6. Ветреный пик
21 декабря 2018 г., 15:36
Пробуждение отдалось резью в глазах и тупой болью в голове. С пересохших губ слетел тихий стон. Боги, почему вы не предостерегли меня от чрезмерных возлияний? Или хотя бы не надоумили уснуть в более удобной позе?
Спина с шеей болели той самой тянущей болью, что появляется, когда тебя продувает, живот нещадно крутило, рук я вовсе не чувствовал. Ох, а не оторвал ли их вчера Свен за эксперименты с лютней? Нет, погодите, тогда я бы чувствовал боль в местах, где руки отделились от тела.
Собрав остатки не восстановившихся за ночь сил, я открыл глаза. Передо мной был потолок, что говорило о повороте всего мира на девяносто градусов. Ах да, я, похоже, ещё не успел встать, и потолок надо мной… Мозг, обидевшись на вчерашнее, отказывался работать правильно. Я повернул голову. Справа тихо посапывал Вова, а подушкой ему служила моя рука. Меня осенило: вот оно, именно поэтому я не чувствовал правую руку! Только это не объясняло отсутствие сигналов от левой руки, и я посмотрел в другую сторону. Финн, даэдра его бы побрали, лежал, прижавшись ко мне, да ещё и ногу на меня закинул. Да я что, в голубятню попал?! Нет, так не пойдёт! Текать отсюда, быстро!
Кое-как высвободившись из объятий, я смог встать. Руки безвольно болтались вдоль тела и отказались открывать дверь. Я плюнул на это дело и побрёл к окну, чуть было не упав, когда споткнулся об очередное тело, свернувшееся клубочком на полу комнаты — Марселин.
Слава богам, наша комната находилась на первом этаже! Я боднул окно, тут же поморщившись от вспышки боли в голове, перегнулся через подоконник и развалился на мягкой траве. Не знаю, сколько я лежал, дожидаясь завершения карусели, последовавшей за стремительным выходом из таверны, но в конце концов до мозга дошли первые сигналы от затёкших рук. Отнюдь не самые хорошие ощущения, хотя, если особо не двигаться, это покалывание даже можно назвать приятным.
Немного погодя я поднялся и зашёл в кусты, дабы выпустить на волю тяготившую меня жидкость, а после добрёл до бочки с водой. С очень вкусной, прохладной водой!
Когда я уже был готов залезть обратно в окно, за спиной раздался шорох. Я обернулся и увидел невесть откуда появившуюся девочку лет десяти. Помахал ей рукой:
— Приветствую… — нда, таким голосом — да «Люк, я твой отец!» говорить… Девчушка, ойкнув, убежала, а я полез в окно с надеждой устроиться поуютнее и всё-таки выспаться.
Всю небольшую кровать занял Свен, да к тому же обслюнявил подушку, так что оставался только пол. Кое-как вытащив из-под барда меховое одеяло и расстелив его посреди комнаты, я задумался. Сейчас моё пробуждение было отнюдь не самым приятным, так может, в моих силах сделать следующее чуточку лучше? Я обвёл взглядом комнату. Все спали мёртвым сном, и я перетащил одеяло в угол комнаты, где спала Тесса. Туда же я перетащил и Марси, после чего подвинул Финна поближе к Савичу — нос к носу. Ухмыльнулся и положил их руки, будто они обнимаются. Полюбовавшись этой милейшей картиной, я улёгся между девушек и, приобняв их, заснул.
— Ой-ой-ой! — заверещало что-то над ухом, выдернув меня из объятий Морфея. Блин, я ж до сих пор не выяснил, какой бог тут за сны отвечает! А голос продолжал:
— Я же знаю этого парня всего день с небольшим — и уже сплю с ним! — и, после паузы: — О, боги, и не только с ним!
Я вспомнил утренние перестановки (или, вернее, перекладки) и улыбнулся.
— Доброе утро, — сказал я, поднимаясь с пола. В этот раз я хорошо поспал, последствия вчерашней пьянки почти полностью исчезли. Остальные тоже начали нехотя просыпаться, разбуженные длинноухим будильником.
С другого конца стены послышался мат Савича, а чуть позже — Финна.
— Чего ж вы, гады, орёте с утра? — донеслось с кровати.
— С утра? — удивлённо спросила Марселин, выглянув в окно. — Вокруг уже вовсю день идёт.
Мы быстро привели себя в порядок, поели и отправились на Ветреный пик.
Тропинка змеилась по горному склону, уверенно стремясь вверх. Воздух становился холоднее, и скоро мы добрались до снега. Я шёл, болтая с Финном, совершенно не ожидая сильного удара в спину, и, неуклюже взмахнув руками, упал. Финн резко обернулся и поймал лбом второй снежок.
— У-у-у, подстрелили, сволочи! — взвыл парень, потирая лоб, и принялся лепить снаряды. Я не отставал и первым же снежком подбил ель, перед которой мгновение назад стоял Савич. Зато следующий снежок попал Марси в ногу. Финн попытался поймать летящий в него шарик снега, но тот разлетелся, окатив парня тучей снежинок.
Минут двадцать мы закидывали друг друга, двигаясь вверх и смеясь, пока не обнаружили прибавление в отряде. В какой-то момент из одинокой каменной башни выбежали трое людей и, хохоча, присоединились к забаве. Мы сосредоточили силы на незнакомцах, но бой не был равным — мы успели порядком устать, а наши противники, похоже, играли серьёзно. Я всё чаще пропускал снежки, да и мои летели всё кривее и кривее. То же можно было сказать и об остальных. А троица, казалось, совсем не растратила сил, и вскоре мы были похожи на снеговиков — и внешне, и от усталости, сделавшей нас неуклюжими.
— Так, ребятки, — сказал самый большой из противников, — вы устали, бежать некуда. Отдавайте всё ценное, если хотите уйти отседова своими ногами.
— Но мы же так хорошо поиграли с вами! Может, вы отпустите нас? — Марси попробовала вывернуться.
— Ха! Так мы вас и отпустим, — осклабился здоровяк.
— Ну коль они не хочут пахарошиму, чойта нам атпускать их? Убьём — и спакойна всё забирём, — подал голос его приятель.
— Сваливайте все вещи в кучу и проваливайте, — посоветовала разбойница.
Вова начал медленно снимать рюкзак.
— Ты серьёзно? — воскликнул Финн.
— Не знаю, как тебе, а мне ещё хочется жить! — ответил тот, активно подмигивая. Мёртанс, похоже, что-то понял и, кивнув, тоже начал медленно снимать рюкзак. Они подождали, пока мы с девушками тоже принесём вещи в кучу. Мы всё делали излишне медленно, чтобы успеть немого отдышаться и собраться с силами. Я принялся развязывать перевязь с мечом, дабы убедить бандитов в искренности нашей капитуляции.
— В разные стороны, быстро, — прошептал Финн, когда все подошли достаточно близко.
— Э-э-эй! — растерянно окрикнул нас здоровяк. Без рюкзаков бегать проще, как ни крути. Мы спрятались между валунов, обильно рассыпанных вдоль тропы. Бандиты бежали к нам, но теперь преимущество было на нашей стороне, выражавшееся луками у меня с Тессой, магией у Марселин и, если дело будет хуже, мечами у Вовы с Финном. У разбойников дальнобойного оружия не было, и они бежали навстречу смерти. Откуда-то слева в ближайшего врага прилетел довольно большой ледяной шип, и парень упал. Молодец, Лин! Так держать! Мы с босмеркой одновременно подстрелили здоровяка, тот повалился в снег и задёргался. Сообразившая что к чему бандитка развернулась и рванула к башне. Я выпустил вторую стрелу. Недолёт. Эльфийки тоже промахнулись, но второй залп задел разбойницу, сбив с ног, а третий — добил.
Забрав свои вещи, мы осмотрели разбойников. Вдруг это именно они украли Золотой Коготь?
В башне, кроме горстки золота и пары бутылок зелий, ничего не было. К сожалению, не они.
Примерно через полчаса мы добрались до гробницы Ветреного пика. Ко входу, вырубленному в скале, вели четыре блока ступеней, в конце каждого возвышалась большая арка с заострённым верхом. К сожалению, картину портили три фигурки бандитов. Нас они не заметили. Мы с Тессой нацелились на их лучника и покончили с ним. После этого убить оставшихся было проще простого.
Когда мы стояли перед дверью гробницы, за спинами послышалось громкое, весёлое тявканье.
— Хурма? — я удивился. — Ты почему пришла? Тебе опасно тут находиться!
Лисица виновато прижала уши, поджала хвост и поползла ко мне на брюхе.
— Ничего теперь не поделаешь, — вздохнул Финн, — придётся её с собой брать.
Я усадил лисёнка в капюшон.
Марселин толкнула тяжёлую дверь. Мы вошли в огромный зал. Да уж, такой прихожей, наверное, любой ярл позавидовал бы! Если ещё поставить на место парочку обрушившихся колонн, убрать разросшиеся растения и мох, вычистить пыль, паутину… Но разбойникам, чей костёр горел в конце зала, похоже, было плевать на внешний вид убежища. Судя по котелку над костром и спальникам, глубоко внутрь бандиты не заходили.
Легонько толкнув локтём Савича, Финн пригнулся и медленно пошёл вперёд. Вовка последовал за ним. Мы с девушками приготовились прикрывать их отступление, если придётся.
К счастью, не пришлось. Парни отлично справились и сейчас уже тащили тело нордки к выходу. Тесса поинтересовалась, зачем.
— Мы решили передохнуть здесь, перекусить, но не в компании этих двоих же!
— Троих, — поправил Финна Чар, — там ещё на столе какой-то раздетый труп валяется.
— Тогда уж четверых, — я показал на тушку злокрыса. Блин, опять эти воспоминания. Я перевёл взгляд на длинноухую лучницу и понемногу успокоился. Странно, когда я смотрю на неё, мне становится как-то… лучше?
Вскоре мы подбросили дров и сходили наружу за снегом, чтобы растопить его и сварить суп. За едой Марселин предложила остановиться на достигнутом, а завтра с новыми силами пойти внутрь. Идею поддержали, рассудив, что неизвестно, сколько нам придётся бродить по гробнице (хотелось бы поменьше, конечно) и когда нам вновь представится возможность отдохнуть. Да и время уже было вечернее.
— А теперь… — начал Вова, — внимание, вопрос: кто первым будет спать? Тут только два спальника.
Мгновение мы смотрели друг на друга, после чего началась битва. Вскоре я сидел на каком-то выступе, прижимая к себе честно отвоёванный по праву ловкости спальник, и, посмеиваясь, наблюдал за вознёй внизу. Вскоре Финн, наконец, повалил Савича, и тот выпустил уже практически его спальник, который тут же оказался вытащенным прямо из-под носа блондина промчавшейся мимо Марселин. Вдруг что-то толкнуло меня. Я полетел вниз. На выступе стояла Тесса, победоносно размахивая моим спальником. Спустившись, она поинтересовалась, где я научился так лазать и приземляться, на что я рассказал, что в моём родном мире одним летом мы с другом решили заняться паркуром, объяснил, что это и пообещал дать ей несколько уроков, после чего вместе с Вовой пошёл за дровами.
Тихо беседуя о драконах и драконорождённых (перед отходом Чар сбегал к Лукану и выкупил у него ту книжку, про которую упомянула босмерка) мы провели половину ночи. Разбудив девушек, Вова с Финном залезли в спальники, а я, не снимая доспехов, постелил около костра медвежью шкуру, найденную в сундуке бандитов.
***
На следующий день мы, как и планировалось, пошли дальше. Дорога вела вниз. Лисицы с нами уже не было. Пока мы с Финном и Чаром спали, девушки, посовещавшись, решили, что всё-таки здесь опасно, и Тесса использовала свой босмерский дар, позволяющий разговаривать с животными. Лисёнок всё понял и отправился обратно в Ривервуд. В первом же помещении рядом с огромной пиалой, заполненной тлеющими углями, стояли две странных вазы. Финн потряс одну, услышал глухое позвякивание и полез за кинжалом, чтобы подцепить залитую воском крышку. — Стой, это же погребальная урна! — испуганно воскликнула Тесса. — Но ведь там что-то звенит. Возможно, деньги, — ответил парень. — Ах, ты же не слышал местные суеверия. Поговаривают, что на осквернившего гробницу обрушится гнев драугров. — Драугров? — переспросил Чар. — Это такая нежить, охраняющая могильные курганы? Тесса кивнула. — Ей-богу, будто в скандинавские мифы попал… — пробормотал парень. — Куда? — Мифы одного народа в моём родном мире. Там тоже драугры были. — Ребят, во всех этих суевериях главное — веришь ли ты во всё это, — вставил я. — Как по мне — это всего-навсего старинные красивые сосуды. Марси подсказала, что, наверное, их специально тут поставили, чтобы люди могли подходить и брать при необходимости. — Со-су-ды… — протянула Тесса, смакуя каждый слог. — Так это же всё меняет! Разложив найденные монеты по рюкзакам и сумкам, мы продолжили путь. Пол коридоров там и тут пересекали толстые корни растений. Тесса шла, будто этих корней вовсе не существовало (ну ещё бы лесной эльф зацепился за корень), я же не спотыкался благодаря всё тем же летним тренировкам с другом: основной задачей паркура является быстрое преодоление препятствий, и если на бегу ты будешь спотыкаться, ничего тебе не достичь. Что уж говорить о простой ходьбе! Остальные шли, глядя под ноги. Надо бы в ближайшее время провести с ними несколько занятий. Размышляя об этом, я чуть было не влетел в замеревшую босмерку. Та, шикнув на меня, указала вперёд. Посреди зала стоял мужик и чесал затылок. Поразмышляв ещё немного, он нагнулся и потянул за что-то, торчавшее из пола, и тут же оказался утыкан сотнями дротиков, вылетевших из круглых отверстий в стенах зала. Мы вошли в зал. Марселин присела рядом с трупом и вытащила один из дротиков. — Самоубийца ли? — спросила она, крутя в пальцах миниатюрную стрелу. Осмотрев зал, мы увидели закрытую решётку. Судя по всему, мужик пытался открыть её, дернув за рычаг, но почему-то получилось так, как получилось. На всякий случай Финн вместе с Вовой попробовали поднять решётку вручную. Как и предполагалось, это не принесло результата. Мы принялись бродить по залу в поисках скрытых проходов или других рычагов. Марси поднялась на площадку над аркой и радостным выкриком оповестила о найденной бутылке с каким-то зельем. Меня же заинтересовали три столба у одной из стен. Каждый имел по три грани с барельефами и был примерно двухметровой высоты. Изображения не отличались разнообразием — змея, рыба, курица. Когда я слегка толкнул один столб, он на удивление легко сдвинулся с места. Поднатужившись, я прокрутил его вокруг оси и тут же услышал гневный окрик: — Ты скампов придурок! — кричала Тесса. — А если бы это тоже была ловушка?! Девушка была права. Нда, и как только я не подумал об этом? Но, к счастью, ловушкой это не оказалось. — Наверное, это код, — Финн хотел почесать затылок, но, наткнувшись на шлем, передумал, — так что надо подобрать правильную комбинацию, при которой из стен не полетят дротики, а решётка поднимется. — Ребят, у кого-нибудь есть верёвка? — поинтересовался Чар. — Тебе не представляется возможным открыть решётку, и ты решил повеситься? — спросил я. — Так ты просто дёрни за рычаг. — Да ты не понял! Будем крутить колонны и дёргать за верёвку, привязанную к рычагу! Я полез в рюкзак за мотком бечёвки. Десять раз мы прокрутили колонны, дёрнули за верёвку и дождались прекращения дротикового дождя. — Вам не надоело? — спросила данмерка. — Я подсказочку небольшую нашла, — девушка показала на две огромных плиты, висевших над воротами. На левой — рыба, на правой — змея. Между ними было место под ещё одну плиту, но та валялась внизу, скрывая под слоем пыли и грязи изображение пресмыкающегося. — Очень незаметно, — хмыкнул Финн и пошёл выставлять эти изображения на колоннах. А ведь и правда незаметно. Мы, вон, даже не думали искать такие большие подсказки. На этот раз — о, чудо! — дротики не полетели, зато решётка, поскрипывая, уползла наверх. Мы с Финном ринулись в проход, дабы тут же с головой залезть в приоткрытый сундук и собрать все рассыпанные по дну монетки. К сожалению, только монетки. Ни Когтя, ни Камня. Вова полистал лежавшую на столе книгу и сунул её в мой рюкзак. — Ты не припух, случаем? Почему это всё, найденное тобой, оказывается только в моём рюкзаке? — Не всё! Зелья Марс забирает. — Ладно, но почему всё остальное попадает ко мне? — Ну что ты начинаешь, нормально же общались! Я вздохнул. Обычно после этой фразы от Вовки уже ничего не добьёшься. Обзаведясь ещё парой бутылок зелий (для снятия усталости и для пополнения запаса магических сил, пояснила Марселин) и каким-то фиолетовым кристаллом, мы двинулись дальше. Старые доски винтовой лестницы жалобно скрипели под нами и привлекли внимание трёх злокрысов, тут же поспешивших на нас напасть. Финн, шедший первым, сразил первых двух, но третий успел прыгнуть на парня, и они повалились. Лестница не выдержала и, затрещав, вместе со всеми нами обвалилась. Подо мной кто-то простонал нечто, смутно похожее на «слезь с меня, крысиный наездник». Я проворно поднялся, увидев, что приземлиться мне повезло на последнего злокрыса, придавившего Мёртанса. Парень, впрочем, тут же сбросил с себя тушку, а я, вспомнив, что таким же образом насмерть придавил одного зверька на медоварне, серьёзно задумался и пришёл к заключению: злокрысы пытаются донести до меня, что пора бы уже найти нормальный транспорт, сильнее и выносливее. Жаль, Кавасаки остался в УУУ. Ребята потихоньку выбрались из-под трухи и досок. — И вот как мы теперь вернёмся? — Чар высказал общий вопрос. — Надеюсь, тут есть запасной выход, — ответила данмерка. — А если и нет… — я осмотрел стены, — я смогу забраться по щелям между камней и скинуть вам верёвку. Теоретически. Мы петляли по тоннелям, перепрыгивая через корни и опустошая всевозможные сосуды и шкафы. ― Боги, неужели опять пауки? ― простонала босмерка, окинув взглядом клоки паутины, свисавшие с потолка и стен. ― Ты серьёзно? Пауков боишься? ― поинтересовался я. ― Ты просто не знаешь, ― фыркнула девушка. И тут я вспомнил первые минуты своего пребывания в этом мире и подвал медоварни. В подтверждение издали донёсся переполненный страха крик. Кто-то звал на помощь. Вход в следующую пещеру был залеплен толстым слоем паутины, от которой, впрочем, ничего не осталось после струи пламени, пущенной нашей волшебницей. Серокожий мужик, приклеенный к одной из стен, кричал, чтобы мы убили эту тварь, пока она его не съела. Тут же на нас начало опускаться громадное нечто, никак не хотевшее ассоциироваться с пауком, ибо это создание разрослось до размеров небольшого грузовичка. Как ни странно, именно за размеры мы сейчас и благодарили паучище: он не смог пролезть за нами в проход и бессильно хватал жвалами воздух в паре метров от нас. Вдруг он изогнулся и плюнул серовато-зелёной субстанцией. В ответ Марселин шарахнула в него огненным шаром, за которым последовали наши с Тессой стрелы. Паук обиделся и уполз. — Что дальше? — тихо спросил я. — Прокрасться не получится. Можно стоять тут и шмалять по нему, когда подойдёт, — так же тихо предложил Савич, опасаясь, что паук, разросшись до такого размера, отрастил и мозг, понимающий человеческую речь. — Не думаю, что он захочет просто так подходить, придётся выманивать, — прошептал Финн, — так что готовьтесь, я приведу его. — Осторожно только… Парень что-то заорал и забежал в зал, кинув в паучище камень. Паук кинулся на обидчика, но Финн уже скрылся в проходе. Получив четыре стрелы и проглотив файербол, паук с громким писком ушуршал в укрытие. Следующим выманивал Вова, но и со второго раза нам не удалось прикончить восьмиглазого. — Да сдохни ты уже, насекомое проклятое! — выкрикнул я, пуская очередную стрелу. — Членистоногое, — поправила Тесса. — Да сдохни ты уже, даэдрово членистоногое! — ещё одна стрела улетела, но не попала в цель. Зато — слава Богам — Марсин огненный шарик всё же добил паука, и мы вздохнули спокойно. — Молодцы, а теперь вытащите меня отсюда! — крикнул приклеенный данмер. — Да ладно, ты и так там давно висишь, потерпи ещё немного, — ответил Финн, приступая к осмотру больших (в две трети человеческого роста), э-э-э, сосудов, расставленных по периметру комнаты. Вова же, окинув взглядом помещение, сделал вывод, что идти дальше некуда, этот эльф — последний из бандитов, а значит, коготь именно у него. — Я освобожу тебя, только сперва гони коготь! — Я, если ты не заметил, двигаться не могу, — усмехнулся серокожий, — вот освободишь — я и коготь отдам, и про Зал Историй расскажу! Чар начал резать паутину, и скоро эльф повалился на пол. — А теперь расска..СТОЙ! Куда побежал?! Стоявшая рядом Марселин швырнула вслед убегавшему ледяной шип, но эльф в последний момент свернул, и шип разлетелся тысячей осколков, встретившись со стеной. — Ребята, тут проход! Разбойник сбежал, догоняем! Мы бросились за ним, благо Финн успел всё осмотреть и подобрать нужное, а мы с Тессой — вытащить неповреждённые стрелы из паучьей туши. Последний источник света — факел разбойника — остался на полу паучьего логова, но проблем у нас не возникло. Не зря Марс ходила к Фаренгару: теперь над каждым из нас парил сгусток света. Извилистый коридор вывел нас в очередную комнату, заставленную сосудами. У одной из стен находилось что-то типа стола, вырубленного прямо в камне, а в шкафах по краям лежали свёртки ветхой ткани и какие-то изогнутые инструменты. Я бы назвал их пыточными, но кому они могли понадобиться в древней гробнице? Так-так… Гробница, заковыристые инструменты, ткань, пропитанная чем-то жирным… Уж не мумии ли тут делались? — Бегите за ним, я позже догоню, — крикнула Тесса, на ходу скидывая рюкзак и доставая кинжал, чтобы вскрывать крышки сосудов. И правда: вчетвером мы должны были справиться с этим гадёнышем, а лишних денег не бывает. Мы уже подбегали к очередной комнате, когда в её противоположном конце раздался громкий лязг металла и не менее громкий крик, судя по всему, разбойника. Впрочем, не прошло и секунды, как крик оборвался, сменившись быстро угасшим хрипом. Магические светлячки немного отстали, так что сперва комната ещё была залита мраком, в котором… — Ребят… — прошептал Чар, — скажите, пожалуйста, что это кряхтение издаёт наш знакомый из комнаты с пауком… Тут нас догнали светлячки. Разглядев нечто, что просто не могло двигаться, но, тем не менее, вылезало из ниши в стене, мы дружно заорали. В ответ это нечто зыркнуло на нас страшнющими глазами, горевшими холодным голубым светом, и, заревев, подняло покрытый ржавчиной клинок. Существо, похоже, и было одним из тех драугров, про которых говорила Тесса. Странно, как оно вообще могло двигаться? Иссушенные нитки мышц, к которым приросли обрывки ткани и куски доспехов, просто не должны, не способны были сокращаться и двигать конечности мертвеца! Слишком живого, чтобы быть мёртвым… Сперва я, закончив орать, оценил ситуацию и, схватив Марселин, самую лёгкую из нас, подсадил, чтобы та забралась на голову дракона — украшение стоявшей рядом колонны, а сам залез на соседнюю. Финн с Вовой заняли стратегически выгодное положение, перегородив узкий коридор. Девушка уже готовила огненное заклятие (молодец, они же сухие), а я быстро достал лук… Слишком быстро. Вместе с луком в руке оказался зажат клок волос, и когда я выставил вперёд оружие, дёрнул себя за волосы и от неожиданности и боли выронил лук. Всего секунду спустя над моей головой из стены высекла искры стрела второго драугра. Нда, ситуация. Я вытащил меч и прыгнул на ближайшего мертвеца, планируя ногами сбить его и прикончить мечом. Но не успел. Драугра отбросил Марсин файербол, и я, не успев среагировать, приложился об каменный пол и взвыл не хуже наших новых знакомых. Пока я тёр ушибленную коленку и подвёрнутую ступню, костеря на все манеры нашумевшего и разбудившего мертвецов разбойника, мертвецов, которым не лежалось спокойно в своих нишах и Марселин, остановившую мой смертельный бросок, ребята убили драугров. Я надеялся, что на сей раз — окончательно. Тесса догнала нас, когда я послушал голос здравого смысла и укоротил всё же чересчур длинные волосы, Марс тренировалась исцелять на подвернувшем ногу мне, а Финн листал дневник угодившего в ловушку разбойника по имени Арвел Быстрый. Достаточно быстрый, чтобы сбежать от нас, и недостаточно, чтобы увернуться от ловушки в виде резко захлопывающейся решётки с кольями, активирующейся надавливанием на камень в полу. Кроме имени бандита из дневника мы узнали, что если у тебя есть Золотой Коготь, то решение головоломки, открывающей доступ к древней нордской силе, у тебя на ладони. Кстати, Коготь у Арвела был. Итак, Коготь мы нашли, но всё равно надо было идти вперёд, за Драконьим Камнем, древней нордской силой и запасным выходом, на наличие которого я очень рассчитывал, ведь лезть по отвесной стене на семь-девять метров немножко опасно. Дальше было проще: мы поняли, что драугры не реагируют на свет (только на звук), и смотрели под ноги в разы внимательнее. Марселин кидала вперёд сгустки света, а мы с Тессой расстреливали каждого встречного мертвеца. Чаще — обычного покойника, но иногда попадались и драугры, которые не успевали просыпаться до встречи со стрелами. Шли мы долго. У меня даже успели закончиться стрелы, так как не все из них были пригодны для стрельбы после вытаскивания их из твёрдых драугровых тел. Следующим препятствием оказался небольшой коридорчик, в котором из стороны в сторону носились секиры. Тесса легла на пол и поползла. Между ней и смертоносными лезвиями было всего десять-пятнадцать сантиметров. Мы, затаив дыхание, наблюдали за девушкой. Ничего не успели сделать, когда она решила, что проползла под всеми и начала вставать. Тяжёлое месяцеобразное лезвие обрушилось на спину, швырнув эльфийку к стенке. Как оказалось, удар принял на себя лук, висевший за спиной девушки. Именно он и спас её, разломившись пополам. Выключатель лезвий обнаружился с той стороны — это была цепь с кольцом на конце. Мы двинулись дальше. К сожалению, следующих драугров уже успело что-то разбудить, и так просто с ними не получилось расправиться. Финн взял у Вовы второй меч и бросился на пятерых мертвецов, кряхтящих в середине зала. — Как он так быстро их всех?.. — удивлённо спросила Тесса, когда последний мертвец стал действительно мёртвым. — Так Финн же! — усмехнулась Марси. Мы продвигались всё дальше, Финн отправлял на покой всё больше драугров, но ничто не вечно: перед нами появилась решётка, загородившая проход. Ну как проход… Под решёткой протекала речка, а так как ни силы древних нордов, ни Драконьего Камня мы не обнаружили, следовало идти дальше. Кроме решётки был ещё один коридор с обвалившимся потолком. Других ходов не было. Ничтоже сумняшеся, я дёрнул за кольцо рядом с решёткой, но тут же отпрыгнул — а вдруг ловушка? Но нет: решётка уползла наверх без каких либо опасных действий. Речка привела нас в пещеру, заросшую светящимися грибами, а из пещеры мы вышли на свежий воздух. Эдакий каменный колодец, пересечённый мостиком, на котором тихо-мирно стоял очередной драугр, вскоре свалившийся вниз кучкой обгорелых ошмётков. Мы последовали за ним по винтовой дорожке вдоль стен колодца и оказались около прудика, в котором стоял сундук. Я взломал замок и настоял, чтобы в этот раз содержимое распределили между всеми в команде. Так быстро покидать свежий воздух не хотелось, и мы решили устроить привал. Всё равно все устали. — Я уверен, что дальше нам снова будут попадаться драугры, — сказал Мёртанс и, увидев согласные кивки, продолжил, — так что сейчас лучше съесть что-то лёгкое, типа яблока. Силы немного восстановит и не помешает резво двигаться. Марселин полезла в рюкзак за яблоками, а я вспомнил, что по пути из Рифтена в Вайтран встретил одного бродячего торговца. — Мы все сильно устали, так? И всем хочется есть? Я тут вспомнил кое-что. Есть у меня пять бутылок чудо-зелья, которое, если верить продавцу, восполняет энергию, утоляет голод и поднимает настроение. На нормального взрослого человека достаточно одной бутылочки — там где-то четверть литра. Короче, местный RedBull. Насчёт окрыления, правда, пока не в курсе… — Доставай, — кивнул Вова. Вскоре у всех было по бутылке. Мы решили не дожидаться Тессу, доедавшую яблоко, и выпили свои порции. — Вкуснятина! — улыбнулся Чар. — Ещё есть? — Пока нет, но ведь можно будет купить. — Тоже верно. И как оно называется? — Скума, — ответил я. Тесса громко поперхнулась яблоком и закашлялась. Я хотел было постучать ей по спине, но обнаружил, что вместо руки у меня теперь осьминожье щупальце. Тесса отдышалась и грустно произнесла: — Скума — не энергетик. Это наркотик…
