировал туман. Мы перешли на другой вид топлива. А еще мы используем силу ветра, солнца(правда непостоянно) и, как ни странно - сам туман. Как перешел и переходит народ до сих пор на иную жизнь - лучше не спрашивать... - Не буду, - согласился Яо. Они подошли к двери, ведущей явно вниз, вовнутрь здания. Юноша просто-напросто с силой пнул ее, и та распахнулась. Теперь они шли по винтовой лестнице. Стены, что окружали их, были серыми и невзрачными. Не за что было зацепиться глазам. Яо постоянно оглядывался через плечо: ему в полутьме мерещились чьи-то глаза. Юноша спускался первым, а Яо вторым. Достигнув только ему понятного определенного предела, Святослав мягко отпустил руку Яо. И остановился, словно знал, именно здесь и нужно остановиться. Яо увидел как юноша касается своей, теперь совершенно белой - обычной, картой определенного места в стене. Стена мягко отползает в сторону. - Нам сюда. - И улыбается. *** Яо в первые минуты нещадно слепит яркий свет от ламп - он привык за многие месяцы своего путешествия к естественному освещению. Он невольно закрывает глаза рукой и тут же слышит дружный смех на два голоса. Глаза постепенно привыкают и больше не слезятся. Он видит перед собой длинный стол и двух старых знакомых, которые исчезли через полгода после смерти Ивана. - Не может быть! - вырывается у него восклицание, - Наташа! Данко! Вы, оказывается, тут! Сербия улыбнулся ему, а Беларусь внимательно оглядела его с ног до головы. Вид у нее был менее воинственным - сейчас ее платье было черного цвета, впрочем как и одежда серба. Они оба все еще несли траур по Ивану. - Да, здесь, - ответила она. - Мы пришли сюда, на территорию России, чтобы найти и упокоить тело Ивана... Она на миг запнулась. Яо увидел промелькнувшую в ее глазах печаль. -... потом мы встретились с новым воплощением этого невезучего государства, - продолжил серб и искоса глянул на стоявшего у края стола Святослава. Тот кивнул, в знак того, что можно продолжить, - и он нам открыл кое-что... Святослав резко пересек его и скрестил руки на груди: - Данко, пока оставь нашего гостя в покое, ему надо отдохнуть. Где твои хорошие манеры? Покажи ему душ, комнату... - Хорошо, - покладисто произнес Данко вставая со своего места, - ты прав... Яо, пойдем, я прекрасно вижу как ты с трудом держишься на ногах. И Яо ничего не оставалась, как последовать за Сербией. *** Комната у него была самая простая - белые стены, окно, выходящее на город, удобная кровать и шкаф с письменным столом и стулом. - Ванна и туалет вон та дверь, полотенце бери любое - это гостевая комната. Да, чуть не забыл... Данко порылся в карманах и извлек такую же белую карточку и кинул ее Яо. Яо поймал ее и глянул на него. - Без нее ты отсюда даже за порог не выйдешь, поймешь скоро. Пока. И серб ушел. Яо с трудом дошел до ванны, вымылся и рухнул на постель спиной. Бросив взгляд на окно, он увидел, что сгустились сумерки. Город засыпал. Он еще долго вглядывался в темноту. Но вскоре незаметно сам для себя уснул. *** - ... ты так думаешь? - произнес юноша, оглянувшись через плечо на фигуру, застывшую рядом с его креслом. В комнате не горел свет и полностью отсутствовала мебель за исключением серого кресла стоящего четко посередине комнаты. - Да, теперь все в сборе, - сказал тот. - Пора...