Когда Время помогает

- Все внесли в список, что хотели? – громко поинтересовался Альтаир у всей квартиры, натягивая ботинки в прихожей. – Я ухожу в магазин! С разных концов жилой площади послышались голоса в утвердительном отклике, хотя мужчина еще раз пробежал глазами список, отмечая для себя, что там собраны все образцы почерков сожителей. Только после этого он спокойно убрал листок в карман светлой толстовки и накинул на голову капюшон. Стиль Ла-Ахад позаимствовал у Дезмонда, оценив при этом все удобства подобной одежды. Хотя прошло полгода с их появления в двадцать первом веке, по своей обычной форме сириец все еще скучал. Открыв дверь, мужчина чуть было не столкнулся с парнем, которого до этого ни разу еще не видел. Но не успел Альтаир ничего спросить, как был втащен обратно за порог и вбит в стену, при этом рот заткнули властным и требовательным поцелуем. Руки сирийца невольно сжали кожаную куртку незнакомца, но как только тот отстранился, Мастер от души врезал по нахальной роже. Плюхнувшись на пол, парень во все глаза уставился на ассассина, покрывающего его чем-то недобрым на арабском языке. - Ты не Дезмонд… - О, привет Алекс, - вышедший из комнаты Майлз не был удивлен незваному гостю. – Вижу, ты уже познакомился с Альтаиром. На иностранную ругань вышли и остальные жильцы, любопытства не занимать было даже Хэйтему, который оторвался от разбора каких-то бумаг и взирал на происходящее со второго этажа, выкатился он при этом из своей комнаты на компьютерном стуле. Шон, выглянув из-за плеча любовника, недовольно промямлил что-то вроде «опять он». Сам гость, названный Алексом, вытирая кровь из разбитого носа, удивленно осматривал собравшихся. - Дезмонд, - зло прорычал Альтаир. – Сколько у тебя еще любовников, которые будут путать меня с тобой, Шайтан вас забери?! – возвращаясь на английский, который знал благодаря все тому же артефакту. - Вот не надо ложных обвинений, - обиделся Майлз. – Это Мерсер все не угомонится, хотя знает, что я встречаюсь с Шоном. - Мне хватает и этих двоих, - сириец указал в сторону Эцио и самого старшего из Кэнуэев, который безбожно зевал и чесал живот. – С их вечными походами по борделям, теперь еще и ты с личным гаремом! - Я, между прочим, давно к дамам не заходил, - встрял Аудиторе, который, правда, тут же пожалел об этом, получив в свой адрес такой взгляд, что можно было начать себя ощупывать на подтверждение целостности. Виновник же этого скандала голоса не подавал, только поднялся с пола и мирно стоял в сторонке, ожидая, когда буря утихнет. Но ничего не утихало – Дезмонд не собирался сдаваться под натиском своего предка, а тот в свою очередь еще больше из-за этого злился. Постепенно все разбрелись по своим комнатам, ведь попадать под горячую руку Ла-Ахада никто не хотел. Хэйтем вернулся к своим документам, его сын и Гастингс ушли в тренировочный зал, где, как и обещал, историк учил Коннора танцам. Эдвард вернулся к подушке, потому что эту ночь провел где-то, он сам не смог бы вспомнить, где именно. А представитель итальянского дворянства притворился мебелью, растянувшись на диване в гостиной с пультом от телевизора. При этом в доме уже две недели не было девушек – Люси с Реббекой были отправлены Орденом во Францию по неотложным делам, и вернутся еще не скоро. Спустя еще минут пятнадцать препирательств, Альтаир вновь сорвался на родной язык, после чего ушел, хорошенько приложив дверью, что та чуть ни вылетела с косяком вместе. - Вот какого черта ты опять объявился, Мерсер? – вздохнул Дезмонд. - У вас тут такое веселье, а я в пролете? Это не честно, Майлз. И с каких пор ассассины стали жить в коммуналке? - Да будет тебе известно, Мерсер, что все ассассины братья и живем мы сообща… - Не заливай, - перебил его Алекс. – Что-то не припомню, чтобы ты жил сообща. Пиявок, в лице твоего обожаемого Шона и девчонок, не берем в расчет. Вздохнув, ассассин сдался, проходя на кухню и параллельно рассказывая о сложившийся ситуации старому знакомому, который проследовал за ним в комнату. Вирус слушал внимательно, задавая только уточняющие вопросы, для лучшего осознания проблемы, но не с его жизнью было чему-то подобному удивляться. Возможно, именно за это Майлз всегда уважал ученого. Сварив кофе, экс-бармен поставил одну кружку перед Алексом, и обреченно уткнулся в свою. - А еще мне пришел приказ от отца вернуться обратно на ферму. Воспитывать новое поколение ассассинов. - И ты не сказал еще об этом Шону? – вирус поднял вопросительно бровь, и в ответ ему только отрицательно покачали головой. – Ты же знаешь, что он не сможет поехать с тобой, да и ты не можешь ослушаться приказа. Вновь этот фарс с побегом и «я теперь не ассассин» не пройдет. - Спасибо, капитан Очевидность! Из-за спинки дивана в гостиной поднялась лохматая голова итальянца, который слышал весь разговор, ибо из кухни в общую гостиную вела широкая арка, без дверей и задвижек. Но Эцио предпочел так же быстро вернуться в исходное положение, пока его не заметили – и так уже наслушался лишнего. Коннор вновь повторял танцевальные движения, которые у него не очень выходили. Точнее, получалось достаточно угловато, поэтому учитель советовал тренировки и только тренировки. Только сегодня полукровка заметил полную отстраненность Гастингса и его чрезмерную задумчивость. Он даже не реагировал на свое имя, когда юноша его звал, зато эффект возымело то, что младший из Кэнуэев подошел вплотную. Англичанин вздрогнул, выпадая из своих раздумий в реальный мир. - Что-то случилось? Ты сегодня непривычно молчаливый. - Будто я обычно трещу постоянно, - фыркнул историк. - Обычно ты выдаешь много сарказма на то, как у меня выходит танцевать. Сегодня я ни слова не услышал. - Ты слишком проницателен, - поправил очки Шон. – Но это личное. - Дезмонд уезжает, - констатировал факт Коннор, а на удивленный взгляд англичанина пояснил. – Отец сказал. Ты с ним не поедешь? - Мне кухаркой при нем заделаться? Нет, увольте. Моя жизнь и работа здесь. - И он ослушаться не может, - дождавшись утвердительного кивка, парень продолжил. – Значит, все так и закончится? - А что-то начиналось? – повисла неловкая пауза, после чего историк вздохнул. – На сегодня, думаю, с танцами закончим. Поднявшись в квартиру, англичанин застал Алекса все так же сидящим на кухне, только одного, пьющего уже остывший кофе. Мужчина молча начал заваривать себе чая, не обращая внимания на гостя, который тоже не горел желанием заводить светскую беседу. Друг друга они не сказать, чтобы недолюбливали, но ничего хорошего не ждали от этого знакомства. Это никому из них не было обременительным, правда, порой Шон не был доволен иметь в «друзьях» вирус, пусть даже разумный. - Ты ведь знаешь, да? – голос у Мерсера был мягкий, низкий и достаточно приятный, но ответа его не удостоили. – Тогда почему не облегчишь ему задачу? Англичанин сверлил незваного гостя взглядом, тот отвечал тем же, и это продолжалось бы еще долго, но оба были отвлечены поставленными на стол пакетами. - Так и будете выяснять, кто любимая жена, или поможете разобрать? – Ла-Ахад готовился всыпать по первое число тому, кто откажется, он все еще был зол, а разборки с банкоматом доконали его окончательно. - Я помогу. Алекс расплылся в улыбке, смотря на сирийца, и выпуская из своего тела своеобразные отростки, которые подхватили пакеты и быстро расфасовывали содержимое по своим местам. Золотые глаза широко распахнулись, наблюдая сие зрелище, но, на удивление вируса, их обладатель не издал ни звука. Альтаир был не из пугливых, а видя, что историк никак на подобное не реагирует, сделал вывод, что этого опасаться не стоит, зато злость ушла на второй план. Один из отростков стащил с сирийца капюшон, но тот быстро поймал обидчика, сжав того в пальцах. Ощущения были приятными, когда подобное заскользило между пальцами. Эти щупальца были не похожи на змей, как подумал сначала Ла-Ахад, но были теплыми, будто он поймал Алекса за руку. - Эй, я только с сумками просил помочь. - А ты симпатичный, - Мерсер слез со своего стула и подошел ближе. – Так как тебя, говоришь, зовут, златоглазый? - Разбитого носа было мало? - Определенно. Наблюдавший за представлением Шон фыркнул, затем взял чашку с чайником и отправился в свою комнату – участвовать во всем этом, и тем более спасать предка Деза из лап вируса желанием он не горел. Наклевывались более серьезные проблемы личного характера, и трепать себе нервы местными разборками не представлялось хорошей перспективой. Сирийский Мастер внимательно посмотрел в глаза нового знакомого, прежде чем назвать свое имя: угрозы он в нем не увидел, насколько бы странно и устрашающе тот ни выглядел. Подобное воспринималось уже равнодушно, как данность. После путешествия во времени и освоения современности мало что могло выбить из колеи. - Как я понимаю, ты остаешься на ужин… - но Альтаира перебил вопль. - Что…? Что это такое?! – Эцио нервно жался к стене, указывая на Алекса с его отростками, которые все еще кружили над Ла-Ахадом. - Сегодня паста от этого оболтуса, - закончил сириец. - А я еще вот так могу, - Мерсер продемонстрировал свои когти, но получил подзатыльник от Альтаира. - Мериться у кого больше будете после. А сейчас нам еще готовить на эту ораву великовозрастных детей, - мужчина проследил взглядом осторожные движения итальянца, косящегося на нового знакомого. – Хотя я с удовольствием посмотрел бы на эти когти в действии. - В любое время, - довольно оскалился вирус. - Ты с ним флиртуешь? – встрял тут же Аудиторе, вмиг позабывший все свои опасения. – Знал бы, что у тебя такие фетиши, Альтаир…Ай! Сириец, недолго думая, опустил кулак на голову надоедливого юнца, которому он все еще готов был припомнить то «танго» после стакана рома. После такого своеобразного пинка, Эцио принялся готовить, а старший Мастер сидел за стойкой радом с Мерсером и наблюдал за итальянцем, чтобы тот ничего не забыл и не спалил. Вирус сидел тихо, переводя внимательный взгляд то на Аудиторе, мурлыкающего что-то себе под нос, то на сирийца, который через минут пять начал клевать носом от безделья как такового, потом на Эдварда, который стоял, подпирая стенку в столовой, смотря на готовящего итальянца. Альтаир был больше не в силах бороться с дремотой и просто подпер голову рукой, искренне надеясь, что в случае чего его разбудит вопль или грохот. И сириец не заметил, как во сне он вовсе опустил голову на сложенные на стойке руки, стало тепло и уютно, от чего сон был крепким. Разбудило мужчину легкое и ненавязчивое поглаживание по волосам, и, вскинув голову, он увидел перед собой Хэйтема. - Если ты следил за Эцио, то у него все уже готово, и отец расставляет вместе с ним тарелки. - Сколько я проспал? – Ла-Ахад хотел было потянуться, но с его плеч начала сползать черная кожаная куртка, и пришлось ловить ее. - Вероятно, около полутора часов, - пожал плечами средний из Кэнуэев. Сириец что-то ляпнул, соглашаясь с предположением, он искал глазами Алекса, который учтиво накрыл его своей вещью. Но вируса по близости не было, а все еще сонный взгляд уцепился за Аудиторе. - Эцио, а где Алекс? - А, ты про странного парня? Так он ушел, сказав, что у него какие-то дела образовались, - итальянец подозрительно уставился на Мастера, подойдя вплотную. – Так тебе такие нравятся? - Такие? – Альтаир удивленно посмотрел на парня. – Ты о чем? - Молчаливые, серьезные, угрюмые, но добрые к тому, что нравится. Ла-Ахад подвис, пытаясь понять ход мыслей юного итальянца, но в голову ничего не приходило, кроме разврата. Собственно, в последнее время Эцио только с подобным и ассоциировался у Мастера, что заставило задуматься еще серьезнее, вспомнив тот факт, что те отростки вируса вовсе не холодные и не мерзкие. - Что за чушь ты городишь? – отмахнулся сириец, уходя от нелюбимой темы.