Время всякой вещи под небом

Дэйгун часто думал о том, что воспитывать чужого ребенка очень тяжело. Своего проще — ты точно знаешь, чего желаешь для своего чада, и что для этого потребуется. Остался бы у Дэйгуна сын — следопыт бы привил ему любовь к травам и охоте, к лукам, стрелам и холодному оружию. Но у Дэйгуна была только приемная дочь, чужая дочь. Дэйгун не знал, какой бы Эсмерэль хотела вырастить ее, да и думала ли она когда-нибудь об этом? Провела бы Эсмерэль всю жизнь в дорогах и странствиях, впутывая в это Райан, или предпочла бы осесть в одном определенном месте, которое девочка могла считать домом? Захотела бы, чтобы Райан научилась стрелять из лука и метать кинжалы в мишени? Порицала бы тягу своей дочери к древним руинам в болотах, или, напротив, обрадовалась бы — значит, в девочке дремлет та же страсть к прошедшим временам, к приключениям? Да вот только Дэйгун давно понял — не таят в себе приключения ничего хорошего. Рано или поздно приходится идти бок о бок с другими людьми, дружить и любить, а потом неизменно терять и хоронить. Своих последних любимых Дэйгун похоронил на невысоком холме, с которого открывался вид на изгиб реки и мрачный лес. Конечно, в Западной Гавани было свое кладбище, за пределами деревни, но Дэйгун наотрез отказался хоронить вместе с солдатами свою жену, сына и подругу. Он сам выкопал им могилы, застелил тканью, омыл тела и засыпал землей. На могилу Шайлы он в одно время бросил семена ее лечебных растений, и спустя несколько лет могилы покрыли мелкие цветочки лаванды и побеги мяты. На этот холм почти никто не приходил. Только сам Дэйгун изредка наведывался. А вот Райан проводила там почти каждый день. Фарлонг уже жалел, что рассказал, где покоится Эсмерэль, ведь девочка, улучив любую свободную минуту, сразу убегала на могилу женщины, которую даже не знала. Сегодня на закате было то же самое. Дэйгун вернулся домой с охоты, небрежно бросил бездыханные тушки на пороге и позвал дочь. Она не отозвалась. На грубо сколоченном деревянном столе остывал ужин на одного. Какое-то время Дэйгун хмуро смотрел на еду, потом отставил лук и быстрым шагом отправился на холм. Райан сидела рядом с могилами. Дэйгун видел худенькие плечи, сгорбленную спину, поджатые, босые ноги. Девочка сидела, потупившись, перебирая в руках какие-то веточки и прутики. На звук шагов она обернулась. На хмуром личике девочки Дэйгун заметил следы слез. Снова поссорилась с Мосфельдами и прибежала сюда, к праху матери, чтобы плакать в одиночестве. — Я думала, что успею вернуться к твоему приходу, — просто сказала Райан, уперев локти в колени. Штаны были все в грязи и порванные на коленках. На лице тоже грязь, в волосах запутались травинки и листья. А руки покрывали сплошь синяки и ссадины. Дэйгун поджал губы. — Ты подралась? Райан отвела взгляд. — Да. С Уиллом Мосфельдом. — Он же старше тебя на пять лет. — А я не сказала, что выиграла. Дэйгун провел рукой по лбу, потер переносицу. Вечно у Райан проблемы с Мосфельдами. Конечно, братья были известными задирами в деревне, но ничуть не злыми — просто мальчишки есть мальчишки. Однако Райан словно подмывало схлестнуться с одним из них по мелочам, из-за которых она потом ходила в синяках и царапинах. — Из-за чего на этот раз? Глаза Райан сделались злыми. — Уилл обозвал меня и Эми сиротами. Я его ударила. — В слове «сирота» нет ничего обидного, Райан. — Мне было обидно. Дэйгун только тяжело вздохнул. От взбалмошного крутого нрава девочки ему иногда становилось не по себе. Вечно она во что-то встревает и дерется, бесится из-за пустяков, срывается, кричит, всем что-то доказывает. Видят Боги, Эсмерэль была совсем не такая. Быть может, Райан вся пошла в своего отца? Другого объяснения поведению девочки Дэйгун дать не мог. А еще Дэйгун чувствовал себя беспомощным. Ну как, как втемяшить в голову девчонке мысль, что в жизни будет еще много обидных слов, и не всем людям, сказавшим их, возможно дать сдачи? Райан никогда его не слушала и все делала по-своему, с недетской яростью и каким-то тупым упорством. — Ты порвала одежду в драке, — только и сказал Дэйгун, покачав головой. — Раз тебе так нравится валяться в грязи и махать кулаками, стирать, зашивать и гладить свои вещи будешь сама. Райан зло посмотрела на Дэйгуна исподлобья. Во взгляде и в мимике — тоже ничего от Эсмерэль. Эти высокие скулы, темные недобрые глаза, узкие губы и впалые щеки — ни одной общей черты с матерью, все чужое. И есть в девочке что-то яростное, почти жуткое, хотя по природе своей Райан совсем не злая. Но было в ней нечто неприятное. Как будто ты смотришь на ребенка и видишь в его руках ядовитую гадюку. — Идем домой. — Дэйгун провел рукой по волосам. — Завтра я вырежу тебе лук. Будешь учиться стрелять. — Стрелять? Ты хочешь научить меня стрелять? — От этого появится хоть какая-то польза. И тебе будет, чем заняться, раз себе дела найти не можешь. Как у тебя на занятиях с Ополчением? Райан насупилась. — Георг сказал, что я хорошо метаю ножи. — Об этом я слышал. А что с фехтованием? Райан упрямо выпятила нижнюю губу и промолчала. С этим тоже была беда. Простые выпады и контрудары давались Райан легко, но дальше дело не шло. Ни с мечом, ни с клинками поменьше. Георг был недоволен — ему такие ученики были даром не нужны, только время на них тратилось впустую. Зато бросать ножи в мишени у Райан получалось лучше, вот только не всегда этот талант может помочь в настоящем бою. — Понятно. Бросив беглый взгляд на могилы, Дэйгун отвернулся от дочери. Он зашагал было обратно, когда Райан, поднявшись на ноги, окликнула его: — А у меня когда-нибудь будет большой лук, как у тебя? Я смогу участвовать в битвах с ящерами? Дэйгун слегка повернул голову: — Только если я решу, что ты достаточно хорошо занимаешься. И с луком, и с клинками у Георга. Райан встала на ноги и побежала вприпрыжку, чтобы не отставать от Дэйгуна. На губах у нее появилась улыбка. — Я буду хорошо заниматься, — пообещала она негромко. Дэйгун сделал вид, что не услышал ее. Однако Райан сдержала свое слово. Заниматься она стала усерднее, словно обещание Дэйгуна разрешить ей сражаться вместе с остальными ребятами из Ополчения вдохновило ее. Каждое утро девочка упрямо натягивала тетиву и стреляла, пока руки не начинали дрожать, потом обливалась потом на плацу, где ее строго гонял Георг. Со временем она переставала вызывать у Георга чувство досады, и он с едва заметной улыбкой следил, как девчонка упрямо тренируется, вымещая всю свою ярость и злость на чучелах и манекенах. Однако хвалить не спешил — еще чего, вдруг Райан поймет, что у нее начинает получаться, и снова станет отлынивать. Пусть уж занимается, как положено, без всякой похвалы. В теле Райан гудела и ныла каждая мышца, но она не смела жаловаться. С каждым днем тренировки давались ей чуть легче, чем раньше. Отжимания, пробежка, стрельба, фехтование — и все сначала, снова и снова. Очень скоро Райан стала находить в этом некоторое удовлетворение. Конечно, бить манекен — это не то, что заехать по зубам зарвавшемуся Уиллу Мосфельду, но Райан все равно нравилось. Ей было пятнадцать, и она отчаянно хотела показать, что может быть важной и нужной. Всем и самой себе. *** … — ты представляешь, я видела, как Уилл целуется с какой-то девчонкой за сараем! Ужасно! — Эми округлила глаза и прижала руки ко рту. Щеки ее горели. — Не понимаю, как это может вообще нравиться? Во рту же слюни! И носами наверняка сталкиваешься! Райан ухмыльнулась, выдергивая из земли сочные травинки. — Да прекрати, ничего страшного в этом нет, — с ярой бравадой сказала она. Эми прищурилась и посмотрела на подругу с нескрываемым удивлением. — Ты хочешь сказать, что уже целовалась? — От возбуждения голос Эми сорвался на крик. — Когда? С кем? Райан преувеличено-громко вздохнула, состроила лицо поумнее, отвела глаза. — Да так, было пару раз. С бардом одним, проезжал мимо. Ну и еще с парой парней. Уже точно не скажу. — И как это было? Райан запнулась. На ум приходили только глупые описания, которые часто попадались ей в тех книгах, что она находила в скромной библиотеке Дэйгуна. На практике девушка еще никогда этого не пробовала, хотя ей было уже девятнадцать, и очень по этому поводу переживала — ведь девчонки из деревни вовсю гуляют с мальчишками, а она совсем одна. И поцелуй Райан могла только представлять. Но Эми она уже соврала, и теперь поспешно придумывала, как бы соврать поубедительнее еще раз. — Ну… трудно объяснить, — уклончиво сказала Райан. — Просто ты целуешься. Как в щеку чмокаешь. Также, только в губы. И немного дольше. Эми склонила голову набок и мечтательно прикрыла глаза. — Я так тебе завидую, — поделилась она. — Я бы хотела попробовать с кем-нибудь… ну, знаешь, по-дружески. — Бивил не подойдет? — Нет! — Эми широко распахнула карие глаза и покачала головой. — Нет, Бивил, конечно, мой друг, и можно было бы… но я не хочу с Бивилом. Эми вдруг нахмурилась и сжала ладонь Райан в своей руке. — А ты можешь меня научить? — Да зачем тебе? — Райан поморщилась. — Сама ведь говоришь, что мерзко все это. — Да знаю я. — Эми застенчиво улыбнулась. — Но ведь взрослым нравится. Может, и мне понравится. Ну, пожалуйста! — Нет, Эми. — Райан! Райан мрачно посмотрела на подругу, провела свободной рукой по коротко стриженому ежику своих черных волос. Нет, поцеловать Эми ей, конечно, ничего не стоило, да вот только она ведь не умеет! И показаться глупой Райан совсем не хотелось. Даже в глазах всепрощающей Эми Ферн. «Ну, у остальных ребят получается, и у меня получится», — подумала Райан и вздохнула. Эми радостно улыбнулась. — Ну что, попробуем? — Ты ж меня живьем сожрешь, — хмыкнула Райан, снова придавая себе взрослый вид. — Всему тебя учить надо… Эми повернулась к ней, целомудренно сложив руки на коленках, поправила подол своей серой миткалевой юбки, пытаясь скрыть нервозность. Райан нервничала не меньше подруги — облизывала и кусала губы, вытирала мокрые ладони о штанины, собираясь с духом. Наконец она искривила губы в ухмылке и тоже повернулась лицом к Эми. Та смотрела на подругу с некоторым нетерпением и волнением. Райан припомнила, как однажды Уилл Мосфельд целовал смазливую девчонку на прошлой Ярмарке Жатвы. Он погладил ее по лицу, провел пальцами по шее. Почему бы не начать с этого? Эми слегка вздрогнула, когда Райан приласкала ее дрожащими пальцами. Кожа у Эми была теплой и мягкой, а на шее сильно бился пульс. Райан, сглотнув, придвинулась еще ближе, так, что кончик ее носа коснулся щеки Эми. Дыхание ее было горячим, губы раскрылись. Эми казалась очень напряженной, словно готовилась отпрыгнуть от Райан в любой момент. «В конце концов, это не страшно». Вздохнув, Райан неуверенно коснулась губами рта Эми, поцеловав нижнюю губу. Эми как-то странно выдохнула и дернулась, однако не отстранилась. Просто испугалась. Осмелев, Райан запустила руку ей в волосы и притянула ближе к себе, провела по губам Эми кончиком языка. Она видела, что Уилл так делал. Эми слегка шевельнула губами, поцеловав Райан в ответ. Неловко, неуверенно, шумно дыша носом. Губы у Эми оказались сухие, а движения резкие — точь-в-точь слепой котенок, тыкающийся мордочкой в поисках тела матери. Однако совсем неплохо и ничего такого мерзкого. По крайней мере, слюны не было. Райан лихорадочно вспоминала, что же еще такого делал Уилл. Припоминая, она скользнула языком между губ Эми. Та дернула головой, задевая носом нос Райан, и закрыла глаза. Светлые ресницы затрепетали. А до Райан начало доходить, как все это делается. Неловко шевеля губами, она целовала то верхнюю, то нижнюю губу Эми, ворочая языком и судорожно сглатывая. Однако приятно. Эми повторяла каждое движение. Вот внезапно она обняла Райан за шею и прижала к себе с тихим довольным вздохом. Поцелуй стал лихорадочным, быстрым и горячим. Губы у Эми покраснели, щеки обжигал румянец. Совсем осмелев, Райан прикусила зубами ее нижнюю губу. Эми распахнула глаза, и Райан поняла, что пора прекращать. Они сидели, прижавшись друг к другу лбами и переводя дыхание, незаметно вытирая губы рукавом и пальцами. — Кошмар какой, — выдохнула Эми, улыбнувшись. — Я же говорила, — протянула Райан, скрывая досаду за маской ехидства. Ей очень понравился поцелуй и ощущение губ Эми под своими губами. Дьявольски приятно. И теперь понятно, почему взрослые всегда так делают. — Для первого раза совсем неплохо. Эми просияла. — Может, чуть попозже попробуем еще? — скромно спросила она, потупившись. Райан улыбнулась и погладила девушку по щеке. — Если ты хочешь. Они целовались еще в этот день и на следующий тоже, стоило им остаться наедине. Через пару дней они научились не задевать друг друга зубами и не задыхаться, когда поцелуй углублялся, еще через несколько — смогли двигать губами одновременно и не кусаться. Райан нравилась отзывчивость Эми. Она безропотно следовала за ее губами, изредка со стоном выдыхая, когда объятия подруги становились слишком сильными. После Эми старательно делала вид, что ее ничуть не волнует происходящее — ведь это просто поцелуй и только-то, однако щеки ее каждый раз горели огнем, а под платьем проступали горошины сосков, и Эми этого отчего-то ужасно стеснялась. Когда Райан ее целовала, по животу и ниже словно пламя пробегало, а когда губы подруги прижимались к ее шее и прикусывали кожу, то у Эми голова кругом шла. Это было так здорово… и так неправильно. По ночам Эми беспокойно ворочалась, сходя с ума от влажной духоты и непрошенных мыслей. Между ног будто все горело, ныло и тянуло, и Эми было не по себе. Однажды она, решившись, коснулась себя рукой, и едва не застонала — так хорошо ей стало, и огонь будто бы поутих. Все было мокрым и горячим, отзывавшимся на любое прикосновение волной удовольствия. Чтобы не закричать и не разбудить Тармаса, Эми сжала зубами подушку и подумала о Райан Фарлонг. Лоно тут же снова сжалось, и Эми, дрожа, но уже не от страха, снова потрогала себя, а потом прижала два пальца к странной горошине между влажных складок и выгнулась дугой. Хорошо, очень хорошо, почти как от поцелуев с Райан, только еще лучше. Бедняжка Эми совсем потеряла голову, давая волю фантазии. Вот бы не ее собственные руки, а руки Райан ласкали ее между ног, так же, как она сама себя ласкает, и было бы хорошо, хорошо, хорошо… Эми застонала, кусая губы, содрогнулась всем телом и обмякла. Ее била крупная дрожь. На следующий день Райан и Эми отправились купаться в реке. Около часа они шли, желая оказаться подальше от деревни, где вода и чище, и прохладнее. Был разгар лета, и солнце нещадно палило, отчего болотная духота стала невыносимой. На берегу оказалось очень тихо, по черной воде пробегала пугливая рябь. Райан, улыбнувшись, начала беззастенчиво раздеваться. Они и раньше плавали голыми, когда были еще детьми, и с ними плавал даже Бивил, но теперь друзья были слишком взрослыми, чтобы плавать вместе с Бивилом голышом. — Давай быстрее, — поторопила подругу Райан, отбрасывая в сторону штаны и потянувшись, совершенно не стесняясь своей наготы. Между ног у Райан слегка курчавились черные волоски, и Эми на мгновение стало интересно — а она тоже ласкает себя по ночам? Райан зашла в реку. Сначала вода доходила ей до середины икры, потом уже до ягодиц. Когда вода стала по пояс, Райан нырнула и заплескалась, фыркая и смеясь. — Эми! Ну чего ты копаешься? Эми стеснительно развязала шнуровку на платье, скромно спустила его до пят и пугливо коснулась кончиком ноги поверхности воды. Она была теплой, как парное молоко. Плавала Эми из рук вон плохо и вообще воду не любила. А купалась только с Райан, потому что та в любой момент была готова ее поддержать. Эми неловко забултыхалась, молотя руками и ногами по воде, хотя возле берега было достаточно мелко. Райан нырнула с головой, и вот уже ее руки касаются Эми под водой, поддерживая и выталкивая на поверхность. Эми сплюнула воду. — Ты никогда не научишься, — обреченно вздохнула Райан, обнимая Эми за талию. Сама она держалась на воде без видимых усилий и даже доставала до дна кончиками пальцев, если вытягивалась. Эми посмотрела на подругу сквозь мокрые ресницы. — Извини. Райан только закатила глаза. Короткие влажные волосы топорщились, как иголки у ежа, во все стороны, по шее и плечам стекали капельки воды. Эми шумно сглотнула, когда руки Райан скользнули по ее талии к спине, и почувствовала, как напряглись кончики ее грудей. В воде стало вдруг очень жарко. — Ты слишком легко краснеешь, — протянула Райан, прижав к себе подругу так, что Эми почувствовала ее грудь. — Нервничаешь? Эми задохнулась. — Ты заставляешь меня нервничать, — пробормотала она едва слышно. Райан криво ухмыльнулась и поцеловала Эми в уголок рта. Та вздрогнула и прижалась к Райан сильнее, обхватив ее шею руками. Щеки Райан дернулись — она хотела что-то сказать, но Эми прижалась к ней губами, заставляя замолчать. Райан опешила — она никогда не думала, что Эми может быть настолько настойчивой и страстной. Она целовала ее, с языком — кто бы мог поверить? Что Эми, эта вечно краснеющая, скромная девочка, может вести себя так? Райан первая прервала поцелуй и вежливо отстранила Эми от себя, чтобы не обидеть ее. — Давай лучше выйдем на берег, дорогая, — сказала она, переводя дыхание. — А то ты утопишь и себя, и меня. Эми залилась краской. — Да, ты права. Прости. Райан улыбнулась и подтолкнула Эми к берегу. — Ты плыви, а я еще раз окунусь. Эми неловко погребла к берегу. Райан нырнула, взметнув в воздух брызги. Эми ей немножко завидовала. Вот бы и ей так плавать, легко, как рыбка, лишь изредка выныривая, чтобы глотнуть воздуха. Эми выкарабкалась на берег, отжала длинные волосы и села на траву, подобрав колени к груди и обхватив ноги тонкими, как веточки, руками. Она с улыбкой наблюдала, как плавает Райан. Вот она снова нырнула, изящно и легко, и исчезла под черной водой. Эми прищурилась. Уже прошла минута, затем вторая. Эми судорожно сжала руки в кулаки, поднялась и подошла к воде. — Райан! — громко позвала она дрожащим голосом. — Райан! Но водная гладь была спокойна. Эми с ужасом огляделась — никого. И Райан нет. — РАЙАН! Эми снова зашла в воду. Ее колотило. Что случилось с подругой? Куда она пропала? Ног Эми коснулось что-то холодное и поволокло за собой. Эми закричала и плюхнулась на мелководье. Райан вынырнула, хитро улыбаясь. Выглядела она очень довольной своей выходкой. — Кто-то напугался? — лениво осведомилась она, с ухмылкой вглядываясь в бледное лицо Эми и полные слез глаза. — Ты… Ты идиотка, Райан Фарлонг, тупая корова! — закричала на нее Эми, заколотив по шее и плечам подруги кулаками. — Никогда больше так не делай, понятно? Ненавижу тебя, ненавижу! Райан только рассмеялась, легко отмахнувшись от попыток Эми ударить ее. Сжав ее запястья, Райан нависла над подругой. Тело той было прохладным и скользким. — Ты так нервничаешь. — Райан улыбнулась и потерлась носом о щеку Эми. — Я чувствую себя польщенной. — Я тебя ненавижу. — Эми для острастки пнула Райан в живот. Получилось слабо и неубедительно. — А я тебя обожаю. Эми беспомощно посмотрела на подругу и покачала головой. — Ты чудовище. Райан улыбнулась и склонилась над ней. У Эми замерло сердце, когда Райан снова поцеловала ее. На этот раз поцелуй отличался от всех, что когда-либо у них были. Горячий, страстный, неторопливый, полный неги и чего-то еще — Эми не знала. Между ног снова стало горячо. В спину впивался мелкий песок и камешки, ноги холодила речная вода. Губы Райан переместились на шею Эми, и та негромко застонала, раздвинув ноги. Райан оторвалась от ее шеи, почувствовав на внутренней стороне бедер Эми влагу. Эми тяжело дышала, грудь ее вздымалась и опадала. Все тело, казалось, пылает, несмотря на близость реки. В висках стучало. Обняв Райан за шею одной рукой, второй Эми потянулась вниз и коснулась себя там. С губ сорвался громкий протяжный стон. Райан проследила за ее рукой взглядом. Вот тонкие пальцы коснулись золотистых завитков волос на лобке и скользнули дальше, раздвигая мягкие половые губы. Глаза у Райан расширились, дыхание стало прерывистым. В этом зрелище, в этой распростертой, стонущей под ней Эми, было что-то прекрасное и порочное. И возбуждающее. Райан накрыла руку подруги своей рукой, мягко, но настойчиво убрала пальцы Эми и коснулась ее лона своими. Эми задрожала, неожиданно сильно обняла бедра Райан коленями. Райан слегка пошевелила пальцами. Внутри Эми была очень мокрой и очень горячей. — Тебе это нравится? — прошептала Райан, усилив нажим. — Да. — Эми изогнулась дугой и зарылась пальцами в короткие волосы Райан на затылке. — Хочешь попробовать? Райан кивнула. И тут же почувствовала, как ее живота касаются пальцы Эми, а вот они уже между ее ног, теребят что-то и нежно теребят складочки внутри. Райан сдавленно охнула, навалившись на Эми. Они ласкали друг друга влажными от выделений руками. С губ девушек срывались сдавленные стоны. На лбу Райан выступили капельки пота. Ее пальцы толкнулись глубже, в узкое отверстие между ног Эми, и девушка широко распахнула глаза. — Больно! — Прости. Пальцы задвигались быстрее. Эми уже, не сдерживаясь, кричала, сдавливая бедрами бедра Райан. — Эми! Райан! Вы здесь? — раздался громкий голос Бивила. Эми и Райан остановились, прислушиваясь. Вот захрустели ветки под тяжелыми ногами — Бивил всегда ходил очень грузно, точно медведь, проламывающийся через кусты. Эми и Райан не успели даже прикрыться — Бивил уже вышел к реке и резко остановился. Щеки его медленно залил румянец, отчего веснушки стали еще заметнее. Эми тихонько пискнула, столкнув с себя Райан. — Вы чего это делаете? — севшим голосом спросил Бивил, старательно отводя глаза от обнаженных подруг детства. — А ты тут чего делаешь? — воинственно рявкнула Райан в ответ. — Ты что, подглядывал за нами? — Нет! Я вас в деревне искал, а Тармас сказал, что вы ушли к реке. Ну, я за вами и пошел, домой пора. Уже вечер. И тут крики услышал. Думал, кто-то из вас ранен… — Спасибо за заботу, — зло сказала Райан и поднялась, прошлепав к своей одежде. Бивил покраснел еще сильнее. — А теперь, сделай милость, отвернись и посчитай до ста. Мы оденемся. Бивил круто развернулся, наклонив голову так, что была видна только рыжая макушка. Девушки молча принялись собирать свою одежду. Губы Райан дрожали, а Эми едва сдерживала слезы стыда. В гробовом молчании они направились назад к деревне. Бивил то и дело поглядывал на девушек, но посчитал лучшим держать свое любопытство при себе. Райан славилась вздорным нравом, еще чего, с кулаками накинется. Эми выглядела очень расстроенной и напряженной. У деревни Райан остановилась. — Бивил, иди домой, — сказала она мрачно. — Дальше мы и сами дойдем. Бивил насупился. Раньше он всегда провожал Эми и Райан до дверей, а теперь его прогоняют. Парень втянул голову в плечи и поплелся домой, судорожно прикидывая, в чем мог провиниться. Ему было не по себе. Райан со свистом втянула в себя воздух и повернулась к Эми. Та выжидающе смотрела на нее. — Пора прекращать все это, понятно? — резко сказала Фарлонг. — Еще не хватало, чтобы о нас слухи всякие по деревне ходили. — Бивил ничего не видел! — возразила Эми. — А даже если и видел что-то, то никому не расскажет. — Все равно. Эми сморгнула невесть откуда взявшиеся слезы. С чего разревелась, спрашивается? Все ведь было так хорошо, им обоим было хорошо, что же теперь не так? — Тебе не понравилось? Райан упрямо дернула щекой. — Я все сказала, Эми. Больше не целуемся и не ходим на реку. И вообще… Эми опустила глаза. — Ты больше не хочешь со мной дружить? Райан коснулась рукой плеча Эми. — Мы с тобой по-прежнему дружим. Просто так, как сегодня у реки, больше не будет. Эми ничего не ответила. С тех пор этой темы они не касались. При встрече обе вели себя подчеркнуто-вежливо, даже несколько холодновато. Никто не придавал этому особенного значения — дети взрослеют, ссорятся и мирятся, со временем все пройдет. Так ведь всегда бывает.