Индейцы-3

— Уберите руки! — Заткнись! — Вы, проклятые ублюдки! Убийцы! Керн! Где Керн?! Я доберусь до этого подонка! Он убил мою жену! Я найду его, а после приду за остальными! За всеми вами! За каждым из вас! Вы покойники! Слышите?! Будьте вы прокляты! Это был даже не крик, а рычание, леденившее кровь, полное отчаяния и ярости. Кол'Тек, не вставая со своего места, наконец встретился взглядом с человеком, которого солдаты, ругаясь и мешая друг другу, запихнули в тюремную камеру. Тот тяжело дышал, судорожно глотая воздух, как дикий зверь. Его всклокоченные волосы длинными грязными прядями падали на широкие плечи, загорелое лицо заросло бородой. Он был не краснокожим, а белым, как и схватившие его солдаты. Но почему он сражался против них, призывая какого-то Керна? Кол'Тек не знал. Он просто смотрел в глаза этому человеку, спокойно смотрел, вбирая взглядом бушевавшее в странном чужаке отчаяние. — Назови мне своё имя, — вдруг попросил он. Так он впервые встретился с Дунканом Маклаудом. Бессмертный — с Бессмертным.

***

Зло за добром Стая за стаей Ко-ко-хас Ко-ко-хас Ко-ко-хас

***

— Ненавижу их! Они уничтожают всё, до чего могут добраться, — земли, леса, женщин, детей… — будто в бреду, бормотал Маклауд, задыхаясь, сжимая и разжимая кулаки. — Они убили женщину, которую я любил. Её звали Маленькая Лань, она была из сиу. И её сына. Это сделал проклятый Керн! Но они все таковы! Все, все! Я буду убивать их, пока могу! Ненависть испепеляла этого человека. Кол'Тек с сожалением покачал головой, продолжая глядеть в его потемневшие глаза. — Тогда твоя душа тоже переполнится злом, Маклауд. И ты станешь таким же, как они. Ты этого хочешь? По-прежнему шумно дыша и не спуская глаз с Кол'Тека, тот наконец молча качнул головой. — Твоя ненависть уничтожит тебя. Я могу забрать её, Маклауд. Тот разжал пальцы, выпуская прутья решётки, в которую вцепился, и развернулся к Кол'Теку: — Как? — Я хайока, шаман, — всё так же спокойно пояснил Кол'Тек. — Моё ремесло — забирать ненависть из этого мира. Многие сотни лет я хожу по своей земле и забираю зло и тьму, которые встречаю. Губы Маклауда вдруг исказила горькая недоверчивая усмешка. Но он не сказал, как ожидал Кол'Тек, ты, мол, лжёшь, краснокожий, ты не можешь жить сотни лет! Он хрипло спросил: — Ты сам только что говорил, что зло переполняет душу рано или поздно. И что же, твоя собственная душа способна вместить столько зла? — Моя — да, ибо она бездонна, — чуть улыбнулся Кол'Тек и повторил: — Это моё предназначение. Я заберу и твоё зло. Белые солдаты хотят повесить меня на рассвете. Но они не смогут убить меня. Так же и зло не сможет меня уничтожить. Но он ошибался. Однажды зло переполнило и его.

***

Спустя сто двадцать четыре года Маклауд стоял над обезглавленным трупом Кол'Тека, которого только что убил. Над трупом своего друга, исцелившего его когда-то в тюрьме форта. Почему всё должно было случиться именно так?! Почему Тёмное Перерождение настигло именно Кол'Тека, хайоку, этого святого человека, всю жизнь спасавшего людей от зла? Маклауд зажмурился и глухо зарычал. Но он знал, что каждый должен нести своё бремя, и нести его достойно. Этому его научил Кол'Тек. Пора было уезжать. Он развернулся и пошёл прочь.

***

я не верю что мы поднимаемся в небо если только не вернуться с дождем Ко-ко-хас Ко-ко-хас Ко-ко-хас