Иная история

Я вышла из душа. Не хочу спускаться на ужин. Мне нужно просто заснуть, чтобы стереть этот чёртов день. Я погасила свет, зажгла свечу на ночь и устроилась на кровати. Стены в доме были сделаны на совесть, поэтому я абсолютно не слышала, о чём говорят мужчины внизу. И, если честно, не особо хотела знать. После разговора с матерью я успокоилась, чувство вины перестало буравить дыру где-то внутри, и я смогла спокойно думать. Я начала теребить кулон в руках, погрузившись в тяжелые мысли, уже ставшие привычными. Что означал этот бунт очевидцев? Какой ещё апокалипсис? Тогда, в бункере, нам некогда было обсуждать эту тему, а сейчас можно было спокойно поразмыслить. В ту же секунду я поняла, что идея поспать была не самой удачной, и со вздохом сползла с кровати, вознамерившись спуститься и покопаться в библиотеке Бобби. Дверь кратко скрипнула, я вышла в коридор. Да, так я и думала. Они тоже обсуждают эту тему. Ладно. Просто молча возьму книгу и пойду обратно наверх. Мужчины на секунду прервали своё обсуждение, когда я появилась в зоне их видимости. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Бобби. Неужели он действительно проявляет заботу ко мне? — Вполне себе неплохо. Бобби, я пороюсь в твоих книгах? — Они в твоём распоряжении, — охотник махнул рукой в неопределенную сторону, ведь книги были повсюду. — Может, ты хочешь есть? — Сэм, видимо, тоже был обеспокоен моим состоянием после недавней встречи с отцом. — Нет, спасибо, — задумчиво ответила я, уже начав перебирать книги на полке с буквой «А». Лишь Дин не сказал ни слова. Но его немигающий взгляд я чувствовала даже спиной. Быстро отыскав то, что мне нужно, я поднялась обратно в комнату. Название книги и её иллюстрации явно не сулили положительного содержимого. Я вздохнула. Та же старая история. Дверь снова кратко скрипнула. — Можно? — в дверях стоял Дин. Я так долго сидела за книгой, что даже не заметила, как почти уснула. Я улыбнулась ему. Он прошёл, держа в руках два стакана с виски, как я поняла. Присел на край кровати и уставился на дверь. — Прости меня, ладно? До меня не сразу дошло, за что он извиняется. И потом я вспомнила ту сцену в гостиной, когда я была не в себе после встречи с призраком отца. — Нет, не надо, — я подсела ближе к нему, — я поступила бы точно так же. Я бы не стала рассказывать. — И в его смерти нет твоей вины. — Я знаю. На душе снова потеплело. От того, что он пришёл меня успокаивать. От того, как смотрит на меня. Я протянула руку и погладила его по щеке. Он закрыл глаза. Моё сердце снова разнылось от чувств, которые после его возвращения лились через край. Он перехватил мою руку и дотронулся губами до моих пальцев. Моё тело отозвалось на это мгновенно, начав источать жар. В следующую секунду я оказалась у него на коленях, лицом к нему. Когда он обхватывает руками мою спину, я полностью в его власти, ничего не могу сделать с собой. Я просто целовала, не думая ни о чём, лишь с силой прижимая к себе. Потом он, не отрываясь от моих губ, рывком положил меня на спину, от чего книга про апокалипсис полетела на пол, и я поняла, что моё познавательное чтение на сегодня закончено. … Я не могла понять, где сон, а где реальность. Я стояла посреди леса и звала его. Звала громко, но никто не откликался. Сердце стучало так, что отдавало в уши, я побежала, не разбирая дороги, царапая руки о ветки, поскальзываясь на мокром мхе. Дышать становилось всё тяжелее, глаза начали слипаться, я не понимала, что происходит. Я дернулась и проснулась. Оказалось, проснулась я от того, что он водил пальцами по моей шее. — Ну, как пробуждение? — послышался его ехидный голос. — Замечательное, — я успокаивала бешено колотящееся сердце. На этот раз я решила не говорить ему о кошмаре. Если честно, я полагала, что мне будет сниться отец, но с нашей «встречи» прошло уже три дня, и мои сны по прежнему были только об одном человеке. — Знаешь, что я тебе скажу? — внезапно он посерьезнел и сделал вид активной умственной деятельности. — Что? — я приподнялась на подушке, в ожидании чего-нибудь убийственного. — С днём рождения, вот что. Точно! Я так плохо следила за течением времени в последние дни, что совершенно забыла, что день рождения именно сегодня. — Спасибо, — я повалилась обратно на подушку. Мне двадцать семь лет! Кажется, я уже слишком стара для всего этого. — Между прочим, я подготовился, — деловито сообщил мне он. Я удивленно подняла брови. Подарок на день рождения от Дина? Чую, я не зря проснулась. Он начал копаться в недрах комода, не утруждая себя надеванием футболки, а я смотрела на него, и думала, что уже и так достаточно неплохо. Но вот он выудил нечто из ящика, спрятал руку за спину, картинно прокашлялся, подошёл и вручил свёрток мне. Я была заинтригована. Быстро развернув чёрный пакет, я подняла вещь в воздух. Ремень? Но потом пригляделась и поняла, что это не просто ремень. На нём, одна за другой, были пришиты твёрдые петельки, только не вертикальные, а горизонтальные. Я подозревала, что это явно произведение инженерного искусства, но вот назначение его до меня никак не доходило. И тут меня осенило. Это пояс для ножей! — О, Боже! Погоди, он что, самодельный? — я изумленно уставилась на Дина, а он кивнул. Я выскочила из кровати, оказавшись у зеркала и тут же примерила его на себя. — Это круто, — изрекла я. Он действительно был крутым. Петли были расположены так, что я не порежу ножами свои ноги, если буду, к примеру, катиться кубарем куда-нибудь, и при этом ни одно лезвие я не потеряю. — Знаешь, если ты пойдёшь на охоту в таком виде, ножи можешь, в принципе, не брать, — меланхолично подметил он. И действительно, я стояла, надев этот пояс поверх лишь нижнего белья. Я решила красиво отшутиться в ответ. — Это самый лучший подарок, правда. Даже лучше, чем стриптизёр на совершеннолетие. И дальше, просто взглянув на его выражение лица, я сложилась пополам от смеха. — Я бы хотел подарить что-то более стоящее, но… Я перестала смеяться и взмахнула рукой, прося его замолчать. — Прекрати немедленно, — я отложила пояс в сторону, прошла по комнате и уселась рядом с ним, — я не пошутила про самый лучший подарок. Спасибо. Я снова целую его. Снова не могу поверить, что это происходит на самом деле, что он вернулся, что он только мой. … От Бобби нам пришлось уехать. Охота, всё-таки. Я уже представляла, насколько буду скучать по этому дому, ведь именно тут произошли самые лучшие вещи в моей жизни. Я сидела на заднем сидении, разглядывая его спину. Всегда любовалась им, находящимся за рулём. Такой серьёзный. Пока что мы ехали без определённой цели, так как дело, на которое мы изначально собирались, уже раскрыли раньше нас. Сейчас надо было засесть в ближайшем мотеле и искать информацию об этом предвестии апокалипсиса, но это было лишь моё мнение. Сэм в последние дни витал где-то в своих мыслях и постоянно куда-то мотался, всячески отмалчиваясь, куда и зачем. Дин же заметно помрачнел и всё больше времени проводил в раздумьях над чем-то. Ближе к вечеру мы обосновались в мотеле, и Сэм опять умотал по своим делам, мы с Дином остались вдвоём. Он отлучился в магазин. Я переключала каналы снова и снова, не задерживая внимание ни на одном, пока телефонная трель не ударила по ушам. Это был номер мамы. — Алло? — С днём рождения, доченька. Я так сильно удивилась её необычно тёплому тону и непривычному обращению. Будучи всегда строгой, она не приучила меня к особому материнскому теплу. — Спасибо, мам. — Ты знаешь, твой подарок будет ждать твоего приезда, — всё так же тепло продолжила она. — Всё нормально? — я чуть нахмурилась. — Просто ты буквально сияешь. — Просто я очень рада, что ты снова в порядке, — голос матери стал более серьёзным, но не утратил теплоты. — В тот жуткий месяц я всерьёз опасалась, что потеряю тебя. А потом ты не звонила так долго, что я даже спать не могла. Спасало только одно — я чувствовала, что ты жива. А потом ты просто позвонила, и я была так рада… Мне на глаза навернулись слёзы, в горле встал комок. — Мам, я очень виновата… — Перестань. То время было непростым для тебя, и самое главное, что ты нашла в себе силы справиться. Остальное не столь важно. Но вот если в ближайшие месяцы ты не предоставишь мне возможность лицезреть Дина собственными глазами, вот тогда ты будешь виноватой! — шутливо пригрозила она. Я улыбнулась, стараясь не расплакаться. — Буду иметь ввиду. Спасибо, что позвонила. — И ты тоже не пропадай, ладно? Мы же можем изредка поболтать, верно? — Верно. До связи, мам. Я положила телефон на стол и счастливо улыбнулась. Этот звонок пробудил внутри этакую маленькую десятилетнюю Анику, желающую забраться к маме на руки. Тут в номер вошёл Дин, и я поспешила отогнать от себя эти мысли. Он с ослепительной улыбкой поднял в руках два пакета из местного супермаркета. — Праздничный стол прибыл! Я снова расплылась в улыбке. Он высыпал на кофейный столик кучу разной еды из одного пакета, а во втором были бутылки с пивом и виски. — Так, мне виски, — я мгновенно присвоила себе красивую стеклянную бутылку. Тут Дин выудил из пакета кусок торта, оставалось только гадать, где он его взял. — Жаль, свечек нет. Так бы загадала желание — Ну, ты то знаешь, что я загадаю, — подметила я, слегка опустив глаза. Я точно видела его улыбку. — Сэм не говорил, куда он поехал? — внезапно спросил Дин. — Нет. Но стоило бы уже привыкнуть. Он же итак каждую ночь отлучается. Дин застыл с занесённой для глотка бутылкой. — О чём ты? — Ну да. Каждую ночь уезжает. Я пыталась спрашивать, но он упорно отнекивается. У Дина на лице проступила мрачная решительность, он поставил бутылку обратно на стол. Я лишь вздохнула, прекрасно осознав, что сейчас мы отправимся на поиски. … Мы с Сэмом сидели в номере и напряжённо ждали возвращения Дина. Младшего Винчестера мы нашли достаточно быстро, вот только то, за чем мы его застали… Он пил кровь демоницы Руби, которая теперь была в теле симпатичной брюнетки. А после этого он изгонял демона из парнишки… силой мысли. Я думала, Дин просто прикончит его на месте, всерьёз опасалась. Но он просто отправил его в наш номер, а мне поручил следить за ним. Я всё посматривала на Сэма исподлобья. — Если ты хочешь, чтобы я задымился, у тебя скоро начнёт получаться, — чуть раздраженно сказал он, прекрасно чувствуя мой взгляд. — Извини, не каждый день вижу, как ты демонов взглядом изгоняешь, — парировала я еще более раздраженно. Потом помолчала и добавила: — И тебя действительно ничего не смущает? Ответ Сэма так и остался для меня загадкой, ибо в номер влетел Дин и, не глядя на брата, начал собирать сумку. Ну, всё. Дело плохо. — Ты уезжаешь? — Сэм поднялся из-за стола. — Я тебе не нужен, вы и в тандеме с Руби прекрасно справляетесь. — Нет, Дин, постой… — Сэм попытался взять брата за локоть, но тот резко развернулся и ударил его кулаком по лицу. Я шумно вдохнула воздух и встала с кресла. Сэм выпрямился, на его губе была кровь. — Ну, что, ты доволен? Снова удар кулаком по лицу. Видимо, не очень. Я поморщилась. — О чем ты думал?! — заорал Дин. — Это же кровь демона, Сэм! Какие ещё фокусы у тебя в рукаве?! — Никаких фокусов, — Сэм примирительно выставил руки перед собой, но это не помогало. — Я же спасаю людей, изгоняю демонов! — Силой мысли! — За последний месяц я спас больше людей, чем мы с тобой за год! — выпалил Винчестер младший. Было видно, эти слова сильно задели Дина. Торшер, спокойно стоящий на тумбочке, был вырван вместе с проводами и отправлен в полёт с приземлением о стену. Я вздрогнула. — Ты зашёл слишком далеко. Так далеко, что можно и не вернуться. Не будь ты моим братом, я бы стал охотиться на тебя. Сэм совсем сник. — Ну, извини. Дин, ты был в аду. Ани закрылась в себе и больше не хотела иметь со мной ничего общего. Я был один. Пришлось бороться в одиночку. И я нашёл… действенное средство. Дин слегка дёрнулся. Я видела, с каким трудом ему даются слова. — Если твоё средство такое действенное, то почему ангел приказал мне тебя остановить? Сэм вытаращил глаза. Собственно, как и я. — Да, Сэм. Кас приходил ко мне, говорил, что ты пошёл по тёмной дорожке. Так что, Сэм, даже Бог, — Дин указал пальцем наверх, — не одобряет твоих действий. Подумай об этом. И он вышел прочь из номера, пряча глаза, но я всё равно заметила навернувшиеся слёзы. Сэм стал молча подбирать то, что осталось от торшера, а я скрестила руки на груди и напряженно выдохнула, запрокинув голову. Чудесный день рождения, это факт. Подарки, выпивка, тортик, и полноценное цирковое представление. … Я опять лежала на боку слева от него и смотрела, как он спит. Мы приехали на дело, остановились переночевать в мотеле. Сэм тактично снял себе отдельный номер. Он теперь предпочитал ночевать отдельно, хотя с их скандала в мотеле прошло больше трёх недель. Дин только что рассказал мне, как месяц назад Кастиэль закинул его в прошлое, где он встретился со своей молодой матерью и отцом, побывал в доме своих предков. Та еще история, на самом деле. И очень печальная. Его мать заключила сделку с желтоглазым, когда тот убил Джона. Мне начинало казаться, что этот чёртов демон перекрёстка был повсюду, сумел проникнуть в каждую семью. И уже тогда, много лет назад, задолго до рождения Сэма, Азазель настроился на него. Всё это очень пугало. Дин винил себя в том, что не смог уберечь свою маму от сделки, но я всеми силами пыталась убедить его, что он не смог бы повлиять на уже произошедшее. Не знаю, помогло или нет, но заснул он, вроде, спокойно. В последнее время он совсем потерял сон. Ему начали сниться кошмары, я не знала, почему и что он там видел. Но они были по настоящему жуткими, это точно. И вот опять. Я вынырнула из своих размышлений, когда Дин резко дёрнулся во сне, лицо его слегка исказилось. Он крепко сжимал веки, брови его то поднимались, то хмурились, он сжал одеяло кулаками. Я аккуратно положила свою левую ладонь ему на лоб, закрыла глаза, максимально сосредоточилась и представила, как сквозь мою руку я вытягиваю из него всё плохое. Примерно через полминуты его дыхание выровнялось, он снова спокойно спал. Не знаю, скорее всего, я просто сама себе это внушила, а может, я действительно теперь могу забирать его боль. В любом случае, моя способность видеть правду пропала бесследно, точно так же, как и видения. И я чувствовала, что они уже не вернутся. Он так сильно изменился внешне… его лицо, оно будто сильно состарилось. Я стала замечать это теперь, когда взяла в привычку разглядывать его спящего. С Сэмом у них отношения были всё хуже. Пару дней назад пришлось даже остановить машину, чтобы братья могли вдоволь поскандалить. Мне всё чаще казалось, что если завтра нас всех настигнет конец света, они будут до последнего друг на друга орать, даже если прямо у них под носом всё будет лететь в тартарары. Я вздохнула и перевернулась на спину, уставившись в потолок. Вот как с такой жизнью можно спокойно спать? Как можно вообще закрывать глаза, зная, что в любую секунду тебе или тому, кто лежит рядом с тобой могут перегрызть горло? Я оставила всяческие надежды поговорить с Дином по поводу того, что, возможно, стоит уехать. Теперь это точно стало невозможным. Сначала раскрылся секрет Сэма с демонской кровью, а теперь ещё и это… неделю назад Кастиэль пришёл к нам не один. Притащил с собой ещё одного ангела, гораздо менее доброжелательного и сговорчивого. Они сказали, что существует шестьсот печатей, за которыми Бог упрятал Люцифера в аду. И что Лилит взламывает эти печати, чтобы высвободить Люцифера и возродить его на Земле. Для того, чтобы Люцифер восстал, взломать нужно было всего шестьдесят шесть. И бунт очевидцев — это была первая печать. Одной из следующих стало возрождение Самаина, страшного демона. Это случилось в ночь Хэллоуина. И этот второй ангел, Уриил, хотел стереть с лица Земли целый город, только потому что они не могли допустить возрождения этого самого демона. Целый город, больше тысячи человек… Дин тогда поставил условие ангелам… да, именно, он поставил условие ангелам. Кое-как убедил отказаться от идеи уничтожать город. Демон, правда, всё равно возродился, и печать была взломана, но Сэм изгнал Самаина обратно в ад, да и всех жителей города мы спасли. Но вот что в этом хорошего по итогу? Признаться, я думала, что после возвращения Дина всё изменится в лучшую сторону, однако, стало только хуже. Теперь всё приобретало гораздо больший масштаб. Негромкий стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Схватив с тумбочки одной рукой халат, а другой пистолет, я на цыпочках подкралась к двери и, не снимая цепочки, приоткрыла её. — Сэм, напугал! — я облегчённо выдохнула и опустила оружие. — Что-то случилось? — Давай пройдёмся. Так, когда Сэм говорит загадками, дело серьёзное. Я наспех оделась и тихо вышла на улицу. Мы пошли чуть в сторону от мотеля. — Слушай, Ани, Дин ничего не говорил тебе… про ад? Я нахмурилась. — Нет, ничего. А что такое? — Ты не знаешь об этом, но… когда я изгнал Самаина, на следующий день ко мне приходил Уриил. И он сказал мне, что… что Дин всё помнит. Я пытался допытываться, но… — И зачем ты это делал? — я остановилась и злобно уставилась на Сэма. Меня даже не волновал тот факт, что к нему приходил ангел. — Кто просит тебя лезть человеку в душу? Он, кажется, был обескуражен такой реакцией. — Но он же мой брат, я должен знать. — С чего ты это взял, а? Это же ад! Ты думаешь, об этом так просто можно поболтать? — Да нет же, — Сэм явно начинал раздражаться. — Я лишь хочу помочь ему. — Лучшей помощью с твой стороны будет оставить его в покое с подобными расспросами. — Но неужели тебе ничуть… не интересно? — Дай-ка подумать. Ты знаешь, ни капельки. Что бы с ним там ни происходило, это вряд ли отдаёт чем-то радужным! Знаешь, почему он ничего не рассказывал мне про ад? Я ни разу его об этом не спросила. Потому что это слишком! И ты больше не спрашивай. Если Дин захочет, в чём я сильно сомневаюсь, он сам всё скажет. А ты не лезь ему в душу! Я развернулась и зашагала обратно в номер. Сэм растревожил во мне то, что я старалась засунуть куда подальше. С самого его возвращения я понимала, что он помнит всё. Об этом безошибочно сообщал тот самый огонёк в глазах, который мне так не нравился. Я просто не желала признавать, что это адское пламя. … — На твоём месте я бы это не ела, — я с сомнением поглядывала на сэндвич, который Дину принесли минуту назад. Сначала я подумала, что кто-то подмешал ЛСД в водопровод, и мы все словили приход, потому что в этом городе творилось нечто. Сначала парень-невидимка, подглядывающий за девушками в душе, потом огромный живой говорящий плюшевый медведь-алкоголик, потом парень, который выиграл 160 миллионов в лотерею, потом ещё чёрт знает что. Оказалось, это колодец желаний в местном китайском ресторане. Кидаешь монетку, и пожалуйста — желание сбылось. Вот и Дин решил проверить, правда это, или нет. И теперь поедал загаданный сэндвич, который ему принесли ровно через секунду после того, как монетка полетела в колодец. — А что такого? Он вкусный. — Вкусный, согласна. Но всегда есть равновесие, это закон природы. Получаешь что-то просто так, обязательно чего-нибудь лишишься, — веско подметила я. — Ресторан придётся закрыть, — подал голос Сэм, поглядывающий на парочку за соседним столиком. — Почему это? Запретить людским желаниям сбываться — это слишком жестоко. — Ани права, Дин. Действие-противодействие. Ты представляешь, что тут начнётся, если про этот колодец узнают все? Настоящий хаос. И нам надо выяснить, как это работает. Потому что желаний становится всё больше, — он кивнул на соседний столик. Там сидели слегка полноваты неказистый мужчина в толстенных очках и длинноногая красотка. Они кормили друг друга с ложечки и так слащаво хихикали, что я невольно скривилась. — А что, Сэм, соблазн велик, правда ведь? — ухмыльнулся Дин, продолжая жевать. — Загадал бы повернуть время вспять, теперь был бы первоклассным адвокатом, катался бы на крутой машине. Сэм усмехнулся. — Нет, мне это не нужно. Теперь не нужно. Приоритеты меняются, знаешь ли. — А чего бы ты пожелал? — с хитрецой спросила я. — Голову Лилит на блюде. В крови, — ответил он. Хитрая улыбка стёрлась с моего лица. Я в очередной раз вздохнула. Вот, что эта чёртова жизнь делает с нами. … Я в сотый раз пыталась сосредоточиться на строчках книги, когда в номер вошёл Сэм и тут же остановился, услышав абсолютно не эстетичные звуки из туалета, издаваемые Дином, которого там выворачивало наизнанку. — И так уже двадцать минут, — недовольно сказала я, когда охотник вопросительно глянул в мою сторону. — Я же говорила, не ешь его, — повысила голос я. Ответом мне были лишь очередные не эстетичные звуки. Я только вздохнула. — Вот оно, равновесие. Расплата пришла быстро. Когда мы, представившись инспекторами, прикрыли ресторан и стали копаться в этом прудике, названным колодцем желаний, обнаружили там старинную монету, которая была будто приклеена ко дну. После многочисленных попыток отодрать её от поверхности пруда, в результате которых я чуть не получила по голове сломавшейся кувалдой, мы пришли к выводу, что монета заколдована и дело именно в ней. Сэм перевёл её на бумагу и пошёл искать информацию, а мы с Дином поехали в супермаркет, но слегка не доехали, так как мне пришлось в срочном порядке везти его в мотель. Тут побледневший Дин вышел из туалета, выдохнул и прошёл к холодильнику, взяв себе бутылку пива. — О, и мне тоже захвати, — я протянула руку в его сторону. Дин недоуменно посмотрел на меня, подняв одну бровь. — Ты же терпеть пиво не можешь. — Времена меняются, знаешь ли. Он озадаченно посмотрел прямо перед собой, а затем кинул мне бутылку. Я без труда поймала её и открыла рукой без каких-либо особых усилий. Что и говорить, за эти четыре месяца я наловчилась открывать любые бутылки с алкоголем. И пристрастилась к нему ещё сильней, чем за то время, когда мы пытались спасти Дина от сделки. Хороша я, ничего не скажешь. Ещё год назад отбирала у него выпивку, а теперь распиваю пиво посреди дня. — Итак, пока Дин расплачивался за свои желания, я тоже искала информацию, — начала я, сделав пару глотков, — эта монета — творение жрецов богини хаоса и тьмы Тиамат. Она так же изображена на монете. — Я взяла в руки ноутбук и показала братьям изображение. — Они, похоже, неплохо промышляли чёрной магией. Если бросить монету в колодец, он обретёт магическую силу и исполнит любое желание. — А они станут извращенными, — просиял Сэм. — Попросишь говорящего мишку и получишь исполинского маньяка-алкоголика. — На протяжении веков эта монета погубила тысячи людей. Как это прекратить? — подал голос Дин. — Нужно найти того, кто кинул монету в колодец. Только он сможет достать её оттуда и отменить действие всех желаний, — подытожила я. Через пару часов Сэм вовсю копался в газетных статьях, я читала книгу, а Дин прилёг отдохнуть. Когда я уже почти дошла до конца главы, он заметался во сне. Я слезла с кресла и осторожно потрясла его за плечо, от чего тот мгновенно проснулся, сев на кровати. — Опять кошмары? — сочувственно спросил Сэм, оторвавшись от газет. — Порядок, — Дин был слегка не в себе. Он потянулся за небольшой бутылкой виски, лежащей на кровати и сделал пару глотков из горла. — Ангел был прав, — покачал Сэм головой. — Ты всё помнишь, а мне врёшь. Я тут же уставилась на Сэма и предупреждающе покачала головой. Тот поймал мой взгляд но, похоже, ему было всё равно. — Сэм, отвяжись от меня, ладно? — Дин небрежно отмахнулся. — Дин, я же твой брат, я хочу знать. Возможно, я смогу помочь тебе, если… — А я не хочу устраивать задушевный трёп, понятно? — Нет, я понимаю, но такое не может не… — Оставь его в покое! — громко крикнула я. Оба брата замолкли и уставились на меня. — Пойду посижу на улице, — злобно сказала я, хватая куртку. … Я недовольно притопывала ногой, сидя на лавочке недалеко от входа в наш номер. Вот что за несносный олух! Сказано же было, не затрагивать эту тему, так ведь нет же, полез всё равно. Дин вышел из номера и направился ко мне. — Вот она где, моя защитница, — шутливо сказал он, слегка улыбаясь. — Может, не стоит? — он махнул рукой на сигарету у меня в руке. — А смысл? На фоне происходящего это просто детская забава, — я пожала плечами. — Да, пожалуй, — он присел рядом со мной, уставившись куда-то вдаль. — Тебе стоит сказать ему, что ты всё помнишь. И что не хочешь об этом говорить. — Откуда ты знаешь? Я повернулась к нему. — Я вижу это в твоих глазах, Дин. Он молча кивнул. Как бы я хотела просто забрать все эти воспоминания себе. Что бы там ни было, я хотела, чтобы он всё забыл. Чтобы тот самый беззаботный Дин вернулся. Чтобы он улыбался, как прежде. Но это было не в моей власти. … Безумие в городе набирало обороты. Мы остановили машину и наблюдали, как мальчик лет восьми переворачивает набок внедорожник, в котором сидело трое парней чуть постарше, его обидчики, судя по всему. — Так, Сэм, вези Вэсса в ресторан, быстро! — с этими словами Дин выскочил из машины. Я последовала за ним. Мы быстро нашли того, кто бросил монету в колодец. Это был тот самый парень, что отхватил себе длинноногую красотку. Он пожелал, чтобы та любила его больше жизни. Вот она и полюбила. Но, опять же, как-то чересчур извращенно. Мы съездили к нему домой и не без помощи пистолета убедили поехать с нами. И вот, по дороге наткнулись на эту картину. — Эй, малыш! — крикнул ему Дин, подходя ближе. Тот обернулся на него и закричал: — На колени перед Тодом! Я вытаращила глаза. Эту монету нужно вытащить немедленно! — Послушай, — Дин присел на корточки рядом с мальчиком, — может, перестанешь пугать этих ребят? — Прочь с моей дороги! — закричал Тод, а Дин слегка отшатнулся. — Они травили меня каждый день! Я не мог с ними справиться! А потом я загадал желание… — Да, я не знаю, какого тебе было. Но они же просто маленькие паршивцы, а не супермены, как ты. А великая сила предполагает великую… В эту же секунду мальчик ударил Дина в челюсть своим кулачком, и тот улетел на несколько метров, приземлившись в кучу мусора позади меня. Я просто стояла с открытым ртом и огромными глазами. Так, мне нужен план… — Ани, сделай что-нибудь, — сказал Дин, покашливая и барахтаясь среди мешков с мусором. — И что ты мне предлагаешь? Выстрелить в ребёнка?! — крикнула я, в ужасе обернувшись к мальчику, который так же злобно уставился на меня. Кажется, я следующая… Он двинулся в мою сторону, а я только попятилась назад. Тем временем Дин выбрался таки из кучи мешков и двинулся на мальчика. — Видит Бог, я этого не хотел, — сказал он и с размаху ударил мальчика по лицу. Тот даже не шелохнулся, а Дин схватился за руку и осел на землю. Тод схватил его одной рукой за шею и принялся душить. — Убери от него руки! — крикнула я, выудив из-за пояса пистолет. Господи, что я делаю? Но у меня нет выбора! Дин начинал задыхаться в железной хватке мальчика, а я наблюдала за всем этим, наставив на Тода пистолет, и абсолютно не представляя, что делать дальше. И тут рука мальчика просто разжалась. Он посмотрел сначала на свои руки, а потом в страхе на нас с Дином. Действие монеты было отменено. Я глубоко вздохнула, стараясь не думать о том, что ещё полминуты, и я пристрелила бы ребёнка. — Ты что, пустила бы пулю в мальчишку? — Дин озадаченно поднял бровь, потирая шею. — Нет, конечно, — я отвела глаза, — ладно, пойдём, надо найти Сэма.