А что вы знаете об аде?

Яо разбудил мелодичный и чистый и ясный звук. Он хотел было заснуть снова, но сон так и не пришел. Спустя минут пятнадцать, он встал. Звук шел от окна. Он выглянул в него. Звонили в колокола одного из православных храмов. Он настолько отвык слышать этот звук, что принял его за звонок. Они часто с Иваном просыпались под него... Яо отмахнулся от этих печальных мыслей. Куда больше его заботило отсутствие старой одежды, сложенной вчера аккуратно на стуле. Впрочем... Он широкими шагами подошел к дверцам в стене и распахнул их. Уйма одежды, да еще его размера, радовала глаза. Остановившись на черных брюках и белой рубашке с рукавом три четверти, он принялся одеваться. Большое зеркало в двери показало его целиком. Отражение ему понравилось и он принялся зашнуровывать новые ботинки, обнаруженные им же тут же. Идеально, только волосы все седые. Повесив белую карту на грудь, Яо хотел выйти из комнаты, но не тут-то было. Дверь не поддавалась. Не открывалась и все тут. Яо взял в руки белую карту и провел ей вдоль дверного проема. Что-то щелкнуло и Яо второй раз дернул за ручку. Дверь открылась. Путь по коридору показался Вану долгим, но он шел на голоса, ясно доносившиеся откуда-то снизу. Спустился вниз по лестнице. И открыл крайнюю к нему дверь, из которой и были слышны голоса. Как только он распахнул дверь, голоса стихли. Он оказался в большой столовой, где было всего лишь двое - Данко и Наташа. Оба обернулись на шум открывающейся двери. - С добрым утром. Ты намного лучше выглядишь, - лениво повел рукой Данко, приглашая Яо сесть рядом с ним, на свободный стул. Напротив него как раз и сидела Беларусь. - Спасибо. И вам с добрым утром! Наташа никак не прореагировала на эти слова. Яо сел рядом с Сербией за большой стол, явно предназначенный для посадки не менее двадцати человек за него. Большие окна пропускали свет, сейчас серый, так как был мрачный день. На них были ослепительно белые занавески. На противоположных концах были хрустальные подсвечники; весь стол заставлен белой, из тончайшего фарфора посудой. Столовые приборы лежали так аккуратно, что на это хотелось только любоваться, но ни в коем случае не нарушать этот порядок. Все навевало какую-то скуку, словно это было казенное помещение. Стол был заставлен разнообразными блюдами и еды было вдоволь. Яо, поедая вкусную снедь, смотрел как Наташа роется в большом телефоне, а Данко, развернув, читал свежую газету. У него возникло такое ощущение, что они его ждут. Когда он отставил чашку со вкуснейшим кофе, оба отвлеклись от своих маленьких дел. - Чем мы сегодня займемся? - спросил Яо, но не успел ничего сделать, как вдруг дверь распахнулась и в столовую влетел маленький вихрь. При рассмотрении этим вихрем оказалась маленькая девочка - не больше трех-четырех лет. Русые волосы, серые глаза с участием смотрящие на окружающий мир. Она была довольно забавной в своем темно-синем платьице с оборочками и с двумя голубыми бантами. Ножки цокали туфельками с каблучками. - Мааама! - воскликнула она и повисла на шее Наташи. Яо поперхнулся воздухом. - Привет, моя маленькая принцесса, как спалось? - Арловская преобразилась: вместо суровой дамы на свет появилось что-то неуловимо женское, строгое, но вместе с тем более нежное и заботливое. Она гладила ее по волосам. Та просто сияла, и Яо не смог не улыбнуться. Но сюрпризы на этом не кончились. Тут девочка шустро извернулась, вывернулась из объятий матери, и развернулась к Данко со словами: - Хорошо! Папа! А мы пойдем сегодня гулять? Яо сделал огромные глаза. Вот этого он точно не ожидал! - Посмотрим, что решит дядя Святослав. Может и пойдем, - пожал плечами Данко, - во-первых, где твои хорошие манеры? У нас гость. Во-вторых - садись есть и потом пойдешь со мной в школу, я отведу! Девочка окинула одним долгим взглядом замершего на стуле Яо. Скороговоркой поздоровавшись с ним, она плюхнулась на стул рядом с матерью. - А дядя Святослав снова разговаривал! - немного таинственно поведала она всему столу, сделав ударение на последнее слово. - Я слышала! - Ешь свой завтрак! - сурово осадила ее Наташа, - да побыстрее Катерина, ты можешь опоздать! - Я никогда не опаздываю! - возразила малышка, гордо задрав подбородок к потолку. Яо хихикнул, Наташа покраснела, а Данко сделал похожий жест, только возвел глаза к удручающе белому потолку. Девочка еще болтала, и Яо невольно выяснил еще пару интересных фактов. Но Данко вскоре встал и увел дочь. Они остались с Наташей вдвоем. Яо устремил на нее взгляд и в итоге получил ответный и довольно злой взгляд в ответ. - Мы с Данко существуем в России в составе равноправных республик, а потом мы решили через некоторое время объединиться. Нам было тяжело существовать без последствий(от газа-тумана), нам и нашему народу. Ты знаешь о Великом Переселении(1) на эту территорию. Соответственно - не без последствий, но мы объединились. - Она покраснела. - Получается, эта маленькая девочка... - начал говорить Яо. - Спорные территории между Сербско-Белорусской республикой. Там приличный кусок... И население все время растет. - А кто еще в составе? - Территорию России Святослав разделил на три части. Третьей он сам верховодит, но в последнее время это дается ему все сложнее... - Наташа начала ловко поигрывать ножом, - ищет и надеется на что-то. Сам он, пока ты не задал вопрос, уехал по делам к президенту. Как я поняла - просить самолет нам четвертым и нужные средства связи... Мы обязательно похороним с нужными почестями Ивана, он этого достоин. Я поклялась на кресте... Что найду его, - Наташа неотрывно смотрела на белую стену позади Вана Яо. - Как и Данко. Мы ведь родные Ивану, не враги. - Мы все найдем его, вместе, - раздался позади их голос. - И только вместе. Святослав. Он шел к ним очень тихо ступая по мраморным плиткам пола. Так бесшумно, что даже одежда не колыхалась на его теле. И как так они его не услышали? Все такой же, в неизменном черном костюме, перчатках и с завязанными глазами. - О, привет Святослав. Добился? - полюбопытствовала Наташа. - Куда моему президенту до меня, - короткая улыбка, больше похожая на оскал, - добился. Завтра отбудем. Уже видел мою любимую племянницу? Славная девочка, подрастет немного и... Он, аккуратно нашарив спинку стула свободной от палки рукой, выдвинул его и сел. Палку он убрал. - Я хотел у тебя спросить... - нерешительно начал Яо, - она говорила о том, что ты с кем-то разговариваешь... Наташа хмыкнула и отвела глаза в сторону. - Да я много с кем разговариваю, - фыркнул Святослав. - Не придуривайся, Свят! - резко произнесла Наташа. - Ты прекрасно знаешь, о чем Яо имеет ввиду! - Но я не знаю... - едва смог произнести Яо. - Хватит. - Спокойно произнес Святослав, разом прекращая все споры. - Я скажу это лишь только после того, как Яо подпишет со мной контракт. Я не хочу лжи. - Его голова повернулась в сторону Наташи и та присмирела. - Что я должен подписать? - спросил Яо. Теперь Святослав повернулся к нему, и Яо стало неуютно: он словно чувствовал, что его прожигают глаза. - Контракт. То, что ты согласен быть одной - последней моей частью. Яо вздрогнул. - А если я откажусь? - Ты знаешь ответ. - Хладнокровно произнес Святослав. - Я легко тебя убью. Или устраню моими методами. От меня на моей территории невозможно сбежать. А я - не так беззащитен, как кажется... Воцарилось молчание. Святослав мечтательно улыбался, а Яо напряженно думал. Снова у него земля. Люди. Проблемы... Но и возможность что-то изменить. Поменять. - Я согласен. - Здесь подпиши. Нет, не ручкой. Кровью. Скрепи. Или ты передумал? - Святослав чуть склонил голову набок, слушая его прерывистое и быстрое дыхание. Яо взял чистый нож и, глядя Святославу туда, где были под повязкой глаза, полоснул себя по ладони. Кровь заструилась, закапала на чистую тарелку и оросила кипельно-белую скатерть. Окунув пару раз острие ножа в рану, Яо вывел свою роспись на бумаге, извлеченной из пиджака Святослава. Но тут его раненую руку перехватили. Это была Наташа. Она вынула из пальцев ненужный нож и протянула Святославу. Яо не мог из-за нее двинуться с места. Тот взял его и, якобы смотря на лезвие, с силой сжал его. Алая кровь вновь за утро оросила многострадальную скатерть. Нож со звонким звуком упал из руки на пол. Святослав вытянул руку, по которой текла его кровь прямо над раной Яо. Яо пытался сопротивляться, но тщетно - две капли крови Святослава упали на его рану. Жаркий ток зародился в его сердце и прошел волной по венам. Голова закружилась и рассудок слегка помутился. Сердце на миг сбилось с ритма и пошло в унисон с сердцем Святослава, с сердцем Ивана... Когда Яо вновь открыл глаза, в них появился кровавый отблеск.