Реки времён

Доктор за все свои предыдущие жизни видел, казалось бы, достаточно для того, чтобы перестать удивляться чему бы то ни было, но каждый день его пребывания в Хогвартсе доказывал обратное: нет, дорогой Доктор, мир слишком велик – ты всегда найдёшь, чему удивиться! Именно такая мысль пронеслась на миг в сознании повелителя времени, когда он увидел перед собой мерзейшую ожившую легенду: ту самую даму в розовом, которая даже на первый взгляд не могла показаться милой; ту самую даму, которая своими короткими толстыми пальчиками чуть не задушила Хогвартс и которую так своевременно растоптали копыта справедливости – копыта кентавров. - Соплохвост тебя возьми! Мы же выгнали тебя ещё в прошлом году! – выкрикнул из-за спины Одиннадцатого Рональд, будучи вне себя от удивления. - Всякая нечисть возвращается в Хогвартс, - прошептала Гермиона. – Вот уж точно – смутное время! Но Амбридж, казалось, тоже была обескуражена – она не отрывала от Доктора взгляда, ясно говорившего о том, что именно его она меньше всего ожидала здесь увидеть. - Доктор! – злобно прошипела «жаба» так, будто она превращается в Василиска. – Что ты забыл здесь?! Этот вопрос и явная растерянность Долорес насторожили Доктора и вместе с тем вдохновили – откуда эта женщина знает, как зовут его? Почему она так испугалась простого, на первый взгляд, магла? В этом он разберётся позже – самое главное: Амбридж боялась его, а значит, он – хозяин положения, именно он определит дальнейший ход событий, и это чувство особой значимости заставило его надеть на лицо самоуверенную маску. - Разве мы с Вами знакомы, профессор Амбридж? – насмешливо, театрально громко спросил он. – Конечно же нет! Ведь мы можем знать друг друга лишь в одном случае: если встречались на другой планете! От возмущения бывший генеральный инспектор Хогвартса издала звук, которому сложно подобрать литературное название – скажем лишь, что люди, переевшие горохового супа, издают звуки точно такие же. Лицо Доктора покрыла мрачная туча, в глазах сверкнула молния – он моментально понял, с каким злобным созданием имеет дело. - Сливины! – воскликнул он в ярости. – Две регенерации назад я уничтожил последнего из вас – откуда вы только плодитесь?! - Мы не плодимся, Доктор! – воскликнул инопланетянин в обличии Амбридж, поняв, что скрывать своё истинное происхождение бессмысленно. – Ты забыл, что в тот день ты не убил меня, а лишь изменил ход времени, превратив меня в яйцо? Но я вылупилась – и память во мне не повернулась вспять! Я помню всё: как ты убил мою семью, как долго ты мучал меня!.. - Давненько мне никто не мстил! – азартом загорелись глаза повелителя времени, и он потёр ручки. - Берегитесь, Доктор! - едва слышно умоляла его Гермиона. – Помните, что не мне одной дорога Ваша жизнь… Она напомнила ему о Дамблдоре и об обязанностях перед ним – Одиннадцатый, обернувшись на мгновение, ответил ей благодарным взглядом. - Он же псих! – шёпотом возмущался Рон. – Как ты можешь с ним встречаться?! Грейнджер шикнула на него, как бы говоря: «Ты выбрал неподходящий момент!» - Хватит болтать! – выкрикнула вне себя Амбридж, в гневе издав тот же звук. – Не того я ожидала в Хогвартсе… Но всё же у меня появился прекрасный шанс ответить тебе злом на зло! Дальше случилось то, что заставило брезгливо поморщиться Рона и Гермиону. Амбридж сбросила человеческую кожу… Оболочка маленькой толстой женщины, одетой во всё розовое, отлетела в сторону – и перед нашими героями предстал Сливин во всей своей красе: ползающая горка зелёной слизи с огромными чёрными глазами, взглянув в которые Доктор ужаснулся: - И ты служишь Волан-де-Морту!.. В глазах-чёрных дырах этого инопланетянина горела смертельным зелёным пламенем Чёрная метка – действительно, Тёмный лорд решил всю земную и внеземную нечисть призвать себе на помощь в новой войне. Яростными визгами сопровождалась эта метаморфоза. - Акцио, ТАРДИС! – взмахнув палочкой, воскликнула Гермиона, и через несколько мгновений машина времени приземлилась тут же, во дворе. Улыбнувшись до ушей, Доктор произнёс: - Я в восторге, Гермиона! Ты читаешь мои мысли так, будто уже не один год изучаешь легилименцию!.. Девушка не ответила, покраснев от смущения, и никто из них не заметил, как задрожал от ревности Рональд. А меж тем гора слизи, визжа, надвигалась на них… - Быстрее, в ТАРДИС! – крикнул Одиннадцатый, и все трое бросились на борт космического корабля. Повелитель времени, не мешкая ни минуты, оживлённо взялся за рычаги: машина времени взмыла в воздух. Доктор попытался с высоты обстрелять недруга новейшими встроенными в ТАРДИС пушками, но понял, что они смяты ещё с момента того космического нападения, когда из-за неизвестного врага он чуть не превратил клык Василиска в космический мусор. - Как же поступить… - лихорадочно бормотал он. – Не могу же я просто улететь и бросить Хогвартс на произвол судьбы! Чтобы это склизкое создание второй раз покусилось на него!.. - Хорош повелитель времени, который даже убить инопланетянина не может! – злорадство вдруг проснулось в душе Уизли, но Гермиона смерила его строгим тоном: - Может быть, у тебя есть идеи? И гриффиндорец осёкся: действительно, никто, кроме Доктора, не мог помочь им. - Придумал! – радостно объявил преподаватель Истории магии, пропустивший мимо ушей колкое замечание своего ученика. – Придумал!.. Есть способ остановить новую Амбридж. И ты, Рональд, поможешь мне в этом! - Я?! – до крайности изумился молодой человек. - А я, Доктор? – преисполненная надежды, спросила Гермиона. – Я могу помочь Вам? - Ты же девушка, Гермиона, а девушкам не положено таскать тяжести! – успокоил он её, легко улыбнувшись. – За мной, Рон! Сейчас ты решаешь судьбу Хогвартса! - Придумал бы что-то более пафосное, - пробурчал Рон и последовал за бодро шагающим повелителем времени. Они миновали несколько коридоров и вошли в комнату, уставленную какими-то шкафами. Доктор подпрыгнул к тому, который стоял напротив двери, открыл его, и… Рональд увидел, что все полки этого шкафа были уставлены соленьями. - Ах, Ашот, до чего прекрасная у тебя жена! Ради меня закатала столько огурцов, помидоров, мидий, селёдки, тортов и шоколада!.. Видимо, она решила, что я все свои будущие жизни буду летать голодным… И Доктор, влюблённо посмотрев на закатанный в банку и плавающий в рассоле шоколадный торт, взял эту банку в руки и передал Рону. - Зачем это нужно? – поражённый, спросил Уизли. - Следуй моим указаниям, Рон, а что будет дальше – увидишь! Он дал ему ещё две банки – с ананасами и с орехами – и, взяв банок и на свою долю, пошёл вместе с гриффиндорцем в комнату управления, где их ждала встревоженная Гермиона. - Что вы собираетесь делать?.. – спросила она, но Одиннадцатый, не проронив ни слова, подошёл к дверям, распахнул их и… Бросил банку закатанных огурцов на голову Сливина. Тот, насквозь пронзённый болью, завопил. Доктор, распалённый этим азартом, захохотал: - Что, вкусные огурчики? А вот не покинь ты родной Раксокорикофаллапаториус – не пострадал бы! - Что происходит, в конце концов?! – терпение Рона была на исходе. - Эти животные не любят уксус, - ответил с горящими глазами Доктор. – Вот, в чём всё дело! Но, видимо, инопланетяне, которые служат Волан-де-Морту, гораздо выносливее всех остальных: Сливин не растёкся с мутно-зелёную лужу, а, казалось, разозлился ещё больше. - Я знал, что одной будет мало, - самому себе сказал Доктор. – Рональд, дай закатанных орешков! Уизли выполнил приказ – и вновь банка полетела на голову пришельца. - Каналья… О, нет, это из другого истории! Кажется, я заговариваюсь… Дай мне торт, Рон! Но и торт не помог нашим героям одолеть врага. Неожиданно он стал медленно, будто на крыльях, подниматься в воздух… - Они научились летать! – ужаснулся преподаватель Истории магии. – Как все Пожиратели смерти, впрочем… Рон и Гермиона не на шутку испугались: злые глаза размером с куриное яйцо, горящие Чёрной меткой, уже смотрели на них, поскольку в полёте Сливин сравнялся с ТАРДИС. - Получи, Доктор... – зашипел он, но Одиннадцатый, завопив что есть мочи: - ДЖЕРОНИМО! … запустил банку с помидорами, которая угодила прямо промеж этих глаз-чёрных дыр. Последний, отчаянный и яростный крик, казалось, пронзил своей мощью весь Хогвартс. Пришелец рухнул на землю, расплескавшись вокруг мутно-зелёным желе, залив своими брызгами весь двор. Рон и Гермиона облегчённо вздохнули; сердца их от испуга замерли, но сейчас застучали вновь. - Уф… - выдохнул Одиннадцатый, вытерев вспотевший от волнения лоб. – Вот, что я называю славным приключением… Поздравляю тебя с боевым крещением, Рон! – он дружески хлопнул его по плечу. – А теперь – домой, спать и видеть сны без зелёной жижи! Он подошёл к консоли управления и перенёс ТАРДИС в кабинет Дамблдора, где она и должна пребывать. Уизли переглянулся с Грейнджер – кажется, хотя бы на одну ночь, но он забыл о ненависти к своему сопернику. На одну ночь они примирились. Рон, ничего не сказав Доктору и даже не взглянув на него, покинул машину времени; Гермиона же, рассыпавшись в нежных благодарностях, обняла преподавателя Истории магии и затем отправилась в гостиную Гриффиндора. Одиннадцатый же, у которого поведение Рона вызвало лёгкую усмешку на лице, подумал, что рано или поздно жгучая неприязнь этого молодого человека остынет, и удобно разместился в кресле перед консолью управления. На следующее утро мистер Филч проклинал целый мир, отчищая непонятно откуда взявшуюся слизь, и вполголоса ругал за это приемников близнецов Уизли – а ведь такие, наверное, были… Пока Филч наводил порядок, повелитель времени с тревогой в голосе спрашивал у Дамблдора: - Далеки с Чёрными метками, Сливины с Чёрными метками… Профессор, Вы знали о том, что Волан-де-Морт собирает себе межгалактическую армию? - Верно, Доктор, - кивнул Дамблдор, по-доброму улыбнувшись. – Как только я узнал об этом, я попросил Вас посетить Хогвартс, и Вы со всем энтузиазмом приняли моё предложение. Теперь я совершенно точно уверен, что Волан-де-Морту придётся непросто: в моей армии есть Вы и Северус, а значит, семьдесят процентов успеха остаётся за нами. - Я не подведу Вас, профессор… - Доктор был преисполнен счастья: кому ещё сам Альбус Дамблдор мог оказывать столь высокое доверие? – Мы не подведём!.. И потом, почему всего семьдесят процентов, когда в дело вступаю я?