4. Все дороги ведут в Вайтран
17 декабря 2018 г., 14:33
Бледные лучи солнца освещали комнату и медленно подбирались к кровати, собираясь разбудить спавшего человека. Однако, когда до его лица оставалось всего несколько сантиметров, тот проснулся сам. Сладко потянувшись, мужчина поднялся и оделся.
В главном зале таверны было немноголюдно: какой-то пьяница за столом, хозяин за прилавком и его помощница, подметавшая пол.
— Доброе утро! — сказал Джейк.
— Уже проснулся? — поднял бровь хозяин. — Я думал, ты ещё часа три проваляешься. Садись за стол, сейчас завтрак принесу.
Джейк сел за полюбившийся ему угловой столик, рассматривая всё вокруг и строя предположения об устройстве мира, в котором он очутился.
От созерцания тавернического убранства бывшего пса оторвал появившийся на столе поднос, на котором разместили кувшин молока, хлеб, миску с творогом и кусок сыра.
Быстро управившись с нехитрой едой, Джейк спросил, куда девать грязную посуду. Хозяин, задумчиво посмотрев на него, рассказал про умывальник у заднего выхода.
На улице стояла хорошая погода (по крайней мере, для этой местности). Солнце висело в безоблачном небе, отражаясь в каждой из мириадов снежинок, укрывавших городок толстым пушистым одеялом. Джейк вдохнул морозный воздух, наполнивший организм бодростью, и подошёл к умывальнику, представлявшему из себя подвешенное ведро с краником. В ведре была только корка льда на стенках — точно такая же, как и в ведре без краника, стоявшем рядом. Мужчина положил посуду на крышку умывальника и, подхватив второе ведёрко, пошёл искать колодец, попутно разглядывая город и изредка попадавшихся жителей. Он насчитал около десятка домов, три из которых представляли собой развалины. На площади, от которой начинался красивый каменный мост до крепости, замеченной накануне, обнаружился колодец.
Расплескав треть ведра по дороге и потратив всё остальное на мытьё тарелки, кувшина, ложки и ножа, Джейк вернулся в таверну.
— Эй, мужик, я вымыл эту посуду. Как тебя зовут-то?
— Ох, я ж забыл представиться! — взмахнул руками трактирщик. — Я Дагур, а тебя как величать?
— Вообще, при рождении мне дали имя Джендримор, но все зовут меня просто Джейком.
— Хорошо, Джейк. Я придумал, как ты можешь отработать еду и кров. Видишь тот стол? Вымой всю посуду, стоящую на нём, а потом сходи в лес и наруби немного дров, а после уже не будешь ничего мне должен.
Джейк окинул гору посуды недоверчивым взглядом, ожидая, что тарелки вдруг разлетятся, а в центре появится нечто вроде эволюционировавшей плесени. Но нет, даже поворошив рукой в сердце горы, мужчина не обнаружил ни единого следа плесени.
Он не мог терпеть плесень после того случая в родном мире, когда захватившая их с Финном подвал колония чёрного аспергилла чуть было не испортила его одеяльце, на котором он спал в детстве и с которым были связаны многие приятные воспоминания.
— Да, такая плата меня вполне устроит, — ответил он, завершив осмотр посуды.
Через некоторое время Джейк наловчился и тратил намного меньше воды и времени на каждый столовый прибор. Покончив с посудой за три с небольшим часа, он попросил у Дагура пилу и, прихватив свой топор, направился в поднимавшийся по склону гор лес.
***
Несмотря на то, что лёг спать я уже после полуночи, без чего-то девять спать мне уже не хотелось, и я отправился завтракать. Интересно, здесь те же двадцать четыре часа в сутках? «Айси» перестроить просто будет, если что, а вот наручные часы станут бесполезными... За едой мозг тратит основные ресурсы на управление пищеварительной системой; оставшиеся силы не успевают разделять мысли на категории ввиду неисчислимого множества мыслей, и в пункт управления пробралась ещё одна необычная мысль. Не такая необычная, как вчерашняя, но всё равно требовавшая раздумий. Идти в Златоцвет сразу после завтрака — всё равно ночная тьма уже отступила — или немного побродить по городу, изучить его? Проходящий мимо Бриньольф, поприветствовав меня, спросил, скоро ли я пойду на дело. Я вспомнил Мерсера, который, надо сказать, не очень мне понравился: резкий, немного грубый, сильный и, разумеется, имеющий власть. Да и рожа у него недобрая. — Доем — и пойду, — ответил я, решив не подавать начальству поводов для недовольства. — Замечательно! Кстати, я вчера не отдал твою награду за должников, — между тарелок появились две бутылки со странными жидкостями, — зелье невидимости и зелье лечения. Впрочем, надеюсь, что у тебя и без них всё получится. — Я тоже надеюсь, но ты всё ж поясни, как они работают. — Зелье лечения можно применять как наружно — сделав примочку на рану — так и внутренне, если на перевязку не будет времени, а коли выпьешь содержимое второй бутылки, получишь около пятнадцати секунд невидимости. — Только я получу? Или на одежду и прочие вещи оно тоже действует? — Разумеется, действует. Оно как бы окутывает тебя скрывающим облаком. — Отлично, спасибо! Не мог бы ты напомнить, кому можно помолиться за успех в таком деле? — Ноктюрнал, только не уверен, что сиё действо поможет. Бриньольф некоторое время колебался, размышляя, задавать вопрос или нет, и в итоге спросил: — Парень, извини за такой вопрос, конечно… У тебя с головой проблем нет? Ты задаёшь вопросы, на которые, вообще-то, все должны знать ответы. Я ожидал подобного и вывернулся, поведав рыжему о тяжёлой дубине, пару месяцев назад повстречавшейся с моей головой, после чего часть памяти просто пропала, и я теперь старался всё всегда уточнять. На всякий случай. — Вот оно, значит, как… — вздохнул Брин. — Угу, не самое приятное событие, — я согласился и продолжил обдумывать предстоящее дело. — Где тут можно взять свечи, опилки и ненужный котелок? Во взгляде норда скользнуло удивление, быстро сменившееся на непонимание, которое, впрочем, так же быстро сменилось привычной непроницаемой маской. — А сколько тебе нужно? — И воска, и опилок примерно с пять моих кулаков. Рыжий махнул рукой в угол, где стоял ящик со свечами, и разрешил пилить его, пока опилок не будет достаточно. Лишние свечи, коли останутся, сказал положить на крышку соседнего. И котелок где-нибудь там должен был валяться. Покрошив несколько свечек в котелок, я поставил его на огонь. Когда воск расплавился, я засыпал опилки с мелкой стружкой и тщательно перемешал своё варево, после чего отнёс котелок в пруд, остывать. А после застывания раствора — снова на огонь, буквально на минутку, чтобы воск легко отделился от стенок. — Наблюдаю вот я за тобой, да всё никак не пойму, что ты делаешь, — раздался над ухом голос Бриньольфа, когда я вынул воскоопилочный материал. Я спросил, знал ли норд, почему свечки так долго горят. Рыжий кивнул, но суть пока не уловил. Я, ухмыльнувшись, объяснил, что опилки и стружка станут дополнительными фитилями, что даст прирост к силе пламени, хотя и ускорит время выгорания, и, распиливая на небольшие куски полученное вещество, добавил, что с такими свечками намного проще будет сжечь ульи. — Вот оно что... Я бы, наверное, не додумался до такого, — мужик с уважением посмотрел на меня. Понаблюдав, как я нарезал всю смесь, спросил, готов ли я. — Угу, Вполне. Ну, до скорого? — Да укроют тебя тени, парень. Вскоре я вышел из Рифтена через те ворота, от которых ещё вчера меня прогнали, обозвав всяким сбродом. Что ж, я рад, что теперь это выражение перестало ко мне относиться, хотя свою прежнюю, «сбродскую» одежду я не выбросил. После получения денег от должников я подобрал, выстирал и сложил её в свой шкафчик, предоставленный Гильдией. Туда же отправился и рюкзак. — Держись, Арингот, я иду по твои ульи! — сказал я, завязывая волосы в хвост куском зелёной ткани.***
Этим же утром Мареслин проснулась от холода. Дрова в костре давно прогорели, утренний туман пробрался в спальник. Дрожащими от холода руками девушка развела огонь, над которым через некоторое время повис кусок мяса, насаженный на воткнутый в землю меч. Немногим позже, чуть не получив ожог при попытке забрать меч-шампур, эльфийка поняла, что это была не лучшая идея. Она сидела в дрейфующей лодке, ковыряя кусок мяса. Мясо обгорело, а внутри не прожарилось, и тот тонкий слой между несъедобными частями едва можно было назвать хорошим завтраком. После еды на данмерку навалилась скука, подогретая обильно льющимся на лодку солнечным светом. Вёсел то ли не было, то ли Марселин забыла их на берегу. В попытке развеять скуку, девушка достала из рюкзака найденную книгу. На обложке красивыми буквами было выведено «Астрология. Ффулке». Буквы на пожелтевших страницах рассказывали о созвездиях-хранителях, оказавшихся местным вариантом Зодиакальных знаков. — Как же хорошо просто лежать в лодке, — прошептала расплывшаяся по дну лодки данмерка, улыбаясь солнечным лучикам и чувствуя, как тело сковывает дрёма. Впрочем, дремать ей пришлось недолго. — За что-о-о?! — кричала Марселин, вцепившись в борта ускорявшейся лодки. Не то чтобы ответ на этот вопрос был ей неизвестен: в таких случаях говорят «Бог любит троицу». За вчерашний день девушка уже два раза падала в воду — и сегодня настало время третьего. В озере не просто так было течение: здесь брала начало река. Она действительно протекала мимо ближайшего поселения, куда и хотела попасть данмерка. Вот только вода покидала озеро посредством водопада.***
Поместье расположилось на небольшом острове. Я до сих пор не знал, посреди реки или озера находился остров, но это было совершенно не важно. Туда вела едва выступающая из воды насыпь, укреплённая корнями кустов. Короткими перебежками от одного куста к другому я добрался до островка и залёг между камней. Оказалось, тут было два соединённых подвесным мостиком острова: на одном стоял большой деревянный дом, а на втором, поменьше, расположились ульи. Около моста слонялись люди, посматривая за порядком. — О, великий Ноктюрнал! — зашептал я. — Так, стоп, а Ноктюрнал-то какого пола? Ладно, попробуем иначе. О, Ноктюрнал! Прошу тебя, яви мне, твоему новому последователю, свою благосклонность, помоги незаметно проникнуть в дом, осмотреть сейф, выбраться и поджечь улья! Заранее спасибо. Молитва прибавила уверенности, что всё пройдёт гладко, и я пополз вдоль валунов, окружавших остров, ко входу в канализацию, про который рассказала Векс. Крышка люка нашлась почти сразу. Интересно, зачем в канализации освещение? Не думаю, что сюда так часто спускаются, чтобы лениться каждый раз брать факел или светильник. Впрочем, мне это было на руку: я думал, придётся потратить одну-другую опилкосвечу. Так случилось, что фонарик был забыт в кармане джинсов. Я шёл по тоннелю, внимательно смотря под ноги, чтобы не поскользнуться в очередной луже или сгустке слизи, и вдруг понял, что под ногами вовсе не вода. По крайней мере, я ещё не встречал воду, переливающуюся всеми цветами радуги. Опять вру, нда. Уж себя-то я могу не обманывать? Я такую воду чуть ли не в каждой луже в Москве видел, да и на лесном бездорожье на даче вода тоже была покрыта плёнкой масла и бензина от сновавших там и тут квадроциклов с джипами... С другой стороны, не то чтобы я соврал — я и правда не встречал такую воду в этом мире. Чуть дальше обнаружилась растяжка. Она являла собой два колышка по краям тоннеля, связанных тонкой верёвкой, и годилась разве что для того, чтобы уронить на пол невнимательного человека. Я подумал, что если вдруг мне придётся убегать этим маршрутом, то верёвочку лучше перерезать. Колышки, более ничем не связанные, странно щёлкнули. В тот же миг в конце коридора что-то со звоном разбилось, и в мою сторону с рёвом понеслось пламя. Не знаю, как мне удалось заползти в какую-то нишу в стене, но сделал я это вовремя. Сапоги, соприкасавшиеся с горючей жидкостью, разлитой по полу, вспыхнули, но я быстро сбил пламя. Стало ясно, зачем в канализации свет: люди спускались проверять ловушку и подливать горючее. Повезло ещё, что оно не было летучим, иначе не миновать объёмного взрыва его паров, и поминай, как звали. Дальше по коридору мне попались три обгоревших тушки каких-то животных. Я бы назвал их крысами, но смущал размер зверушек — примерно со среднюю собаку каждая. С другой стороны, если здесь водятся гигантские пауки, почему бы тут не водиться гигантским крысам? К тому же, в моём родном мире в метро, если верить легендам, такие крысы были. Чуть позже я оказался около лестницы наверх, к люку. Выглянув из люка, понял, что всё ещё нахожусь снаружи дома, и спустился обратно, ведь тоннель шёл дальше. Над полом снова виднелась натянутая верёвка. На этот раз никаких сомнений не было: растяжка отпускала подвешенную под потолком цепь с шипастым ядром на конце. Прикинув траекторию этого ядра, я присел и разрезал верёвку. Слегка звякнув цепью, ядро повисло посреди коридора, сообщая, что ловушка более не представляет опасности. Сначала я удивился, так как тоннель после ловушки почти сразу упирался в стену, но, посмотрев вверх, увидел продолжение коридора примерно в двух метрах от земли. Странная задумка архитектора, конечно, но это не помешало мне забраться туда и найти ещё один люк, ведущий, на сей раз, в подвал здания. Чёрт, да это же невероятное везение! Прямо передо мной стояло не что иное, как нужный мне сейф. Ну... Я надеялся, что это был нужный. Ох, Ноктюрнал, почему ты не сделал (или не сделала) этот замок немного легче для вскрытия твоим почитателем? Ладно, ключ я найду, но ты уж постарайся отвести от меня лишние глаза. Пожалуйста. В любом случае мне пришлось бы возвращаться в этот подвал, и я решил сразу не забирать ценности из стоящего рядом открытого сундука. В подвале слышался хриплый голос, напевавший песню. Орк выпил три пива, рыгнул некрасиво, и вымолвил эльфу «Прощай»... И было всё тихо — ни шума, ни крика — но чей-то закончился рай... Я улыбнулся. Кажется, этот орк и выпил те три бутылки. Правда, отсутствие мёртвых эльфов наводило на мысль, что орк был чуточку другой. Более беспечный, скажем. Во всяком случае, орк из песни вряд ли оставил бы без внимания хищение ключа из заднего кармана. К сожалению, ключ не подошёл к сейфу (ещё бы он подошёл — не станет же хозяин доверять ключ от сейфа какому-то наёмнику), зато он спокойно открыл дверь из подвала в дом. Пораскинув мозгами, я начал искать Арингота. Ключ должен быть у эльфа, а если вдруг не у него, то, наверняка, в его спальне. На первом этаже хозяина не было, как не было и спален, зато было несколько наёмников и парочка сундуков. Я старался выбирать самые мелкие предметы. Золото и самоцветы, бережливо разложенные по карманам, грели душу и вселяли уверенность, за что я чуть было не поплатился, слишком быстро проскользнув мимо очередного наёмника. Спасло меня только свободное место в одном из шкафов. Наёмник решил, что ему показалось, но я просидел в шкафу ещё несколько минут, боясь пошевелиться и громко вздохнуть. Когда я вылез, адреналин тряс тело и мешал двигаться так, как учил Делвин, но (слава Ноктюрнал!) наёмник, охранявший двери спальни, был пьян в стельку и едва не падал со стула, а хозяин… Хозяин вообще спал. Видать, всю ночь не мог уснуть от мысли, что его ограбят, бедняга. Какой же хороший пол был в этом доме! Мощные деревянные доски, не скрипевшие под ногами, мягкие ковры, поглощавшие возможное шуршание обуви! Вскоре мои карманы утратили всё свободное место, забитые разнообразным и, наверняка, ценным хламом, а за спиной повисли два туго набитых колчана и новый причудливо изогнутый лук из золотистого материала с оттенком бронзы. Я аккуратно начал обшаривать эльфа, держа наготове кинжал. Не то чтобы я планировал его использовать, но кто знает этих эльфов? Вдруг Арингот проснётся? Не пил я тут пива, зевнул некрасиво и эльфу позволил зевнуть... И было всё тихо — ни шума, ни крика, но чей-то похищен был ключ... Бывает, иногда засядет в голове дурацкая песенка, и остаётся только переделывать слова, чтобы она тебя совсем не задолбала. На сей раз я, хоть и окрыленный успешным похищением ключа, не дал себе действовать небрежно и подстраивался под окружающие предметы так, как учил Делвин. Правда, один раз всё же рискнул, когда надоело ждать, пока наёмник отойдёт с середины коридора. — Мужик, свали, не загораживай проход! — рявкнул я, выйдя из-за угла. — Но... — Какое, к даэдра, «но»?! У меня срочное дело, Аринготу не понравится, если я скажу, что ты мне мешал! — напуганный наёмник прижался к стене, проводив меня взглядом до двери на лестницу. Иногда, если вести себя уверенно и нагло, можно достичь успеха самыми неожиданными способами. Вскоре я забрал из подвала всё ценное, не забыв прихватить нужные документы из сейфа. Выбравшись из канализации, тихо перебрался на второй островок и, поползав в высокой траве перед ульями, подготовил всё необходимое для организации местного пожара. — Кхм, уважаемые пчёлы, — неуверенно сказал я, чиркая зажигалкой, — надеюсь, вы простите меня. Ничего личного. Это просто бизнес.***
Тёмноволосой очень повезло: вместо одного большого водопада там было несколько мелких, и, хоть лодка и разбилась, Марселин отделалась лёгкими ушибами. Ну и снова промокла, да. Неподалёку от места крушения лодки росла сосна, одна из таких, чьи ветви так удобно растут, что до самой вершины можно подняться, как по лестнице. Эльфийка залезла на дерево и принялась изучать местность. Если идти вниз по течению, то слева окажутся горы с какими-то странными огромными каменными дугами на вершине. Справа — тоже горы, но между ними и рекой уместился лес, дорога и какая-то деревня. В голове начинал потихоньку созревать план дальнейших действий. Марселин уже почти слезла с сосны, но, глянув вниз, моментально забралась обратно. Оттуда, с безопасного расстояния, девушка посмотрела в глаза непонятно когда подошедшему медведю. Слабая надежда, что мишка всего-навсего хочет познакомиться, разбилась о ярость, пылавшую во взгляде зверя. Медведь рычал и скрёб когтями по сосне. Дерево, не способное сопротивляться, шаталось и отдавало свою бесценную кору. Марси лихорадочно пыталась найти способ остаться живой и невредимой. Впрочем, для нахождения выхода неожиданно образовалось свободное время: то ли медведь был сыт, то ли ему было нечем заняться, но довольно скоро он оставил попытки повалить дерево. Девушка была благодарна сосне, не сдавшейся под натиском когтей. Сама она, посмотрев на размедвеженный ствол, решила, что на месте дерева уже давно бы стряхнула ни в чём не повинную данмерку, лишь бы мишка сменил гнев на милость. — Ситуация, нда, — размышляла девушка, рассматривая медведя, преспокойно разлёгшегося под сосной, — интересно, долго ли он планирует тут валяться? Надеюсь, нет, а то ветки не особо удобные. Эх, осталась бы я вампиром… можно было бы улететь. Хм, а здешние вампиры летать умеют? — медведь перевернулся с боку на живот, скрестил передние лапы и положил на них голову. — Впрочем, сейчас это совершенно не важно. Где самое безопасное место, если рядом с тобой — совсем не дружелюбный медведь? Скорее всего, сзади него. Каким образом можно долго пребывать сзади медведя? Вероятно, сев ему на спину. Марселин перевела взгляд с косолапого на реку, бурлившую в нескольких метрах от сосны. Или всё же попытаться допрыгнуть до воды? А там течение само унесёт её куда подальше. Уже битый час девушка думала, куда же прыгать, но никак не могла решиться. В идее с рекой был огромный минус: совсем не факт, что эльфийка долетит до воды, а, значит, отобьёт, подвернёт или даже сломает ноги, что помешает быстро добраться до мощного потока и смыться. Мишка… Ну, он мягкий, хотя бы. И она прыгнула.***
— А-а-а-й! — Финн подпрыгнул на кровати и, зло зыркнув на босмерку, принялся тереть бок. — Нельзя ли впредь как-нибудь повежливее будить? Девушка лишь звонко рассмеялась. Парень решил, что не упустит в будущем возможность так же ткнуть ту под рёбра. — Доброе утро, — подал голос Ралоф, разбуженный шумом, — Гердур здесь? — Здесь-здесь, соня, — донеслось с кухни, или, вернее, части дома, отведённой под столовую. — Уже почти пора обедать, а вы только просыпаетесь, — сестра Ралофа подошла к кроватям. — Ну, милая, у нас вчера был трудный день, — улыбнулся норд. — Знаю. Только поэтому я решила не будить вас, а вы!.. Воспользовались этим, проспали добрую половину дня. Одна Тесса — молодец! Проснулась с первыми петухами, помогла приготовить завтрак, прибралась в доме немного, к Лукану сходила в магазин. Слушай, ты у нас надолго? — Уже завтра планировал направиться в Виндхельм. Сама же знаешь, мне тут опасно находиться. — И опять пропадёшь на несколько месяцев... О, Шор, пусть война быстрее закончится. — Не надо о грустном, — вставил уже успевший одеться Финн, — если время обеденное, а мы только проснулись, у нас сейчас будет обед или завтрак? Гердур, задумавшись на пару секунд, пробормотала «сами решайте, всё на столе» и пошла на лесопилку. За едой Тесса поведала, что они — не единственные, кто дошёл до Ривервуда после вчерашнего: к Алвору заглянул племянник Хадвар в компании бретона в кольчуге Братьев Бури, хоть и без традиционного куска синей ткани. Ралоф обрадовался, что имперец выжил — он был хорошим человеком, хоть и сражался за врагов, а узнать про его спутников было поручено Финну, чем тот и пошёл заниматься после трапезы. Не сразу после трапезы, нет — сначала парень перетряс свои вещи и направился в «Ривервудский торговец». Он крутил головой по сторонам, рассматривая по дороге небольшие деревянные домики, окружённые елями, стремящимися достать до неба. Тем не менее, у гор, возвышавшихся вдоль русла реки, это получалось намного лучше. Лес, горы, река и дома, казавшиеся красивыми, несмотря на незатейливую и однообразную архитектуру... Финну однозначно понравилась эта деревня. — Финн? Парень вздрогнул от неожиданности и повернулся на звук. — Финн! Живой! — из кузницы выбежал Вова и крепко обнял друга. — Савич! Какими судьбами?! — и тут же добавил, понизив голос: — Погоди, давай отойдём куда-нибудь, от лишних ушей. Тут Братьев Бури недолюбливают малость. — Да, разумеется. А что за мешок у тебя такой? — Ах, мешок, точно... Вещи на продажу. Трофеи вчерашние, так сказать. Давай сейчас зайдём к Лукану, обменяем их на деньги? Вова поддержал эту мысль, сочтя мешок слегка габаритным и тяжёлым, чтобы таскаться с ним по городу. К тому же, парни и так стояли на пороге дома торговца. Едва ребята открыли дверь магазина, мимо них пронеслась тарелка и разлетелась на кусочки, не выдержав столкновения со стеной. Парень, спрятавшийся за прилавком, пытался успокоить очень злую девушку, методично крушившую всё вокруг. — Здрасьте! Мы вам не помешаем? — громко спросил Вова. Парень вылез из своего укрытия, воспользовавшись паузой в споре, и извинился за беспорядок. Вскоре ребята узнали, что на днях магазин обокрали, и Лукан в очередной раз пытался отговорить свою сестру лезть за разбойниками на Ветреный пик, развалины древнего нордского захоронения, в которых обосновались воры. Камилла Валерия, красивая шатенка, порывалась собственноручно разорвать обидчиков и вернуть реликвию, золотую фигурку в форме когтя дракона, на законное место. Конечно, ребятам не улыбалось бродить по горам и кладбищам, но, встретив умоляющий взгляд Лукана, они пообещали добыть коготь. Сразу повеселевший мужчина даже не стал торговаться, покупая трофейные мечи и кинжалы, и назвал это вкладом в Дело Золотого Когтя. Через некоторое время парни сидели в «Спящем великане», местной таверне, и, потягивая медовуху, обсуждали последние события. — Знаешь, я хочу стать кузнецом, — вдруг сказал Вова. — А что, хорошее занятие. Я вот пока не думал о будущем. — То есть, у тебя пока нет никаких дел? Пошли тогда в Вайтран. Мне поручили доложить ярлу — это что-то типа ваших принцесс, он так же управляет некой территорией — о нападении дракона на Хелген и попросить от лица всех ривервудцев выслать стражников. — Интересно, как же стражники помогут, если нападёт дракон? — Да никак, судя по Хелгену, но до нападения жителям поспокойней будет, — глотнув ещё мёда, Вова перевёл тему: — Алвор сказал, в Вайтране работает лучший кузнец Скайрима. Может, мне повезёт стать его подмастерьем, — парень мечтательно прикрыл глаза, — к тому же, там мы сможем подобрать снаряжение для похода за когтем Валериев. — Здорово, мужики, — к ним подсел некий норд, до этого игравший приятную мелодию на своём струнно-щипковом инструменте, в котором Савич признал лютню. От парня несло алкоголем, хоть он и не выглядел сильно пьяным, — не помешаю? — Да нет. — Хорошо. Вы не местные, так? Я — Свен, бард, — парни тоже представились, обменялись рукопожатиями, — могу я попросить вас об одном одолжении? — Ну ка? — Понимаете, я влюблён в одну девушку. Камиллу Валерию. Только за ней бегает ещё один эльф, и я боюсь, что она сделает неправильный выбор. Вы не могли бы передать ей это письмо и сказать, что оно от Фендала, того эльфа? Финн спросил, что там написано. — Да так. Объяснение, почему Фендал отказывается становиться её мужем. — Ла-а-адно... — протянул Савич. — Давай письмо. Когда с выпивкой было покончено, а бард вернулся к своим прямым обязанностям, парни вышли из таверны и столкнулись нос к носу с Тессой. — О, а вот про эту ушастую я тебе и говорил, — улыбнулся Финн. — Тесь, знакомься — мой друг Чар. Чар — та самая Тесса, уложившая медведицу одной стрелой. — Очень приятно, — одновременно ответили те. — Парни, а чего это у вас глаза такие? — вдруг спросила босмерка. — Замышляете какую-то пакость? Парни удивлённо переглянулись. — Точно, замышляете! — рассмеялась девушка. Отступать было некуда, и ребята выложили всё, после чего развернули письмо, решив, что раз уж они взялись доставить это враньё, то уж прочитать его имеют полное право. И всё бы ничего, да только по дороге к магазину они не рассчитали громкость разговора, и некто, проходивший мимо с охапкой дров, поинтересовался, что же там решил написать Свен от его имени. Пришлось поделиться с Фендалом коварным планом барда. Тот, недолго думая, сказал, что раз он теперь всё знает, то смысла относить сие письмо нет, и попросил вместо этого отнести подобное письмо «от Свена», которое тут же начал писать на невесть откуда появившемся куске бумаги.***
После моего доклада Мерсеру с Бриньольфом об успешном завершении дела и передаче им документов из сейфа рыжий меня напугал. По его словам, я зачем-то срочно понадобился Мавен. Той самой Мавен Чёрный Вереск! Я, побледнев, проблеял, вернусь ли я оттуда своими ногами в добром здравии, на что Брин, рассмеявшись, похлопал меня по плечу и объяснил, что если бы я чем-то разозлил главу местной мафии, то та наняла бы Тёмное Братство, гильдию ассасинов. И тут же, нахмурившись, посоветовал тут же бежать к ней, так как Мавен не любит ждать. Мерсер наказал передать ей один из Аринготовых документов, и я понёсся в «Пчелу и жало», где через несколько минут должна была состояться наша встреча. Мой путь проходил через рынок, и я волей-неволей оказался свидетелем разговоров горожан. Хельга, болтавшая с Грелхой, одарила меня крайне неприятным взглядом и сказала подруге, что вчера вечером «этот буйный» разворотил любимую Берсину вазу и угрожал Кираве, после чего и к ней заявился. — А с чего это он вдруг? — поинтересовала торговка. — Да он из воришек местных. Сама же знаешь: их, с позволения, гильдии нужны деньги, так они послали этого парня вытрясти из нас монеты — ты не поверишь — за защиту от самих себя! Остаток разговора я уже не слышал. За одиноким столиком в углу второго этажа сидела женщина лет сорока, одетая в простое тёмно-синее платье, но было видно, что одежда далеко не из самых дешёвых. О материальном благополучии дамы также говорило золотое ожерелье и кольца, посверкивающие разноцветными отражениями свечей в камнях. Я поздоровался. Мавен оценивающе посмотрела на меня и сказала, что после слов Бриньольфа ждала чего-то более впечатляющего. Я попытался заверить её, что хорошо выполню её задачи, на что та ответила, что пока она не увидит результата, будет считать это простым хвастовством. Я промолчал, мысленно согласившись, и передал ей документ из сейфа Златоцвета, оказавшийся договором купли-продажи поместья. Пробежав взглядом по строчкам текста, женщина объяснила, что мне надо делать, и я вернулся в Буйную флягу, готовиться к походу в Вайтран. И чего это я боялся Мавен? Нормальный человек, вроде. Строгий, да, но в криминальных кругах разве можно иначе? Я стоял возле ворот и решал, как жить дальше. Мне объяснили, где находится Вайтран, и я был уверен, что не заблужусь, только вот идти туда пешком... Эх, лень-матушка! Значит, либо нанять повозку, либо купить лошадь. Собственный конь — это, конечно, круто, удобно и не так уж и дорого (учитывая, что на этой неделе, по словам конюха, действовала скидка, и то, на какую сумму я поживился в Златоцвете), но я ездил верхом всего четыре раза, и последний из них был не меньше восьми лет назад. К тому же, через несколько часов начнёт темнеть, и в одиночку будет немного стрёмно пробираться по лесным и горным дорогам. — Здрасьте! Мне бы повозку до Вайтрана. Конюх посмотрел на небо. — 50 септимов, отправляемся через десять минут. Пришёл бы на полчаса позже — пришлось бы утра ждать, а так, может, и до темноты успеем. Отсчитав нужную сумму, я запрыгнул в телегу и начал поправлять солому, выполнявшую роль амортизаторов. Средневековье, скамп его дери! Хм, а я, кажется, начинаю вливаться в это средневековье. Уже и ругательства местные запомнились, хе-хе.***
— Джейк, даэдрово отродье, ты на кой хрен столько дров нарубил?! — воскликнул Дагур, увидев громадную кучу на заднем дворе таверны. — Да ладно тебе, дрова никогда лишними не бывают! — Джейк улыбнулся во все тридцать два и сцепил пальцы в замок за головой. — Так и есть, только мне теперь не хватит денег расплатиться с тобой, — сокрушённо вздохнул трактирщик. — Это не проблема. Если ты не будешь против, я пока поживу у тебя. Я даже могу готовить еду — поверь, я знаю множество интересных рецептов! — Что ж, живи пока. Коли твои блюда будут вкусными, договоримся о цене за рецепты, а ночёвки и пропитание как-нибудь долг и закроют.***
В кузнице сегодня было непривычно многолюдно. Чар пытался выковать кинжал под руководством Алвора, Тесса увлечённо рассказывала Финну про народы Скайрима. Казалось бы, что вообще только приехавшая туда босмерка может рассказать норду, предположительно, живущему здесь всю жизнь? Да только никто не обращал внимания на эту странность, и Тесса, тоже особо не задумываясь, спокойно продолжала изливать на парня потоки информации. Савич, тем временем, закончил с кинжалом и принялся мять кожу для шлема. Когда со шлемом тоже было покончено, ребята пошли собирать вещи и в скором времени вышли за пределы Ривервуда. Дорога почти сразу за стенами деревни сворачивала на каменный мост, с которого хорошо просматривалась река, падавшая, брызгавшаяся и пенившаяся на порогах и водопадах, усмирявшая свой пыл, протекая мимо Ривервуда, чтобы после моста с новой силой сорваться в свободном падении. На другом берегу дорога разделялась: один путь вёл в горы, к Ветреному пику, второй — вдоль реки, вниз, на Вайтран. На том берегу, немного выше по течению, вдруг между деревьев замелькало нечто, сопровождаемое низким рёвом и визгом, грозившим сорваться в ультразвук. — Тесса, скажи, — поинтересовался Финн, — медвежьи всадники опасны? Девушка не ответила, всё её внимание было отдано стреле, никак не желавшей ложиться на тетиву. Медведь приближался, сметая попадавшиеся на пути кусты, камни и поваленные деревья. Босмерка вскинула лук, резким движением натянула тетиву, прищурила глаз и подстрелила второго за два дня медведя. Не так удачно, как в прошлый раз. Хищник взревел ещё громче и, словно споткнувшись, покатился к воде. Всадник едва успел спрыгнуть, и теперь лежал в зарослях горноцвета. — Ба, да это ж Марселин! — воскликнул Финн, подошедший первым. — Финн? Ты, что ли? — девушка поднялась на локтях. Медведь скрылся под мостом.***
Я проснулся от дикого вопля кучера, смешанного с конским ржанием и чьим-то рёвом. Ох, не к добру это... В тот же момент повозка перевернулась. Я кубарем покатился по дороге. Вскочив на ноги, понял, что пора спасать свою шкуру, если я не хочу окончить своё существование в желудке у медведя, вырывавшего куски из уже мёртвого кучера. Я и не хотел. Пока что медведь меня не видел, и я медленно вытащил лук Арингота. Интересно, насколько сильно он удивился, когда проснулся? Восстановив дыхание, я достал стрелы и, зажав две из них в зубах, направил лук с третьей на хищника. Раз, два, три… Стрелы пронзили зверя. — Ну и толстая у тебя шкура, подлюка, — процедил я, вытаскивая ещё несколько стрел и отправляя их вслед за первыми. После этой порции медведь, слава богам, издох и не успел преодолеть пару десятков метров между нами. Я вздохнул с облегчением и побрёл к повозке. Коню удалось сбежать, но ведь всё равно напорется на какого-нибудь другого хищника. На кучера я старался не смотреть. Выудил из телеги свой рюкзак и пошёл в сторону Вайтрана. Эх, а как всё хорошо начиналось! Теперь доберусь глубокой ночью, если доберусь вообще... Нет, кыш! Мне такие мысли не нужны! У меня всё получится, я точно доберусь! До ушей долетело тихое поскуливание. Определив источник звука, я направился в лес. Под осиной лежал разодранный труп лисы, а рядом скулил маленький перепачканный кровью комочек. Я наклонился над лисёнком и ужаснулся: правый бок украшали четыре глубоких разреза. Видимо, тот медведь постарался — вот же тварь! Я быстро скинул рюкзак и начал ворошить содержимое. Вскоре в руках у меня появилась бутылочка целебного зелья. Я стал аккуратно поливать раны лисёнка. Тот задрожал и попробовал встать, но лапки подогнулись, и я спокойно закончил обрабатывать его бок. Рана затягивалась на глазах. -/Даже с зажившей раной ему всё равно не выжить. Мать погибла, а самостоятельно пищу он добывать ещё не может. — Айси?! — воскликнул я. — Я думал, ты больше не можешь разговаривать! -/Иногда могу. Тут энергии мало, — действительно, строчка текста перед глазами была бледной и слегка подрагивала, — но я могу накапливать силу, чтобы пару минут в день общаться. -/Лисёнку не выжить. Намного гуманнее будет его добить, чтобы предотвратить муки голодной смерти. — Ты охренел?! Я его возьму себе и выхожу! Ясно тебе?! -/Тоже вариант. Извини, энергия кончается. Пока. Я аккуратно погладил комочек шерсти. Лисёнок не противился, и, понюхав, лизнул мои пальцы. — Тебя же теперь кормить чем-то надо, чудо моё рыжее... А давай ты выпьешь немного зелья здоровья? Ну так, на всякий случай? — спросил я, плеснув немного в ладошку, и подставил её к морде зверька. Лис быстро вылакал содержимое и посмотрел на меня, всем своим видом требуя добавки. Я решил, что зелье ещё может пригодиться, а устраивать привал рядом с мёртвой матерью щенка я не хотел, поэтому, подхватив лисёнка на руки, вернулся на дорогу и достал из рюкзака кувшин с молоком, купленный за приличную сумму у Тониллы. Между двойными металлическими стенками кувшина находилась морозная соль, которая вместе с плотно закрывающейся крышкой обеспечивала нехилое продление срока годности разных продуктов. Я разжёг одну из оставшихся опилкосвечей и принялся разогревать кружку с молоком. При свете свечи выяснилось, что спасённый зверёк был самочкой. — И как мне тебя назвать? - спросил я у лакавшей молоко лисы. — Лиса Алиса? Нет, заезжено. Рыжая? Да ну, скучно. Что же у нас есть рыжего?.. Может, Тыква? Ха-ха, интересное имечко! Только ты для тыквы слишком худая. Впрочем, это, наверное, только пока. Морковь… И как тогда тебя сокращённо называть? Морка? Ковка? Нда… Апельсины, мандарины и прочие цитрусовые тоже как-то не хочется использовать. К тому же, мандаринка — это утка такая. О, да ты уже поела! Я поправил капюшон и, устроив в нём зверька, продолжил свой путь.***
Ребята шли, обсуждая планы на ближайшее время. Чар, как уже говорил, планировал заполучить звание подмастерья в кузне. Финн решил, что правильнее будет заняться тем, что у него лучше всего получалось, и, ввиду отсутствия в Нирне видеоигр, сказал, что для начала попробует себя в роли наёмника, на что Тесса рассказала про орден Соратников — лучший орден наёмников Скайрима и, наверное, всего Тамриэля. К тому же, резиденция ордена находилась именно в Вайтране. Про себя девушка сказала, что совершенно не в курсе, что делать и как жить дальше. Марселин об этом также не имела представления. Говорить в присутствии Тессы, аборигена Нирна, о том, кто где появился и с какими трудностями столкнулся, ребятам показалось неправильным, а про здешние события они почти ничего не знали, поэтому темы для разговора довольно быстро истощились. Тем не менее, молчание было недолгим: ребята наткнулись на одну проблему... На одной из ферм трое людей сражались с великаном, вытеснили того с картофельного поля и погнали прочь. Неизвестно, чем руководствовался гигант при выборе маршрута, но бежал он прямо на несущих сведения о драконе людей. Плавно так бежал. Уже в городе, после разговора с ярлом, Финн рассказал, что залюбовался мягкими подскоками великана, но, к счастью, вовремя увидел злобу на лице существа и вернулся в реальность, успев отскочить от удара дубиной. В роли дубины выступал ствол дерева. Тело великана было утыкано стрелами, покрыто многочисленными порезами от мечей, но ни то, ни другое не причиняло ему почти никакого вреда. Вова, за последние дни в мире УУУ отлично сработавшийся с Финном, перехватил внимание норда и дал понять, что надо делать. Гигант, отвлёкшись на орущего, вертящегося вокруг Вову, пропустил момент, когда Финн подпрыгнул и полез по торчащим из спины стрелам. Ловко увернувшись от руки создания, обхватил его голову. «Метров пять или шесть до земли», — пронеслось в голове блондина. Глазница окрасилась красным, меч распорол мозг. Гигант на мгновение замер и начал заваливаться. До столкновения с брусчаткой оставалось совсем ничего, и Мёртанс прыгнул. Закатные лучи безразлично освещали упавшую дубину и её хозяина, будто бы прилёгшего поспать посреди дороги. — Спасибо за помощь, — сказала тоненькая рыжая девушка с луком в руках и тёмно-зелёной боевой раскраской на лице. — Мы, конечно, и без вас бы справились. — Не сомневаюсь, — ответила Марселин, — но ты же не будешь спорить, что эти двое заметно ускорили ваши разборки? — Да, это так. Есть в ребятах какая-то искорка, особенно в блондинчике. Эй! Как тебя зовут? — Финн Мёртанс, а вы кто? — Эйла Охотница, Фаркас и Рия. Мы из Соратников, слыхали про таких? — А разве есть те, кто не слышал об этом великом ордене воинов? — улыбнулась Тесса. — Как можно стать Соратником? — перешёл к делу Финн. Рия хмыкнула: — Думаешь, что раз ты добил великана, то можешь сразу идти в Соратники? — Да, это ещё не показатель, — сказал Фаркас, — но Эйла что-то в тебе увидела, и теперь только Кодлак может сказать, достоин ли ты стать одним из нас. Приходи в Йоррваскр. — У тебя отлично получается выговаривать «Р», — улыбнулась Тесса. — Наверное, от одного твоего рычания все враги разбегаются! Фаркас задумался, а девушки-соратницы рассмеялись. Попрощавшись, ребята оставили Соратников с великаном и пошли в город, и вскоре уже поднимались к Драконьему пределу — огромному дворцу на вершине горы, вокруг которой разросся Вайтран. Хускарл ярла, высокая мускулистая красноволосая данмерка, преградила ребятам дорогу, сказав, что на сегодня ярл Балгруф закончил приём. И в самом деле: ярл сладко посапывал, сидя на своём троне. — Но у нас срочное дело! — начал объяснять Чар. — Закончил приём, я сказала, — данмерка прищурила красные глаза. — Нас послали сюда из Ривервуда! — не сдавался парень. — Я сама вас сейчас пошлю куда-нибудь, — эльфийка положила руку на меч. — Дракон! Дракон сжёг Хелген! Сейчас, возможно, он уже кружит над Ривервудом, высматривая очередную жертву! — завопила Тесса так, что ярл подпрыгнул на своём троне и начал озираться в поисках крылатого чудища. — И завтра он, наверное, нападёт на Вайтран! — вторила той Марселин. — Айрилет, ну ты что, не видишь, что ли? Наши гости принесли важные вести, пропусти их, — сказал хускарлу хриплым со сна голосом Балгруф. Красноволосая нехотя отошла с дороги. — Примите наши извинения, уважаемый Балгруф, ярл Вайтрана, что мы таким наглым образом прервали ваш сон, — начала Марси, склонив голову, — но жители Ривервуда, узнав, что мы пережили нападение дракона на Хелген, попросили нас доложить Вам обо всём и попросить выделить в Ривервуд стражников. — Я слышал смутные слухи про Хелген, — нахмурился ярл, — и теперь передо мной очевидцы этого ужасного события. Айрилет, займись подбором отряда в Ривервуд. Мои владения должны жить в спокойствии, под надёжной защитой. А вы… Идите за мной, к Фаренгару, он любит про драконов послушать. Через час все новости были рассказаны, и Фаренгар, как придворный маг, попросил Балгруфа дать ребятам задание принести с Ветреного пика некий драконий камень, который мог прояснить некоторые детали касательно возвращения драконов. Чар с Мёртансом сразу сказали, что сделают это, так как у них и так было дело в тех местах, но девушки включили головы и спросили, что они получат по выполнении этого задания. Ярл сказал, что дело довольно важное и заплатят соответствующую сумму. Прежде чем пойти в таверну на ночлег, Марселин спросила, не мог бы Фаренгар завтра утром поучить её основам магии. Тот начал рассказывать о важности своей работы по драконам и о том, что свободного времени совсем нет. Девушка, не дав ему закончить, пообещала заплатить за его драгоценное время, и Фаренгар, почти не размышляя, согласился. В «Гарцующей кобыле» компания засиделась до поздней ночи, перемалывая события этих дней и старательно избегая упоминать обо всём, что было до появления на этой земле. Тем не менее, у Тессы создалось впечатление, что ребята появились на свет пару-тройку дней назад, но до поры она решила подождать с вопросами. Данмерка, ходившая на улицу умываться перед сном, вернулась обратно с улыбкой до ушей. — Я только что встретила Ингварра, — ответила девушка на немой вопрос друзей. — Ну-ка, угадайте, кто скрывается под этим именем? — Неужели Игорь? — Савич прищурился. — Он самый! Посидите пока здесь, он через несколько минут подойдёт — у него там важная встреча сейчас. А я спать пойду. Рано утром у меня занятия с Фаренгаром. — Спокойной ночи! — вразнобой ответили ребята. Тесса поинтересовалась, чьё пришествие они ожидали. — Наш старый хороший друг, — пояснил Финн. — Мы, честно говоря, не ожидали его здесь встретить. Через полчаса дверь таверны отворилась, и в зал вошёл уставший человек. Окинув взглядом помещение, молодой русоволосый имперец заулыбался и подошёл к столику, занятому нордом, бретоном и эльфийкой. — Здорово, парни! — сказал Ингварр и обнялся с Финном, а после — с Вовой, который тут же в ужасе отшатнулся и вскрикнул: — Что это за хурма меня сейчас лизнула?! — Точно, — ещё шире улыбнулся Ингварр и сказал вылезшей из капюшона лисичке, — будешь теперь Хурмой. Как тебе такое имя? Лиска тихонечко тявкнула. — Где ты её отрыл? — По дороге к Вайтрану нашёл. Её мать разорвал медведь, да и ей досталось неслабо, но, слава богам, у меня было целебное зелье, так что теперь лисёнок живой, а я поклялся его охранять. А теперь, будьте добры, представьте меня сей милой особе, — он улыбнулся эльфийке. — Это Тесса, — пояснил Финн. — Очень приятно. Ингварр, — повернувшись к девушке, сказал парень. — Мне тоже очень приятно, — улыбнулась Тесса. На втором этаже раздалось несколько громких хлопков, будто кто-то стрелял. Ребята переглянулись и побежали в комнату Марселин. Данмерка с поднятыми руками стояла посреди комнаты, широко распахнутыми глазами смотря на обугленные точки в стене. — Что случилось? — едва войдя, спросил Мёртанс. — Всё нормально… — тихо ответила девушка, — я просто… Просто… Прочитала подаренную Тессой книжку… Она исчезла, и я шарахнула молниями по стенке… — Дарт Сидиус, м-мать! — рассмеялся Чар. — Кто? — Да не важно. Он тоже молниями фигачил, вот и вспомнилось. — Аккуратнее в следующий раз будь, хорошо? — попросил Финн. — Попробую. Теперь я точно спать пойду. До завтра. Тесса отправилась в комнату напротив, пожелав всем приятных снов. Спустившись вниз, парни решили последовать примеру девушек и тоже разбрелись по своим комнатам.
