За пределами стен

Поездка в город была большим событием. Майк, типично городской житель, который вырос в крупном городе, жил в городе и только в зрелости поселился в совершенно сельских условиях, лишь отдаленно представлял это чувство предвкушения и радости, что испытывали всякий раз его дети. Нанаба же понимала очень хорошо. Помнила свою первую поездку с отцом на ярмарку, когда не самые богатые торговые ряды поразили её воображение и долго потом представлялись чем-то дивным, пока не увидела, уже к поступлению в кадетский корпус, что такое действительно большой город. Эрвин ещё как-то помнил Хлорбу, всё же ему было уже целых пять лет, когда Майк и Нанаба ушли в отставку и приехали в разведческое поселение. Ханджи не помнила ничего, а только расспрашивала о старых городах, о площадях, рынках, шумных и людных местах. У детей поселения было всё: игрушки, книги, каких не было когда-то у их родителей, хорошее домашнее обучение, но вот развлечений действительно было мало. Летом рыбалка, купание в речке, грибничество. Зимой лаборатория Ханджи Зоэ. А город — город был праздником, ярким пятном на повседневности, и всё в нем удивляло, всё радовало и оставляло тягучие впечатления не на одну неделю. Они нечасто выбирались всей семьей. Либо кто-то из взрослых с одним из детей, потому что втроем на лошади было не уместиться, а сами они, конечно, ещё неуверенно держались в седле, либо оба родителя отдельно, когда пополняли сразу все продуктовые и непродуктовые запасы. Но порой всё-таки вчетвером. В таких поездках редко планировали хозяйственные покупки, зато уделяли время книжному магазину. Продавец, он же и хозяин, стал уже если не другом семьи, то добрым знакомым точно. Он тепло приветствовал отставных разведчиков, радовался их детям, выкладывал поступившие новинки. Новинки интересовали и родителей, с каждый годом всё больше и больше книг, не только научных, но и развлекательных. Им многое привозили друзья, в частности взрослая Ханджи и Моблит, что-то присылали почтой родственники, так что недостатка в книгах они не знали, но ритуал выбора и покупки в книжном магазине особенный, и отказать в этом удовольствии ни детям, ни себе было решительно невозможно. Ханджи ещё тянулась за сказками, красивыми книжками в ярких обложках. С упоением, какое Майк видел только у другой, той в честь которой её и назвали, листала книги о животных, обновленные издания о флоре и фауне в пределах и за пределами старых стен. Сгребала всё и смотрела во все свои горящие восторгом глазища. Родители не жадничали, но спрашивали, что именно ей действительно нужно и интересно, а о чем уже написано в тех книжках, что у неё есть дома. Эрвин подолгу стоял у стенда с обновленными картами и географическими изданиями. Снимал по одной, разворачивал, сравнивал между собой тут же, на столе для периодики, выбирал самую свежую, самую подробную, хоть и знал, что в следующем году она уже устареет. У него был новый, совершенно уникальный атлас, присланный Армином Арлертом ему лично, с пометкой «от исследователя исследователю», и Эрвин не расставался с ним. Но с тех пор, кажется, ещё сильнее желал собрать воедино и систематизировать все имеющиеся у человечества знания, хоть пока не расправился и с теми, что были доступны ему на данный момент. Из книжного выходили груженые, как после большой ярмарки. Аккуратно раскладывали покупки в седельные сумки. И дорога домой полна была упоительного предвкушения, и ради этого стоило хоть изредка выбираться вчетвером.