Последний шанс

Не день, а полный кавардак. У Котелка все валилось из рук, он постоянно ругался и ворчал себе под нос. Я старалась сделаться невидимой и не попадаться ему под руку, что мне удавалось до того момента, как он, отлучившись ненадолго, вернулся мрачнее тучи. Я позволила себе слабо пискнуть: - Что не так? Он раздраженно уставился на меня и молчал с полминуты. Потом эффектно запустил в раковину ложку и после оглушительного металлического стука заявил: - Посылка с провизией сегодня не пришла. А это значит, что без солнца и еды мы скоро вымрем. Я понимала это. Ждала этих слов про Ящик. Насколько я помню, дальше должна была проснуться Тереза. Оставались считанные минуты. Приняв как можно более правдоподобный скорбящий вид, я молча ушла в свой уголок и продолжила заниматься ужином. Мы не успели закончить все приготовления, когда совсем рядом раздался яростный крик Ньюта: - МЛЯ! ДА ЧТО ЗА ХРЕНЬ?! Все остальное перестало для меня быть важным. Отложив тарелки, я кинулась на звук. Ньют стоял около Западной двери. Рядом с ним стояли Минхо, Алби и еще несколько приютелей, имена которых я не помнила. Все они выглядели до чертиков напуганными. Я остановилась прямо около бывшего Бегуна и, переведя дух, взволнованно спросила, в глубине души зная ответ на свой вопрос: - Что случилось? Вместо Ньюта мне ответил Минхо: - А ты сама глянь, повариха: стены, чтоб их! Они не закрылись, мля! Не было смысла обращать внимания ну его грубость. За ей скрывался безумный страх перед тем, что их ждет. Я понимала это. Но как назло, именно то, что ждало их теперь, я забыла. Эту ничтожную деталь я не смогла запомнить, пока находилась в ПОРОКе. Дураку ясно, что грядет что-то нехорошее, но что именно? Я перевела испуганный взгляд на Ньюта. Тот лишь жестко кивнул мне. Вдруг его лицо прояснилось. - А где Томми? Где этот чертов Бегун? Кто-то крикнул, что он убежал в Жмурики. Ни слова не произнеся, Ньют взял меня за руку. Я сжала его ладонь и с готовностью побежала вслед за парнем в лес. Алби и Минхо бежали рядом. Нам не пришлось долго искать Томаса. К тому же он был не один. Парни, добежавшие раньше нас, застали его разговаривающим с Терезой. Значит, она уже очнулась. Мы с Ньютом остановились рядом со всеми, и парень отпустил мою ладонь. Я скрестила руки на груди и отошла чуть в сторону, не намереваясь встревать в назревающий конфликт. - Как ты сюда попала? - выпалил Ньют, посмотрев на Терезу. - Медяк твердит, что ты только что была с ним, как глядь - тебя уже и след простыл! На ее красивом лице мелькнула самодовольная улыбка. - Думаю, он забыл упомянуть кое-что. Я двинула его по яйцам и выскочила в окно. Судя по выражению Томаса, парень боролся с собой, чтобы не рассмеяться. - Поздравляю, Джефф. Ты теперь официально будешь считаться первым парнем в Приюте, кому надрала задницу девчонка. Тереза не собиралась молчать и дальше. - Будешь нести такую бурду - и тебе надеру, - процедила она сквозь зубы. Я незаметно покачала головой. Немудрое решение. К тому же меня, если честно, задело то, как она повела себя с Ньютом. Осмотревшись, я обнаружила, что многие из приютелей испытывали противоречивые чувства: девушка одновременно пугала и забавляла их. Ньют долго смотрел на Терезу и Томаса, а те молча глядели на него в ответ. Хотелось бы мне знать, о чем думают эти трое. Почему я не умею читать мысли? Эту игру в гляделки прервал раздраженный Алби. - Мне все это осточертело. Я хочу знать, кто ты такой, - он ткнул пальцем в растерявшегося Томаса, - кто такая эта придурочная девка", - перевел взгляд на Терезу, - и откуда вы, шенки, знаете друг друга. Томас вздохнул и устало забормотал: - Алби, клянусь, я... - Она очнулась и тут же рванула к тебе, образина! - рявкнул вожак, прервав его оправдания. - Ну и что с того?! - ощетинился Бегун. - Я знаю ее, она знает меня, или, по крайней мере, раньше мы знали друг друга. Это ничего не значит! Я ничего не знаю. Она тоже. Вдруг краем глаза я увидела, что Ньют озадаченно смотрит в мою сторону. От этой мысли мне вдруг стало нестерпимо душно, но я направила мысли в необходимое русло. Ситуация похожа для него: мы с Ньютом тоже знали друг друга. Алби тем временем принялся за Терезу. - Это твои штучки? Что ты наделала?! - кричал он, чуть не брызжа слюной. Почему Ньют не пытается успокоить его? Я перевела взгляд на бывшего Бегуна и поняла. Парень смотрел теперь на Терезу и смотрел осуждающе. Несмотря на то, что я рассказала ему о назначении Лабиринта, девушка не вызывала у него доверия. - Я положила начало Концу, - спокойно отозвалась Тереза. - честное слово, я не нарочно. Сама теряюсь в догадках, что это значит. Говорила она слишком невозмутимо для сложившейся ситуации. Представляю, как это разозлило приютелей. Их привычный мирок только что был разрушен какой-то психованной девицей, которая говорила об этом так, будто от нее требовали ответа на вопрос, сколько будет дважды два. - Да что случилось, Ньют? - обратился Томас к блондину, избегая смотреть в глаза разъяренному Алби. Бывший Бегун не успел и рта раскрыть. Вожак схватил Томаса за футболку и закричал: - Что случилось?! Я скажу тебе, что случилось, шенк! Ты, мля, был так занят - ну как же, строить глазки - это мы всегда пожалуйста! - так занят, что позабыл все на свете? Тебе недосуг было вспомнить, который час? Томас бросил беглый взгляд на часы на запястье, и тень догадки мелькнула на его лице. Не знаю, что руководило мной, но я не позволила Алби снова закричать, спокойно сказав: - Томас, стены не закрылись. Несмотря на слабые попытки образумить вожака, Тереза была закрыта в Кутузке. Никто не хотел слушать Бегуна, даже я ничего не ответила на его убедительные доводы. Не потому, что не верила ему, а потому, что не хотела вспыхивания нового конфликта: Алби едва контролировал свои действия. В Приюте кипела работа. Строители занялись возведением баррикад для не закрывшихся Дверей. Почти каждый приютель получил по карманному фонарику. Поляна для сна была расчищена, ибо Ньют приказал всем перекочевать в Берлогу, которая едва умещала всех ребят. Я с Котелком перенесла большинство припасов на кухню в хибарке. Все вокруг собирали инструменты и орудия, которые могут пригодиться для защиты. Пока я переносила кое-что из посуды, на глаза мне попались Томас и Ньют, разговаривавшие о чем-то около Живодерни. Бегун объяснял что-то блондину, энергично жестикулируя. В который раз я пожалела, что не слышу их. Надо сказать, с каждой минутой этой беготни мне становилось все хуже. В теории я знала, что мне нельзя было перенапрягаться, но как я могла оставаться в стороне, зная, что всех ждет? Наконец, работа была завершена. Часы предполагаемого заката близились, и приютели стали медленно стекаться в Берлогу. Ньют встретил меня в гостиной. Я стояла около окна и всматривалась в Восточную дверь. Бывший бегун неторопливо приблизился ко мне и осторожно положил ладонь на мое плечо. Я вздрогнула и резко обернулась. Парень приложил палец к губам, затем взял меня за руку и увлек в темный угол под кривоватой лестницей. Теперь нас никто не мог заметить. - Я хотел тебя спросить, - нерешительно начал Ньют. Я отвлеклась на то, как сократилось расстояние между нами. Он никогда не позволял себе стоять так близко. Увидев взволнованное выражение его лица, я с готовностью кивнула. - Ничего ведь не изменишь, так? - глубоким приглушенным голосом спросил Ньют. Не знаю, что он имел в виду: конец эксперимента, атаку гриверов, мою болезнь или что-то еще. Это было неважно. Ответ всегда один. Я отрицательно покачала головой, подтверждая его догадки. - И Медяки ничего не смогут сделать? Значит, он о моей болезни говорит. Мне вдруг сделалось так горько. Дело было не в моем безвыходном положении, а в надежде, пронизывающей его голос. - Они не смогут, - выдохнула я. ПОРОК сможет. Но не станет делать этого. Ньют неловко коснулся моей бледной щеки ладонью и слегка надавил кончиками пальцев на скулу, вынуждая меня повернуться и посмотреть ему в глаза. Затем его рука скользнула мне на шею, обжигая прикосновением. - Тогда не стоит терять драгоценные минуты? - прошептал он, склоняясь к моему лицу. Это происходило уже однажды. Но он никогда об этом не вспомнит. Ньют украл мой первый поцелуй, когда нам было по пятнадцать лет, незадолго до отправки в Лабиринт. Это случилось лишь один раз и было слишком по-детски. Теперь все иначе. Он вел себя по-другому. Его губы нежно прижимались к моим. Мы подстраивались друг под друга, пока не нашли нужный ритм. Его вторая ладонь легла мне на талию, и теперь он крепко держал меня около себя. Я нерешительно обняла его за талию, давая понять, что не убежала бы никогда. Значит, все время, что Ньют постепенно сближался со мной, им руководила не жалость к моему недугу. Он испытывал чувства. Осознание этого вскружило мне голову, и на какое-то мгновение я позволила себе забыть, где я нахожусь и что нам предстоит. Я не зря оказалась здесь. Как только я поняла это, в душе воцарился покой.