Я ублюдок? Не смешите мои тапочки!

Боль во всём теле, раскалывающаяся голова и тяжёлые веки, которые невозможно раскрыть, — это всё, что чувствовал Итачи, когда пришёл в себя. Единственное, что он мог сделать, — прислушаться. Где-то рядом что-то посапывало, нервно передёргиваясь, и брюнет почувствовал, что его ладонь накрыта чем-то тёплым. Слышалось тиканье часов и громкие шаги внизу. Видимо, он находился на втором этаже какого-то места. В сердце больно кольнуло от нахлынувших воспоминаний. Последнее, что он видел перед отключкой, — Саске, Наруто и Какаши-семпай. Глупый младший брат, который почему-то прибежал на помощь к нему вместо того, чтобы добить и избавиться, наконец, от этого груза. Стало ещё больнее от понимания неправильности всех своих поступков. Ещё, что он почувствовал, — отсутствие привычной ноющей боли в груди и желания откашляться, которые преследовали его все эти годы. Их просто не было, будто по мановению руки он вылечился от смертельной болезни. Хотя от Наруто можно было ожидать всего, даже такого чуда. Упёртый мальчишка. Чтобы не отлёживаться понапрасну, Итачи решил разузнать всё от них, не додумывая в голове. Усилием воли он приоткрыл глаза и повернул голову в сторону сопящего нечто. Саске. Парень беспокойно спал, положив голову на кровать брата и не выпуская из рук его ладонь. В детстве Саске спал так же, держа за руку старшего, чтобы избавиться от кошмаров. Итачи собрался, не желая снова погружаться в тяжёлые воспоминания, и прохрипел. — Са-кх-ске, — голос был тихим и скрипучим, будто брюнет не пил несколько дней. Младший Учиха заворочался, поднял голову и заморгал глазами, отгоняя остатки сна. Через некоторое время он переварил происходящее и, выпучив глаза, уставился на Итачи, бледного и замученного. — Ты жив, — прошептал он, не веря в происходящее. — Я уже думал, что ты не проснёшься, что поздно давать лекарство, — словно в пустоту, прозвучал его голос. Итачи молча приподнял руку и двумя пальцами прикоснулся ко лбу брата, который боялся пошевелиться. Сознание старшего не выдержало нагрузки, и он снова отключился, но уже безболезненно. Саске побежал за товарищами, попутно прикидывая в голове, о чём они будут говорить через столько прошедших лет. Итачи проснулся к вечеру. Спустившись вниз, он увидел, как все сидят в гробовой тишине, каждый думая о своём. Увидев бледного брюнета, они молча указали на свободное кресло возле них. По старой привычке Итачи оглядел комнату цепким взглядом убийцы, ища пути к отступлению. Но сердцем он чувствовал, что этого не понадобится, и тихо сел. — Кто этот человек в маске? — первым собрался Какаши, решив получить ответы на интересующие вопросы сразу. — Посмотрите, — голос Итачи уже не напоминал трение ржавых железяк, и Саске тихо выдохнул в облегчении. Хатаке, встав, подошёл к мужчине, лежавшему на диване, и медленно стянул с него маску. Единственный видный глаз Какаши расширился от удивления, и тот почувствовал, что воздуха стало не хватать. На подкосившихся коленях он повернулся к старшему Учиха и еле смог выдавить из себя слова. Наруто с Саске молча наблюдали за ситуацией со своих мест. — Обито?! Но… как? — После трагедии человек по имени Учиха Мадара спас его в своих целях, после чего умер, не успев исполнить их. Обито присвоил себе имя Мадары, возобновил Акацуки после смерти первых его основателей и собрал своих последователей, нукенинов, — Итачи устало потёр переносицу и, выдохнув, продолжил. — Думаю, вы слышали про похищения джинчуурики? Это нужно для осуществления плана Обито «Око Луны». Он собирал всех биджуу в статую Гедо Мазо, чтобы оживить Джуби, Десятихвостого, и взять под контроль весь мир шиноби. Комната погрузилась в тишину. Наруто начал медленно закипать от осознания факта всей мерзости планов так называемого Обито. Чёртовы Учиха. Курама принадлежит ему и только ему. Никто не смеет забирать его мохнатую рыжую морду. Усилием воли он остановил свою разрушительную ки, чтобы разобраться в происходящем до конца, ведь Итачи только начал всю суть разговора. В мыслях Саске творился настоящий ураган, в котором он сам пока не мог разобраться, а Какаши молча ждал продолжения. — Так значит, все биджуу… — Хатаке не успел договорить из-за прервавшего его брюнета. — Нет, я обманывал его всё это время. Его идеи были неблагоразумны и негуманны даже для меня. Из Гедо Мазо я направлял их в артефакт, созданный самим Рикудо-сеннином. Я нашёл его в храме Учиха ещё будучи подростком. Для них там создан специальный мир, в котором они могут беззаботно существовать, не соприкасаясь с миром людей. Что касается Акацуки, все они мертвы, кроме бессмертного Хидана, который добровольно ушёл, отправившись в какой-то храм. Наруто напрягся. Хидан. Учитель иногда упоминал в разговорах своего младшего брата, с которым он потерял связь после смерти родителей много лет назад. Как Узумаки ни спрашивал, сенсей никогда не рассказывал о своей семье. Только то, что их родителей убили шиноби-отступники, а младший после этого вступил в секту и больше не возвращался. Старый скрытный ублюдок. У Наруто больно кольнуло сердце от образа учителя в голове. — Что ты сделал с Обито на поле боя? Он умрёт? — как бы Какаши ни хотел признаваться себе, но он не хотел бы потерять старого друга снова. Просто Обито запутался, просто ему нужна помощь, как в старые времена. — Изанами, — одного названия техники Хатаке хватило, чтобы понять, что его друг вернётся. Но когда он найдёт себя и очнётся? — Что это за хуйня вообще творится? Хули вы не убьёте эту тварь, которая сделала меня сиротой? Не хотите — я сделаю это сам! — терпение Наруто лопнуло от нескончаемых разговоров, а кулаки чесались. Он встал и направился к Обито, чтобы, наконец, избавиться от него, но его остановил голос Курамы: «Не стоит, это их проблема. Лучше разберись со своей жизнью, ведь своё говно ближе к телу, ведь так?» — Лис саркастично рассмеялся, не показав своё напряжение. — Ну, или жопу его, сами копайтесь в своём белье, я пас, — блондин резко развернулся и, развалившись в кресле, прикрыл глаза. Успевший напрячься для защиты друга Какаши расслабился и снова посмотрел на его изувеченное лицо. — Вы не против, если мы с Итачи отлучимся наверх? — произнёс, наконец, Саске, отчего привлёк все взгляды на себя. Впервые младшего Учиха видели таким взволнованным и неуверенным. Он переминался с ноги на ногу и хмурил брови. — Валите, — выдохнул Наруто, а Хатаке только кивнул. Сами разберутся. Братья медленно поднялись на второй этаж дома, стараясь не пересекаться взглядами. Предстоял долгий разговор. — Собачник, я съёбываюсь. Надеюсь, что через неделю вас тут уже не будет. И да, в Коноху я не вернусь, мои дела закончены, — Узумаки ухмыльнулся в привычной манере и, развернувшись, махнул рукой на прощание старому другу. Какаши знал, что он не бросает слов на ветер, поэтому, скрепя сердце, только пожелал ученику удачи. Их пути давно разошлись. Выйдя за порог дома учителя, Наруто подставил лицо под холодные капли начинавшегося дождя. Медленно он пошёл вперёд, не оглядываясь, и достал сигарету из нагрудного кармана жилета, от которого по-старому пахло травами и железом. Никотин успокаивал разум, и уже не хотелось разрывать кожу на своём теле, лишь бы не чувствовать боль и безысходность от потери. Курама посапывал в подсознании. — Слышь, хули ты молчишь? Может, свалишь к своим? Тебе больше нехуй со мной делать, не держу, — последнюю проблему он захотел решить здесь и сейчас. — Я тебе покажу «нехуй делать», щенок неблагодарный. Сам сваливай, мне и тут неплохо, — Лис обиженно фыркнул. — Чё, серьёзно? — Да. Наруто впервые за столько лет искренне и от души улыбнулся, не скалясь и не ухмыляясь. Похоже, друг для друга они всегда будут важнее всех. — Лжемадара проснулся, — почувствовал Курама всплеск чакры, — и, кажется, сейчас будет мордобой. — Сваливаем быстрее, я заебался, — Наруто выбросил сигарету, которая мигом потухла под ливнем, и побежал прочь от этого места. Когда-нибудь он вернётся в этот дом. Но не сейчас.