Красная шапочка vs Волк

ВОЛК Мальчишка выходит на больничное крыльцо, конечно, не через десять минут. Мне пришлось прождать Дэна почти полчаса, но когда я вижу его щеки, готовые поспорить цветом с волосами, злость уходит при мысли: "еще немного, и он будет моим". Дэн подходит ко мне, не поднимая глаз, рассматривает снег под ногами с таким видом, словно на нем написаны божественные откровения, видимые только ему. – Мы куда теперь? – мне нравится это его "мы". – А куда ты хочешь? – я спрашиваю почти нежно, еле удерживаясь от желания сжать тонкое тело до хруста в костях. – Мне надо завтра вещи ба привезти, – не просьба, намек. Я понимаю всё, что он не высказал, обнимаю за плечи собственническим жестом: – Тогда к тебе, мне пофиг. Заходим в квартиру, я прохожу по комнатам, осматриваюсь, машинально прикидывая стоимость – лямов семь, не меньше, столько стоит хорошая трешка-сталинка в Питере? Всё скромно, но ремонт не старый, достаточно современный – светло, красиво. И везде книги, книги, книги. У меня нет никакого дискомфорта от нахождения на чужой территории, я все равно главный, хоть номинально хозяином считается мальчишка. Где он, кстати? В ванной. Молодец, всё правильно понимает. Дергаю дверь – закрылся, дурачок, ну пусть, не буду пугать пока. Прохожу в его комнату, которую не трудно вычислить. Обычная мальчишеская комната, в меру засранная разбросанными шмотками: узкая кровать, шкаф, колонки на стене, вокруг плакаты с музыкантами и музыкальными группами, присутствие Моррисона в калейдоскопе незнакомых лиц меня определенно радует. Разворачиваюсь к другой стене, и Дэну удается меня еще раз удивить: на большом столе рядом с неплохим ноутбуком стоит огромная клетка, в которой сидят две здоровые крысы. Причем странных, по крайней мере для меня, окрасов – одна крыса серо-голубая, другая цвета кофе с большим количеством молока, с коричневыми отметинами на носу и заднице. Открываю клетку и просовываю руку, крысы обнюхивают мои пальцы, и кофейная доверчиво залезает на ладонь. Тяжелая зверюга, больше полкило точно, шершавый хвост прикольно щекочет запястье. – Это Чип и Дейл, – слышу голос сзади, но не оборачиваюсь, тихонько глажу крысу второй рукой по спине. – Два парня, что ли? – только сейчас замечаю недвусмысленные доказательства мужественности, торчащие из-под хвостов – нифига у них яйца, как сразу не увидел? Забавные у него домашние питомцы. – Ага, крысам скучно поодиночке сидеть, а разнополые пары вместе держать нельзя, - подходит ближе, встает почти вплотную ко мне, и я слышу свежий цитрусовый запах от тела и волос. Слегка поворачиваю голову, чтобы взглянуть на Дэна – он стоит замотанный в огромное банное полотенце, медные пряди мокрыми сосульками свисают вдоль щек, уже начиная закручиваться на концах. – Решил не тянуть? – хмыкаю и, пересадив крысу на пол клетки, закрываю дверцу. Опять краснеет, но не отводит глаз: – А у меня есть выбор? Только улыбаюсь в ответ и увлекаю его за руку обратно в ванную, по ходу поясняя: – Теперь меня помоешь. Он спотыкается в коридоре: – Что? Приходится подхватить за плечи, чтоб не упал, запутавшись в собственных ногах. – Ну вот что сейчас непонятного было? Ты. Меня. Помоешь. Ты три дня делаешь всё, что я скажу, забыл? – Нет, – еле шепчет, ничего, я скоро избавлю тебя от стеснительности. Раздеваюсь в ванной сам и встаю под душ, ванна большая, не такая, конечно, как в гостинице, но нам места вдвоем хватит. Вот только Дэн не торопится ко мне присоединиться, приходится подбодрить его окриком. Наконец залезает, снова с алеющими щеками, словно невинная девушка перед алтарем. Меня начинает это напрягать. – У тебя были мужчины раньше? – спрашиваю почти зло, ну сколько можно ломаться-то в самом деле? – Нет! Не было никого, вообще никого, ни мужчин, ни женщин! Доволен? – выкрикивает, резким взмахом головы откидывая волосы с глаз. Ох ты ж моя целочка, придется быть с тобой поласковее. – Доволен, доволен, – говорю я, прижимая его к себе под струями воды, – иди ко мне, не бойся. Тянет добавить: "Расслабься и получай удовольствие", но я лишь прячу циничную усмешку в его мокрую макушку. Давно у меня целок не было, лет с восемнадцати. Намыливаю мочалку и глажу его спину под теплой водой, чувствую, как постепенно мышцы под моей рукой расслабляются, но шею мне все еще обжигает рваное дыхание Дэна. Вкладываю мочалку ему в руку, он кладет мне ее на плечо и еле двигает из стороны в сторону. Да-а, поторопился я, решив, что он меня вымоет. – Ну что ты, мальчик, неужели я такой страшный? – ох, будут у меня педагогические мозоли от обучения девственников. В мозгу, как минимум. Притягиваю к себе посильнее, хрен с ней, с мочалкой. Прижимается в ответ и пытается меня погладить по спине, член моментально реагирует, упираясь ему в ногу, но Дэн не отстраняется, только выдыхает мне в ухо: – Ты не торопись только, ладно? – Постараюсь, – опускаю руку ниже и глажу по заднице, а второй рукой нахожу сосок и сжимаю слегка пальцами, отпускаю и снова сжимаю посильнее, дожидаясь тихого стонущего вздоха. Мои движения становятся более настойчивыми, губы накрывают его мягкий рот и, аллилуйя, парнишка мне отвечает. Продолжая гладить грудь Дэна левой, правую просовываю между нашими телами, касаюсь его члена и чувствую, как он начинает расти под моими пальцами. Ласкаю, не забывая и про свой, который уже стоит как каменный, хоть орехи коли. Дэн стонет громче, ловит мой язык и начинает его посасывать, заставляя стонать уже меня. Как же с ним не торопиться, когда я еле уже сдерживаюсь? Решительно вытаскиваю Дэна из ванной, снова, как и в гостинице, не дав вытереться, мне нравится, как блестят на его теле капли, а замерзнуть я ему не дам. Перемещаемся в его комнату, продолжая целоваться по пути, Дэн вроде получает удовольствие не меньше моего. Удивительно, но для меня это почему-то имеет значение. Падаем на кровать, какая узкая, черт, в следующий раз поедем в гостиницу, точно. Две любопытные мордочки высовываются сквозь прутья, наблюдая как я укладываю Дэна поудобнее на кровать. Смотрите, ребята, может, научитесь чему, не так скучно в клетке сидеть будет. Провожу пальцами по лицу, глаза мальчик закрыл, но это не страшно, я еще успею насмотреться в них. Ощущая себя ювелиром, раскладываю кольца волос цвета красного золота на подушке, отчего по ней сразу расплываются мокрые пятна. Я очень стараюсь не напугать его сейчас, вижу, что Дэн готов мне отдаться, и не только потому, что я к этому вынудил – его стоящий член лучшее тому доказательство. Глажу кончиками пальцев нежную шею. Такая тонкая кожа, что видно, как бьется синяя жилка. Мысли вылетают из головы от желания обладать телом, распластанным передо мной. Уже собираюсь раздвинуть Дэну ноги, как вспоминаю, что он девственник. Блять, у него же всё впервые, и смазки нет! Ну не плевать же? Слюна - так себе смазка, и уж больно неэстетично. Уверен, если я сейчас начну плевать ему между ног, Дэна это пиздец как напряжет. Идти искать что-то подходящее? И оторваться от него? Ну уж нет. Не могу ждать и минуты. Придется обойтись для начала психологической "дефлорацией" и жестким петтингом. Пристраиваюсь так, чтобы оба наших члена были вплотную между телами, целую, прикусывая губы, глажу и сжимаю члены, уже практически не понимая, где чей. Конечно, ему много не надо, он кончает моментально, хрипло крича мне в рот. Хорошо помню свой первый раз, я продержался не дольше, только рядом была такая же неопытная девочка, как я сам, и мне было четырнадцать. Ну, пора немного напрячь мальчика, мне тоже надо кончить. – Потрогай его, – и чтобы до него лучше дошло, кладу его руку себе на член. Вот теперь его глаза открываются, Дэн смотрит на меня одновременно смущенно, благодарно и вопросительно, не думал, что одним взглядом можно передать столько эмоций. Коротко киваю, он сжимает пальцы вокруг ствола и двигает ладонью. Это меньше, чем я хочу сейчас, но достаточно для того, чтобы я растворился в золотисто-карих глазах, поплыл от влажных приоткрытых губ и взорвался россыпью сверкающих осколков от тонких молочно-белых ключиц, скользящих под кожей от движения руки.