Я пришла чтобы сжечь...

      В то утро Дерек проснулся в отвратном настроении. Ему не давали покоя собственные мысли. Они не позволяли ему спать, есть или учиться. Не оставляли его ни на мгновение. Вопросы, загадки, опасения и тревоги. Вампир чувствовал себя истощенным и уставшим. Он стал узником собственных мыслей. Сидя на кровати, Дерек провел рукой по спутанным волосам. Ему так отчаянно хотелось ударить кулаком по стене, что-нибудь сломать или на кого-нибудь накричать, но он лишь глубоко вздохнул и закусил нижнюю губу. Нужно взять себя в руки. Сейчас не время для выплескивания эмоций.       Стоя в душе под потоками холодной воды, он благодарил этот мир за существование в нем канализации и водопровода. За то, что в этом странной средневековом магическом измерении есть хоть что-то, отдаленно напоминающее его родной Немесид. Подставляя лицо под струи, Дерек пытался прийти в себя и сбросить утреннее оцепенение. Сегодня он планировал сделать много всего важного, а для этого следовало полностью проснуться. Несмотря на просьбы Элизабет отложить пока вопрос с Алакаем и тем странным письмом, Дерек не мог просто так это оставить. Может виной всему изначальная неприязнь к Каю, а может и ревность. Дерек в полной мере отдавал себе отчет в том, что испытывал ревность. Еще с самой первой их встречи у портала. Еще с его самого первого разговора с Лиз. Но только этим все не ограничивалось. Спустя некоторое время Дерек начал замечать странности в поведении парня. Чего только стоили его странные Шекспировские цитаты о королеве. Он словно уже хорошо знал ее и все на что она способна. А то загадочное исчезновение после случая в тренировочном зале Тианы. Алакай объявился только утром, когда все собирались ехать в Академию. Дерек не мог унять желание разузнать как можно больше об этом парне.       Выйдя из душа, вампир быстро оделся в форму Академии и открыл выдвижной ящик своей прикроватной тумбочки. Там дожидался своего времени пузырек со странного вида жидкостью. Это было не что иное, как зелье, скрывающее собственное присутствие. Его сделала Элизабет на прошлой неделе и отдала Дереку с тяжелыми вздохами и причитаниями о том, что парень все равно сделает все по-своему и попытается проникнуть в комнату Кая. Этот пузырек хотя бы поможет парню остаться не замеченным примерно на десять часов.       Как бы ему не хотелось этого делать, но Дерек признавал, что вампирские инстинкты и способности у Алакая куда сильнее, чем у него самого. Попробуй парень за ним проследить и будет тут же замечен. Все же этот паршивец хорош!       Открыв пузырек, юноша залпом выпил мутноватого цвета зелье. На вкус оно было абсолютно никаким. Это было даже логично, что у маскирующего снадобья и вкуса не будет. Кстати говоря, и запаха Дерек тоже не уловил. Как впрочем, и изменений никаких не ощутил. На мгновение вампир подумал, что эта штука и не действует вовсе, но быстро прогнал подобные сомнения. Элизабет мастер своего дела, точнее лучшая в своей группе у профессора Монибуса.       Первым делом, выйдя из своего общежития, Дерек твердо решил проникнуть в комнату Кая. Ну, или хотя бы попытаться. Вся трудность этого состояла в защитном заклинании. Наша скрытная цель позаботилась о том, чтобы в его логово никто не попал просто так. Чары защищают полностью всю комнату, поэтому залезть через окно тоже не удастся. Но на этом сложности не заканчиваются. Судя по тому, что видела Лиз, Алакай использует заклинание снять или наложить которое можно при помощи слова-ключа. Своего рода пароль если хотите. Но что это за слово девушка узнать не смогла, ведь вслух оно не произносится при использовании заклинания. Нужно лишь сосредоточить на нем свои мысли. Дерек долго обдумывал варианты и даже перечитал несколько пьес Шекспира. В конце концов, этот гаденыш просто обожает его творчество, только то и делает, что цитирует его, когда ни попадя. Парень выписал несколько строк, которые как он думал, могли бы быть ключом. Все-таки Кай мог использовать и целые монологи для заклинания. Это сложно, но вполне возможно. Читая Шекспира и подбирая варианты ключей, парень наткнулся на слова, которые говорила ему Лизи.

«Тому, что в страсти было решено, Чуть минет страсть, забвенье суждено»

      Эти строки вернули юношу обратно в то время, когда все только начиналось. В то, казалось бы, совсем недавнее время. Но сейчас создавалось впечатление, что прошли годы. Даже не верится, что он, Дерек, сражался с демонами, защищая город и его жителей. Не верится, что теперь они с Лизи встречаются, ведь тогда девушка готова была удушить его голыми руками. Не верится, что они потеряли Айю, едва не потеряли Малену. Столько всего случилось…       Дерек тряхнул головой, отгоняя мысли и непрошенные скорбь и тоску на затворки сознания. Сделав глубокий вдох, он ускорил шаг, направляясь в соседний жилой корпус. В корпус, где находилась комната Алакая. Сейчас самое время, пока Кай в столовой закидывается очередным бокальчиком крови какого-нибудь зверька. Сейчас у Дерека есть шанс что-нибудь разузнать.       Коридоры общежитий пустовали. От стен эхом отбивался звук шагов юноши, лаская его слух и убеждая в том, что ему никто не помешает выполнить задуманное. В правом кармане брюк лежал свернутый в несколько раз лист, дожидающийся своего часа. Лист с ключами. И подойдя к нужной двери, Дерек наконец-то его достал. Наконец развернул и сглотнул нервный ком, подступивший к горлу.       Все происходящее напоминало ему детство. Парень чувствовал себя маленьким шкодником, который затеял очередную авантюру. Сейчас придут родители и отругают его. Он смущенно попятится и молча выслушает все выдвинутые в его адрес обвинения и примет должное наказание.       Но нет, он больше не маленький мальчик. Больше нет родителей, которые отругали бы его за что-либо и все происходящее сейчас правильно. Перед ним ничем непримечательная дверь покрытая слоем белой краски. Такая же, как и тысячи других в этой Академии, но только эту ему необходимо преодолеть.       Проникнуть только внутрь этой комнаты.       Дерек прикоснулся ладонью к гладкой белой поверхности. Он почувствовал едва уловимые пульсации энергии. Магической энергии. Она будто бы окутывала все пространство внутри, брала в бережные и надежные объятия, защищая от чужаков. Закрыв глаза, юноша сосредоточился на первом возможном ключе из своего листика. Это была одна из цитат, которая как показалось юноше, вполне в духе Алакая.

«Ведь добродетель в этот жирный век Должна просить прощенья у порока, Молить согбенно, чтоб ему помочь»[1]

      Энергия вампира из мыслей перетекла в тело.       Из всего тела в ведущую руку.       Из руки в ладонь.       Из ладони в защитный барьер, нарушая его гармоничную пульсацию и гул.       Словно солдаты клином разбивающие построение противников. Они рвутся в бой, дабы расчистить себе путь к победе.       - Черт!- выкрикнул Дерек, резко отдергивая руку от двери. От кончиков пальцев и до кисти его ладонь будто пылала. Парень, скрипя зубами начал ею трясти, словно она и вправду горела, а он пытался потушить пламя. Со злости вампир с силой ударил в дверь ногой. Да так, что эхо пронеслось по всему коридору.       Ключ не подошел.       Он, конечно, ожидал чего-то подобного. Но не настолько же сильно!       - Чтоб тебя, ублюдок патлатый,- злобно прошипел юноша, восстанавливая дыхание.- Я так просто не сдамся!       Дерек снова развернул лист, выбирая какой из ключей попробует в этот раз.