Я не смог без тебя

      Намного страшнее. Хуже просто быть не может. Никакие слова не помогут, чтобы объяснить Матвею всё то, что произошло. И можно ли вообще сказать ему о том, что его мать уходит к человеку, из-за которого у Матвея было столько проблем в школах? Конечно, Матвей совершенно ничего не знает о том, кем являлся и является сейчас его родной отец. Но как сказать так, чтобы не упасть в глазах собственного сына, которого Вика любила больше всего на свете? Как сделать так, чтобы не разорвать ту связь, которая держит их с самого начала? Да что вообще происходит?       Вика закрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Матвей всё слышал. Отнекиваться и скрывать дальше смысла нет. «Просто соберись и скажи. Снова.» Дрожь в руках выдавала её с головой. Матвей так и стоял у двери комнаты, смотря на неё. На самом деле он не так много услышал, как сказал. Отрывки фраз, но явно дававшие понять, что между родителями произошло что-то серьёзное. Он видел, что Вика сильно волнуется.       - Да ладно, мам, ты же знаешь, что можешь мне всё рассказать? – он пытался этими словами заставить Вику посмотреть на себя. Но Вика только молча покачала отрицательно головой. – Не можешь? А как же твоё «мы должны доверять друг другу, ведь мы же самые близкие друзья»? Ты мой друг, а я – твой, так ведь?       Вика открыла глаза и серьёзно посмотрела на сына.       - Ты, наверно, никогда меня не поймёшь, - сказала она.       - Не пойму, если ты мне не расскажешь, что между вами произошло, - кивнул Матвей и подошёл к матери. – Вы что разводитесь?       Вика смотрела сыну в глаза.       - Я ведь не маленький мальчик, - сказал Матвей.       - Да, мы разводимся.       Андрей, стоявший за закрытой дверью, прислонился к ней и опустил голову.       Матвей отпустил глаза, кивнув.       - Как же вы могли так ловко скрывать от меня свои проблемы?       - Папа тут ни при чём, - Вика покачала головой. Нет, слова не подбирались. – Это всё из-за меня.       Матвей поймал взгляд матери.       - Просто скажи.       - Ты действительно уже взрослый, - кивнула Вика. – И подбирать слова, чтобы сказать тебе правду, не имеет смысла, - она посмотрела сыну в глаза. – Мы разводимся, потому что я… Я полюбила другого человека, -       Вика не сводила глаз с глаз сына. Дело сделано.       - Почему?       Вопрос Матвея сбил Вику с толку.       - Что?       - Почему ты полюбила другого человека?       «Как ты могла? Ты что с ума сошла? Ты что шутишь?» - эти вопросы были бы к месту, но «Почему?». Вика молчала какое-то время. Возможно, признание первое было не самым страшным в разговоре с сыном.       - Должна же быть причина, так? – не унимался Матвей.       Он ничего не поймёт, если не узнает всё с самого начала. Вика опустила голову.       - Наверно, тебе пришло время узнать кое-что, - Вика снова подняла глаза на сына. – Садись, - она указала Матвею на кровать.       Матвей неохотно опустился на кровать. Вика села рядом с ним.       - Ты никогда не просил меня рассказать о твоём настоящем отце, - начала она. – И я была этому очень рада. Ведь многие дети расспрашивают своих матерей об этом. А ты молчал и не требовал. Я была тебе за это благодарна. Потому что у меня не было никакого желания рассказывать тебе о нём. Он делал мне больно.       Матвей взглянул на Вику.       - Знаешь, с моей стороны это была большая и первая любовь, - продолжала Вика. – Я искренне доверяла ему и верила, что у нас есть будущее. Я строила планы, делилась ими с ним. Но оказалось, что он совершенно не настроен был делить будущее со мной. Он просто… - Вика запнулась. – Просто играл в жизнь. Со мной. У него были совсем другие интересы. И вообще он был совсем другим человеком, нежели тем, каким я его себе нарисовала. Я была слепа и глуха. Если коротко, то твой отец просто изменял мне, и я не знала об этом, пока сама всё не увидела своими глазами. Вот так сказка, в которую я верила, и разрушилась. Он предал меня.       Матвей видел, как тяжело Вике говорить ему об этом. Он хотел взять её за руку, но боялся спугнуть.       - Всё, во что я верила, рухнуло. Я узнала, что человек, которого я любила, предал меня. И знаешь что? В тот же день до того, как я застала его с другой, я узнала, что у меня будешь ты, - Вика посмотрела на сына и улыбнулась. Матвей теперь смотрел на неё хмуро, со сдвинутыми бровями.       - И он бросил тебя беременную?       - Нет, - Вика покачала головой. – Я ему о тебе не сказала. Он ничего не знал, когда уходил из моей жизни. Он не знал, что ты родился и вырос в такого замечательного человека, - Вика снова улыбнулась, но видела по глазам сына, что он хочет знать продолжение. – В общем, я осталась одна. Это было очень страшно, узнать, что будущего, о котором мечтаешь, больше нет. Твои бабушка с дедушкой очень помогли мне, конечно, но растить тебя без отца было бы очень сложно. А потом я встретила Андрея. И знаешь, я очень рада, что именно он воспитал тебя. Без него я бы вряд ли справилась. Он стал для меня и для тебя опорой. И я была уверена, что мы будем крепкой и дружной семьёй навсегда.       Ну, вот. Вика подошла к самому главному. Но без начала истории она не могла быть до конца честной с сыном. Как бы ни было дальше, ей больше не нужно будет носить это в себе.       - Но моя уверенность снова пошатнулась.       Матвею показалось, что он перестал дышать. Он чувствовал, что рассказ матери подходит к самому главному.       - Я снова встретила его, - сказала Вика.       После некоторого молчания Матвей спросил:       - Кого?       - Твоего настоящего отца.       Матвей пытался всё сопоставить, но не мог. Сказанное матерью чуть раньше ещё не улеглось в его сознании, чтобы попытаться анализировать последние слова.       - Совсем недавно, спустя пятнадцать лет. Я встретила его в одном из кафе во время деловой встречи. Совершенно случайно.       - И что?       - Я не знаю, поймёшь ли ты то, что я скажу дальше. Если бы это не случилось со мной, я бы никогда, наверно, не поняла любую другую женщину. Но, Матвей, это случилось со мной и перед тобой мне ужасно стыдно…       Матвей взял её за руку.       - Ты можешь мне сказать всё, - напомнил он Вике.       Вика взглянула на него. Сейчас она либо потеряет его навсегда, либо ещё больше полюбит, если ещё больше возможно.       - Веришь ли ты, что люди могут меняться? – спросила она. – Что они могут по происшествии времени измениться до неузнаваемости? Не внешне, а внутренне. Что человек, которого ты всей душой ненавидел, вдруг окажется тебе настолько близким, что… - больше слов не подобралось.       - Хочешь сказать, что он… Что это он изменился так?       Вика кивнула.       - Я не верила в такое, но убедилась, что это возможно. В том кафе я встретила совсем другого человека. Твоего отца.       Матвей вдруг понял, к чему она клонит. Он вдруг всё сопоставил.       - Это он, да? Это ты его полюбила?       Вика боялась посмотреть сыну в глаза, она молча кивнула и уставилась в пол. Матвей тоже замолчал, держа по-прежнему её за руку.       - Я не знаю, могут ли люди меняться так, как ты сказала, - тихо проговорил Матвей.       - Знаешь, а ты очень похож на него, - Вика вдруг сменила тему. – Мало того, что внешне ты его точная копия, но и по характеру вы очень похожи. Он так же дрался в молодости, так же резко реагировал на неприятные слова в свой адрес. Ты рос, и я каждый день отмечала это про себя.       - Значит, ты полюбила снова человека, который тебя предал, - сказал Матвей. – Разве такое возможно?       - Получается, возможно, - сказала Вика.       - И ты хочешь уйти к нему.       Вика не ответила. Всё и так ясно. Матвей взглянул на неё. Он смотрел долго и внимательно. Вика думала, что сейчас её сын возненавидит её и бросится из комнаты прочь. Но Матвей сидел тихо и просто смотрел на неё. И это было невыносимо.       - Не молчи, - сказала Вика. – Признаться и всё рассказать тебе – это самое сложное решение в моей жизни. Ты мне дороже всех на свете, ради тебя я живу. Твоё мнение для меня важно среди всех.       - А как же папа? – Вика понимала, что Матвей имеет в виду Андрея.       - Андрей - прекрасный человек, но я не достойна его. Я не дотягиваюсь до той совершенной планки, которую держит он.       Матвей покачал головой.       - Перестань, я вас очень люблю, и вы для меня совершенно одинаковы.       - Пожалуйста, скажи, что ты думаешь.       Матвей смотрел на руку матери, которую держал в своей.       - Вот так, - он указал ей на них. – Вот так я буду с тобой идти по жизни всегда. Я очень тебя люблю. Я всегда чувствую, что ты отдаёшь мне всё, что ты заботишься обо мне и любишь меня. Ты говоришь, что папа воспитал из меня замечательного человека, но я-то знаю, что приносил тебе много неприятностей. А ты никогда на меня не злилась и всегда делала так, чтобы мне было хорошо. Разве я могу сделать так, чтобы тебе было плохо? Чтобы та разочаровалась во мне?       - Я очень боюсь, что ты разочаруешься во мне.       - Нет, - Матвей покачал головой. – Я очень люблю тебя. Я, знаешь, многого не понимаю во всех этих ваших взрослых отношениях. И да, мне, конечно, неприятно осознавать, что всё меняется, что ты и папа… Это очень сложно. И ужасно. Чёрт… - Матвей замолчал.       - Прости… - по щекам Вики полились слёзы. – Я не хотела причинять тебе боль.       - Я никогда не мог себе представить, что у нас всё будет вот так.       - Поверь, я тоже. Я вас очень люблю…       - Но ты уходишь к нему, - Матвей посмотрел на Вику. – Так почему же?       В глазах Матвея стоял всё тот же вопрос, что и в начале разговора. Вика смахнула слёзы.       - Потому что, несмотря ни на что, я люблю твоего настоящего отца.       В комнате воцарилась тишина, длившаяся не меньше минуты. Вика не чувствовала облегчения. Наоборот, ей было ещё хуже.       - По статистике из семьи чаще уходят мужчины. Ну, а у тебя вот такая вот мать, - тихо сказала Вика.       - Я его когда-нибудь видел?       - Да.       Матвей удивился и пытался мысленно вспомнить, кого он встречал в последние дни. Или раньше?       - Вы встречались с ним не один раз.       - Разговаривали?       - Да.       - Кто он? – Матвею показалось, что он спросил слишком громко. Но волнение захлестнуло его.       - Это он отвозил тебя в больницу после последней драки в школе.       Матвей судорожно вспоминал тот день. Он помнил, что с матерью был какой-то мужчина, и что в больницу они ехали на его машине. Потом вспомнил, как он задал вопрос: «Привет, дружок. Опять натворил что-то?» Какие-то черты лица начали проявляться в памяти Матвея.       «- Он меня просто достал, и я не сдержался, - сказал Матвей. - Пустил в ход кулаки? - Да. - Но сам-то тоже пострадал, как я вижу. Бровь разбили, больно, наверно? Матвей скривился. - Ерунда. - Больно, я знаю. Сам проходил через это. Вот эту трижды разбивал в драке. Три шва. Так что я знаю, что очень больно.»       Матвей сдвинул брови. Вика понимала, что сейчас сын вспомнит, где встречал Максима.       «- Привет. - Вы что-то хотели? – спросил Матвей, убирая плеер в карман куртки. - Я просто шёл в кафе, вот то, что за углом. Матвей обернулся, увидев, что кафе – самый обыкновенный фастфуд. - Столь солидный человек питается в этой забегаловке? - Просто голодный, с утра ничего не ел. - Ну-ну, - улыбнулся Матвей. – Приятного аппетита.»       Но тут же Матвей вспомнил, что видел его ещё раньше.       «- Ну, привет, - Матвей услышал голос рядом с собой, когда поднимался по лестнице ко входу компании «Высота». Он обернулся. Мужчина поднимался вслед за ним. - Мы знакомы? – поинтересовался Матвей. - Не помнишь меня? Понимаю, - улыбнулся мужчина. – Я бы тоже тебя не знал, если бы не нашёл несколько дней назад пьяным под кустом.»       - Я понял, кто он, - Матвей посмотрел на Вику.       - Ну, вот. Теперь ты знаешь всё. Матвей, я хочу, чтобы ты знал. Чтобы ты понял. Всё, что он делал пятнадцать лет назад, касается только меня. Максим никогда не причинял боли тебе, никогда не предавал тебя, никогда тебя не бросал. Он пятнадцать лет о тебе ничего не знал. Это я так решила. Я сказала себе, что он никогда не будет твоим отцом. Я знаю, что ты можешь сейчас чувствовать, как ты можешь к нему отнестись. Но ты должен это понять.       - Сейчас он знает обо мне, да?       Вика кивнула:       - Да.       - Ну, и как он отреагировал?       Вика попыталась вспомнить реакцию Максима, когда он узнал, что Матвей – его сын.       - Я думаю, что он был очень счастлив. И огорчён тем, что так долго о тебе ничего не знал.       Матвей кивнул.       - Значит, ты уйдёшь к нему.       Вика не ответила. Матвей по-прежнему держал её за руку. Это было сейчас самым главным.       Максим мерил шагами свой кабинет уже в сотый раз. Говорят, что подобное проявление нетерпения помогает отвлечься от мыслей. Но ему почему-то не помогало. Он нервно посматривал на телефон, лежащий на столе, в окно, не замечая движения машин и спешащих людей, себе на ноги, на стены, в потолок – куда угодно. Ожидать звонка от Вики, или смс, или вообще чего-нибудь – настоящая мука. Ему казалось, что он уже очень давно её не видел. И тоска одолевала его. Ему просто хотелось забрать её и увезти подальше. Просто потому, что он не был до конца уверен, что она уйдёт к нему. Максим боялся, что Вика не сможет переступить эту черту.       - Я хочу его увидеть, - сказал Матвей, посмотрев на Вику. – Мы ведь должны с ним нормально познакомиться, так?       В глазах Матвея Вика увидела недоверие, страх и обеспокоенность. Но он был прав. Настало время ему познакомиться со своим настоящим отцом.       - Хорошо, - Вика кивнула.       Андрей отошёл от двери. Чувство неизбежного конца сейчас он чувствовал острее, чем раньше. Он практически потерял Вику. Но сможет ли он смириться с потерей сына? Ведь желание Матвея после услышанного увидеться с Максимом - это ли не знак?       «Матвей хочет с тобой познакомиться» - Максим перечитал эту фразу на экране телефона трижды, закрыл глаза и выдохнул.